The President's Son

Следующий день был наполнен неловкостью. По крайней мере, она и беспокоила и без того беспокойного Чимина. На самом деле, ничего похожего на катастрофу не произошло. Когда он проснулся утром, Чонгука рядом не было. Но он приехал чуть позже. Несмотря на всю обыденность, Чимин не мог не чувствовать себя так, будто между ними выросла стена из напряжения. Они были рядом друг с другом в течение некоторого времени. Чимин старательно избегал взгляда телохранителя, в то время как Чонгук оставался непоколебимым, он выпрямился и стоял с руками, покорно сложенными перед ними, все время. Он по-прежнему был внимателен ко всему окружению, наблюдая за каждым встречным на их пути, но Чимин подумал, что Чона загрузили работой, поэтому он казался ему слишком занятым для разговоров. И все же: Чимин вздохнул с облегчением. Он, как и Чон, находил способы отвлечься. Он думал о том, чтобы провести вечер с Тэхеном, но мысль о том, что друг может сказать что-то чрезмерно глупое перед Чонгуком, пугала его. Тем более, они обсуждали его большую часть ночи и это немного смущало. Вместо этого, Пак решил использовать свое время с пользой: пока Чон был на своей смене, Чимин вновь заперся в маленьком кабинете в библиотеке и принялся изучать материал. Когда он закончил свою работу, Пак пробормотал что-то о необходимости съездить в торговый центр и приобрести подарки ко дню рождения матери. Итог из всего: бесцельное скитание по торговому центру в течение двух часов. Чимин был истощен после такого долгого времени, проведенного на ногах, поэтому в его мыслях витало желание поскорее вернуться домой, чтобы просто лечь. Но он готов стерпеть что угодно, лишь бы держаться как можно дальше от спальни. Как только у Чимина, наконец, закончились оправдания, чтобы как можно дольше не возвращаться в общежитие, он сдался перед обстоятельствами и покорно вернулся в черный внедорожник, который стоял прямо перед входом. Пак проскользнул внутрь машины, усаживаясь на противоположное от открытой двери сидение, позволяя Чонгуку сесть рядом. Когда они только-только приехали к зданию общежития, он двинулся, чтобы выбраться из машины, но теплая рука остановила его. — Эм… Чимин? Чимин замер, а его рука соскользнула с ручки, открывающей дверь. Чон прокашлялся, а затем заговорил чуть громче. — Вы не могли бы оставить нас на минутку? Я хотел бы поговорить с Чимином наедине. Чимин поймал краем глаза движение мужчин впереди, которые без колебаний спустя момент вышли из машины. Как только двери захлопнулись, а машина погрузилась в почти что мертвую тишину, Пак неуверенно поднял взгляд на телохранителя. — Я… я подумал, что нам стоит… поговорить. Пак мотнул головой, уставившись на собственные колени. Он не смог бы говорить связно, если бы смотрел в глаза Чонгуку. — Нет, все в порядке. Нам, правда, не нужно разговаривать. Чонгук чуть сдвинулся в направлении Чимина, в то время как сам Пак по-прежнему держал взгляд на своих ногах. — Чимин, я… я думаю, что ты действительно потрясающий друг. Пак сглотнул. Он все время знал, к чему все приведет. Он просто хотел, чтобы это не было вербализовано. — Да, — кивнул Чимин, натягивая еле заметную улыбку, — Ты тоже хороший друг. — Я также думаю, что это… это максимум, что может быть между нами. — Да, конечно, — Пак облизнул губы, внезапно почувствовав отвратительную сухость во рту. — И… может, будет лучше, если мы будем проводить время вместе… не вечером? — пробормотал Чон, по-прежнему смотря на парня, — Может быть, я бы смог зайти к тебе, когда я буду не на дежурстве, и мы могли бы просто пообщаться… как друзья? Чимин роботизированно кивнул. Он понял, что его первая влюбленность закончится оправданием «максимум — друзья», которое он так много раз наблюдал во всяких дорамах по телевизору. Пак принялся как можно быстрее искать выход из этого ужасного разговора. — Конечно. Звучит здорово. — Отлично, — руки Чона сжались в кулаках, а он чуть откинулся назад, — Да. — Я должен… я должен идти, — поспешил Чимин, указывая пальцем на здание позади машины, — Если не увидимся позже, то… спокойной ночи. — Да, да… доброй ночи. Но как только Пак покинул машину, он почувствовал на себе пристальный взгляд Чонгука через окно. Чимин задумался. Не смотрел ли он слишком пристально для человека, который только что отверг его?               Следующий день — суббота. После того, как Чимин рассказал Тэхену о неутешительном завершении его несуществующего романа с Чонгуком, друг мгновенно же сказал, что они встретятся поздним утром для чашечки кофе. Встреча в кафе была запланирована в первую очередь, чтобы помочь Киму преодолеть похмелье, которое осталось у него после веселого вечера пятницы. Чимин охотно согласился — он готов на все, что угодно, только бы отвлечься от недавней проблемы, возникшей с его телохранителем. По крайней мере, таков был его первоначальный план. Каково было удивление, когда в то утро первым, кто постучался в дверь, был не кто иной, как Чонгук. — Чонгук? — у Чимина было забавное выражение лица, совершенно сбитое с толку его присутствием здесь и в такое время. Он был шокирован не только тем, что Чон приехал, но еще и тем, что он не был в своем костюме и галстуке, как обычно. Вместо этого — свободные джинсы, огромная футболка и черная шапка, — Что ты…? — Я подумал, что ты захочешь немного потусить со мной, — пробормотал Чон, схватившись рукой за шапку и потянув ее немного вниз. Он казался смущенным, — Помнишь? Я вчера сказал, что было бы неплохо, если бы встречались как друзья в то время, когда я свободен… Пак сразу же вспомнил их разговор. Он просто предположил, что Чон солгал, чтобы процесс отказа не так сильно ранил Чимина. — Мм… да, я помню. — Тогда… — Чонгук взглянул на пустую комнату позади Пака, — Могу ли я войти? Чимин моргнул. Этого же на самом деле не произошло, не так ли? — Эм… — Чимин сглотнул. Насколько это было справедливо? Чонгук буквально отверг его. Почему он пытался это усугубить, приходя под предлогом, что он хочет проводить с ним еще больше времени, только как друзья? Он надеялся, что это изменит чувства Пака к нему? Чимин также задавался вопросом, есть ли в нем задатки мазохиста. — Да, да, — пробормотал он, взглянув на Юнги, который дежурил сейчас. Он, казалось, ни рад, ни огорчен появлением Чона. Мин просто сохранял свой обычный покер-фейс, оставляя Пака лишь гадать о его мыслях. А это вообще законно? — Конечно. Чонгук прошел мимо Юнги, проходя внутрь. — Ты… — Пак тихо закрыл дверь за ним, указывая взглядом на внешний вид телохранителя, — выглядишь по-другому. — Ага, — Чон уже снял с себя ботинки, как только Пак произнес это. Он засунул руки в карманы брюк, кажется, немного сжимаясь от такого пристального внимания к своей персоне. Он с опаской глянул на свой прикид, — По-другому… хуже? — Нет, — Чимин сразу же покачал головой, — Все нормально. В смысле, все хорошо, — парень пытался собрать свои мысли воедино. Но теперь все стало в разы труднее, когда Чонгук стоял весь такой внутри его спальни, — Мне нравится, что ты выглядишь… ну знаешь, обычно. Как я. Чонгук медленно кивнул. Он осмотрел пространство так, будто впервые все здесь видит. Насколько Пак знал, все так и было. До этого момента все так и было: телохранитель рассматривал пространство исключительно с критическим подходом, пытаясь уловить потенциально слабые и сильные стороны комнаты Чимина с точки зрения безопасности. Чонгук указал рукой на видеоигры Чимина, выстроенные в ряд на верхней полке над маленьким телевизором. — Ты много играешь? Парень пожал плечами. Он все еще не отошел от закрытой двери, чувствуя, будто расстояние сможет помочь сохранить ему ясность разума. — Не особо, — ответил он, — Я в основном играю в тупые игры-гонки. — О, да? — губы Чонгука распылились в теплой улыбке, — Я тоже. Хочешь сыграть? Чимин невольно улыбнулся в ответ. Его действия давно выведены на автоматическую реакцию, если мы говорим конкретно про Чонгука. — Конечно. Стресс и напряжение растворились в воздухе всего после получаса игры и бесконечных шуток друг над другом. Они начали игриво дразнить друг друга, добавляя оскорбления во время чьей-либо победы, а также пытались найти способы обмануть другого, когда на экране высвечивался проигрыш. Чимин начал чувствовать, что, может быть — просто, может быть, — они действительно смогут продолжить дружить, не думая о том нелепом поцелуе. Вплоть до того, как раздался звонок. На экране высветилось имя друга. — Я убью Юнги, — застонал Тэхен, как только Пак ответил на звонок посреди одной из многих игр, — Он должен был остановить мою обжираловку прошлой ночью, но ты только глянь. У меня голова раскалывается как грецкий орех. Чимин нежно улыбнулся, когда Тэ продолжал жаловаться ему. Это было нечто обычным для Пака: Тэхен звонил утром, жалуясь на мучительные боли. Правда, виновником каждый раз оказывался кто угодно, только не он. На этот раз, виноватым оказался Юнги. — Я уверен, твое включающееся после пары рюмок очарование тут совсем не при чем. Особенно, учитывая тот факт, как ты чуть ли не крал алкоголь у бармена, пока Юнги не смотрел на тебя. — Он же телохранитель сына президента. Он должен как-то лучше справляться с защитой людей, да же? Чимин фыркнул. — Я не уверен, что его работа заключается в том, чтобы защищать кого-то от самого себя. Тэхен издал низкий рычащий звук в телефоне, от чего Пак усмехнулся. — Все, с меня довольно. Мне срочно нужно выпить чашку кофе. Ты уже идешь? Чимин посмотрел налево, где Чонгук быстро нажимал на ряд кнопок на контроллере. Его лицо было совершенно пассивным и заинтересованным в игре. Будто он и правда не слушал разговор. — Если честно, я не смогу. Прости. — Какого черта…? — постоянные шуршания, которые издавались на заднем плане явно от тапочек Тэхена, внезапно прекратились, — Пак Чимин, ты чего это, кидаешь меня? Чимин вздохнул. Он зажал телефон между ухом и своим плечом, так что обе руки были свободны, и он мог продолжать играть. — Я сегодня с Чонгуком, — объяснил Пак, надеясь, что звучит не так уж и самоотверженно, — Он пришел утром. На другом конце молчали некоторое время. Но Тэхен прочистил горло и ответил: — Серьезно? Единственное произнесенное им слово было наполнено бесконечным количеством вопросов. Он просто появился из ниоткуда? Без приглашения? Но я думал, что он отверг тебя? Зачем он делает это, если он тебя отверг? Он пытает тебя? О Боже, он передумал, и у него внезапно появились к тебе чувства? Чимин попытался переложить всю путаницу, которую создала столь неловкая ситуация, в один ответ. — Да. И самое смешное, — что, возможно, и было причиной, почему они так с Кимом близки, — что Тэхен все понял. Одного слова было достаточно, чтобы откинуть все предыдущие вопросы. — Окей, — наконец выдохнул он, — Ну, я все равно пойду. Ты тусишь с Чонгуком и я… я позвоню тебе попозже. Чимина буквально сжало изнутри, он чувствовал скрытый смысл во всех словах друга. «Попозже» определенно точно возникнет целый ряд вопросов, которые он не сможет избежать и на многие из которых просто не сможет ответить. — Да. Поговорим позже. Он повесил трубку, равнодушно бросая телефон на пол, чтобы немедленно вернуться к гонке. Но игра была поставлена на паузу. Чимин в замешательстве посмотрел на рядом сидящего Чонгука. — Я уже закончил разговаривать, — пробормотал он, надеясь, что это поможет им возобновить игру. — Это был Тэхен? — Ага, — медленно ответил Пак, чуть помявшись на месте и почесав затылок. Он кивнул в сторону телевизора, пытаясь еще раз вернуться к гонке, — Ты можешь снять паузу. — Что он хотел? Чимин прищурился, с любопытством смотря на Чона. — Кофе, — почему, черт возьми, он так интересовался этим? — Ты можешь пойти, ты же знаешь, — сказал Чонгук, опуская контроллер на пол, — Все окей. — Но… ты же здесь, — возразил парень, — Это было бы довольно грубо с моей стороны, не находишь? — Тогда я тоже пойду с тобой, — пожал плечами телохранитель. Чимин в замешательстве уставился на парня. — Ты хочешь потусить с Тэ? — Почему нет, — кивнул Чонгук, как будто в этом нет ничего странного, — Он же твой друг. Давай, это будет весело. — Эм, — Чимин усмехнулся, предчувствуя то, как сильно изменяется личность Чонгука. Он никогда не проявлял интереса к тому, чтобы сдружиться с Тэ, когда Ким был рядом с Паком. Было ли это частью его нового плана? Он пытался убедиться в том, что Чимин будет считать его другом — и только другом? Он еще и Тэхена приплел к этому, укрепив свою позицию в том, что это чисто платоническая дружба? — Да, ладно. В смысле… конечно, почему нет, — Пак очень осторожно подбирал слова, — Думаю, тогда мы… мы должны пойти выпить кофе.               Тэхен выглядел крайне удивленно, когда увидел входящего Чимина в кафе. Входящего Чимина с Чонгуком. — Охренеть, — моргая, Тэхен пялился на этих двоих, — Честно говоря, я предполагал, что сегодняшнее утро будет чем-то отличаться от других дней, но я не думал, что настолько. Чимин старался игнорировать прямолинейные комментарии друга, повернувшись к Чонгуку. Он был уверен, что ему нужна минутка наедине с Тэхеном, чтобы прояснить несколько вещей. — Купишь мне кофе? — он покопался в заднем кармане, доставая бумажник, — Я заплачу. Просто… не знаю, удиви меня. Чонгук взмахнул деньгами с улыбкой, закатив глаза, а затем ушел делать заказ. Чон был достаточно далеко, но Тэхен все равно резко наклонился вперед над своим кофе с невероятно серьезным и нахмуренным выражением лица. — Пак, что за чертовщина происходит? Чимин тяжело вздохнул, опускаясь на стул рядом. — Я понятия не имею, — прошипел парень, запуская пальцы в спутавшиеся волосы, — Он просто… он просто вырос около моей двери буквально из пустоты сегодняшним утром. Появился, словно гром среди ясного неба. Я думаю, он пытается доказать, — непонятно, себе или мне — что мы просто друзья и только друзья. — Мне жаль, — шумно выдохнул Ким, — Но каждый раз, когда я был во френдзоне, люди обычно старались сохранять максимальную дистанцию между нами, а не тратить свое свободное время на совместное времяпровождение! Чимин удивленно поднял брови, глядя на друга. — Ты что, был во френдзоне? Взгляд Тэхена посылал молнии в туповатого Пака. — Не в этом суть, Чимин. Пак покачал головой, возвращаясь к обсуждаемой теме. Он правда, как и Тэхен, думал, что то, что Чонгук изо всех сил старался проводить с ним как можно больше времени, чертовски странно. Это запутывало ситуацию в разы, от чего Чимину становилось еще тяжелее. — Чертовски странно, — прошептал Пак, — По крайней мере, это было странно вчера. Но потом, мы поиграли в видеоигры и… я не знаю, — он беспомощно пожал плечами, смотря на Чонгука, покупающего кофе, — Это было очень похоже на то, что мы снова вернулись к нашим старым «я». Это было… мило. Тэхен сделал глоток из стаканчика, а затем, поставив его обратно на стол, потянулся вперед, чтобы прошептать следующие слова на ухо Чимину, чтобы они не были услышаны никем, кроме них: — Но ты не в порядке, — указал Тэ, — Ты по уши в этого парня. Он знает об этом. А ты просто пытаешься уговорить свое сознание, впихнуть ему то, что ты в порядке. Ты притворяешься и обманываешь себя, говоря о том, что сейчас все, как было раньше. Но, черт, очевидно, что это совершенно не так. — Да… наверное, — Пак закусил губу, — Но он все еще хочет дружить со мной, даже после того, как я сделал кое-что ужасно неловкое. Наверное, я даже благодарен за это, — он сглотнул, успокаивая свои нервы и далее продолжая говорить так, как подсказывает ему сердце, — Ты не знаешь, каково это — не иметь рядом людей, которым можно доверять, — Чимин уставился на свои стиснутые в кулаки руки, укрепляя свое мужество, чтобы раскрыть лучшему другу душу. — Я не могу позволить себе такую роскошь, как подойти к кому-то и просто заговорить. Так что… да, может это и выглядит странно, но я правда не хочу терять его. Ким вздохнул. Он, правда, понимает все. — Но как ты можешь увести все на второй план, когда он буквально двадцать четыре на семь с тобой? Он будет тащить тебя на дно. И ты никогда не сможешь больше двигаться дальше. — Может быть, суть в том, что я могу принять это, — буквально выплюнул Чимин, не пытаясь даже задуматься над словами друга, — Я хочу, чтобы он был в моей жизни. И если уйти на дно означает то, что я должен сделать для этого — то пусть оно так и будет. Тэхен подпер рукой свою переполненную мыслями и противоречиями голову: он явно устал от этого. — О, Боже правый… — его голос прозвучал так глухо, будто он бормотал что-то себе под нос. Он выдохнул, а затем вскинул голову, пытаясь заставить Чимина дойти до истины, — Чимин, послушай, в конце — тебе будет больно. Чертовски больно. Ты будешь тонуть в боли, разрывающей тебя, день изо дня. И ты даже не сможешь понять этого, потому что ты будешь думать, что это все того стоит! — Оно того стоит, — возразил Чимин, явно чувствуя закипающую внутри агрессию, — Я проживал каждый день своей жизни, жертвуя чем-либо, Тэхен. Я не новичок, я — профессионал. Так что, если мне придется заглушить все чувства к Чонгуку только для того, чтобы я мог его видеть, тогда я сделаю это, — кулаки Пака сжались с ужасающей силой, настолько, что у него на ладони остались следы от ногтей, — И я не буду жалеть об этом. Тэхен уставился на Чимина, пребывая в шоковом состоянии. Он медленно покачал головой, опуская взгляд. — Не знаю, должен ли я быть впечатлен твоей непоколебимой решительностью, или же мне должно быть тебя жаль. Чимин раздраженно выдохнул. Слезы скопились в уголках глаз. — Ничего не надо, — тихо выдавил он из себя, — Ничего не делай. Просто… я сам разберусь с этим, ладно? — Прошу прощения… я не помешаю? Чимин и Тэхен оба мгновенно обернулись, будто синхронизировавшись, забыв о том, что окружает их. Чонгук стоял около столика с кофе в обеих руках. У него было достаточно радостное выражение лица, так что Чимин поверил в то, что он ничего не услышал из их яростных обсуждений. Вместо ответа, Пак медленно перевел взгляд с Чонгука на молчаливого телохранителя, который все время стоял где-то неподалеку. Он нервно сглотнул, моргая. Глаза агента метались взад и вперед между столом и дверью, за которой он пристально должен был наблюдать. Может, Чонгук и не слышал их разговора. Но Юнги слышал все.               Они долго не засиживались. Разговор был неестественным и своего рода неловким. Чимин и Тэхен чувствовали разочарование в ситуации, поэтому были не в состоянии поддерживать разговор. Чон же молча сидел рядом. Они пытались вести хоть какую-то светскую беседу, но она продолжала растворяться, даже толком не успевая начаться. Каждый просто пожимал плечами и выдавал односложные предложения, как ответ на любые вопросы. К тому времени, как кофе подошел к донышку стаканчиков, Тэхен быстро покинул кафе, заявив, что ему необходимо встретиться с профессором. Несмотря на то, что сейчас утро субботы. Чимин взял книгу, создавая полуправду для Чонгука, чтобы мягко попросить его уйти. — У меня много домашки на выходные, — пробормотал Пак, допивая кофе, — Мне хотелось бы начать ее сейчас. Чонгук послушно кивнул. После резкого ухода Кима, он, кажется, не был полностью уверен в правдивости сказанного Чимином. Несмотря на это, он согласился. — Конечно, звучит неплохо, — он встал, толкая свой стул чуть вперед, — Знаешь, было круто. Может, встретимся так как-нибудь еще раз? Сердце Чимина невольно сжалось. — Почему бы и нет. — Увидимся вечером, — усмехнулся Чонгук, выпрямляясь. — Увидимся, — кивнул на прощание парень. Дверь закрылась за Чонгуком почти сразу же, как только он вышел из кафе. Десять секунд спустя, как только Чон завернул за угол и растворился в потоке людей, Чимин с решительным выражением лица повернулся к Мину. — Ты слышал? Юнги, надо отдать ему должное, не стал мяться на месте. Чимин симулировал растерянность. Вместо этого, телохранитель шагнул вперед и сел на раннее освободившееся место Чонгука. Он тихим, но уверенным голосом заговорил: — Все, что слышит телохранитель, строго конфиденциально, — произнес он серьезно, — Мы не обсуждаем дела наших клиентов. Чимин поднял бровь, услышав эти слова. Он не сдастся. — Ты встречаешься с моим лучшим другом, — вздыхая, тихо говорит он, — Не надо притворяться, что я еще один очередной клиент. Это немного обидно. Мин нервно провел рукой по своим волосам. Это был один из немногих случаев, когда Чимин видел, как Юнги нервничал. Это тревожило и его. — Прости, — заглушенным голосом извинился телохранитель, — Я пытался не слушать. Честно. — Я знаю, — Пак опустил опустошенный взгляд в такой же пустой стакан, — Но ты ведь слышал все, так? Обо мне и… Чонгуке? Юнги поколебался две секунды прежде, чем кивнуть в подтверждение. — И ты ничего не знал до этого? — спросил Чимин, оглядывая Мина, — Я удивлен, что Тэхен не растрепался. Юнги резко нахмурился, чувствуя некоторое нападение на личность Тэхена. — Конечно, нет, — твердо заявил Мин, — Тэхен встает в защитную позу, когда дело касается тебя. Помни, что никакая охрана ему не преграда. Он бы ничего такого себе никогда не позволил. Чимин кивнул, тяжело и шумно вздыхая. — Да, ты прав. Они сидели в долгой, протянутой, будто на вечность, тишине. Юнги разорвал нить молчания. — Итак, ты… гей, — медленно начал он. — Неужели удивлен? — Нет, нет, просто… — успокоил его Юнги, подбирая правильные слова, — Есть одна вещь, о которой ты должен знать. — О? — Чимин поднял бровь, от заигравшего интереса аж выпрямляясь, — Что это? Юнги немного заерзал. Он прочистил горло, готовясь сказать все. Чимин понял, что это была действительно серьезная причина, по которой он беспокоился, услышав разговор Чимина и Тэхена. Мин очень нервничал на этот счет. — По закону… я обязан доложить боссу о том, если один из агентов в команде не выполняет свои обязанности. Чимин слушал его с совершенно пустым выражением лица, зная, что будет дальше. Он знал, что собирается сказать телохранитель. Наверное, с тех пор, как только уловил нервный взгляд Юнги. — Я знал, что Чонгук проводил с тобой время в твоей комнате во время своей смены, — начал Юнги, заметно понизив тон голоса. — Но если бы я случайно узнал, что он пренебрегает своей работой, чтобы защитить вас, в пользу других… вещей, — осторожно заявил телохранитель, сканируя стол глазами, — я бы был вынужден рассказать об этом, — Юнги сглотнул, его руки начали чуть подрагивать. — Чимин, он потеряет работу и попадет в черный список во всех агентствах по всей стране, если что-то пойдет не так. Это несправедливо, я знаю. Кому, как не мне, это знать. Но ты просто не можешь иметь чувства к Чонгуку, — Юнги скривился: природа сама ставила его тон голоса, будто бы он пытался давить на Чимина тем самым. Но он ни в коем случае не делал этого, его дело было просто донести до парня всю суть, — Мне, правда, жаль, но таков устав. Пожалуйста, не ставь никого из нас в ситуацию, когда мы должны принимать столь критические решения, — подняв взгляд, Юнги стал выглядеть крайне опечаленным, — Пожалуйста. Пак усмехнулся, выпрямляясь на стуле. У него было совершенно бесчувственное выражение лица после всех слов. — Тогда даже отлично, что мои чувства не взаимны, верно?