Despite everything

Глава 1. — Они сошли с ума! — Молодой парень, практически сбивая с ног хозяина квартиры, вваливается в коридор. — И тебе привет, Чим-чим, — больше наверное самому себе произносит собеседник, направляясь за пожаловавшим в гости лучшим другом. Тэхен привык к таким визитам, они хоть и случались крайне редко, но всегда причиной плохого настроения Чимина были родители. Тут даже вариантов не было. В такие моменты Тэхен даже рад был, что вырос в детдоме, а семьей считал своих опекунов, оформивших Кима, как подопечного, за несколько лет до совершеннолетия и сполна заменивших ему родителей. По крайней мере, он был уверен, что столько же тепла и заботы, люди предоставившие свой биологический материал не смогли бы ему дать. Именно поэтому, сейчас, сидя на диване в небольшой гостиной и протягивая Паку стакан соком, он морально готовился к очередному трэшу, произошедшему в той семье. — Спасибо, — кивает Чимин, принимая из рук друга холодный напиток. — Тэ, они мне решили свадьбу устроить. Что делать то? — Чего? — Ким давится и, пытаясь восстановить дыхание, не оставляет попыток похлопать себя по спине. Не получается. Наконец откашлявшись, Тэхен сверлит собеседника взглядом. — Они что, вообще с кукушкой поругались? Чим, это не нормально. Ты ее хоть знаешь?! — Его. — Чимин смотрит, как Тэ давится второй раз, явно намереваясь распрощаться с жизнью. — Блять, Тэхен! Ты можешь не пытаться сдохнуть, когда я тебе душу изливаю? И нет, я его в глаза не видел. — Минни, ты должен с ними поговорить. Они тебя как вещь используют уже. Твое мнение совсем не учитывают, ты же живой человек, они не имеют права… — Имеют Тэ, они меня обеспечивают, я полностью зависим от них. Мне просто некуда идти, и да, не строй такое лицо, я в курсе, что мне 24. Ты прекрасно знаешь, сколько раз я устраивался на работу и чем это заканчивалось. Истерики матери и в итоге отец делал все, чтобы меня уволили. Я больше так не могу. Если честно, я даже думаю, а вдруг… Ну чисто теоретически, когда я выйду замуж, все изменится? Покрайне мере они уже не смогут меня так прессовать. Чимин гипнотизирует взглядом стакан, не решаясь посмотреть на друга. Он прекрасно понимает, что несёт полную ахинею, и сам не верит в это ни на минуту. Только вот, родителям перечить выше его сил. Слишком давно началась вся эта тирания и прочно вошла в жизнь Пака. Парень уже и не представлял, как жить по другому. Все решения в его жизни принимаются родителями, не понятно, как он ещё профессию сам выбрать умудрился. Чимин понимает, что все это похоже на бред сумасшедшего и, возможно, стоит наконец дать отпор, но тут же вспоминает разговор с отцом и весь настрой рушится, скатываясь в тартарары. Flashback — Сын, нам нужно поговорить, это серьезно. — Мужчина лет пятидесяти без стука входит в комнату. Брезгливо обводит взглядом плакаты с танцорами, что украшают небольшое помещение, вмещающее в себя лишь кровать, шкаф и компьютерный стол. Парень сидящий над очередным конспектом вздрагивает и резко оборачивается в сторону родителя, вопросительно глядя ему в глаза. — Ты же в курсе, что дела в фирме идут не сильно-то хорошо? — Да, отец, за вчерашним ужином вы упоминали об этом. — Чимин откладывает бумаги. — Вы так же упоминали, что нашли решение для выхода из сложившейся ситуации. — Чимин. Мне крайне не приятна эта тема, но для выхода из кризиса мы обязаны объединиться с нашими партнёрами. Ты знаком с госпожой и господином Чон? — Конечно, у нас с ними часто случаются деловые обеды. Но отец, объединение компаний, для таких целей и с такими рисками, включает в себя так же объединение семей. Ты же не хочешь… — Да сын. Это именно то, что ты обязан сделать. — Но у семьи Чон единственный ребенок. И… это парень. К тому же, все то время, что ваши компании сотрудничают, его не было. Ходят слухи, что он живёт за границей. — Так и есть. Ради помолвки и свадьбы с тобой, он на какое-то время вернётся в родной город, а потом… — Да какое потом?! Отец! Вы с ума сошли?! Мало того, что пытаетесь подложить меня под человека, которого я в глаза не видел, так этот человек ещё и одного со мной пола! — парень вскакивает с места и теряя самоконтроль кричит в лицо мужчине, тут же получая увесистую пощечину. Отскакивает, прижимая ладонь к пострадавшей щеке. Он уже привык. Оплеухи прилетают ему за малейшую провинность. Чимин и сам не до конца понимает, как так вышло, что он повысил голос на отца, но вся ситуация кажется просто ночным кошмаром. Чимин уверен, что сейчас он зажмурится, сильно-сильно, до боли в глазах, а когда откроет их, то будет мирно лежать головой на столе, уткнувшись лицом в конспект. Это все переутомление, иначе и быть не может. — Ты ещё смеешь разевать на меня свою пасть, маленький ублюдок? — Не сон, думает Чимин, открывая глаза. — Думаешь мне легко осознавать, что мой отпрыск станет грёбаный гомосеком? Я делаю это только ради компании. Ты выходишь замуж и точка. Это не обсуждается. Чимин приходит в себя только от громкого хлопка дверью. В голове пустота сплошная, и ощущение, что с этим хлопком двери закрылась дверь в его будущее. Он устал, зол, но ничего не может с этим поделать. Годами родители взращивали в сыне лишь подчинение им, беспрекословное. Когда любое действие или мнение, не совпадающее с родительским, приравнивается к предательству и сопровождается, как минимум, выносом мозга. Как максимум, Чимин вздрагивает вспоминая многочисленные синяки по всему телу, сломанные пальцы и ребра, и враньё в больницах о том, что подскользнулся на лестнице. Тут же яростно мотает головой, отгоняя так не кстати нахлынувшие мысли. Нет, он не хочет повтора этого ада. Только вот и замуж за неизвестного человека не хочет точно так же. Чимин не знает, что ему делать. И, как всегда, выбирает единственный доступный способ выговориться и быть услышанным. Ким Тэхен. Ким щелкает пальцами у Чимина перед лицом, пытаясь вернуть того в реальность. Тэхен к этому привык, зная точно, что в такие моменты Пак где-то в себе, и не чем его не достанешь. Но и просто так сидеть, сложа руки, наблюдая, как лучший друг гипнотизирует пол, Тэ не умеет. Так ничего и не добившись, Тэхен отвлекается на пришедшее сообщение, тут же расплываясь в улыбке, замечая на экране мигающее «любимый». Ким отвечает, несколько раз переводя взгляд с телефона на друга и обратно, и все-таки решает рассказать парню об этой ситуации. Тэхен чувствует себя немного предателем, ведь раньше все проблемы Пака не уходили дальше его ушей. Но сейчас случай другой. Ибо сам он это сделать не в состоянии. Да и не был никогда. Тэхен в который раз задумывается о том, каких тараканов нужно в мозгах поселить, чтобы вот так загнобить родного сына, сделав из красивого, умного парня — депрессивную куклу, способную лишь беспрекословно выполнять приказы родителей. Нет. Он не может это просто так оставить. Тем более, что Чимин не запрещал об этом говорить. В конце концов убедив себя в своей правоте, Ким тихонько уходит на балкон, оставляя Пака наедине с собой, и ищет номер в контактах телефона. Гудок, два, три… Тэ закусывает губу, надеясь, что ему все-таки ответят, и судорожно выдыхает, слыша в трубке такое родное и нужное сейчас: — Да, любимый? — Гукки, у меня ЧП. После разговора с Чонгуком, Тэхен понимает, что тот прав и звонить нужно не ему, а Намджун-хену. Опекун должен что-то подсказать. Ким уверен. Он знает, что старший с мозгами дружит и придумает что-нибудь. В крайнем случае с Сокджином вместе, но обязательно придумает. Тэхен набирать номер опекуна и уже во второй раз излагает весь тот кошмар, что услышал от друга. Намджун молчит долго, слушает, не перебивает не разу. Тэ ему за это благодарен, так рассказать все легче, с самого начала. Обо всей той тирании, что в жизни друга происходит. Намджун только хмыкает многозначительно и спрашивает, носит ли Пак часы, что они с Джином дарили им на рождество, парные. Получив утвердительный ответ, обещает подумать, что можно сделать и отключается. Тэхен достает зажигалку с сигаретами и выудив одну из пачки закуривает. Вздрагивает, когда дверь балкона отворяется, впуская в прохладное помещение Чимина. — Я опять «завис»? — вопросительно смотрит друг протягивая руку к предложенной сигарете. — Угу, — Тэхен даже не смотрит, щелкает колёсиком зажигалки, помогая другу прикурить. — Что делать будешь? — Тоже, что и всегда. Подчинюсь. Вдруг и правда этот Чон окажется хорошим человеком. — Чим, ты несёшь хуйню. — Я просто пытаюсь найти в неизбежном дерьме хоть какие-то плюсы. Чимин выдыхает последний дым, тушит бычок в пепельнице и молча выходит. Через минуту Тэ слышит, как хлопает входная дверь. Он не провожает никогда, это уже вошло в привычку. Ким вздыхает, смотрит на догорающий окурок и достает из пачки новую сигарету.