The President's Son

Ночь была одной из самых бессонных. Чимин легкомысленно сказал Чонгуку всего за несколько часов до того, как лег спать, что для него не имеет значения, спал он ночью или нет перед встречей с родителями. Так, похоже, в заявлении было немного меньше правды, чем он ожидал. Каждый раз, когда он чувствовал ту самую грань между реальностью и сном, страх вновь делал сокрушающий удар и посылал его пульс далеко за пределы адекватного. Чимин задавался вопросом, что же будет утром. Чонгук, казалось, выглядел и правда уверенным в том, что он обязательно найдет способ разобраться со всем, но Чимин самостоятельно пытался найти решение, которое вернет всех в прежнее русло… нет, в русло, где у всех все хорошо, и у него с Чонгуком — тоже. Несмотря на это, он хотел стереть последние двадцать четыре часа, даже если бы это означало, что не будет никакого воссоединения. Он бы сделал все, чтобы Чон был в безопасности и в полной изоляции от неприятностей. Он не мог смириться с мыслью, что, кажется, разрушил карьеру младшего. Он не мог переварить мысль об этом, лежа в полном одиночестве в своей комнате. Лишенный сна, с мутными глазами, Чимин неохотно поднялся с кровати, когда его будильник начал разрываться от ужасного жужжания. Паку не нужно было смотреться в зеркало, чтобы понять, что он выглядит так, будто его прабабушка — сама смерть. Медленно, словно на автопилоте, он готовился к предстоящему дню. Его родители планировали встретиться с ним за завтраком в ресторане, на территории кампуса, перед самой церемонией. Чимин знал, что обязательно будет куча журналистов, фотографов и так далее. Будут фотографии с ним. Это ожидаемо, но Пака пугала мысль о «фотосессиях» в таком состоянии. Да, у него был отличный, самый дорогой и красивый костюм, отлично уложенные волосы, но он никак не смог бы обмануть камеры, показать им свое счастье, когда им тут даже и не пахнет. Стук в дверь вывел Чимина из его полукоматозного состояния. На мгновение, сердце заколотилось. Он подумал, мол, а что, если это Чонгук вернулся с хорошими новостями? Тем не менее, прежде, чем он успел даже понадеяться на такой расклад, он уже открыл дверь. — Хей. Чимин старался не выглядеть разочарованным появлением Юнги. Все его надежды вмиг разрушились. — Да уж, — буркнул Юнги, когда Чимин со вздохом отвернулся, — Выглядишь дерьмово. Чимин оставил дверь открытой, чтобы Юнги смог спокойно войти внутрь, возвращаясь к своему галстуку. — Чего тебе? — тихо сказал Чимин. Он отвел взгляд от пальцев, которые пытались отрегулировать длину галстука, и оглянулся на Юнги, — Родители уже приехали? — Я здесь не как твой телохранитель, — терпеливо объяснил Юнги. Только тогда Чимин заметил, что обычный костюм и галстук Юнги были заменены на… на другой костюм. Это был не рабочий стиль. Тем не менее, Мин, кажется, чувствовал в этом «наряде» себя куда лучше. Он связал строгий стиль с парой конверсов, и смотрелось это очень даже неплохо. Он был без галстука, а рубашка была расстегнута сверху на пару пуговиц. Тэхен, наверняка, слюни уже успел попускать, — Я здесь как твой хен. — Оу, — Чимин расстроился, смотря на то, как у него не получается нормально завязать галстук. Он растянул узел и попытался сделать это еще раз. Он избегал взгляда Юнги, говоря с ним безразличным, — Тогда кто…? — Чонгук в любом случае не здесь, — сразу же ответил Юнги, — Если честно, после того случая я с ним ни разу не пересекался. Чимин кинул взгляд на себя в отражении зеркала, отказываясь как-либо реагировать на сказанное. — Я взял выходной, чтобы быть на церемонии и поддерживать тебя и Тэхена, — признался Юнги с легкой улыбкой, — На самом деле, — продолжил он, — я… я вроде как стащил это у Тэхена, — он поднял руку, где была небольшая емкость. Кажется, это был консилер, — Я бы мог и попросить у него, но я подумал, что он снова вытащит свое любопытство из задницы и начнет задавать разного рода вопросы, поэтому… ну… Чимин нахмурился, пытаясь разобраться в том, чего хочет Юнги. Юнги вздохнул в отчаянии из-за того, что ему все-таки пришлось объясняться. — Это для того, чтобы скрыть синяки под глазами, — сказал он, а затем, не предупредив, отвинтил колпачок и, немного выдавив на пальцы, стал наносить содержимое на кожу под глазами Чимина, — Подумал, что ты не очень хочешь выглядеть как зомби на всех фотках в будущих статьях. Застывшая поза Чимина была вызвана не тем, что кто-то наносил ему макияж, а тем, что Юнги наносил на него макияж. Он подождал, пока тот закончит втирать средство в кожу, а затем взглянул в зеркало. Он выглядел не так плохо, как он себе представлял на самом деле. Кажется, макияж — самое эффективное средство против синяков под глазами. В любом случае, теперь он казался более презентабельным для будущих фотографий. — Посмотрим-ка, — прервал его мысли Юнги. Он шагнул вперед, становясь перед Чимином и начиная разбираться с его галстуком. Он быстро отрегулировал его, как эксперт, что Чимин аж с запозданием вспомнил, что галстуки у Юнги были частью его рабочей формы, — Я знаю, что ты не особо счастлив стоять рядом со мной в одном помещении сейчас. Я понимаю тебя, правда. Мне жаль, что все так вышло. — Я знаю, — раздраженно пробурчал Чимин, — Но ты не виноват. — В худшем случае, — начал разъяснять Юнги, — Чонгука уволят, и он сможет встречаться с тобой без каких-либо преград, — Мин остановился, смотря на Чимина с легкой улыбкой, — Все не так плохо, как кажется, верно? Пак тяжело вздохнул. — Думаешь, они, правда, уволят его? — Я… понятия не имею, — Юнги благополучно избежал ответа. Он не хотел расстраивать Чимина, но все было предельно ясно: у Чонгука мало шансов избежать увольнения. Скорее всего, он перестанет быть телохранителем к концу дня, — Но если ты действительно ему небезразличен — а я знаю, что это правда, — то ему будет все равно на увольнение. — Он любит свою работу, — голос Пака стал выше, — И я… я подтолкнул его к этому. Нечестно то, что его накажут за мою ошибку! — Окей, послушай. Во-первых, ты явно был не единственным человеком, который совершил ошибку, — Мин быстро поправил его, — Во-вторых, это не было ошибкой. Чонгук тебя точно прибьет, если услышит, что ты назвал это ошибкой, — Чимин поднял обезнадеживающий взгляд на хена, — А в-третьих, Чонгук далеко не идиот. Если он принял решение продолжить с тобой отношения, то он наверняка знал о том, на что идет. Это значит, что он был готов отказаться от всего ради тебя, — Юнги закончил поправлять внешний вид Чимина, сдвигая его к зеркалу и оглядывая с ног до головы. Мин засунул руки в карманы, а затем поднял взгляд и мягко улыбнулся, — Не переживай, ладно? Ты выпускаешься сегодня. Беспокойся лучше об этом. Впервые за утро Чимин улыбнулся, хоть ему и пришлось натягивать эту улыбку. — Пошли, — кивнул на дверь Юнги, а затем приоткрыл ее, — Твои родители уже заждались тебя. Чимин послушно вышел за дверь, но прежде успел повернуться к Юнги. — Мне показалось, что ты сказал, что они еще не тут. Юнги с улыбкой поморщился, качая головой и выходя за Паком в коридор. — Не припоминаю. — Наверняка ты пришел за тем, чтобы позвать меня, — ответил Чимин, когда они уже передвигались по коридору с несколько высокой скоростью. Они быстро вышли из здания и направились вперед по кампусу. Они держали путь к ресторану неподалеку, где предположительно находились его родители, — Знаешь, когда я спросил тебя, ждут ли они меня, ты мог мне просто сказать да. — Я же сказал тебе — я не работаю сегодня, — расслабленным голосом напомнил ему Юнги, — Если бы я был на смене, то не смог бы поговорить с тобой как друг о Чонгуке, верно? Итак, поскольку я все еще не работаю, — продолжал Мин тихим голосом, надеясь, что агенты вокруг не слышали их, — как твой хен, хочу сказать, что я правда, правда надеюсь на то, что у вас все получится. Чимин был поражен искренностью в голосе Юнги. Он взглянул на него, счастливо, в этот раз по-настоящему, улыбаясь. — Спасибо, хен. — Ага, только… не говори моему боссу, — тихо сказал он, сохраняя каменное выражение лица, — Технически, мне не разрешено поощрять твои отношения с Чонгуком, но я видел, как вы вьетесь друг вокруг друга в течение нескольких месяцев. Нет смысла отрицать то, что существует по своей природе. Чимин взялся за сердце, показывая то, как его тронули слова Юнги. — Айгу, хен-и, я и понятия не имел, что ты такой сентиментальный! — Завались, а, — проворчал Юнги, подталкивая немного Чимина в плечо, — Если я когда-нибудь узнаю, что ты кому-то разболтал о моих словах, то, серьезно, будь проклят мой протокол по безопасности, я убью тебя меньше, чем за двадцать секунд. — По крайней мере, я просто обязан сказать Тэхену, — настаивал Пак с дразнящей усмешкой, понимая, насколько это затрагивает Юнги, как мужчину, — Он бы с удовольствием послушал то, что ты сказал. Но, к его удивлению, кончики ушей Юнги покраснели, а он сам лишь кивнул. — Ладно, — сказал Юнги, — Можешь сказать Тэ. У Чимина отвисла челюсть. — Святой Спиридон Тримифунтский! — воскликнул Пак с громким гоготом, — Вы что, с Тэхеном соревнуетесь?! — Чимин пихнул Мина в плечо, звонко смеясь, — Ты хочешь, чтобы я сказал ему, что ты заходил утром подбодрить меня, да? — недоверчиво хмыкнул Пак, — Знаешь, что? — внезапно поменял решение, — Хорошо, я скажу ему. Я скажу Тэхену, какой ты потрясающий друг, ты можешь расслабить булки и не беспокоиться о проигрыше. Но ты просто обязан пообещать мне, что сделаешь все, чтобы вернуть Чонгука в команду. Все веселье внезапно ушло. — Чимин, — начал Мин не очень бодрым тоном, — Ты же знаешь, что я не могу… — Да знаю я, — кивнул ему Чимин. Несмотря на то, что он и правда знал, что Юнги ничего не может сделать с этим, ему просто нужно было услышать что-то обнадеживающее, — Просто… соври мне, если придется. Скажи, что ты сможешь сделать это. Юнги медленно кивнул. — Ага, ладно. Как скажешь. Их ранее беззаботный разговор наполнился напряжением, а тишина сокрушала воздух вокруг. — Прости, что упомянул это, — тихо сказал Чимин, — Это… просто это самая яркая мысль в голове. Не могу контролировать ее. Юнги вздохнул. — Я понимаю, ребенок, — сочувственным голосом произнес Юнги. Он протянул руку и обнял Чимина за плечи, немного притягивая к себе, — Все обязательно разрешится. Поверь мне. — Да, — Чимин кивнул головой, соглашаясь, — Было бы проще… знаешь, было бы здорово, если бы он хотя бы позвонил мне и доложил, что происходит или типа того… Рука Юнги все еще обнимала плечи Чимина, так что он другой свободной рукой аккуратно потрепал его уложенные волосы, совсем не портя их. — Может, он и правда по уши в тебя влюблен, но все эти социофобные привычки подростка остались до сих пор. — Хен, — хмыкнул Пак, улыбаясь старшему. — Ну что? — возразил Юнги, пожимая плечами, — Я просто называю вещи своими именами. Крошечная улыбка все еще была на губах Чимина, когда они пришли в ресторан. Он и его родители планировали устроить небольшой завтрак перед церемонией еще задолго до самого выпускного. Как только они приблизились, Чимин заметил отсутствие других людей. Он начал чувствовать себя немного виноватым, ведь он предложил именно этот ресторан. Он знал, что, наверное, сюда придут еще десятки других студентов с той же целью, что и он. Но ни один из них точно не смог найти место, так как весь ресторан был сдан в аренду из-за приезда его отца. Все-таки, президент, а не неизвестный никому человек. Юнги подошел к двери, не обращая внимания на шквал прессы в нескольких метрах от них. Он улыбнулся Паку, приоткрывая дверь. — Итак, ты выпускаешься, — напомнил ему Мин, — Помни — это счастливый день. Окей? — Да, да, я помню, — закивал Чимин. — Ты должен гордиться собой. — Я горжусь собой, хен. — И вечером мы сможем отпраздновать все вместе, — Чимин вошел внутрь, а Юнги последовал за ним, — Тэхен сказал, что хочет пригласить тебя и ваших друзей на ужин, а потом… Юнги резко замолчал, оглядываясь на стол перед ним. Взгляд Чимина был устремлен туда же. Повисло молчание. Его челюсть отвисла уже во второй раз за этот день. — Чонгук? Чимин уставился на сидящего за столом в изумлении. Первое, что он хотел бы понять — какого черта Чонгук вообще сидел за одним столом с его родителями. Из любого сценария в голове Чимина, воссоединение таким образом — самый последний. Чон резко вскакивает со стула, становясь перед Чимином во весь рост. — Чимин, — выдохнул он, — Эм, — Пак наблюдал за тем, как Чон нервно сжал руки в кулаках, — Привет. Юнги громко прокашлялся, отрывая от этой картины взгляд. — Ага… думаю, я пойду, — сказал он, указывая на дверь взглядом. Он похлопал Чимина по плечу и немного подтолкнул его к столу, — Удачи, Чимин. Дверь тихо закрылась позади Чимина. — Чимин, — сказал отец первым. Он указал на свободное место напротив себя, не вставая, — Присоединяйся к нам. Пак сразу же поплелся вперед. — Папа, — проговорил он тихим, тонким голосом, — я могу все объяснить. Это н-не его вина, это моя вина… Ты не можешь… — Чимин, — прервала его мать. Она протянула ему руку, аккуратно касаясь парня, и улыбнулась, — Пожалуйста, присядь. Чимин был слишком благодарен стулу в тот момент, когда он сел, потому что его ноги предательски задрожали. Он сел рядом с Чонгуком. Чимин посмотрел на него, уловив некоторое нервозное состояние самого Чона прежде, чем он повернулся обратно к родителям. Очевидно, Чонгук был так же, как и он, сконфужен. — Почему… почему Чонгук здесь? Отец Чимина оставался непоколебимым. — Думаю, тебе есть что рассказать нам. Чимин резко выдохнул, оглядываясь на Чонгука. Чонгук рассказал его родителям о их отношениях? Когда он сказал, что все исправит, Чимин не ожидал, что он будет это исправлять непосредственно с помощью контакта с его отцом-президентом. На мгновение Пак открыл рот, чтобы задать вопрос Чонгуку, но тут же сам себя притормозил, поворачиваясь к родителям и начиная говорить. Неважно, что сделал Чонгук. Важно, что Чимин теперь знал, что нужно сделать ему. — Я влюблен в него, — тихо признался Пак, — Я влюблен в Чонгука. И я знаю, что это может быть и против всех существующих и несуществующих правил, но он один из наилучших телохранителей, папа. Ты не можешь его так просто уволить, — Чимин непреклонно покачал головой, — Не надо его увольнять. Мама Чимина прикрыла ладошкой рот, начиная немного хихикать на заявление Чимина. Его отец, несмотря на то, что у него лучший во всем мире покер-фейс, так же находил ситуацию достаточно забавной. Медленно повернувшись к жене, он улыбнулся ей. — Я думал, наши разглагольствования будут продолжаться немного дольше, — немного нахмурился отец, — Посмотри, он так быстро сдался. Его мать лишь смеялась. Чимин повернулся к Чонгуку, недоумевая. — Я не… я ничего не… — Чонгук начал бормотать, пребывая в таком же замешательстве, — Они просто… просто пригласили меня на завтрак. — Что? — прошипел Чимин в ответ, — И ты просто пришел, даже не спрашивая зачем? — А что мне оставалось делать? — продолжал Чон, — Я что, могу, по-твоему, отказаться от приглашения президента? — Все потому, что у него хорошие манеры, — перебил парочку отец, кивая в сторону Чонгука, — Тебе стоит поучиться у него, Чимин. — Я-я… — Чимин издал недоверчивый смех, пытаясь понять, что здесь творится, — Простите, но… что происходит? — Его босс приехал ко мне сегодня утром, — объяснил отец Чимину, — Он сообщил мне, что прошлой ночью произошла ложная тревога. Видимо, — говорил мужчина осторожно, — Чонгук присутствовал в твоей комнате, когда вы… случайно нажали на кнопку тревоги. Лицо Чимина на мгновение побледнело, а затем его щеки покрыл ярко-красный румянец. Даю сто процентов, все томаты мира завидовали ему в этот момент. — Сэр, — попытался сказать Чонгук, разрывая свое смущение, — я могу… Отец Чимина поднял руку, прерывая парня. — Он также сказал мне, что Чонгук пришел к нему, чтобы извиниться и подать в отставку. Чимин повернулся к Чонгуку с грустным выражением лица. — Ты не… — Чонгук посмотрел на парня в ответ, — Почему? — Именно об этом я и спросил, — продолжил отец Чимина, — Последнее, что я слышал от тебя о Чонгуке, так это то, что он заслужил твое доверие и что он просто отличный телохранитель. Это не имело никакого смысла в тот момент, — отец немного откинулся назад, выдыхая и поглядывая на телохранителей позади, — Но когда босс Чонгука сказал, что это именно он попал в компрометирующую ситуацию с моим сыном, мне легко было сложить дважды два. Чимин сглотнул, сжимая руки в кулаках. — Он спас мне жизнь, — напомнил он родителям, — Если бы не он — я бы сейчас здесь не сидел. Он всегда может избежать ситуации, которая может подвергнуть меня какой-либо опасности. Он бы никогда не позволил мне пострадать. — Чимин, — тихо, но строго сказал Чон. Он немного повернулся в кресле навстречу Чимину, — это очень плохая идея, чтобы я остался работать, — признался он, — Я люблю свою работу, но… я не думаю, что смогу сосредоточиться на ней, потому что ты… потому что ты меня будешь отвлекать. Я могу ничего не делать преднамеренно или что-то вроде того, но всегда есть шанс, что я что-то упустил или сделал какую-либо ошибку… — Неправда, — возразил Чимин. Чонгук вздохнул, чувствуя то, что Чимин явно не собирался сдаваться. — Но шанс ошибки всегда есть. Пак грустно качнул головой. — Видишь ли, — тихо продолжил отец Чимина, — когда мне сказали, что Чонгук собирается подать в отставку только из-за того, что безопасность моего сына ему куда дороже, чем его работа, я понял, что просто обязан лично встретиться с ним, — мужчина вежливо улыбнулся Чону, — И именно поэтому я пригласил его позавтракать с нами. — Сэр, — Чон попытался еще раз, — Мне ужасно жаль, что… — Жаль? — прервала его мать Чимина, — Да что же ты все извиняешься и извиняешься? — она немного наклонилась вперед, улыбаясь парню, — Не представляешь, как невероятно трогательно видеть то, насколько ты заботишься о моем Чимин-и. Ее слова были слишком громкие для самого Чимина. Он опустил свою голову от накатившего в который раз смущения, хотя не понимал, от чего оно появлялось: от факта, что мать так щедро расхваливала Чонгука или тот факт, что Чонгук услышал каждое слово, которое она сказала. — Это так мило, — радостно начала ворковать женщина, — Вот ты именно тот молодой человек, которого мы бы хотели видеть рядом с нашим Чимином. — Мам, ну хватит, — тихо простонал Чимин, — Мы просто… это так непривычно, — мягко запротестовал он, жестикулируя между ним и Чонгуком, — Неловко… — Я твоя мать, — указала она на себя, — Мне разрешено делать вещи неловкими. — Окей, но мы можем просто перестать об этом говорить… — Чимин резко сменил тему разговора, — Может поговорим о том, что это было бы действительно серьезной ошибкой — увольнять Чонгука? Он абсолютно точно заслуживает работать на самого президента! Отец Чимина стал выглядеть умеренно удивленно. — Я не собирался увольнять его. И Чимин, и Чонгук одновременно посмотрели друг на друга с полным удивлением. А затем оба же оглянулись на отца Чимина. — Вы… н-не уволите меня? — заикнулся Чонгук. — Конечно же, нет, — настаивал отец, — Полагаю, я согласен с твоим решением. Работать рядом с Чимином и дальше будет достаточно плохой идеей для тебя, но… — он глянул на свою жену, — Но я не вижу причин не перевести тебя в команду Службы Безопасности моей жены. Рука Чимина невольно поднялась, хватаясь за запястье Чона совершенно неосознанно. — Ты серьезно сейчас, пап? Мать Чимина даже не дождалась ответа. Вместо этого, она хлопнула в ладоши и глянула на шокированного Чонгука. — Ох, Чонгук-и, не представляешь, как много у меня детских фотографий Чимина, которые ты просто обязан увидеть! — дразнящим тоном произнесла она, — Чимин-и был таким очаровашкой в детстве. Чонгук, пребывая явно в недоумении от того, что он каким-то образом пересекся с родителями Чимина, был уволен, а затем вновь нанят буквально через пару минут, смог только пробормотать. — Да… хорошо. Чимин злобно фыркнул, продолжая сжимать запястье Чонгука. — Мам, ты не можешь сделать этого! — утверждал он, — Он должен работать во время своих смен. Он просто обязан защищать тебя, а не смотреть на мои детские фотографии! — О, так вот как он работал, когда вас двоих нашли в твоей комнате с одеждой, валяющейся на полу? — женщина бросила вызов с коварной усмешкой. — Он был не при исполнении, — начал Чимин, стараясь не сводить взгляд с матери. Тем не менее, он почувствовал, как его лицо буквально обжигает от всех ее комментариев. Даже его отца, кажется, затронуло смущение Чимина, поэтому он тактично отвернул голову в противоположном направлении. Чонгук, однако, сжался в своем кресле, потирая запястье, которое чуть ранее сжимал Пак. Отец Чимина прокашлялся, разбавляя ситуацию. — Ну что ж, — он снял неловкое напряжение в воздухе, помогая всем расслабиться, — Возможно, мы могли бы использовать наше время завтрака, чтобы узнать бойфренда Чимина получше? Слово «бойфренд» вызвало необычайный интерес у Чимина. Он взглянул на Чонгука, любопытствуясь его реакцией. Чон лишь смотрел на Пака удивленным взглядом. Они теперь встречались? Они, конечно, думали об этом. Они обсуждали возможность дать отношениям шанс, но сразу же перешли к физическому аспекту, прежде, чем они действительно должны были обсудить тему отношений. Чимин знал, что, если у него все-таки был выбор, он в любом случае хотел встречаться с Чонгуком, но также знал, что жизнь далека от идеала. За последние двенадцать часов с Чонгуком произошло много вещей, которые могли бы поставить желание Чона под вопросом. Чимин бы не обвинял его в этом. Он понял бы его. Но реальный вопрос все еще оставался — был ли Чонгук напуган до сих пор после всего? Он больше не хотел иметь ничего общего с Чимином? Они были бойфрендами? Но затем нежная улыбка. Первая улыбка Чонгука, которую увидел Чимин, за последние несколько дней. Чон ответил сразу же на оба незаданных вопроса. — Да, — пробормотал Чонгук, — Было бы неплохо.               — Твою мать, ты выглядишь полным долбаном сейчас, — ворчал Юнги, еле придерживая рядом тяжело передвигающегося по дороге Тэхена. В нем было более, чем достаточно алкоголя, — Почему ты все еще в вертикальном положении? — Это один из его многочисленных талантов, — прокомментировал Чимин с другой стороны. Он держал Чонгука за руку, счастливо размахивая их хваткой из стороны в сторону и улыбаясь, — Он как-то по секрету мне сказал, что ему нравится притворяться пьяным, потому что всегда хочет, чтобы кто-нибудь забрал его с собой. — О, правда? — Юнги повернулся, осматривая Тэхена пристальным взглядом, — Ну и сколько парней прошло твой дебильный тест? — Нет! — Тэхен возмущенно запротестовал. Он повернулся к Юнги с широко раскрытыми, совершенно невинными глазками, — Я правда очень, ну очень пьян, Шуга, — заворковал он, напоминая всем про прозвище Юнги, что было схоже с именем для хомячка, — Думаю, тебе нужно отвезти меня домой. — Эй! — уши Юнги в одно мгновение покраснели на откровенное прозвище со стороны Тэхена. Он давно перестал беспокоиться об остальных телохранителях, они все равно все знали о его отношениях с Тэхеном. Он чувствовал себя комфортно от мысли, что может держать Тэ за руку или целовать его в щеку рядом со своими коллегами. Но сомнения в чрезмерной любви иногда появляются. Юнги, возможно, и был обеспокоен всем этим публичным пикапом со стороны Кима, но Чимин знал, что он тайно наслаждался этим, — Тебе и правда нужен кто-то, кто сможет уложить тебя в кровать? Невинное выражение лица Тэхена во мгновение изменилось. — Ну, не обязательно это должна быть кровать, — сказал он вполголоса, — Я открыт, доступен и всегда готов для экспериментов. — И это заключительная реплика для того, чтобы мы ушли, — резко подал голос Чонгук. Он опустил руку Чимина и, обхватив его за плечи, повел в противоположном направлении. Чимин засмеялся, позволяя Чону себя вести. Он оглянулся и помахал рукой на прощание немного придурковатой паре. — Пока, Тэ! Увидимся завтра, хен-и! Ни один из них, кажется, не услышал Чимина, особенно когда Тэхен схватился за Юнги и потащил его в какой-то непонятный отворот. Юнги послушно последовал за ним с крошечной улыбкой. — Они отвратительно милые, — с усмешкой прокомментировал Чимин. Они с Чонгуком подошли к общежитию, пробежались по ступенькам и вошли в теплое здание, — Разве ты так не думаешь? — Думаю, думаю, — начал Чонгук медленно, — Интересно получается, в прошлый раз, когда мы говорили об отношениях Юнги и Тэхена, ты сказал, что завидуешь своему другу, — Чон с интересом склонил голову в бок, — И я точно уверен, что в тебя тогда стреляли. — Думаю, ты прав, — согласился Чимин с улыбкой на губах. Чонгук посмотрел на Пака, тепло улыбаясь ему. — Ты больше не завидуешь Тэхену? — Больше не завидую. На мгновение, серьезность Чонгука разрушилась, а сам он покраснел от такого скрытого комплимента. — Окей, тогда… — он громко откашлялся, обхватывая рукой плечи Чимина, — тогда хорошо, отлично. Чимин хихикнул с взволнованным выражением лица. Когда они подошли к комнате Чимина, он достал ключ, а Чонгук, казалось, колебался. Дверь открылась, а Пак вошел внутрь, Чон же остался снаружи, вдруг занервничав. — Что такое? — спросил Чимин, хмуря брови. Он сделал паузу в процессе снятия обуви, чтобы оглянуться назад на Чонгука, — Ты не собираешься входить? Чонгук посмотрел через плечо на телохранителей Чимина. Он вздохнул, повернувшись к Паку. — Я больше не твой телохранитель. Чимин кивнул. Он был смущен тем, что не понимал, куда его ведет Чон со всей этой информацией. — Ну да…? — И… ты не должен приглашать меня внутрь, — сказал он Чимину, — В смысле… раньше ты делал это, потому что я был твоим личным телохранителем и тебе требовалась защита, но сейчас я… — Да, сейчас ты не мой телохранитель, — с нежной улыбкой подтвердил Чимин. Он сдвинулся с места, направившись к Чонгуку. Он коснулся рукой груди Чона, хватаясь затем за край его пиджака и побуждая сделать шаг вперед, — И именно поэтому я хочу, чтобы ты вошел внутрь. Брови Чонгука приподнялись. — Да? Чимин попытался закусить губу, чтобы скрыть улыбку, но безуспешно. — Да. В то время, как Чимин ожидал, что Чон войдет внутрь, он был удивлен, когда Чонгук обратил свое внимание на близко находящуюся команду безопасности. — Не могли бы вы… просто… расслабиться? — попросил Чон мягким голосом, — Может быть, вы могли бы стоять немного дальше по коридору, а не… понимаете… прямо около его двери? Мужчины явно были смущены словами Чонгука. Никто из них, возможно, не знал, что делать в такой ситуации, учитывая тот факт, что Чонгук раньше был их начальником, но сейчас не был частью команды. — Сэр, — смело произнес один из телохранителей, — я не совсем уверен, что нам разрешено… — Пожалуйста, — Чонгук прыснул в требовательном тоне. Чимин никогда ранее такого не слышал, он даже не был уверен в том, как звучит отчаянный тон голоса Чонгука, — Просто… можно мы уединимся на пару часов, хорошо? Мужчины, казалось, наконец-то доперли, что от них хотят. Они ухмыльнулись друг другу, а затем один из них кивнул. — Конечно, — согласился он, — но только в этот раз. Чонгук одобрительно улыбнулся и подмигнул им. — Спасибо. Чимин посмотрел на Чонгука, а затем на телохранителей, которые послушно разместились по длине всего коридора подальше от комнаты Пака. Они явно не смогут услышать все звуки внепланового мероприятия, которые собрались устроить эти двое в этот вечер. — Уединимся на пару часов? — спросил Чимин низким, соблазнительным голосом. Он сунул руку в карман, чтобы вытащить оттуда кнопку тревоги. Он сделал шаг к Чонгуку, с громким стуком размещая небольшое устройство на столе. Он не хотел повторять одну и ту же ошибку дважды, — Довольно смелое заявление, не думаешь? Чон ухмыльнулся, смотря в глаза парню. — Думаешь, я не смогу этого сделать? — Заметь, не я это сказал. Чонгук фыркнул в недоумении. Он подтолкнул Чимина внутрь комнаты, захлопывая с громким стуком за собой дверь. — Ты пожалеешь о своих словах, Пак Чимин. — Уже предвкушаю, Чон Чонгук, — хихикнул Чимин.