Прости

Я ушёл в свою комнату, потому что не хотелось ничего. Остаток дня я лежал бревном на кровати. Единственное, что я сделал, это сходил и принял тёплый душ. Костя уехал с отцом разбираться с похоронами мамы. Я решил, что не пойду с ними, поскольку сил вообще не было, а они, скорее всего, отправятся в морг. Я пока не могу её видеть. Тяжело. Я лежал и думал, что жизнь очень несправедлива. Мама, наверное, даже не заметила, как умерла. Или люди предчувствуют свою смерть? Видит ли она меня сейчас? Она любила говорить, что, когда люди умирают, они всё видят и охраняют своих близких. Что любящую душу необязательно видеть, её можно только почувствовать, что твои близкие рядом. Тогда почему я не чувствую её рядом со мной? Может, её душа ещё не ушла из тела, и я смогу почувствовать её через время? Странные мысли лезут в голову. За окном темно, глаза уже закрываются, думаю, нужно попробовать заснуть. Я лежал ещё минут 30, пока усталость не взяла верх над телом, в ушах послышался звук открывающиеся двери, видимо, Костя вернулся домой. И с этой мыслью я уснул. На следующие утро меня разбудил брат со словами о том, что мне ещё нужно собрать вещи для переезда, а отец приедет уже совсем скоро. Я с неохотой встал с кровати, умылся и расчесался и принялся собираться. Через два часа раздался звонок в дверь, и с кухни я мог разглядеть, что это был наш любимый папочка. — Ну что, Евгений, ты готов ехать домой? — как официально, с работы что ли сбежал. — Мой дом, где была моя мама, так что я готов ехать к вам на длительные каникулы, папочка, — я натянул саркастическую улыбочку и посмотрел на отца. -Женя… — послышался голос Кости со стороны. — Какие мы важные, ну, ничего, в детстве с тобой тоже было не сахар. Жду тебя внизу. На этой ноте он вышел из квартиры. — Ну что, братец, рад, что отдал меня на растерзание этой пиранье? — с ухмылкой произнёс я, и посмотрел на брата. — Ты прекрасно знаешь, что и меня это не радует, но у нас нет выбора, а я не хочу, чтобы ты попал в приют. — Ладно. Береги себя, а то в армии, говорят, тяжело, мы тебя с Ирой будем ждать на Родине. — Очень смешно. Мы обнялись, как же мне будет его не хватать. Я никогда не был далеко от своего брата и мамы. А теперь мамы нет, и брата не будет ещё как минимум год. С этими мыслями я оставил своего брата и спустился вниз, в машину отца. Когда я сел в неё, он хотел что-то у меня спросить и то ли не решился, то ли просто понял, что не настроен я на разговор, поэтому мы всю дорогу ехали до пункта назначения молча. Я не знаю, сколько мы точно ехали, но я уверен, что чуть больше, чем дохера. И в конце концов, он привёз меня к довольно приличному дому. У него он свой, да не плохой, как я посмотрю, видимо, его бизнес процветает. — Ну как тебе? — произнёс мой непутёвый отец, когда увидел, что я в замешательстве от его хором. — Ну, знаешь, я считаю, что всё, как ты любишь. От традиций не отступаем. Вся семья Традицких жила в больших домах, и ты не можешь быть исключением — Не язви, — он положил мне руку на плечо и сказал: — Я надеюсь, что пока ты здесь, ты сможешь меня простить за то, что я вас оставил. Пусть ты не веришь моим словам, но я всегда любил вас и не забывал никогда. — Да, только настали трудные времена, тебя рядом не было. Я убрал его руку со своего плеча, и направился со своими вещами в сторону входной двери. Дом был по правде роскошный, что снаружи, что внутри. Я вошёл в него, и удивился тому, что не обнаружил там каких-либо старых картин, статуй и чего-то в этом роде. Всё было обставлено по современному, в светлых тонах. Гостиная являлась просторной и выполненой в желтом цвете, и это, пожалуй, на мой взгляд самая тёплая комната, если судить по внешнему виду. Телевизор, журнальный столик, вход на балкон, шкаф с книгами и, что больше всего меня поразило, пианино. Я оставил вещи у порога в зал и подошёл к предмету своего нескрываемого интереса. Боже мой, как давно, я тебя не видел, друг мой. Когда мы были ещё дружной семейкой, мама меня учила играть на нём, я так любил это время. Папа сидел в гостиной с чашкой кофе, мы с мамой у пианино, а Костя делал какие-то по его мнению важные дела, но после ухода отца из семьи наш дом пришлось разменять. Мы переехали в другую квартиру, и с тех дней я больше к инструменту не прикасался. От нахлынувших воспоминаний пальцы рефлекторно забегали по клавишам инструмента, наигрывая какой-то отрывок из песни, которую я разучивал с мамой. — А Толя не соврал, когда говорил, что ты неплохо играешь. От изумления я отпрянул от инструмента и испуганно посмотрел на обладателя голоса.