Despite everything

— Ребенок, сюда иди.       Юнги улыбаясь отходит от кофе-машины и опускает на стол две чашечки с горячим напитком. Насыщенный аромат мгновенно заполняет небольшую кухню в его квартире. Чимин появляется через минуту, устраивается на барном стуле, забираясь на него с ногами, и наблюдает за старшим. Мин откровенно любуется парнем, не жалея ни секунды, что пригласил его в качестве модели. Работы получались потрясающими. Чимина было приятно фотографировать. Юнги давно смирился, что перестал смотреть на младшего только лишь как на объект съёмки, все чаще замечая, что откровенно пялится на мальчишку. Мин не привык испытывать подобное по отношению к кому-либо, обычно все его мысли занимала учеба и подработки, позволяющие не беспокоиться о материальном положении… но сейчас. Сейчас образ Пака был перед глазами будто постоянно, и Юнги боялся. Боялся, что его не примут, боялся, что примут, а он не оправдает ожиданий, боялся, что не оправдаются его ожидания… Для него, все эти отношения, чувства, были темной стороной луны. Неизведанной, жутко пугающей и в то же время до тошноты притягательной своей таинственностью. Юнги держит в руках чашку кофе и не замечает, что смотрит в одну точку уже довольно долгое время. Пака хотелось прогнать, и в то же время забрать себе, оберегать спрятав ото всех, как любимого медвежонка в детстве. Любимого. Мин смакует едва не слетевшее с кончика языка слово. Да нет. Быть не может. Это точно не про него. Про Юнги это холодные взгляды, заставляющие собеседников ежится. Про Юнги это отказы любым предложениям об отношениях. Про Юнги это грубость и резкость, когда кто-то в личное пространство вторгается. Про Юнги это полная сосредоточенность на фотографии, ибо в мире жесточайшей конкуренции никак нельзя иметь слабости. Никак нельзя отвлекаться от намеченной цели. Потому что раздавят. Растопчут, даже глазом не моргнут. Юнги и сам кого угодно растопчет на пути к своим мечтам. Поэтому никаких слабостей. А любимый человек — наиболее слабое место. — …и! Хён? Ты меня совсем не слушаешь?! — Прости, Чим, задумался… — треплет младшего по волосам Юнги и отходит к мойке, убирая испачканную посуду. Да, Чимина хочется рядом. И вот такого домашнего, после ночного киномарафона, особенно. Юнги вспоминает, что хотел обсудить с Паком последние фото и хватая с полки оставленную камеру, направляется к дивану, кивком головы приглашая младшего следовать за собой. Блондин забирается на диван, усаживаясь в позе лотоса, и ждёт, когда подойдёт Чимин. Парень обходит диван, и наклоняется укладывая подбородок на плечо хена, глядя на меняющиеся снимки на мониторе камеры. Юнги останавливается на одном, сделанном буквально недавно, и приближает, максимально делая акцент на глаза. — Что ты здесь видишь? — Глаза? — А я вижу фальш. — Отрезает старший, вглядываясь в красивое лицо, что сейчас непозволительно близко. Чимин прикусывает губу и смотрит на снимок снова, пытаясь понять, что имеет ввиду Мин. — Чимин~а, если бы мне нужны были улыбки фальшивые и глаза стеклянные, для диплома я выбрал бы модель из агенства. Давай договоримся, если у тебя плохое настроение, или ты устал или просто не хочешь ничего делать, скажи. Просто скажи об этом. У нас ещё предостаточно времени, мы сможем сделать нужные снимки, но пожалуйста, не нужно делать это через силу. Мне нужен ты, настоящий, искренний, дурачащийся, уяснил? — Да, Хён, — улыбается младший, а у самого в голове «Мне нужен ты» из контекста выдернутое. Он давно уже не помнит, когда именно поймал краш на ледяного принца. Просто однажды понял, что может в мгновение из толпы найти нужного человека. И смотреть на него готов часами не отрываясь, каждое движение в памяти сохраняя. — Я… — Чимин запинается, будто о чем-то задумавшись, но практически сразу берет себя в руки, — я сегодня не смогу быть твоей моделью. Я Тэхену обещал встретиться, прости. — Ничего, малыш, я понимаю, — Мин матерится про себя, понимая, что немножко проебался, глядит в карие глаза, что расширяются удивлённо, и выпаливает первое, что приходит в голову, — прости, я не это имел ввиду. — Все в порядке, Юнги-хен, — тянет улыбку младший и повторяет, что ему нужно идти. Юнги хмурится, но согласно кивает. Тэхен ему в общем то симпатичен, да и если они идут гулять, значит он сможет выцепить малого, чтобы обсудить некоторые предстоящие события. Хотя отпускать от себя Чимина не хочется совершенно. Обнять хочется, носом зарыться в мягкие волосы, но он поспешно отгоняет слишком реалистичное видение. Не сейчас, он ещё не готов ко всем своим «а что, если». Юнги улыбается и провожает свою «модель» до двери, помогая натянуть кожаную куртку и набирает номер Чонгука, стоит только Паку скрыться. .

***

- Не это имел ввиду.. – шипит себе под нос Пак, отправляя некстати подвернувшийся под ногу камень прицельным пинком в стену дома, откуда недавно вышел. – Издевается, что ли? Сидит весь такой, божество блядское… - Это ты обо мне? Чимин вздрагивает, разворачиваясь чуть резче, чем следовало, и выдыхает облегчённо, когда видит друга. Тэхен закидывает руку на плечо Пака и жалуется, что ждал его у студии слишком долго, решил встретить там, где он теперь пропадает сутками. Тэхен смеряет парня обиженно-осуждающим взглядом, но тут же улыбается своей квадратной улыбкой. Чимин фыркает и яро отрицает все, о чем ему говорит друг. Ничего он не пропадает у хена. Абсолютно точно. Подумаешь, пару раз в неделю забегает для фотосессии… и ещё пару раз чтобы посмотреть фильмы. И каждый день, чтобы узнать, как у старшего дела. Да. Тэхен прав, возможно. Пак насупившись отворачивается в сторону, вышагивая рядом, то и дело прибавляя шаг, когда Ким забывается и начинает идти быстрее. Чимин не знает, что ему думать обо всем этом. Иногда, кажется, Юнги оказывает ему какие-то знаки внимания, даже заботится. Но в то же время не изменяя себе держится холодно и отстранённо. За исключением, возможно, совместных ночевок с просмотрами фильмов. Чимин краснеет кончиками ушей, вспоминая, как Мин уснул положив голову ему на колени и обняв бедра, как подушку. - Ну и как он? – Тэ играет бровями, косясь на друга. - Ты о чем? – Пак нехотя выдергивает себя из мыслей и оглядывает ухмыляющегося друга, - Фу! Ким Тэхен о чем ты думаешь, боже! Мы просто вместе работаем. Ему не нужен такой, как я. Тэхен скептически оглядывает парня, закатывая глаза и в который раз тяжело вздыхает, проклиная родителей Пака за убитую самооценку. - Чима, не неси хуйни, я тебя умоляю. – Злится младший, ускоряя шаг, заставляя практически бежать за собой. – Пора уже выкинуть из головы весь этот бред. Кстати, что там насчёт твоего замужества? Ким искоса глядит на друга, замечая, как тот моментально тушуется. Пак всеми силами пытается выкинуть из головы все мысли о том, что ему придется стать супругом абсолютно левого человека. Чимина передёргивает от одного лишь представления своей будущей жизни, единственным огоньком надежды мелькает свобода от родителей. Он надеется, что будущий супруг окажется адекватным человеком и не станет ломать его окончательно. Но сейчас, когда рядом Юнги, пусть и в качестве друга, Чимин не знает, чего он хочет. В общем то, конечно знает. Все его желания концентрируются на блондине с лисьими глазами, что занимает практически все мысли. Но идти против родителей, значит подписать смертный приговор и не факт, что только себе. - Отец молчит на эту тему, - Чимин вздыхает, оборачиваясь на друга, что увлеченно пинает камешки на дороге новыми кроссовками. – А я, я не горю желанием узнавать. Пока у меня есть хотя бы иллюзия того, что я не безразличен Юнги… кстати, на следующей неделе хочу предложить ему поснимать в одном красивом месте, думаю, должны получиться неплохие кадры… - Какие иллюзии, Чим?! Вы так много времени проводите вместе, что… Стоп! На следующей неделе? Но у них же месяц практики… в Америке. - В к-какой? - В обычной, Чим. В штатах… мне Чонгук все уши прожужжал, что Юнги предложил ему поехать вместе, и какой это колоссальный опыт для него. Он тебе не говорил? - Прости, Тэ… - ЧИМ!? Пак уже не слышит, того, что кричит ему Тэхен. Даже не пытается остановиться, каким-то чудом пролетает проезжую часть, под адскую симфонию недовольно гудящих сигналов автомобилей. У Чимина обида буквально по сердцу сползает, липкими лапами охватывая все внутри. Он добегает до знакомого дома, и останавливается пытаясь отдышаться, упираясь ладонями в колени. Лёгкие горят от бега, в голове шумит от моя мыслей, что крутятся там непрекращаясь. Чимин на секунду задумывается о том, вправе ли он вообще вот так вот реагировать на то, что Мин не рассказал ему о своем отъезде. Только на секунду. А после, обида вновь берет верх, и Пак даже не обращая внимания на лифт, проносится по лестнице, с ходу барабаня в дверь хена. Юнги открывает не сразу, и Чимин практически убеждает себя, что старший успел уйти, ведь он кажется собирался на встречу с Чонгуком. Но когда слышит щелчок замка, облегчённо выдыхает, чтобы тут же пулей влететь в чужую квартиру, припечатывая хозяина жилища к противоположной стене. У них разница, каких то пару сантиметров, но отчего то Юнги выглядит слишком большим, когда смотрит вот так, удивлённо, сверху вниз, на Чимина, что всхлипывая колотит кулаками его по груди. - Как ты мог?! Неужели я не достоин хотя бы знать, что ты уезжаешь?! - Чимин… - Что Чимин?! Я 23 года Чимин, и нихуя не меняется, все так же близкие мне люди об меня ноги вытирают, даже не считаясь со мной! - Близкие… Господи, Чим… - Неужели, то что мы так часто общаемся, пусть и по поводу твоего дипломного проекта, не делает нас хотя бы друзьями, Хён?! Почему о том, что ты уезжаешь, я узнаю от Тэхена?! Юнги смотрит на младшего, что кажется разреветься готов в любой момент, и всеми силами пытается подавить идиотскую улыбку, которая лезет на лицо, совершенно не придавая Мину серьезного вида. Чимин говорит и говорит, переходя на шепот, когда заканчивается дыхалка, но не заканчиваются слова. Юнги кладет ладони на щеки младшего, заставляя посмотреть на себя. Вытирает большими пальцами слезы с уголков глаз. И целует, прекращая вновь начинающуюся тираду от Пака. Чимин застывает на месте, боясь пошевелиться. И распахнув глаза смотрит на хена. Долго. Ему кажется, что прошла как минимум вечность, пока мягкие, чужие губы, сминают его собственные. - Пак. Если ты разморозишься и ответишь мне, я перестану чувствовать себя идиотом… Юнги шепчет в самые губы, не давая Чимину отстраниться даже на миллиметр. Младший всхлипывает, и едва заметно двигает губами, смелея с каждой секундой. Мин прикусывает нижнюю губу парня, слегка оттягивая и заставляя Чимина шипеть. Улыбается, когда тот вжимается сильнее, хватая за края рубашки и притягивая ближе, хотя казалось бы, куда ближе то? Юнги отстраняется, вдоволь распробовав губы, которые покоя не давали последнее время. И обнимает, утыкая Пака лбом себе в плечо. - Хён? Что это было… - Блять. Я надеялся, парень который мне нравится, немного сообразительнее, но кажется мне не везёт… - Эй! – Юнги смеется, когда ему в плечо прилетает удар, а Чимин обиженно дует губки, искоса глядя на старшего. – Ты… ты ведь не шутишь сейчас? - Мини, я не имею привычки в шутку засасывать людей, если ничего к ним не испытываю. А за то, что не сказал, прости… я собирался, но не знал как ты отреагируешь. И никак не мог собраться с мыслями. И в общем, вот… признаться хотел. Чимин улыбается, и обнимает, заставляя Юнги выдохнуть от неожиданности. Мин мешкает секунду, и обнимает в ответ. Ему наконец-то кажется, что все так, как и должно быть. Рядом с ним человек, который ему нравится. О влюбленности Мин не думает, считая, что слишком рано для таких громких чувств. Но чувствовать Чимина так близко, крайне приятно. Пак кажется ни о чем не думает. Все мысли занимает шампунь Юнги, оставшийся шлейфом запаха на белых волосах. Младший только сейчас замечает, что они влажные. Мин явно только после душа. И это вызывает табун мурашек, что яростно носятся где-то под кожей. Пак давит стон, едва не сорвавшийся с губ и понимает, что абсолютно точно не способен адекватно мыслить рядом с этим парнем. Да и мыслить в принципе. Возможно именно по этому, он не замечает кажется 8 пропущенный вызов от отца в лежащем в кармане телефоне. center>***</center>