Новое начало

      В родовом особняке Акаши ровным счётом ничего не изменилось. Служанки скользили безликими тенями меж комнат, будто призраки, что боялись показаться на глаза вернувшимся сыновьям хозяина и пытались слиться с окружающим пространством. Убранством с богатством фонило буквально от каждого помещения. Даже самый дальний и тёмный чулан тут будет обставлен похлеще именных магазинов антиквариата. Куроко не любил подобное. Он словно оказался в музее эксклюзивных вещей, на которые некому было смотреть, кроме горстки жильцов и слуг. Это печально, ведь столь редкие вещи должны быть у всех на глазах, иначе какой в них смысл? Пусть радуют толпы зевак, пришедших провести время с пользой, чем пылятся, расставленные по дому чисто для галочки.       Идя следом за Акаши, для которого подобная обстановка была обычной, нормальной, наверняка даже обязательной, Куроко бросил взгляд на одну из девушек, вытиравших вазу времён древности. Кажется, привезённую из Китая года три назад. Может, даже больше. Её мягкие, осторожные движения были на удивление уверенными, заученными. Она сдвигала ладонь то в одну, то в другую сторону, промывая сначала правую половину, где узора было поменьше, после левую, украшенную какими-то письменами. Сейджуро наверняка смог бы прочитать, что там написано. Тецуя в этом уверен на все сто процентов. Заметив взгляд серо-голубых глаз, служанка вздрагивает, извиняясь, и низко опускает голову в поклоне приветствия. На душе от подобного зрелища остаётся неприятный осадок, будто произошло нечто совсем неправильное. Хотелось бы сказать, что она не обязана так делать, но в ответ будет лишь удивлённый, непонимающий взгляд. Куроко уже не раз через подобное проходил.       Осмотр врача занимает от силы минут двадцать. Тот долго проверял руку, после проводил необходимые процедуры, отмечая с типичным для платных выездных медиков, что после получения травмы, к его удивлению, скорая помощь турнира подоспела вовремя и почти не совершила ошибок. Куроко, конечно, возражает, что ему помогали профессионалы, но это едва ли возымело эффект. Тецуя не понимал, почему люди, занимающиеся одним делом, так презирают друг друга. Какое было отличие между личными и общими врачами? Зачем, видя отлично проделанную перевязку, находить несущественные ошибки, которые мог совершить любой? Это неправильно, ведь показатель твоего труда не происхождение или место работы, а то, как ты справился со своей задачей.       После осмотра врача Куроко лишь больше захотелось вернуться в свою квартиру, вырвавшись из окружения роскошной ненужности, оказавшись вновь в скромной, но уютной минималистичности, вот только Акаши был прав. Ему будет слишком сложно одному, и, как бы ни привык Фантом преодолевать все невзгоды, сейчас это лишено смысла. Несмотря на тренировки в Тейко, левая рука оставалась левой рукой, куда менее уверенной в своих движениях. Пусть дать ею пас казалось делом простым, вот только совсем иначе всё обстояло вне игры. Повседневность не принимала травм, она требовала полностью здорового тела для комфортного существования.       Оказавшись в своей спальне, парень огляделся. Тут практически ничего не изменилось. Разве что цветка на подоконнике больше не было. Может, завял от древности или заболел. Из сада всякое могло прилететь, от безобидных жучков до мелких паразитов. Открыв окно, впуская внутрь помещения свежий воздух, Куроко вдыхает тот полной грудью, закрывая глаза. Удивительно, но в этом «укрытии» не было ощущения, как среди других комнат. Отсутствие чего-то сверхдорогого бросалось в глаза сразу. Всё было на своих местах, создавая тёплое ощущение домашнего очага, а не музея с кучей экспонатов разной степени древности. Присев на кровать, Тецуя падает на бок, жмурясь. Усталость напоминает о себе довольно внезапно, а, может, своё взяли таблетки с лекарствами, которыми его накачали, чтобы не чувствовать боль. Вот только долго пролежать не вышло. Было неудобно. Под подушкой было нечто твёрдое, неприятное. Вставать не хотелось, но приподняться не вышло бы без напряжения спины с рукой. Пришлось снова садиться, отчего с губ срывается зевок. Помяв переносицу, он откладывает в сторону подушку, уставившись на предмет, бывший под ней. Тот самый нож, с которым Акаши стоял около кровати. - Это… - взяв нож, Куроко покрутил его пальцами, рассматривая довольно долго. Тут была какая-то обманка или… Слегка нахмурившись, пригнувшись, парень присмотрелся к лезвию. Ничего такого. Может, Император хотел спрятать улику там, где точно не станут искать? Какая странная мысль. Зачем ему это делать? Вряд ли альтер-эго Акаши и вправду кого-то убило. Ну не может же оказаться, что тот пугающий человек на самом деле хотел отдать свой ножик? Ради чего? Или же... Удивлённо обернувшись на дверь, Тецуя снова уставился на нож. Он помнил, что третий со вторым составы Тейко не были в восторге от его подъёма к основе первого состава. Первое время ему попадались довольно агрессивные личности, пока Кисе и Аомине их не остудили. Могло ли так оказаться, что тот приход был не более чем предложение помощи, а, так как Император не умеет предлагать без твоей уверенности, что всё решено, то… он просто растерялся? Перекрутив пару раз в голове воспоминания, Куроко невольно вспоминает слова самого Сейджуро, сказанные много лет назад после одной из выходок Поколения Чудес, из-за которой команда стала побаиваться гнева капитана. «Я удивлён, что ты испугался наравне со всеми,» - причём, это был другой Сейджуро, иная личность, прорвавшаяся наружу и оттеснившая оригинал. Возможно ли, что тот на самом деле не собирался причинять вред? Поэтому их отношения так резко пошли по наклонной? Стоит спросить об этом Акаши. Позднее, когда он отдохнёт.       Положив нож на прикроватную тумбочку, парень забрался на кровать, зажмурившись. Уже почти отключаясь, он вспомнил, что никому не написал, как прошёл приём у врача. Приподняв руку, нащупав телефон, Куроко прищурился. Мозг очень просил уснуть, в буквальном смысле тормозя. Открыв меню контактов и найдя там Кагами, парень с удивлением замечает значок непрочитанных смс. Вернувшись на основной экран раскладушки, Фантом открывает первое из писем, невольно улыбнувшись. Айда спрашивала, что сказали в больнице, и желала выздоровления, а также толсто намекала – неважно, болеешь ты или нет, а на тренировках с играми быть нужно. Хотя бы просто ради наблюдения за остальными и их поддержки. Было очень приятно видеть, что даже с травмой его ждали. Написав, что всё хорошо, на тренировки с играми он придёт, а на скамейке просидит лишь полторы-две недели, парень перешёл к следующей смс.       Второе сообщение было от Кагами, спрашивающего, как рука, что сказал врач, но куда больше Фантома удивили слова «Мы выиграем за тебя». Улыбнувшись, Фантом пожелал удачи, в типичной для себя манере подметив, что не собирается отсутствовать на играх и со скамьи посмотрит на победу Сейрин. Лишь после он сухо пересказал, о чём сказал врач. Расписывать всё второй раз было уже немного лень. Не от нежелания делиться, а от банального слипания глаз. У них полно времени. Успеют всё обсудить.       Третье сообщение было от Хьюги с пожеланием поправляться. Отсутствие вопроса о руке ни капли не удивляло. Зачем спрашивать самому, если тренер сама всё расскажет команде. В конце концов, секретов у Сейрин не было. Как минимум, таких. Поблагодарив за беспокойство, он перешёл к следующему, уже откровенно зевая и клюя носом. Засунув ноги под одеяло, Куроко поудобнее устроил голову на подушке, что было роковой ошибкой.       Четвёртое сообщение было от Киёши, желавшего скорейшего выздоровления, а также напоминавшего, что фрукты очень помогают при травмах. Кому, как не ему было знать о подобном? Согласившись на предложение рассказать подробнее о пользе некоторых сладких плодов, Куроко благодарит за поддержку и несколько действительно отличных советов. Видимо, Теппей наблюдал за их матчем или узнал из новостей. Даже покинувшие команду игроки держали связь друг с другом, переживая за неудачи Сейрин и радуясь победам.       Ответив ещё на пару сообщений, где звучали слова поддержки и желания скорейшего выздоровления, Куроко всё-таки задремал, держа на ладони мобильный телефон. Ему хотелось узнать, кто ещё написал, ведь почти вся команда успела высказаться ещё на выходе со стадиона, а некоторые повторили пожелания в смс, но сил банально не осталось, зато на душе было приятно и спокойно. Поддержка друзей ободрила, придала сил, а также стремления выздороветь как можно скорее, чтобы выйти хотя бы на Национальных.       Сон был на удивление спокойным. В нём не было ни образов, ни обрывков. Ничего хорошего или плохого. Кромешная темнота, позволявшая полноценно отдохнуть перед продолжением дня. Вряд ли удастся долго проваляться на подушках, Акаши должен позвать ужинать уже спустя пару часов, но пока...