Аукцион

Время близилось ближе к одиннадцати часам вечера. Осеннее небо Токио затянуло плотным покрывалом чернильных туч, где-то вдалеке слышались раскаты грома и виднелись редкие проблески молний — совсем недавно прошла гроза. Однако, это никоим образом не испортило народу пятничный вечер, люди шумно отмечали конец рабочей недели в барах и закусочных: выпивали, веселились, отдыхали. Выходные как-никак, стоит хорошенько оттянуться и положительно зарядиться для следующих трудовых будней. Хатаке Какаши подобной радости гуляк не разделял. Будучи генеральным директором не малоизвестного холдинга «Shiden» и породистым альфой, на которого пускали слюни все, кому только не лень, Какаши предпочитал оставаться в такие вечера в своем офисе для разбора документов, ценя как божественный дар тишину, спокойствие и уединение. Все же быть главой такой большой организации уничтожает грандиозное количество нервных клеток. Но он не всегда был таким тихим. Благодаря древним генам, Хатаке является видным представителем своего клана: высокий, широкоплечий, подтянутый, а светлая копна серебристых волос и пронзительные глубокие глаза добавляли его загадочному образу не малую долю шарма. Лет с пятнадцати он умело использовал свою красоту и обаяние для обольщения множества равнодушных бет и миленьких омежек. Ему всегда доставались только самые лучшие и умелые любовники, но все связи с ними заканчивались по прошествии всего лишь одной ночи. Создавать отношения на его взгляд было слишком глупо и скучно. Зачем отдавать себя целиком и полностью только одному человеку, когда перед тобой, как на витрине пекарни, разложены такие вкусные, никем не тронутые «лакомства»? Но свой взгляд на жизнь мужчина изменил совсем недавно. Год назад, на вечеринке, по случаю своего двадцатисемилетия, Какаши встретил великолепного омегу. Тогда ему казалось, что он повстречал похожего на древнегреческую нимфу юношу: черные, как ночь, волосы блестели на свету от своей шелковистости, аристократично белая кожа удивительно контрастировала с угольно-черными глазами и нежно-розовыми губами, которые, как выяснилось немногим позже, оказались очень мягкими и сладкими на вкус. Акаши Сай был знакомым его родственника Итачи, и благодаря последнему он смог без проблем познакомиться с подающим большие надежды молодым художником. Их роман завязался быстро, Какаши с головой ушел в первые в своей жизни отношения и не замечал ничего вокруг, кроме своей любимой омеги. Забивал на клановые сборы, на тревожные звонки родителей, игнорировал обиженных таким поведением друзей, иногда даже пропускал весьма важные встречи, чтобы побыть рядом с этим прекрасным созданием. Какаши обхаживал его около месяца, задаривал дорогущими подарками, водил по самым лучшим тусовкам и ресторанам, а каждая проведенная с ним ночь записывалась в памяти альфы, как на пленку, и после без конца проматывалась одинокими холодными вечерами. Он просто утонул в Сае, растворился целиком и полностью в чарующих темных глазах с первого взгляда, пропитался его сладковатым запахом. Хатаке сильно к нему привязался… так сильно, что не заметил подлого обмана со стороны, как ему думалось, своего любимого человека. Сай буквально воткнул ему нож в спину, когда четыре месяца назад оповестил о своем уходе от него к более состоятельному альфе. В тот момент Какаши не столько ошарашила новость о расставании, как холодный, бесчувственный взгляд омеги и снисходительная улыбка. Этот высокомерный вид и слегка ленивая речь любимого больнее всего вдарили по сердцу и трепетным чувствам Хатаке. Он был разбит, разрушен на мелкие кусочки, сердце нестерпимо болело, от отчаяния хотелось выть на луну. На протяжении всей последующей недели Какаши не выходил из глухого запоя, снова и снова прокручивал в мозгу каждую проведенную рядом с Саем минуту, пытался понять, в чем он ошибся и где мог напортачить, чем мог обидеть свою омегу и почему от него отвернулись. Помощь пришла откуда альфа ее совсем не ожидал. Пробуждение Какаши было до жути неприятным, ледяная вода больно била по разрывающейся голове и затекала за шиворот провонявшей насквозь потом рубашки, в грудь больно упирался бортик ванной, чья-то крепкая рука железным захватом сомкнулась на его загривке и не отпускала до тех пор, пока он не смог членораздельно произнести, что сотворит с держащим его как щенка козлом. Обито тогда лишь посмеялся над ним и сказал, что сам не прочь его вздрючить за подобный цирк, но в скором времени убрал руку и набросил на его мокрую голову большое полотенце. Старый друг пришел к нему не один, а вместе со своими двоюродными братьями: Итачи и Саске. Те, после совместных усилий по приведении драгоценной тушки Хатаке в порядок, подробно рассказали, что он является не единственной жертвой этой маленькой лицемерной сучки. Сай мастерски играл на чувствах альф и пользовался ими как вещами, а после, за ненадобностью, выбрасывал их за борт. Таких «обманок» в Токио пруд пруди, уж ничего не попишешь. Итачи долго перед ним извинялся за такую подставу и надеялся, что Какаши не будет держать на него зла, ведь он сам узнал о настоящем обличии Сая совсем недавно. Тот очень хорошо скрывал свою личину, докопаться до правды было затруднительно. Обижаться, а уж тем более кричать на брата Какаши не собирался, они с детства росли вместе, и такая ерунда, как продажная шлюшка, не могла разрушить их отношения. Это целиком и полностью ошибка Какаши и в столь печальных последствиях виноват он сам. Притом Хатаке, спустя какое-то время, понял, что это справедливо ниспосланное ему наказание свыше, за то, что он по-скотски вел себя со своими бывшими любовниками и точно также причинял им боль. Эффект бумеранга, как говорится. И вот сейчас он сидел в своем кабинете, перебирал бумажки, обдумывал, чем можно будет себя занять в скучные выходные и надеялся, что его не потревожат до самого понедельника, ведь гулять и веселится ему совсем не хотелось. Надеялся Какаши зря. — Привет трудовому классу! — завопил с порога Обито, чуть не высадив с ноги дверь. За его спиной ухмыляясь стоял Итачи и держал в руках черное пальто Какаши. Вот же ж срань! — Думал, что сможешь скрыться в своем кабинете и продолжить нас игнорировать? Херушки ты угадал, патлатый! — Я никуда не пойду, — сходу выпалил Какаши, сосредоточенно вчитываясь в очередной договор. Хотя смысл иероглифов он уже как час не мог понять — уставшие глаза отказывались передавать информацию мозгу. — Вашего мнения, сударь, вообще никто не спрашивает. Свяжем, как куколку, и понесем на ручках. Я уже все продумал! — поиграл бровями и растянул губы в широченной улыбке, больше похожей на кровожадный оскал. Обито, обойдя директорское кресло, стал за спиной Хатаке и, красноречиво намекая, потянул руки к незащищенной шее. — Я буду сопротивляться, — Какаши отложил в сторону документ и, задрав голову вверх, улыбнулся в ответ. Все же Обито замечательный человек, одним своим видом мог разогнать тучи над головой и развеселить, сам не заметишь, как начнешь танцевать польку и горланить песни. — А ты думаешь, Итачи я захватил с собой просто так? — приподнял одну бровь и с вызовом посмотрел на друга. — Ты динамишь нас уже три недели! Сегодня ты не отвертишься. У дяди сегодня большое шоу, и он потребовал, чтоб я тебя непременно притащил. Уж прости, но старших ослушаться я никак не могу, — и улыбается довольно, засранец. — А Мадаре-то я на кой-черт сдался? — Хатаке откинулся на спинку кресла и не спеша закурил, внимательно следя за Учихами. Какаши их хорошо знал, пустыми угрозами не сыплют, ослабишь бдительность — действительно свяжут. Да и новость про указ дяди его немного озадачила. — Он за тебя, между прочим, очень переживал, а ты, паскудник такой, так ни разу ему и не позвонил, — упрекнул родственника Обито. Вот тут Хатаке действительно стало стыдно. Их родителям порой не хватало времени на собственные чада, — все достаточно занятые люди и не могли в полной мере заниматься воспитанием суетливых шалопаев, — тут как раз на помощь и приходил Мадара, младший брат Фугаку и Кагами. Разница в возрасте с дядей у него была не такая уж и большая, всего-то двенадцать лет, но несмотря на юный возраст Мадара никогда не оставлял без присмотра своих племянников. Какаши к нему всегда относился холодно, ведь думал, что с ним возятся лишь потому, что его мать тоже была Учиха, правда из побочной ветви, а Сакумо — хорошим другом Фугаку. Но после хорошего подзатыльника, широкой улыбки и поучительной беседы молодого дяди он понял, что в клане одинаково любят всех детей и никогда не делают между ними различий. Да, вышло не хорошо, давно он уже с ним не виделся, придется согласиться. И притом, почему бы ему и в самом деле не развеяться? Не всю же жизнь ему тут тухнуть и покрываться плесенью. — А что за шоу у него? Предупреждаю сразу, смотреть на мордобой альф у меня нет никакого желания, — предупредил Какаши, выпустив прямо в лицо Обито обильную порцию дыма, чтоб он, наконец, отцепился и не виснул над душой. Насколько он помнил, у Мадары был очень известный клуб. Днем в малый зал заходили офисные работники, чтоб пообедать и отдохнуть, по вечерам и ночам в главном зале долбилась на уши золотая молодежь, но вот по таким вот пятничным вечерам там устраивались бои альф. Многим такое развлечение пришлось по вкусу, ведь жизнь скучная штука, а посмотреть на необузданную внутри каждого альфы природу хотели многие. Это весьма завораживающее зрелище и посетителей на таких представлениях всегда было валом. — Я тебе сейчас вдарю! — пригрозил Учиха, впадая в крайнюю степень бешенства. — Неужели в твоей дырявой башке ничего, кроме циферок не задерживается? — больно потыкал указательным пальцем в седую макушку. — Да что я опять сделал не так? — Какаши действительно не понимал и, жалостливо поглядывая на младшего брата этого ошалелого, отмахивался от болезненных тычков. — У Мадары теперь совершенно другое шоу, бои альф он давно закрыл, — Итачи поспешил помочь заполнить пробелы в памяти Какаши, уж больно Обито опасно махал кулаком над его головой. — Уже месяцев пять как. Мы тебе говорили, но ты видимо запамятовал. — Ага! Запамятовал он, как же! Он тупо пропустил все мимо ушей! — дикий ор раздался над самым ухом Хатаке, пришлось немного прищурить один глаз, а то неровен час выпадет от давления на перепонки. — У нас для тебя целая куча новостей! Так что поднимай жопку и выбирай: либо ты едешь добровольно и веселишься, либо я прямо сейчас тебя насильно отсюда выношу, и тогда ты получишь от всех нас по пинку! Вам предоставляется последнее слово, подсудимый. — Да понял я уже, — Какаши замахнулся, целясь прям по светящейся от счастья роже. Нацеленный удар не достиг оппонента — Обито успел отскочить. — Прекрати орать! Двадцать девять, а до сих пор детство в жопе играет. Поеду я, поеду, — Какаши демонстративно потушил тлеющий окурок в пепельнице, захлопнул крышку ноутбука и с громким хлопком закрыл папку. — Вот это уже другой разговор, — довольный собственным триумфом, Учиха одобрил выбор мужчины и, подбежав к брату и взяв у него пальто, как заправской дворецкий расправил вещь и накинул ее на плечи Какаши. Пропел голоском старой заботливой домоправительницы, стряхивая с плеч друга невидимые пылинки: — Хороший мальчик. Хочешь, мы по пути заедем в зоомагазин, и я куплю тебе лакомство? А, Какаши-кун? — Конечно, Обито-кун! — подхватил весело Хатаке. — А потом мы заедем в больничку и полечим тебе сломанную челюсть. — Но-но! Мое лицо — национальное достояние! — Обито тут же отвернулся и показательно сложил руки на груди. — Я пожалуюсь на тебя маме. — А я папе, — Хатаке повеселел от такой перебранки. Остатки мрачного настроения как ветром сдуло. — Время! — гаркнул Итачи, не в силах больше смотреть на это представление сбежавших с психушки умалишённых. — Если оба сейчас не успокоитесь, то я пожалуюсь Мадаре. Как по команде альфы выпрямились в струнку и поочередно вышли из кабинета с каменными лицами. Закатив глаза от этого траурного шествия, Итачи быстро захлопнул двери кабинета и поспешил к лифтам, где неугомонная парочка шепотом сыпала в адрес друг друга град ругательств и многозначительно жестикулировала. Тащите носилки и капельницы, ибо без убойной дозы успокоительного, смотреть на эту «братскую любовь» у Итачи не хватит терпения, а еще ведь вся ночь впереди. — Так вы мне так и не ответили, что там за шоу, — решил напомнить Какаши, усаживаясь на водительское сидение своего Мерседеса. — Вот не скажем, — съехидничал рядом сидящий Итачи, беря в руки телефон и начиная на нем что-то быстро строчить. — Но я более чем уверен, что тебе понравится. — Ну хоть намекните. — Ну ладно, так уж и быть, — сдался Обито и улыбнулся, встречаясь с ним взглядом в зеркале заднего вида. — Мадара немного сменил тематику своих представлений, теперь главными звездами у него выступают хорошенькие омеги. — Драки омег? — Какаши недоуменно приподнял бровь. — А тебе лишь бы насилия побольше, кровожадный ты наш, — хохотнул друг. — Нет, они не дерутся, а стараются не попасться в руки альфам. — Это как? — Просто. Омеги — убегают, альфы — догоняют. — Нихера не понял... — А я и не удивлен. У тебя же уже мозг в изюм превратился! — обиженно фыркнул Учиха. — Да как это можно понять?! — раздраженно зарычал в ответ Хатаке. — Они там по залу что ли бегают? И что это вообще за представление такое? Детские салки? Серьезно? — Не шумите, — спокойно вклинился Итачи, оторвавшись от экрана смартфона. — Скоро приедем, и сам все увидишь, Какаши. Не буянь. Спор прекратился в ту же минуту, оппоненты надулись как иглобрюхие рыбки и отвернулись каждый в свою сторону. У Итачи прирожденный дар дипломатии, в один момент мог пресечь любую ссору. Еще бы его не было, торговый бизнес семьи еще и не такого хладнокровия требует. Иной раз своим голосом Итачи мог даже отца поставить на место, если тот был не прав и кричал почем зря, на что решался далеко не каждый член их обширной семьи. Фугаку хоть и грозный мужик, и весьма опасный альфа, но не прислушаться к словам своего старшего сына никак не мог, а уж после сурового взгляда Микото, — миловидной и нежной супруги-омеги, — так совсем добряком становился и был готов даже печь пироги, если та скажет. Спустя двадцать минут блуждания по переполненным улицам центрального района, троица, припарковавшись на стоянке, покинула авто и, кивнув поприветствовавшим их охранникам, зашла в парадные двери клуба, над которыми висела яркая вывеска с названием заведения. Скинув верхнюю одежду улыбчивой девушке-бете и получив из её рук номерки, альфы твердой походкой направились в главный зал. Какаши не отставал от братьев, но не мог заставить себя перестать крутить головой по сторонам и восхищаться новому интерьеру. «Аматерасу», — любимое детище Мадары, — потерпел колосальные изменения и, на взгляд Какаши, преобразился в лучшую сторону. Если раньше это было суровое, темное, немного жутковатое помещение, давящее своей готической мрачностью, что в принципе для жестких схваток было самое оно; то сейчас это место больше напоминало высококлассный клуб в стиле хай-тек, в серебристых, черных и белых тонах. На втором этаже располагалась VIP-зона со стеклянными столами и мягкими черными диванчиками с креслами, поставленными по всему периметру стеклянного кольцеобразного заграждения. На первом этаже также стояли столики, но только не с диванами, а с мягкими с высокими спинками стульями. Холодное освещение давало расслабляющий эффект и не било больно по глазам — еще один ощутимый плюс. Фоном играла приятная музыка. Публика собралась тут тоже достаточно разношерстная и в большом количестве, Хатаке даже смог разглядеть здесь парочку своих знакомых, деловых партнеров и узнать нескольких знаменитых айдолов. В общей сложности зал вместил в себя почти триста с небольшим человек. В воздухе витала дикая смесь обильно испускаемых феромонов благородных альф и роскошных омег, что порядком раздражало чувствительный нос Какаши. Это был первый пункт в его списке причин не появляться на подобных мероприятиях. Хорошо, что Мадара и об этом позаботился — под самым потолком зала стояла целая сеть кондиционеров, которые немного разбавляли густоту воздуха. Но главной изюминкой этого заведения была отнюдь не обстановка или публика, а большая цветастая арена, размером с четыре боксерских ринга. Вот тут Какаши всерьез призадумался и переосмыслил слова Обито, уже догадываясь, почему весь ринг был похож на хаотичную полосу препятствий. Вся арена была буквально напичкана деревянными скамейками разных размеров, железными турниками с мягкими боковинами, рампами и еще разной всячиной, а ограждало это творение высокая сетчатая куполообразная «клетка». Это место больше напоминало полигон для повышения мастерства в паркуре, чем площадку для веселых догонялок. Теперь все встало на свои места, но Какаши решил, что лучше пока не спешить с окончательными выводами и подождать, пока хозяин заведения сам ему все подробно не разъяснит. На втором этаже за большим столом всю компанию уже давно дожидался хмурый Саске. Завидев родственников, он лениво поднялся с места, пожал Какаши руку, улыбнулся ему как-то нервно-натянуто, кивнул головой братьям и вновь опустился в кресло, вперив напряженный взгляд на пустующий ринг. — Чем недоволен, отото? — Итачи с усмешкой приподнял бровь, попутно заказывая себе крепкого бурбона и расстёгивая пуговицы черного пиджака. — Ты же так ждал конца недели, чтоб вновь увидеть свою любовь, а сейчас сидишь тут как надутый ежик. Поругались, что ль? — Бинго, блять, — угрюмо буркнул Саске, подперев щеку рукой. — Что за любовь? — с интересом пропел Какаши, делая глоток виски. — Да есть тут один красавчик-омега, который посмел послать нашего принца, — игнорируя зверский взгляд младшенького, глумливо протянул Обито. Нашел кого пугать. — Он тут работает. Саске к нему не раз яйца подкатывал, а тот вечно его посылал. Но, вроде бы, они уже встречаются. — Не вроде бы, а встречаемся, — поправил его Саске. — Я так понял, он один из этих омег, которые «убегают»? — Ага, — кивнул Обито. — Он и парень Итачи тут главные звезды. Темпераментные такие, аж мурашки по коже. — И ты тут себе нашел пару? — Какаши перевел удивленный взгляд на Итачи. — Он красивый и сразу мне понравился, — брюнет качнул плечами, дескать, что тут удивительного? — Правда он такой гордый и неуступчивый… — как-то задумчиво протянул он, пряча улыбку в бокале. — Мадара под своим крылом собирает только самых лучших омег, как уж тут удержаться? Какаши очень удивился подобному раскладу. Он конечно же счастлив, что братья нашли свои половинки, ведь всем известно, что если представитель из клана Учиха заприметил кого, то непременно добивался взаимности и создавал с избранником семью — однолюбы, одним словом, — но в то же время Хатаке немного напрягся. Такие отношения могли нагнать кучу негодования в СМИ. Завидные женихи, богатые альфы из знати, успешные акулы бизнеса и тут вдруг запали на омег, выступающих на публике в шоу сомнительного содержания. Богатая почва для мерзких сплетен. Но судя по спокойствию Учих, Какаши понял, что повода для беспокойства нет. Ну тогда и ему не стоит зря волноваться. — А вы не против, что они здесь выступают? — Конечно же, мы против, — недовольно ответил Саске, — вот только нарушать установленные не нами правила не имеем права. Они уйдут отсюда добровольно лишь в том случае, если мы победим их в поединке. Как ты сам уже понял, счет пока не в нашу пользу. — Понятно, — усмехнулся в ответ. — Ну наконец-то! Неужто ты соизволил приехать?! — как раскатом грома, раздался глубокий радостный голос за спинами компании. Мадара, попутно здороваясь с завсегдатаями своего заведения, широко развел руки в стороны и бодро шагал в их сторону. Какаши тут же поднялся с места и, улыбаясь, протянул ему руку. — Пропал незнамо куда, я тут уже весь извелся от переживаний, — Мадара подошел к племяннику и, игнорируя протянутую ладонь, крепко обхватил его могучими руками. — Надеюсь Обито уже успел тебе втащить, за такое неприемлемое поведение? Бросил бедного старенького дядюшку на произвол судьбы… не стыдно, Какаши? — Привет, — только и смог прокряхтеть Хатаке, с удовольствием обнимая родственника в ответ. По сравнению с младшим поколением, Мадара был очень высоким альфой, еще с рождения — почти два с лишним метра, широкий, как двустворчатый шкаф, массивный, а пышная грива черных волос до пояса вообще делала его похожим на бурого медведя. Какаши даже хмыкнул, припоминая, как в детстве испугался этого лохматого дядьки, больше похожего на дикого, доисторического альфу. Он тогда знатно перетрусил, увидев черные с едва заметным отблеском красного глаза и большие клыки, доставшиеся ему от предков. — Не прибедняйся, ты еще фору молодым дашь, — Какаши похлопал его по плечу и опустился на диван, рядом приземлился хозяин заведения. — Как ты вообще? Смотрю ты тут неплохо потрудился, — обвел глазами зал. — Да это мне Хината идейку подкинула, она же и занималась интерьером, как-никак она у меня дизайнер. Ей очень не нравились такие развлечения, насилие она никогда не приветствовала, — улыбчиво пояснил альфа, произнося имя молодой жены с огромной нежностью. — Между прочим, эта программа посетителям понравилась куда больше, чем предыдущая, я даже сам удивился. — А я тебе сразу говорил, что идея с альфами нацелена лишь на узкий круг аудитории и быстро приестся, — проговорил Итачи, салютуя стаканом. — Ой, молчал бы! — отмахнулся Мадара. — Сказал бы прямо, что тебе просто хотелось пожамкать омежек. — Ну, не без этого, — быстро согласился брюнет, флегматично качнув плечами. — Кстати, — вдруг воспрял духом до этого молчаливый Саске, — мне Обито уже все уши прожужжал, что у вас там какие-то грандиозные новости для нас. Не томите, рассказывайте уже. — Да-да, и мне он тоже что-то подобное говорил, — кивнул Хатаке, поглядывая то на дядю, то на друга. Итачи в молчаливой солидарности отставил граненый стакан на столик и приготовился слушать. Альфы сразу как-то разулыбались, переглянулись заблестевшими глазами, гордо вздернули подбородки и выпрямились. Значит, новость и впрямь должна быть хорошей. Все затаили дыхание. Первым не выдержал Обито: — Рин беременна. — Да ладно?! — хором выпалили ошарашенные альфы, выпучив глаза и раскрыв от удивления рты. — Да! Срок уже двенадцать недель, — радости будущего папаши не было предела. Какаши устал за этот вечер удивляться и поэтому без лишних слов подорвался и крепко обнял товарища, разделяя его радость. С Рин он был знаком еще с института, в который они поступили вместе с Учихой сразу после школы. С первых дней Обито заприметил эту милую и скромную девушку, начал всячески выказывать ей знаки внимания, но, по каким-то причинам, Нохара постоянно игнорировала его ухаживания и отказывала, хотя Хатаке со сто процентной уверенностью мог заявить, что альфа ей нравился ничуть не меньше. Причины такого поведения избранницы Обито выяснились чуть позже. Оказывается, по своей природе Рин была бетой, и поэтому вероятность забеременеть, а уж тем более родить от альфы у неё была очень низкой. Но Обито не сдался, он упорно добивался её согласия, наплевав на все предоставляемые ею доводы. И его старания увенчались успехом — пять лет назад пара сыграла свадьбу, на которой Хатаке был почетным шафером. Все эти пять лет они упрямо шли к своей цели, на своем пути молодожены повстречали множество проблем и горестей, таких, например, как отрицательные результаты тестов, истерики на нервной почве у Рин, сочувствующие взгляды врачей и горькие слезы в подушку по ночам. Но они не сломались, не положились на волю случая, а каждый день вместе стоически держали тяжелые удары судьбы и старались создать настоящую семью. И Какаши безумно счастлив, что все печали, выпавшие на долю его друзей, наконец-то, закончились. — Поздравляем! — Итачи тут же вскочил с кресла и, обогнув стол, заключил в крепкие объятия брата. — А чего молчали-то так долго?! — Не хотели раньше времени говорить, но пару дней назад врач сказал, что опасность миновала и остаток беременности пройдет без проблем, — Обито с удовольствием вывалил информацию на родню, и так терпел долго, такой радостью хотелось делиться со всеми и сразу. — С меня кроватка! — безапелляционно заявил повеселевший Саске, хлопая брата по плечу и пожимая ему руку. — А почему это с тебя? — возмутился Итачи. — Я старший и главный подарок должен быть от меня! Пока братья спорили, Обито решил присесть — ноги стали ватными и практически его не держали, совсем как в тот момент, когда Рин, глотая слезы, протянула ему тест с двумя полосками. — Кто первый встал — того и тапки, дорогой аники. Потеснишься, ничего с тобой не сделается, — нагло пропел младший. — Ну вы еще подеритесь, — хохотнул Мадара, чокаясь со светящимся яркой лампочкой Обито бокалами. — А у тебя какая новость? — улыбаясь, поинтересовался у него Какаши. — Колись, неужели еще один клуб открываешь? — Не, мне и этого хватает, — лукаво улыбнулся альфа, делая большой глоток спиртного. — А что тогда? Итачи с Саске так стоя и застыли, выжидательно вылупившись на Мадару. — Хината тоже беременна. — Да ладно?! — и снова хором. — А других слов в лексиконе нет? — возмутился дядюшка. — Ты серьезно? И Хината тоже? — затараторил Саске. — Агась, — довольно кивнул. — Только мы немного младше, нам всего шесть недель. — Ай, чертяка ты старый! — закричал он снова, перепугав своим воплем немало посетителей. — Да неужели, наконец, станешь папашкой?! — Не такой уж я и старый! — запротестовал Мадара, клацнув зубами. — Я просто ждал, пока Хината закончит институт и устроится на работу. Мне совсем не хотелось мешать её карьере, она еще очень молода и взваливать на её плечи еще и материнство было бы свинством с моей стороны. — Какие мы благородные, — Итачи опустил руки в карманы. — Ну, и кого хочется? Признавайтесь, мальчика, девочку? Альфу, омежку? — В этом плане я солидарен с Обито, — кивнул на уже немного захмелевшего племянника. — Главное, чтоб здоровенькие были, а остальное не важно, — Обито, не переставая улыбаться, усердно закивал в ответ. — Это непременно нужно отпраздновать, — довольно потирая руки, утвердил Итачи и, повертев головой, нашел официанта, поднял руку и двинулся в его сторону. — Я сейчас. — Ну вы даете, — ухмыльнулся Какаши. — Целый беби-бум устроили. Когда остальным расскажете? Я уверен Кагами с Фугаку просто в осадок выпадут. — У нас через две недели как раз клановый сбор, вот там и расскажем, — кивнул Мадара, прикуривая сигарету. Курил он исключительно на работе, Хината не запрещала ему это делать и дома, выйди на балкон, да и подыми в свое удовольствие, ведь она видела, как ему хочется. Но Мадара наотрез отказался от её любезного предложения — травить своего нерождённого ребенка дымом он не собирался, а как родится — так он и совсем бросит. — Не напоминай мне, пожалуйста, об этом событии! — неожиданно грустно взмолился Саске. — Я и так нервничаю. — А что такое? — поинтересовался Какаши, реакция младшего его порядком позабавила, этот мелкий шельмец редко бывал в подобном настроении. — Лучше не спрашивай, Хатаке, — брюнет махнул рукой и, плюхаясь обратно в кресло, отвернулся к рингу. — Это он из-за Наруто такой, — поделился секретом Мадара. — Это так избранника зовут? — уточнил. — Ага, — кивнул, выдыхая белесый дым через нос и рот. — Они встречаются уже два месяца, и совсем недавно Саске изъявил желание представить его своим родителям. Узумаки взбесился и начал орать, что он не породистая кобыла для случки и незачем его кому-то там показывать. — Хм… странно, обычно же омеги только этого и ждут. — Ошибочно-стереотипное мнение, дорогой племяш, — Мадара ткнул пальцем ему в висок, чуть не опалив сигаретой серые волосы, и сурово свел брови. — На самом деле омеги самые обыкновенные люди, которые тоже хотят учиться, работать, добиваться поставленных целей, а не быть инкубаторами и неженками, какими их делает наше слепое общество, руководствуясь таким термином, как второй пол. Они тоже достойны хорошей жизни и имеют полное право обрести свое счастье. У меня в клубе собраны порядочные омеги, и уж поверь мне, они работают здесь не для того, чтобы в корыстных целях спать со всеми богачами направо и налево, а для того, чтоб честно заработать деньги. Будь ты хоть трижды гениален и трудолюбив, но, если работодатель узнает, что ты омега — уволит к чертовой матери или вообще не возьмёт на работу. Лишь единицы покоряют высоты, и ты сам понимаешь, каким способом они этого добиваются. — Понимаю, — согласился Какаши, на ум как раз и пришел один такой человек. В груди разлилось что-то неприятное, муторно-гадкое, на душе стало немного тоскливо. Прошло достаточно времени с их расставания, но вот тянущая боль в солнечном сплетении никак не хотела пропадать. Альфа поспешил избавиться от этих ощущений, залив в себя еще дозу спиртного. — Вот, например, Наруто, — продолжил Учиха. — Ответственный парень, дружелюбный, помогает всем от чистого сердца, добрый, просто драгоценное золото, а не человек. Но если ты посмеешь предложить ему быстрый перепихон или содержание — тут же поймешь, как херово жить без яиц. Отдубасить может кого угодно. Малец далеко не глупый, рассудительный для своих лет, держит целый магазин по продаже музыкальных инструментов, и весьма известный, хочу тебе сказать. Как же он называется? — пощелкал пальцами, пытаясь припомнить. — «Кьюби» — буркнул Саске. — Магазин называется «Кьюби». — О! Точно! Спасибо, — воскликнул Мадара, слово вертелось на языке, но никак не хотело всплывать в памяти. — Или вот, например, Дейдара — понравившийся паренек Итачи. С отличием закончил Тодай, с детства увлекается фотографией, владеет хорошим тату-салоном. Они, кстати, с Наруто друзья детства и вместе снимают квартиру. Деньги им нужны для жилья, часть посылают родителям, часть откладывают на путешествия, но больше половины гонорара непременно отдают на благотворительность, в детские дома. Но здесь они больше для развлечения — шустрые оба жутко, сбрасывают таким образом скопившееся за неделю напряжение и утирают носы многим самодовольным альфам. Числятся у меня в тройке непобедимых, еще никому не удалось их поймать. Но вот что-то мне подсказывает, что эти черти сегодня это исправят, — прищурив глаза, Мадара с подозрением посмотрел на Саске, негласно подразумевая еще и Итачи. Молодой альфа в ответ лишь довольно хмыкнул. — А сколько их у тебя вообще? Ну, омег, — закуривая, спросил Хатаке, ему это место начинает нравиться все больше. — Штат омег у меня пополняется каждый месяц, ребят быстро разбирают. В основном мои пташки сходятся с поймавшими их альфами и больше сюда не возвращаются. Кто же выпустит из своих рук такие сокровища? Это просто идиотом надо быть! Хотя, по правде сказать, было у меня два случая, когда альфы цинично использовали ребят и бросили их. Так скажем, добавили к себе в коллекцию. Но после этого эти уроды потеряли членство в моем клубе, ровно как и уважение многих своих компаньонов. Все друг друга знают, в одном мире ведь крутимся. Я такого поведения не терплю, так что, если и Саске что-то подобное выкинет — не посмотрю, что племянник, — вышвырну к чертовой матери, да в придачу еще и отметелю, — перевел взгляд на того и опасно сверкнул глазами. — Да не собираюсь я его обижать! — горячо запротестовал Саске, уместно промолчал, что это как раз над ним постоянно издевается один не в меру наглый и хитрый блондин. Схватил со столика стакан со своим Хеннеси и сделал большой глоток. — Я просто хотел познакомить Наруто с мамой, она увидела его фотку у меня на телефоне и попросила привести его на обед. А этот остолоп ни в какую! Неужели так трудно хоть раз мне уступить?! — вопрос прозвучал в пустоту и сопроводился дерганным взмахом руки. — Ну так приведешь в другой раз, в чем проблема-то? — не понимая в чем беда, спросил Обито. — Последний день что ли видитесь. — Нет уж! Я тоже упрямый! Пойдет как миленький! Мы с ним поспорили, что если сегодня мне удастся его поймать, то он без возражений пойдет со мной на клановую встречу. А если нет… — Саске замялся и опустил глаза на стакан в руке, — то мы расстаемся. — Вот те раз, — пораженно присвистнул Какаши. Мадара рядом комично расширил глаза от удивления и чуть не подавился дымом. Наруто не перестает его удивлять, так вертеть этим гордецом еще никто не смел. — Тогда, отото, — к столу подошел Итачи и поставил на него ряд бутылок, следом бесшумно появились официанты и расставили перед гостями разновидные закуски, — кончай бухать и хандрить, — отобрал стакан у брата и сел в кресло рядом. — Сегодня мы просто обязаны с тобой победить, на кону, как-никак, честь клана Учиха. — А никто не говорит, что я так легко сдамся, — младший гордо вскинул голову, показывая всем видом, что победа у него уже в кармане. — Звучит как тост, — тут же встрепенулся Обито, разливая всем по пузатым бокалам принесенный коньяк. — За Учих, которые никогда не пасуют перед трудностями! Под одобрительное гудение бокалы дружно звякнули. Альфы фыркнули от крепости напитка и, отставив их в сторону, начали усердно работать палочками, разбавляя тишину легкими разговорами и шутками. Еда была превосходной, мясо самым мягким и сочным, какое только Какаши доводилось пробовать, а его любимые баклажаны казались просто произведением искусства. Хатаке редко готовил для себя, хотя и умеет, все больше перебивался покупными в круглосуточных бенто или скудными перекусами в кафетерии. Плюс курит не в себя, плюс кофе хлещет литрами, так, не ровен час, и язву себе наживет. Может уже и ему стоит найти себе кого-нибудь? Пора заканчивать с холостяцкой жизнью, в последнее время одиночество все больше начинает давить, а холод в стенах родного дома становится просто невыносимым. А что касается того случая с Саем… ну так это ведь с каждым может случиться. Не стоит закапывать себя живьем в сожаления и боятся до конца жизни вновь наступить на те же грабли. Пора выбросить в конце концов все воспоминания о нем из головы и начать думать о себе, все же жизнь продолжается, пора двигаться дальше. И что-то подсказывало Хатаке, что именно сегодня с ним непременно случится что-то хорошее.