Хроники города Энск

Мы ехали по грязной, замусоренной улочке, одному из тех заброшенных уголков, где давно уже не работала метла дворника, а жители совершенно не заботились о наведении даже относительного порядка. На таких улицах обычно лежат горы разнообразного хлама: набитые до отказа полиэтиленовые пакеты, обломки каких-то деревяшек с торчащими из них гвоздями, консервные банки и многое другое. И что самое удивительное, весь этот хлам, по неписанной традиции, упорно бросают рядом с контейнерами для мусора, даже если те абсолютно пусты. Луиджи внимательно следил за дорогой и аккуратно объезжал стороной свалку за свалкой. Было заметно, что он сильно нервничает перед встречей с Акиро. Вдруг мальчик испугается и не захочет с ним общаться? Вдруг кто-нибудь успел проболтаться, что Луиджи - дракон? Всю дорогу он расспрашивал у меня, что ещё я знаю об Акиро. Но единственное, что я ещё мог рассказать ему, так это про путешествие по земле Лем. Луиджи с чрезвычайным вниманием выслушал рассказ о том, как на семью Кохакунуси напал дуокапит. - Скорее всего, мальчик, ко всему прочему, боится высоты, - предположил Луиджи по окончании рассказа. - Это может несколько усложнить дело... Автомобиль вильнул в сторону и остановился в тупике. - Куда-то мы не туда заехали, - озабоченно сказал я, оглядываясь вокруг. - Как ты считаешь, дружок? - Надо у кого-нибудь спросить дорогу, - ответил тот. Луиджи задним ходом вывел машину из тупика и оставил на обочине дороги. Я передал ему Пантелея, выбрался из машины и замахал рукой, привлекая внимание какого-то горожанина, который тащил на тачке гору металлолома. - Вибачте! Ви не підкажете, як дістатися до маєтку "Sen Kaminari"? - До якого маєтку? - переспросил прохожий. - До "Ціх каменярів"? - До яких каменярів? - я слегка опешил и удивленно уставился на собеседника. - До ціх. До маєтку "Ці каменярі"! Тут я понял, в чем дело, и едва не прыснул со смеху. - Так, так, до нього, - подтвердил я. - Ви їдьтє далі два квартали, а потім - ліворуч, - объяснил мой собеседник. - А там стежина аж до самих "Ціх каменярів"... Я поблагодарил его и мы поехали дальше. Наконец-то мы добрались до цели! Сам я здесь ни разу не бывал, но сразу узнал это место по описаниям. Много разных легенд и преданий, зачастую ужасных и мистических, связано было с этим местом. Я даже представить себе не мог, что в нём будут жить мои друзья. - По-моему, не самое лучшее место для ребенка, который пережил такой стресс, - пробормотал я, осматривая ржавую водосточную трубу, из которой с равномерным "Кап!.. Кап!.. Кап!.." вытекала в переполненную бочку струйка воды. Луиджи остановил джип возле калитки и пару раз нажал сигнал. Дверь дома открылась и из нее торопливо вышел старичок. Я сразу догадался, что это двоюродный дедушка моего друга. - Здравствуйте! - приветствовал он меня, когда я, держа Пантелея поперёк живота, выбрался из джипа. - Значит, это вы и есть генерал Задорожный? Хаку мне о вас столько рассказывал! Рад с вами познакомиться! - Эм... - замялся я. - Здравствуйте... Меньше всего я ожидал встретить здесь такого вот скромного, приветливого, улыбчивого старичка. - Тихиро, деточка! - позвал он. - Смотри, кто к нам пожаловал! На его зов из дома выбежала стройная худенькая молодая женщина, а за ней по пятам - двое ребятишек. - Товарищ генерал!!! - закричала она, мгновенно узнав меня, и тут же бросилась мне на шею. - Вот тебе подарок, - проговорил я, вручая ей Пантелея (Тихиро с трудом удалось удержать кота: весил этот обормот килограммов двадцать, не меньше!). - Прошу любить, кормить и не обижать. - Уф... Такого обидишь... - опуская кота на землю и с трудом переводя дыхание, пробурчала Тихиро. - Это ж бронелокис, а не кот! Акиро, выбежав вслед за Тихиро и Хаякавой, остановился на пороге и придержал сестрёнку. Нет, генерал ему неожиданно очень понравился: было в нём что-то знакомое, привычное, почти родное. Но вот вальяжно возлежавший у него на руках зверь... Неужели генерал неверно понял папу и вместо кошки привёз здоровенную рыжую дворнягу?! - Погоди, Хаякава, - сказал он строго. - Мы не знаем, что это за зверь. Вдруг он кусается? - Да ни капельки он не кусается, - возразила Хаякава. - Гляди, мама берёт его на ручки. Ой, какой здоровенный... Да это же киска!!! И девочка, проворно вывернувшись из рук брата, бросилась здороваться с новым членом семьи. Назвать "киской" могучее животное, которое в холке было ей по пояс, могла только Хаякава. Но бояться его и вправду было нечего: это был всего лишь кот, из тех, что вывелись в наших местах после войны. В отличие от многих других животных, мутация кошек не имела столь мрачных последствий и они, в отличие от тех же кроликов и индюков, остались рядом с человеком, охраняя его запасы от мелких грызунов, заменяя давно исчезнувших собак во время охоты и, по своему кошачьему обыкновению, мирным мурлыканьем и жизнерадостными играми с хозяйскими детьми создавая в доме неповторимый уют. Пантелей пришёл к нам в авиаотряд поздней осенью. Может статься, его хозяева умерли или переехали из наших мест, а он то ли потерялся в дороге, то ли не захотел покидать родные края... Он быстро привык к нашей суровой жизни, а мы привыкли к нему. Но глядя, как студёными зимними вечерами, когда стихали беседы и все расходились по тёплым жилищам, он одиноко сидел на подоконнике столовой, не глядя ни на кого из нас, я понимал, как нужен ему дом... Он был настоящим красавцем - светло-рыжий в широкую полоску более насыщенного оттенка. Морда, манишка и все четыре лапки были у него белыми, а весь он - мягок, пушист и похож на плюшевого мишку. Ясные глаза цвета янтаря смотрели на мир весело и безмятежно, коротковатый хвост-барометр оптимистично торчал вверх, показывая неизменно хорошее настроение. Это был самый добродушный, самый кроткий и спокойный кот, какого я когда-нибудь видел в своей жизни; к тому же, он явно вёл своё происхождение от котов, у которых на протяжении многих поколений был дом, в отличие от тех котят, которых ловили в лесу и приручали. Словом, лучшего кота для семьи с двумя детьми трудно было и вообразить! Акиро тоже подошел к коту и опасливо провёл ладонью по его голове. Пантелей сейчас же боднул руку мальчика и басовито заурчал. - Ой, как он мурчит! - восторженно взвизгнула Хаякава. - Мама, как его зовут? - Его зовут Пантелеем, - ответил я за Тихиро. - Мне кажется, - сказал Акиро, продолжая поглаживать кота, - он проголодался. - Я дам ему сметанки! - заявила Хаякава. - Пошли, Пантелей! Кис-кис! Тихиро меж тем отозвала меня в сторонку и тихо спросила, взглядом указывая на Луиджи: - Кто это с вами, товарищ генерал? Это ваш сын? Внук? - Нет, но ты его прекрасно знаешь, - таинственно ответил я. Тихиро присмотрелась внимательнее. - Да нет, не узнаю я его... - сказала она, пожав плечами. - Это Луиджи! - Я оглянулся на Акиро и перешел на заговорщический шепот. - Он собирается жениться на крошке Саломее и усиленно учится превращаться... Тихиро всплеснула руками, но я быстро прошептал: - Акиро ни в коем случае не должен знать, кто он такой! Есть у вас тут какой-нибудь уединённый уголок, чтобы я мог всё рассказать по порядку? Тихиро кивнула и взглядом предложила следовать за ней. Мы поднялись на второй этаж, а Луиджи и Акиро остались наедине. Некоторое время они сидели в молчании. Каждый изредка поглядывал друг на друга и, если их взгляды встречались, они тут же отводили глаза. - Здравствуй! - решил наконец прервать молчание Луиджи и улыбнулся. Акиро с опаской взглянул на него. Нет, этот человек в военизированном костюме ему положительно нравился. В его внешности было что-то располагающее, а улыбка - ну просто волшебная! Акиро помедлил еще мгновение и робко ответил: - Здравствуйте... - Как тебя зовут? - спросил Луиджи. - Акиро... - Мальчик робко взглянул на собеседника. - А вас? - Луиджи. Будем знакомы! - Будем знакомы! - Акиро немного осмелел. - Скажите, пожалуйста, вы работаете в авиаотряде? - Во-первых, говори мне "ты", - полушутя-полусерьёзно поправил его Луиджи. - А во-вторых... Да, в некотором роде работаю. - Тяжело там работать? - Любопытство начинало брать верх над смущением. - Когда как, - неопределенно ответил Луиджи - Бывает - тяжело, а бывает - не очень. А ты чем занимаешься? Ходишь в школу? - Да. А ещё дома, ну, в Японии, занимался рисованием и каллиграфией. - Очень хорошо! - Улыбка Луиджи стала еще шире. - Ты покажешь мне свои рисунки? Я совсем не умею рисовать, но люблю живопись. - Ну, какая там у меня живопись... - смутился Акиро, но тут же помчался в дом за своим альбомом... Мы с Тихиро видели из окна, как эти двое склонились над альбомом. На свете не было более не похожих друг на друга существ, чем эти двое, ибо даже в своей человеческой ипостаси Луиджи был неповторим. И всё же в этот миг они сидели рядышком на приваленном к забору бревну, и Акиро, робкий, застенчивый Акиро взахлёб рассказывал новому другу о сюжете своего рисунка, а Луиджи слушал... Слушал так, как умел он один: внимательно, с таким искренним интересом, словно для него не было ничего занимательнее рисунка обыкновенного десятилетнего мальчишки! Мы с Тихиро не торопились разлучать их. Я выпил стакан молока и съел посыпанный рубленными орехами коржик, которыми угостил меня Дзюинтиро, побеседовал со стариком о ценах на перловую крупу, а затем, вооружившись блокнотом и карандашом, отправился в сопровождении хозяев осматривать и записывать бесчисленные повреждения дома и на месте решать, что необходимо устранить уже сегодня, а что может и подождать несколько дней. Но вот на далёких башенных часах в городе пробило три. - Ну что ж, будем прощаться. Пора и честь знать! - неохотно проговорил я, надевая шляпу. - Поехали, Луиджи! Мне ещё нужно прислать сюда стекольщика, так что надо поторапливаться. - До свидания, товарищ генерал! - сказала Тихиро. - Приезжайте почаще! - Непременно, непременно. - Мне пора... - кивнул Луиджи своему новому другу и встал. - Погоди! - схватил его за руку Акиро. - Ты приедешь к нам снова? - Хочешь, завтра? - предложил Луиджи. - Ой, конечно, хочу! - Тогда - до завтра! - Ну, как всё прошло? - спросил я, когда мы с Луиджи отъехали от поместья. - Судя по тому, как сердечно вы прощались, всё отлично? - Да, неплохо, - не отрывая взгляда от дороги, ответил Луиджи. - Акиро - славный мальчик! - Он засмеялся и коротко оглянулся на меня. - Товарищ генерал, вы в футбол играть умеете? - К сожалению, нет... - Жаль. Я тоже не умею. То есть, по-человечески. А было бы неплохо погонять с Акиро мяч! Подвижные игры так сближают... - Майор Агеев, кажется, умеет, - вспомнил я. - Сейчас приедем и спросим. Мы представили майора Агеева в трусах до колен, раздражённой трусцой дефилирующего по футбольному полю, и дружно расхохотались. - Он ломаться будет, - покачал головой Луиджи. - А я припомню ему одну да-а-авнюю историю, - усмехнулся я. - Про то, как он летал... на Хаку... И пригрожу всем рассказать, если он немедленно не научит тебя футбольным премудростям. Пусть попробует тогда поломаться! По возвращении я немедленно послал группу солдат на ремонт поместья, а сам принялся ждать, когда вернется майор. Долго ждать не пришлось. Агеев и Хаку приехали вскоре после нас. - Ну, как всё прошло? - бросился ко мне на встречу Хаку. - Как там Акиро? - Луиджи говорит, что хорошо, - успокоил я моего друга. - Завтра он приедет к вам снова. Хаку тяжело опустился на лавку. - Значит, есть хоть маленькая надежда, что Акиро перестанет меня бояться? - глухо спросил он. - Есть, конечно есть! - заверил я его. - У вас, кстати, имеется удобная площадка для игры в футбол? - Найдётся. Но зачем... - Луиджи хочет завтра вместе с Акиро погонять мяч, - пояснил я, - для укрепления дружбы. - Пожалуй, я поеду домой, - пробормотал Хаку, вставая. - Голова идёт кругом. - Слушай, майор, - сказал я Агееву, едва "Mazda" Хаку отъехала от ворот авиаотряда, - тебе поручение: до вечера научить Луиджи играть в футбол. - Товарищ генерал! - возмутился майор. - Я что-то сегодня не в форме. Да, наверное, и возраст у меня уже не тот, чтобы мяч гонять. - Ну, тогда... я, пожалуй, попрошу... кого-нибудь другого... - делая паузы, ответил я. - Да-да, пожалуй, - пробормотал майор, почувствовав в моём голосе подвох. - Я вижу, ты действительно не в форме и... в общем, думаю, тебе не помешает небольшой отдых... Агеев смотрел на меня, удивленно моргая глазами. - Майор... - непринуждённо продолжал я. - Ты помнишь, как возвращался из стоматологии? Когда мы возили Хаку удалять зуб? Майор опустил глаза. - Я вижу, ты очень хочешь, чтобы все узнали об этом? Агеев отрицательно замотал головой. - Будешь учить Луиджи? - напрямую спросил я. У майора не оставалось выбора. - Да, - буркнул майор. - Тогда, шагом марш! На футбольеное поле! И чтобы без твоих обычных выходок! Майор поплелся в раздевалку... - Итак, начнем урок! - объявил я, когда майор, Луиджи и ещё несколько солдат, которые нам помогали, собрались на поле. Луиджи был очень прилежным учеником. Он всё схватывал на лету. Вскоре майор тоже увлёкся и даже перестал раздражаться. Так мы занимались до позднего вечера. Луиджи всё не хотел уходить с поля и расспрашивал майора Агеева то о каком-то сложном приёме, то ещё о чём-то... Лишь когда стемнело настолько, что не стало видно мяча, наши не в меру разыгравшиеся товарищи неохотно отправились спать.