Подчинись

      Ричард вздрогнул, резко поднимая голову и еле сдерживая рвущийся с горла стон. Фаллоимитатор начал вибрировать куда сильнее, чем минутой раньше, от этого всё тело свело судорогой, но стонать нельзя было. Коннор не разрешил издавать какие-либо звуки, а значит должна быть полнейшая тишина, нарушаемая только жужжанием большого вибратора. Ричард опустил голову. Его привычно холодные глаза сверкали в свете лампы от скопившихся в них слёз, а руки, скованные за спиной наручниками, уже болели. Коннор контролировал каждое его движение, не позволял даже посмотреть вверх или слегка отползти назад, хоть он, кажется и был полностью увлечён книгой, всё-таки ему удавалось каждый раз ухмыляться, когда по лицу брата, по совместительству и его начальника на работе, скатывалась большая слеза и капала под ноги. Тихая усмешка сорвалась с его губ, а рука потянула за тонкий поводок, прикреплённый к ошейнику. Опереться было не на что, если только на колени брата, который отложил книгу, загибая маленький уголок на нужной странице. Ричард не сопротивлялся. Вибратор внутри распирал, руки болели, а Коннор потянул его за волосы, заставляя устроиться между ног.       — Знаешь, я ненавижу Фауста. Слишком много философии, не в моём вкусе. — Коннор одной рукой потянул за молнию на своих джинсах, а другой за волосы Ричарда, заставляя того максимально низко наклониться, почти что упереться носом в расстёгнутую ширинку. Тихий стон донёсся до ушей Коннора, и тот недовольно посмотрел на брата. — Я не разрешал тебе стонать. Так что закрой рот, братик. — С издёвкой произнёс он и приспустил с себя нижнее бельё.       Щёки покрылись румянцем, но Ричард не отстранился, только сильнее упёрся грудью в бёдра и провёл языком по члену, чувствуя солоноватый привкус смазки во рту. У Коннора это вызвало только улыбку и глубокий вдох. Значит он делает всё правильно. Ричард немного приподнялся, лаская языком чувствительную головку, а затем полностью взял её в рот, вызывая тихий стон. Рука в волосах сжалась сильнее, заставляя опуститься головой на член и принять до основания, но сильный напор и резкость в действиях Коннора не всегда помогали получить ему желаемое, и Ричард отстранился, начиная громко кашлять. Горло разболелось, но Коннор сегодня был обижен, поэтому поблажек не делал и, снова притянув брата за волосы, он посмотрел в слезящиеся глаза и опустился, накрывая приоткрытые губы сладковатым поцелуем. Затем он снова откинулся на кресло и взял с рядом стоящей тумбы кожаный стек.       — Давай же. Не заставляй меня тебя наказывать, мистер Андерсон. — Коннор дёрнул его за волосы и тот послушно прижался губами к твёрдому члену, оставляя на стволе маленький поцелуй. Смешок раздался сверху и Ричард понял, что медлить больше нельзя. Он приподнялся, выпрямляясь на болящих коленях и заглотил влажный орган практически до середины. Коннор снова тихо застонал, а затем поднял стек. Со свистом удар пришёлся на голую спину, а затем и немного ниже, оставляя красивый след на бледной ягодице.       Ричард вздрогнул, прогибая спину и показывая обворожительные красные полосы от ударов. На лице Коннора появилась новая улыбка. Отстраняться он не позволял, заставляя принять член глубже, на что Ричард реагировал только тихими стонами и слегка дрожащей глоткой от двигающегося внутри органа. Становилось жарче, а после нового удара он и вовсе прижался к бёдрам сильнее, выпуская изо рта твёрдый член. Сопротивляться не получалось, а сдерживать стоны тем более. Коннор отложил стек, сильнее раздвигая ноги и закидывая их на чужие плечи. Это было пытка, правда смешанная с невиданным удовольствием, хотя бы потому что фаллоимитатор снова заработал, крупной искусственной головкой нажимая прямо на простату. По телу прошла дрожь, а длинные ноги, до этого поглаживающие аккуратными пятками лопатки, резко толкнули его в спину, заставляя упереться носом в обнажённое бедро.       Коннор был явно доволен их игрой и останавливаться не собирался, продолжая свою извращённую пытку. Ричард только поддавался, в руках Коннора он чувствовал себя восковой фигурой, которая таяла от него как от огня. Снова дрожь во всём теле, вибрация постепенно тухла, оставляя после себя лишь желание и ещё большее возбуждение. Кончить он не мог от сдавливающего противного кольца, пережимающего основание члена, и доставляющего дискомфорта больше, чем вибрирующий фаллоимитатор. Коннор опустился, обхватывая Ричарда за шею и притягивая немного ближе к себе. Горячий язык прошёлся вдоль челюсти, спускаясь немного вниз, очерчивая родинку на ключице и тут же кусая. Вырывая громкий стон, и подавляя его удушливым глубоким поцелуем. Но Коннор никогда не давал много, поэтому он сразу отстранился, поднимаясь с кресла и медленной грациозной походкой, которая есть только у него, подошёл к кровати. Припасенная подарочная упаковка для любимого братика. Коннор с ехидной ухмылкой повернулся к нему, демонстративно срывая тонкую ленту, завязанную бантиком, а затем поманил брата пальцем. Ричард не мог подняться на ноги, но Коннор и не об этом просил.       — Ползи сюда, Ричард, у меня для тебя подарок. — Первое неосторожное движение. Фаллоимитатор сдвинулся, ударяя головкой по простате и Ричард застонал, резко опускаясь грудью на мягкий ковер. — Ох, прости-прости, забыл. — Коннор медленно подошёл, отстёгивая наручники и отбрасывая их в сторону, но поднял валяющийся на полу поводок и потянул за него, заставляя Ричарда покрыться ещё большим румянцем и точно вредной собачке, медленно подползти к кровати. Вибратор всё ещё оставался внутри, причиняя дискомфорт, но Коннор не особо на это обращал внимания. Он присел на корточки, открывая коробку перед лицом Ричарда и показывая содержимое.       — Ч-что это, Коннор? — Дрожащим голосом спросил он, пытаясь отползти назад, но крепко держащая за поводок рука не дала этого сделать и ему осталось только сжаться при виде длинной металлической палочки с красной бусиной на конце и ещё одном инструменте, больше напоминающем кольцо для члена. Но Коннор не ответил. Обошёл брата, вставляя кружок ему в рот и фиксируя сзади небольшим ремешком.       — Это чтобы ты сильно не кричал. А теперь, запрыгни на кровать. — Ричард послушно выполнил приказ, устраиваясь на большой прохладной подушке. Коннор недолго возился. Так же быстро сбрасывая нижнее бельё со стройных бёдер. Он наклонился, целуя брата в шею, обводя языком каждую его родинку на ключицах или груди, а затем опустил одну руку вниз, начиная вытаскивать из разработанного ануса крупный фаллоимитатор легко скользящий из-за вытекаемой смазки. Ричард вздохнул с облегчением, но тут же громко застонал, чувствуя, как его вгоняют обратно. Приятным импульсом по телу прошлось наслаждение. Коннор игрался с ним, как с маленьким щенком, то давая сладкую косточку, то сразу же отнимая её, не давая даже распробовать вкуса. Одним аккуратным движением он вытащил игрушку, укладывая её на край кровати, а затем снова поцеловал красную ключицу, пульсирующую от предыдущего укуса.       Коннор не был медлителен, он делал всё, что надо, чтобы Ричард получил удовольствие. Он давно уже выучил слабости его тела, его реакции и болевые точки. Ричард был беспомощен перед Коннором, и он сам сходил от этого чувства с ума. Коннор тихо усмехнулся, обхватывая запястья брата и стягивая снова теми же металлическими наручниками, от которых уже появлялись маленькие полосы. В его лице это вызвало усмешку, а у Ричарда только поскуливание и желание получить больше, чем просто осторожно двигающиеся внутри пальцы, и Коннор услышал его желание, убирая руку и заполняя собой. Громкий стон, граничащий с криком, резкие толчки и скулёж, который уже не получалось держать в себе. Коннор остановился. Потянулся рукой к основанию члена, а затем стянул мешающее кольцо. Его рука плавно начала скользить по всей длине, размазывая выступающую на головке смазку, а затем он достал ту длинную спицу и с осторожностью провёл ей по головке, лаская чувствительную кожу гладким холодным кончиком. Ричард выгнулся, но в его глазах читалось не только возбуждение, больше страх и опаска.       — Запоминайте, мистер Андерсон, это уретральный плаг и он вам принесёт удовольствие.       Ричард вздрогнул, когда кончик металлической спицы начал проникать внутрь, заполняя полностью маленькую дырочку, громкий стон раздался по всей комнате, а Коннор только спустился вниз, касаясь языком дрожащих бёдер, затем слегка прикусывая на них кожу и доводя Ричарда до сумасшествия одними только движениями. Плаг начал двигаться быстрее, Коннор обхватил ладошкой твёрдый член, слегка сжимая его в руке, и вытаскивая тонкую спицу, с маленькими пупырышками. Ричард откинулся на подушки, приоткрывая глаза. Коннор только с аппетитом разглядывал его тело, затем поднялся с кровати, замечая на себе заинтересованный взгляд. Но сказать Ричард ничего не мог, мешающий кляп был испачкан слюной, которая тонкой нитью тянулась с подбородка. Внутри распирало желание, без ласк кончить не получилось бы, а Коннор снова уселся на кресло, не собираясь предпринимать какие-то меры, его только забавляла эта игра. Ему слишком нравилось смотреть на мучения брата, на то, как тот дрожит, желая почувствовать хоть какое-нибудь движение внутри.       — Иди сюда, Ричард.       И снова никакого сопротивления. Со скованными руками было достаточно тяжело двигаться, а спускаться с кровати тем более, но мелкими шажками он всё же преодолел расстояние, усаживаясь перед братом на колени, и с жалобными глазами прося прекратить издевательства. Но Коннор осторожно провёл по щеке Ричарда, пальцами касаясь железной распорки и слегка оттягивая её. От этого касания, от этой мимолётной ласки внутри начало теплеть. Ричард очень любил Коннора, обычные вечера всегда были наполнены заботой и любовью, а сейчас он выглядел как злой демонёнок, совершенно завораживающий своей дьявольской улыбкой. Но ласка продлилась не долго и Коннор, потянув за ремешок, осторожно провёл головкой своего члена по высунутому языку, а затем слегка надавил на него, проникая полностью в раскрытый рот. Ричард закрыл глаза, чувствуя, как глубоко в глотке скользит чужой член, как он крепко прижимает его, другой рукой надавливая на кадык, чтобы чувствовать его медленные движения. Ричард точно сходил с ума от Коннора и останавливать это не хотел, особенно его глубокие медленные толчки, и ласкающие поглаживания то по шее, то по волосам.       — А теперь… — Произнёс Коннор, вытаскивая член из чужой глотки, — Запрыгивай сюда. — Он похлопал себя по бёдрам, приглашая.       Ричард вздрогнул, но всё же протянулся руками, ухватываясь за ручки кресла и аккуратно взбираясь на него. Коннор обхватил его ягодицы поглаживая их ладошками, любуясь видом сидящего на нём брата, а затем стянул с него распорку, наклоняя немного вниз и жарко целуя, сразу проникая языком в податливо открытый рот, из которого постоянно вырывались громкие вдохи. Ричард прижался, обхватывая скованными в наручники руками чужую шею и ведя по ней носом. Коннор сжал его волосы на затылке, грубо оттягивая и злобно смотря в яркие голубые глаза. Его лицо выражало только злость.       — Я разрешал тебе вольничать? Что я тебе приказал? — Спросил Коннор холодным тоном, от которого внутри всё сжалось. Ричард испуганно посмотрел на него, а затем зажмурился, пытаясь отвернуться. — Отвечай! — Последовала звонкая пощёчина.       — Сидеть и не шевелиться. — Покорно ответил тот, сжимая свои ладони в кулаки, стараясь замолкнуть, чтобы не слышать больше свой позорно дрожащий голос, наполненный таким же желанием, как и его тело.       — Молодец. А теперь заткнись и делай всё сам. В наказание. — С очередной усмешкой шепнул Коннор, но от этого шёпота кожа покрылась мурашками. Ключик тихо повернулся в замочной скважине и наручники со звоном рухнули вниз. Ричард не мог больше терпеть, осторожно опираясь одной рукой на плечо Коннора, а другую заводя за спину и самостоятельно проникая пальцами в разработанный анус. Внутри было горячо, пульсировало и Ричард практически готов был завыть, лишь бы получить желаемое и, наконец, кончить. Было ощущение, что эта пытка не закончится, ведь Коннор только смотрел и ничего не делал, спокойно держа руки на подлокотниках кресла.       — Кто был плохим мальчиком, а, Ричард? Кто опоздал на сегодняшний праздничный ужин?       Коннор резко надавил пальцами на плечи брата, заставляя того опуститься полностью на член. Сдержать крика не получилось и Ричард вжался носом в грудь Коннора, чувствуя, как стучит собственное сердце, и как пульсируют стенки ануса от быстрых и резких толчков. Сил уже не было терпеть это, но Коннор его будто и не слышал, продолжая в наказание резко вдалбливаться, совсем не щадя уставшее тело брата. Коннор прекрасно помнил, то стоп-слово, которое они придумали пару месяцев назад, но ни разу так и не использовали, если бы брату было плохо или больно, он бы уже давно его произнёс. Ричард вздрогнул, когда Коннор коснулся его члена, но простое касание принесло сильный дискомфорт, на основание сразу же нацепили металлическое кольцо. Слёзы потекли с глаз, но он только сильнее обхватил плечи Коннора, поднимаясь с его груди и самостоятельно насаживаясь.       Горло разболелось от частых и громких стонов, а Коннор поднялся с кресла, держа на себе и брата, а затем перешёл к кровати, небрежно скидывая на неё Ричарда. Тот резко поднялся, смотря на то, как Коннор обхватывает тонкий ремешок, вдетый в кольцо ошейника на его шее. Тихо усмехается, целуя прямо в губы, кусая подбородок и спускаясь немного вниз. Снова толчок, снова Ричард вздрогнул от ощущения резких движений внутри себя, а затем схватился за простыни, сжимая их в руках так сильно, что послышался хруст.       — Эй, Ричард. Я жду извинений. — Прошептал Коннор на ухо брату, затем спустился вниз, кусая за мягкую мочку и оттягивая её зубами. — Ты меня очень обидел. С утра завалил отчётами, а затем не пришёл к ужину, который я готовил два часа. Надменная ты сучка! Давай, пошли к чёрту свою гордость, встань на колени и вымаливай у меня прощение. Подчинитесь мне, мистер Андерсон.       Ричард уже не соображал, только сполз на пол, послушно встал на колени, чувствуя, как длинный ремешок от ошейника щекотит низ живота и влажную головку. Он поднял взгляд, смотря на брата, довольно улыбающегося от полного подчинения, а затем опустил голову и встал на четвереньки, подползая к чужим ногам. Коннор сидел на кровати, закинув одну ногу на другую, и похабно улыбаясь. Полная власть над Ричардом его возбуждала, а этот взгляд, наполненный раскаянием и желанием пробуждал в нём настоящего зверя. Он любил глаза Ричарда. Его голубые глаза, которые всегда так холодны. Сейчас же он не может сдержать слёз и просит себя отыметь, только бы прекратился этот зуд внутри. Ричард остановился рядом с чужими ногами, слегка опустился, целуя колено, поднимаясь вверх, оставляя после себя только влажные поцелуи и маленькие, еле заметные укусы, от которых Коннор только улыбался и прижимал его за голову ближе к себе.       Прощение Ричард просить умел. Он поднял взгляд слезящихся глаз на брата, приблизился к нему, руками раздвигая чужие ноги, поглаживая колени осторожными касаниями, а затем и приподнимаясь. Он приблизился к губам Коннора, опаляя их своим горячим дыханием, впиваясь в нижнюю укусом, проводя по ней языком, и сразу целуя. Глубоко, сладко, так, как умел только Ричард, и Коннор от этого был в восторге. Каждое его движение вызывало на лице брата улыбку, а каждое прикосновение громкий вдох. Ричард снова опустился на четвереньки и медленно подошёл к креслу, поднимая зубами забытый стек. Коннор кивнул, немного наклоняясь и подзывая к себе Ричарда. Тот послушно выпустил изо рта длинный кожаный хлыст и повернулся задом, готовясь принимать удары. Первый сразу же обжег бледную кожу, оставляя красный след, второй последовал незамедлительно, оставляя после себя такой же красивый треугольный отпечаток. Ричард вздрагивал после каждого удара, а потом приподнялся, смотря через плечо прямо в глаза Коннора, который опустился, оставляя пару небольших поцелуев на пояснице.       — Так уж и быть, я тебя простил. — Коннор перевернул брата на спину, опускаясь и седлая его бёдра. Осторожное прикосновение к члену и Ричард вздрагивает, позволяя делать со своим телом всё, что брату захочется. Коннор и сделал. Он обхватил руки Ричарда, прижимая их к полу, а затем спускаясь вниз, раздвигая ноги и входя одним толчком, снова доводя до сумасшествия быстрыми и уверенными движениями, которые могли не только свести с ума. Кольцо на члене снова неприятно сдавливало, но в этот раз Коннор сразу обхватил его, снимая, а затем и откинул в сторону, продолжая двигаться внутри, проникая глубоко, одновременно натягивая тонкий поводок и накручивая его на руку.       Ричард послушно держал руки над головой, он чувствовал, как Коннор гладит его большим пальцем по головке, растирая первые капельки спермы. Удовольствие прошибло будто электричеством, Ричард вздрогнул, кончая в руку Коннора и на собственный живот. Сил в теле больше не осталось, зато Коннор был всё ещё на ногах. Он осторожно вышел из сжимающегося пульсирующего ануса и выпрямился, доводя себя до разрядки несколькими движениями руки. Тело болело от усталости. Коннор осторожно поднял Ричарда, укладывая на кровать, а затем поцеловал его в висок, тихо выходя из комнаты. Завтра новый рабочий день.