Темный город

      Если бы в этот ночной час кому-то пришла в голову мысль выглянуть на улицу, то его взору предстало бы не совсем обычное для этих мест зрелище. По слабо освещенной улице Города быстрым шагом шли две красивые девушки. Потрясающе высокая брюнетка, волосы, подстриженные под каре, отливали вороным блеском в свете редких фонарей. Шикарная, мускулистая фигура, обтянутая черной блестящей кожей с многочисленными шнурками, бесконечно длинные, стройные ноги в черных легинсах, лакированные ботфорты без платформы с узким изящным носком и невероятно острыми каблуками-стилетами.       Вторая была заметно ниже ростом, с менее развитой, более хрупкой фигуркой, в элегантнейшем черном платье, легкой курточке поверх, длинные ножки в чулках, в изящных туфлях с узким носком и высокими острыми каблуками, почти такими же, как у высокой брюнетки.       Зрелище это было тем более удивительным, что Город был небезопасным местом, и бродить по ночам решались немногие, а уж девушку на это могла толкнуть только крайняя необходимость. А эти две, казалось, совершенно ничего не боялись, вышагивая под звонкий аккомпанемент своих стальных каблучков.       — Куда мы теперь? — Стейси шагала рядом со своей высокой подругой. Их острые каблучки безжалостно били в асфальт, порой протыкая его, что очень нравилось юной вампирше.       — Ко мне, — Аэлина нежно положила ладонь на талию своей молоденькой подруги. — Через час начнет светать, и нам на улице делать нечего.       — А где ты живешь? — не унималась девушка.       — Маленькая любительница глупых вопросов, — хихикнула высокая вампирша. — Придем, тогда увидишь.       Стейси несколько минут молчала, с некоторой завистью прислушиваясь к равномерному цокоту острых каблуков своей подруги. Стэйси совсем не была коротконожкой, но чтобы идти рядом с высокой вампиршей, ей приходилось шагать раза в полтора чаще, и изящные каблучки-стилеты ее новеньких туфель постоянно с довольно неприятным звуком скребли по асфальту.       — Вампиры боятся солнца? Как в кино?       — Да. Малышка, зачем ты волочишь ноги? Разве ты не умеешь ходить на высоких каблуках? — Аэлина недовольно сморщилась, когда Стейси снова заскрежетала стальным каблучком по асфальту.       — Умею… Просто ты ходишь очень быстро.       Аэлина только насмешливо фыркнула.       Они вышли из торгового района и оказались в дорогом квартале. Здесь, в отличие от других районов Города, было чисто: идеальный асфальт, способный выдержать даже очень острые женские каблуки. Из-за часто стоящих фонарей было светло почти как днем. Стейси шла, восторженно озираясь вокруг, пока они не подошли к воротам особняка. Особняк был далеко не самый большой в квартале, но девушка раскрыла рот от восхищения:       — Это твой?!       — Мой, мой, — хихикнула Аэлина. — За сто сорок лет жизни вампиром я поднакопила деньжат.       — Сто сорок… — задохнулась Стейси.       Вампирша еще не говорила ей о своем возрасте, и девушка даже не предполагала, что речь может идти о таком сроке.       — Детка, вовсе не обязательно так сосредотачиваться на моем возрасте, — Аэлина шутливо пошлепала по попке молодую вампиршу. Они уже подходили к ажурной калитке рядом с воротами.       — А кем ты была? Ну, тогда… раньше, — Стейси не могла справиться с любопытством.       Аэлина посмотрела на нее странным взглядом.       — Кем была… Я родилась в Италии…       — Италии… — Стейси уставилась на подругу обалдевшим взглядом.       — А что, не заметно? — Аэлина с трудом улыбнулась, было видно, что эти воспоминания не приносят ей радости. — А была… да много кем была… да и звали меня по-другому…       — А… — девушка открыла было рот, но осеклась, увидев, как высокая вампирша сморщилась, как от боли, и резко отвернулась.       — Детка, хватит вопросов о прошлом, пожалуйста.       Аэлина раздраженно давила на звонок.       — Спит он, что ли?       Наконец что-то щелкнуло, калитка открылась, и вампирши вошли в небольшой, но очень ухоженный сад. К особняку вела дорожка из бетонных плит, по которым громко цокали их острые стальные каблуки. Дверь уже была открыта, и на пороге стоял карлик в парадной ливрее. Внешность его была бы довольно отталкивающей, если бы на лице не блуждало хитро-ехидное выражение прирожденного шута.       — Доброй ночи, госпожа, — скрючился он в глубоком поклоне, несколько преувеличенном, на взгляд Стейси.       — Привет, Фицко, — небрежно ответила Аэлина. — Ты явно напрашиваешься на порку. Заставил нас ждать у калитки.       — Прошу простить, госпожа, — карлик Фицко, кривляясь, склонился еще ниже. — Этот дом такой большой, а я такой маленький. Непросто успеть добежать до двери на таких кривых и коротких ногах, как у меня.       — Не оправдывайся, лодырь. Стейси, это Фицко — балбес, каких свет не видывал, но мне он чем-то приглянулся, сама не знаю чем…       — Благодарю, госпожа…       — Не перебивай. Это моя подруга. Ее распоряжения для тебя — как мои.       — Разумеется, госпожа. — Фицко дурашливо кланялся, хотя, может по-другому и не мог, учитывая его уродство. — Здравствуйте, юная леди. Прошу, проходите.       Стейси робко зашла в просторный светлый зал с высоченными потолками, богато и со вкусом убранный, ярко освещенный, будто бы здесь с минуты на минуту ожидался королевский бал.       — Подожди здесь минутку, я сейчас вернусь, — Аэлина зацокала острыми каблуками вверх по лестнице. — пусть Фицко тебя пока поразвлечет.       — Прошу сюда, юная леди. — Фицко, забегая вперед и поминутно кланяясь, подвел Стейси к изящному диванчику. — Я, конечно, мог бы встать на голову или пожонглировать, но не думаю, что вас это так уж развлечет. Могу ли я предложить вам чего-нибудь выпить?       — Д-да, если можно… — Стейси неслабо оробела от окружающей роскоши. Она такое видела только на картинках.       — Ну конечно, конечно можно, — карлик всплеснул руками, с невероятной скоростью метнулся куда-то и через мгновение уже мчался обратно с подносом, на котором стоял небольшой хрустальный графин и пара хрустальных же бокалов. — Рекомендую это бренди. Я сам выбирал, а я знаю толк в напитках.       Он с ловкостью акробата приземлил поднос на столик и наполнил бокал. Молодая вампирша сделала осторожный глоток, бренди и правда был восхитительным. Она тут же прикончила бокал, чувствуя, как в голове начинается сладкий шум, растворяющий без следа стеснение и робость.       Фицко одобрительно кивал, глядя, как Стейси ставит пустой бокал на поднос.       — Не желаете ли еще?       — Да, пожалуйста.       Стейси на втором бокале не остановилась, и карлик Фицко наполнил его в третий раз.       — Оно великолепно, не правда ли, моя леди?       — Да, действительно… — Стейси блаженно улыбалась. — Никогда такого не пробовала…       Договорить она не успела, потому что со второго этажа раздался взбешенный крик Аэлины:       — Фицко! Фицко, негодяй!       Физиономия Фицко посерела, он забавно подпрыгнул, бормоча под нос:       — Вот черт, она узнала…       После чего он помчался наверх.       Заинтригованная Стейси, поставив бокал, поспешила следом.       Поднявшись по лестнице, она прошла вдоль перил и заглянула в приоткрытую дверь — очевидно это была спальная Аэлины. Нежные бежевые цвета, громадная резная кровать с балдахином, большое трюмо и прочие атрибуты роскошной женской спальной. Рядом с комодом стояла разъяренная Аэлина, прожигая взглядом Фицко, который стоял перед ней с карикатурно испуганным видом.       — Сколько раз я тебе говорила, не сметь лазить в мое белье, извращенец! — вампирша схватила карлика за шиворот и принялась трясти его, как мягкую игрушку.       Фицко смешно болтался, дрыгая руками и ногами, и верещал:       — Да что вы, госпожа! Да я не смею… Я никогда бы…       Аэлина сильным пинком отправила его на пол, а затем встала на него своими длинными, мускулистыми ножками и принялась яростно топтать.       В первую секунду Стейси замерла от ужаса: она была уже хорошо знакома с кинжально-острыми каблуками ботфорт Аэлины и понимала, что высокая вампирша запросто может ими убить. Девушка видела, как стальные острия каблуков ее высокой подруги рвали ливрею на карлике, вонзались в его плоть, но как только Аэлина поднимала длинную ножку, раны на теле карлика моментально затягивались, так что даже крови почти не было.       Когда испуг от неожиданности прошел, в душе Стейси зашевелилось другое чувство. Ярость красивой вампирши невероятно возбуждала Стейси, причем неожиданно для нее самой. Она никогда раньше даже не могла представить, что ее заведет такое зрелище. Девушка любовалась, как ее подруга грациозно изгибается, поднимая ножку, чтобы нанести очередной удар высоченным тонким каблучком. Этот удар стройной длинной ножки был бы наверняка смертелен для обычного человека, но карлик человеком не был.       Фицко лежал, ни малейшим движением не пытаясь стряхнуть с себя бьющую его тонкими каблуками госпожу, но при этом громко и довольно противно верещал.       Стейси медленно подошла к Аэлине, провела пальчиками по ее талии, по волнующе напрягающимся бедрам, а потом, повинуясь внезапно возникшему темному желанию, наступила своим острым каблучком на горло карлику. Фицко подавился визгом, забулькал, пытаясь выдавить крик, но молодая вампирша не снижала давления на высокий каблук, и по тому, как стилет вдруг резко провалился, поняла, что проткнула горло карлика. Ее изящная тонкая шпилька, торчащая в ране, не давала карлику регенерировать, и он только сипел, дергаясь под ударами каблуков своей госпожи.       Стейси, возбужденная до предела своей неожиданной жестокостью, терзала горло Фицко, одновременно лаская пальцами свою подругу. Аэлина развернулась к ней, наклонилась, Стейси обхватила руками ее тонкую талию, а язычком залезла в декольте высокой вампирши, вылизывая ее торчащие груди. Аэлина застонала, видно было, что она тоже злилась больше для виду, и прижала голову Стейси к упругим шарам, вылезающим из шнурованного декольте.       — О, черт, девочка… — прошептала Аэлина. — Ты меня заводишь…       Когда Аэлина выпрямилась, Стейси расстегнула легинсы подруги, чуть приспустила их и прильнула к ней, следя за тем, чтобы острый каблук ее туфли остался в горле карлика. Приседать ей не пришлось — ноги высокой вампирши были невероятной длины, высоченные, изящные каблуки ботфорт, да плюс еще карлик Фицко, тело которого было подушкой под каблуками Аэлины, так что Стейси понадобилось лишь немного наклониться, и аккуратная киска Аэлины оказалась перед ней. Юная вампирша провела язычком по сладким вздрагивающим губкам и, вцепившись пальцами в сочную попку Аэлины, запустила язычок внутрь. Высокая вампирша глухо застонала, напрягла сильные ноги, и ее стону вторил карлик Фицко. Тонкие женские каблуки-стилеты причиняли ему немалую боль.       Стейси продавила горло карлика еще сильнее и глубже, Фицко, видимо, понял намек, и затих. Девушка страстно вылизывала сладкую розовую киску красиво распластавшейся на стене вампирши, Аэлина звучно стонала, ее ножки подрагивали в такт движениям язычка Стейси. Та, улыбаясь, заметила эту зависимость и теперь управляла с помощью язычка своей высокой подругой. Играя с бусинкой клитора, она заставляла Аэлину с всхлипывающим вздохом подниматься на носочки, а плавно спускаясь язычком вниз, между трепещущих красных губ, вынуждала длинноногую вампиршу, вздрагивая, опускать высокие, острые каблучки на тело карлика.       Наконец, Аэлина согнулась, задергала длинными сильными ногами, и обкончалась. Стейси смотрела на нее снизу вверх с обожанием, и Аэлина, несмотря на сбивающееся дыхание, порывисто наклонилась вниз и поцеловала ее в сочные губки. Несколько секунд она глядела, нежно улыбаясь, в глаза девушки, а потом вдруг ее внимание привлекло что-то под ногами. Изящные брови высокой вампирши поползли вверх.       — Фицко! Это что еще такое?! — удивленно спросила Аэлина. Стейси посмотрела вниз и увидела, что длинная ножка вампирши придавила немалых размеров холмик на штанах лежащего карлика.       — Детка, отпусти его горло… Ну-ка, признавайся, негодяй, что это тебя так возбудило?! Неужели это результат впивающихся в тебя каблуков?!       — Кх-х… р-р… х-х… е-е-е… н… не…ет, х-хоспош-ша… — на горле Фицко быстро затягивался зияющий прокол от каблучка Стейси. — Нет, госпожа… Прошу простить, просто юная леди так вас ласкала… а вы так сладко стонали… Понимаете, у меня не было никакой возможности отвернуться, как подобает джентльмену, когда дамы вдруг решат немножко поиграть… друг с дружкой… поэтому, я был вынужден смотреть все от начала до конца, чтобы немного скрасить свое поистине плачевное положение под вашими прекрасными ножками…       — Вот как?.. — Аэлина, улыбаясь, принялась тереть бугор на штанах карлика гладкой подошвой ботфорта, сначала медленно, потом все быстрее и быстрее.       — Да-а… госпожа… поверьте, если бы я только мог… ох… если бы мог, как полагается по правилам хорошего тона… о, боже… я бы непременно отвернулся бы, но в моем положении, это не представлялось… а-ах. возможны-ы-ым…       Высокая вампирша ловко подцепила длинным стальным каблуком ткань штанов карлика и быстро распорола ее. Стейси удивленно охнула — вывалившееся «достоинство» было настолько немалых размеров, что удивительно было, как карлику вообще удавалось скрывать его в штанах. Аэлина принялась покалывать его острием тонкого каблука по всей длине, быстро, но осторожно. Здоровенный член карлика поднялся, упруго подрагивая под ласкающими касаниями его госпожи.       — Вот это корягу ты себе отрастил, Фицко! — хихикнула вампирша. — Многие бы позавидовали.       — О-ох, да… эм-м… благодарю за комплимент, госпожа… — карлик тяжело, присвистывая, дышал, по его побагровевшему лбу катились капельки пота.       — Когда соберешься кончать, скажи мне, понял? — строго сказала Аэлина, продолжая играть острым стальным каблуком с огромным членом карлика.       — Не извольте сомневаться… о да, боже… моя госпожа…       Аэлина поставила подошву ботфорта на ствол члена, так что тонкий каблук оказался на головке, и ёрзала ногой вперед-назад, вызывая стоны и вскрики лежащего под ней карлика.       — Осмелюсь сообщить… госпожа… у-ух… что я сейчас кончу…       Стейси восторженно взвизгнула, когда Аэлина замечательно быстрым и ловким движением подцепила головку члена и засунула в дырочку уретры свой высоченный тонкий каблук-стилет. Каблук вошел на всю длину, член ритмично задергался от оргазма. Сперма все же вытекала равномерными толчками, ее было много, но высокий женский каблук не давал ей брызгать, и она просто стекала на живот карлику.       Когда судороги оргазма прекратились, Аэлина, все также насмешливо улыбаясь, вытащила стальную шпильку из уретры карлика.       — Весь каблучок мне измазал, мерзавец… Вытирай теперь! — она поднесла ботфорт карлику, и тот, все еще тяжело дыша, торопливо принялся вытирать высокий каблук вампирши рукавом.       — Тщательнее вытирай, он еще мокрый… Со стороны подошвы не забудь! — командовала Аэлина, внимательно следя за действиями Фицко.       — Да… конечно, моя госпожа… вот так… все, ваш изящный каблук идеально чист! — Фицко вытянулся, запахиваясь в лохмотья ливреи, и стараясь затолкать свою «корягу» в разорванную ширинку. — Благодарю вас, госпожа… за минуты счастья, которые вы доставили своему недостойному слуге…       Он повернулся к Стейси, наблюдающей за ним с веселой усмешкой.       — Прошу простить, юная леди, но осмелюсь просить вас не прерывать моих криков таким способом. Признаться, ощущать в горле стальной штырь не очень приятно, даже если это изящный каблучок такой очаровательной леди, как вы. Кроме того, орать во время экзекуции — это мое неотъемлемое право!       Стейси засмеялась, и Аэлина подхватила ее смех, отвешивая карлику несильный пинок носком ботфорта по заднице.       — Ты тут еще права качать будешь, негодяй! Стейси будет делать то, что захочет, понял меня?! Иди и приведи себя в порядок!       Фицко расплылся в кривой ухмылке, и часто и мелко кланяясь, выскочил за дверь.       — Он такой забавный! — подрагивающим от смеха голосом сказала девушка, обнимая за талию высокую подругу. — И часто он лазает по твоему белью?       — Регулярно, — хихикнула вампирша. — Фицко — законченный извращенец. Это мне в нем и нравится. Идем со мной.       Две вампирши, обнявшись, вышли в коридор. Их острые металлические каблуки звонко и резко цокали по каменному полу, а Стейси на ходу гладила попку Аэлины. Та игриво-протестующе мурлыкала и нежно покусывала девушку за ушко белыми острыми зубками. Они прошли пару десятков метров, и Аэлина затащила Стейси в какой-то темный зал. Ласково освободившись из объятий девушки, высокая вампирша прошла вперед.       — Иди за мной, — раздался из темноты ее глубокий мелодичный голос.       Стейси двинулась на зов. Брюнетку Аэлину, еще и в черных одеждах, было совершенно не видно в темноте. Пол под ногами девушки был… странный. Необычно упругий под подошвой, он совершенно не выдерживал ее острых каблучков, и ей приходилось напрягать ножки, стараясь опираться в основном на носочки. Девушка осторожно продвигалась вперед, удивляясь, зачем было делать такой чудной пол. Вот она слегка потеряла равновесие и ее тонкий каблучок опять провалился в пустоту. Стейси остановилась, опасаясь споткнуться и упасть.       — Аэлина? Почему такой странный пол? Может, тут можно свет включить? — в ответ раздался только мелодичный смех высокой вампирши.       — Иди, детка, смелее, — смеющийся голос Аэлины звал уже откуда-то издалека.       Стейси потыкала кончиком острого каблука в этот необычайный пол. Ощущения были странно приятными. Девушка закрыла глаза, прислушиваясь к этим ощущениям, она чувствовала как пол упруго сопротивляется давлению ее высокой шпильки. Наконец, тонкий каблук резко провалился, и больше сопротивления не возникало. «Проткнула,» — поняла Стейси. Девушка, поводив ножкой из стороны в сторону, почувствовала, что ее высокий каблук действительно воткнулся во что-то. Не смотря на то, что ее буквально раздирало любопытство, она не собиралась присаживаться на корточки и пытаться руками нащупать удивительную поверхность.       Она вытащила острый каблук из странного упругого пола и сделала еще несколько шагов. Все та же приятная упругость. Стейси снова остановилась. Острые стальные каблуки предсказуемо вонзились в пол, но девушка не стала сильно давить на пятки, протыкая его, вместо этого принялась осторожно переминаться с одной ноги на другую. Она и сама не могла объяснить, почему же ей так приятно ощущать это упругое сопротивление под своими высокими каблуками. Внезапно она ощутила движение, ритмичное и упругое, оно передавалось ей в пятки через тонкие штыри высоких каблуков, и исходило совершенно точно от пола. К тому же, она услышала будто бы хлюпанье какой-то жидкости, в такт этим движениям. Немного испугавшись, девушка вонзила острые каблучки, протыкая внезапно оживший упругий пол, и торопливо двинулась дальше.       — Малышка, ну ты идешь, или нет?! — голос Аэлины дрожал, она явно боролась со смехом.       Стейси, быстро, насколько это было возможно, шла вперед. На каждом шаге она чувствовала, как ее острый каблук протыкает или проваливается в странный пол, а под подошвой наоборот упруго пружинит невидимая ей в темноте необычная поверхность. Она чувствовала какие-то будто спазматические движения у себя под ножками, по ее спине пробегали мурашки, а сердце замирало от сладкой жути. Кроме этого, она стала ощущать, что ее туфли немного нагреваются, будто она опустила их в теплую воду. Это было странно. Ей не было по-настоящему страшно, Стейси была уверена, что высокая вампирша не собирается причинить ей вреда. Да и сама она, в конце концов, была вампиршей! Но тем не менее, ей было тревожно от этого необъяснимого движения. Но девушку немного успокаивало то, что она легко прекращала это ритмичное шевеление острыми каблуками. Проткнутые участки пола тотчас переставали шевелиться, и Стейси теперь только почувствовав под подошвой спазматическое движение, тут же направляла на него острие стального каблука. Этот процесс почему-то приносил ей необычайное удовлетворение.       — Аэлина! Ну пожалуйста…! Включи свет! — взмолилась Стейси.       — Ну если ты настаиваешь… — смеясь, ответила та.       Щелкнул выключатель, и Стейси зажмурилась от яркого света большой люстры. А когда открыла глаза, ахнула от удивления и ужаса.       Она стояла практически точно посреди большого зала, напоминающего чем-то зал театра, задрапированный темно-бордовыми тяжелыми занавесами, с хрустальной люстрой посередине потолка. Но не это поразило ее. Пол… Весь пол состоял из стоящих колом мужских членов! Причем они были живыми, настоящими, крупными, жилистыми. От двери тянулась красноватая дорожка, Стейси, приглядевшись, ахнула повторно. Это были ее следы. Многие мужские «органы», оказавшиеся на ее пути, были окровавлены, безжалостно проткнутые острыми женскими каблуками. Ее следы были залиты спермой вперемешку с кровью. Стейси взглянула на свои туфли и ахнула в третий раз — они были все в сперме. Теперь она поняла, откуда взялось ощущение нагревания туфель. Стейси, сообразив, что она и сейчас стоит на паре членов острыми окровавленными каблуками, поспешно поднялась на носочки и взглянула, что с ними. Крупные жилистые члены вяло пошевелились, несколько раз дернулись и чуть съежился, истекая спермой. Из двух дырочек от ее стальных каблуков на их головках, будто нехотя, потекла кровь. Девушке было очевидно, что эти раны, нанесенные острыми женскими каблуками, уже не заживут, но вместе с испуганной жалостью это зрелище приносило ей несказанное удовлетворение. Ей казалось необычайно правильным и естественным вершить их судьбу подобным образом, своими стройными ножками и изящными стальными каблучками.       — Иди, иди! — Аэлина откровенно веселилась, ожидая ее у другой двери. Странно, но следов ее ботфорт Стейси не видела.       Несмотря на ощущение правильности происходящего, у Стейси проснулась естественная жалость и сострадание. Она старалась очень осторожно пробираться на носочках по этому невероятному «полу», стараясь не касаться его остриями каблуков.       — Аэлина! Они настоящие?! Как это? Чьи они? Убери их, пожалуйста! — Стейси взволнованно вскрикнула, остановившись. Было видно, что при ее приближении мужские члены возбуждаются, встают, вытягиваясь в направлении ее ножек, и будто сами стараются попасть под ее туфли.       — Ох, детка! — хихикала высокая вампирша. — Видела бы ты себя со стороны…! Не волнуйся, они не совсем настоящие. Это иллюзия. Очень качественная, но иллюзия.       Особого облегчения эта новость не принесла. Стейси старалась как можно осторожнее ставить ножки, но все же иногда, потеряв равновесие, вонзалась в очередную жертву острой шпилькой. Ее сердце вздрагивало от жалости когда она видела кровь пронзенного стальным каблучком, но одновременно это ей доставляло удовольствие. Она вспомнила, как раньше, еще в прошлой жизни, ей попадались в интернете ролики, где девушки с удовольствием давили подошвами и протыкали тонкими каблуками бананы, наверное, представляя, что это член их бывшего. Она все хотела сама попробовать, но как-то забывала, или было неловко, и вот ей неожиданно представилась возможность, о которой она вовсе не просила.       Она добралась до своей подруги и обхватила ее за бедра, прижавшись лицом к высоким упругим грудям Аэлины. Красавица-вампирша, улыбаясь пухлыми сочными губками, сверху вниз заглянула в глаза своей пассии.       — Тебе понравилось, малышка? — с ласковой насмешкой спросила она, поглаживая Стейси тонкими пальцами по щеке.       — Да… хотя и жалко было… и сладко одновременно… я не знаю, — пролепетала девушка, краснея.       — Хорошо, если сладко было, — улыбнулась Аэлина. — Если захочешь, заходи сюда еще, погуляй… Ковер сам восстанавливается, — со смехом закончила она. — Пойдем, я покажу тебе твою комнату.       Две вампирши, церемонно обнимая друг дружку, неторопливо шли по коридору. Рука Аэлины лежала на плечах подруги, а вот Стейси приходилось обнимать обалденно тонкую талию Аэлины, причем ее рука постоянно сползала на плавающие из стороны в сторону шикарные бедра высокой вампирши. Металлические каблуки-стилеты обеих девушек звонко били в каменный пол. Стейси старалась идти в ногу со своей подругой, но у Аэлины были слишком длинные ножки, и поэтому юная вампирша постоянно сбивалась и торопливо семенила рядом с высокой брюнеткой.       Внезапная мысль пришла в голову Стейси, и та быстро развернулась к подруге:       — Аэлина… а нам что… нужно спать… в гробу?       Аэлина удивленно изогнула изящные брови:       — Зачем это?       — Ну… — Стейси смутилась. — Обычно так это описывают…       Высокая вампирша фыркнула:       — Детка. Не забивай себе голову ерундой. В гробах не спят уже лет двести, наверное. Хотя, есть, конечно, несколько ретроградов… Намного лучше спать в кровати.       Они зашли в очаровательную маленькую спальню, окрашенную нежными персиковыми оттенками, без окон, с большой кроватью, столиком с большим зеркалом и несколькими шкафчиками. Их высокие острые каблуки утонули в плотном мягком ковре, и Стейси сладко вздрогнула от этого ощущения, вспомнив, как несколько минут назад она шла по темному залу, ступая по ковру из эрегированных мужских членов.       — Это будет твоя спальня, дорогая, — Аэлина обняла девушку, прижав к высокой, сочной груди. Стейси не упустила возможность провести язычком по крупным упругим шарам, выпирающим из корсета высокой вампирши, благо ее умопомрачительный бюст находился прямо перед лицом девушки. Аэлина хихикнула и шлепнула Стейси по попке.       Девушка уселась на потрясающе мягкую кровать, томно глядя на Аэлину снизу вверх, потом коснулась пальчиками невероятно длинной ножки высокой вампирши и прошлась от бедра вниз, по голенищу ботфорта. Аэлина медленно подняла ногу и поставила ботфорт на краешек кровати. Пальцы Стейси неторопливо заскользили вниз по ботфорту, достигли высоченного острого каблука, девушка нежно и страстно погладила этот тонкий, блестящий кинжал. Затем она обхватила двумя ладонями подъем ботфорта и потянула ногу подруги вверх. Аэлина возбужденно облизала губы, быстро села на кровать, не забирая ножку из нежных рук подруги. Стейси отодвинулась подальше, чтобы дать возможность высокой вампирше немного выпрямить потрясающе длинную ногу, потом подняла ее все так же, двумя руками, и медленно коснулась губами стального каблука.       — Обожаю, когда ты так делаешь, малышка… — промурлыкала Аэлина, откинувшись чуть назад и упершись спиной в один из четырех торчащих по углам кровати деревянных столбов.       Стейси игриво улыбнулась и вытянула свою стройную ножку, подняв ее повыше. Аэлина подхватила ее и страстно и жадно провела языком по острому каблучку ее туфельки. Стейси сладко вздохнула, заглатывая целиком высоченный стальной каблук черного блестящего ботфорта, наблюдая, как Аэлина вылизывает тонкую шпильку ее туфли. Высокая вампирша, смочив острый каблучок подруги слюной, опустила ее ножку ниже, всунула высокую шпильку между своих больших упругих грудей и принялась тереться о нее, тихо постанывая и закусив губу острыми белыми зубками.       Стейси возбужденно наблюдала за действиями Аэлины, одна ее рука, будто сама по себе, поползла к трусикам. Вторая рука была занята ножкой Аэлины. Черноволосая вампирша, заметив движение своей милой партнерши, улыбнулась, не прекращая играть ее шпилькой между грудей, и поставила вторую ногу в ботфорте на кровать, глубоко провалившись высоченным острым каблуком в мягкую перину. Узкий, заостренный носок ботфорта нацелился прямо между ножек Стейси, Аэлина, чуть покачивая ногой, мягко коснулась носком трусиков девушки, та вздрогнула, застонала, подалась навстречу черному лакированному носку ботфорта. Быстро отодвинув в сторону тонкие кружева трусиков, вздрагивая, насадила себя на этот узкий блестящий нос, откинувшись назад, но не выпуская каблука второго ботфорта из жадного рта, благо длина ноги Аэлины это позволяла. Аэлина, порозовев от возбуждения, сжимала между тугих грудей тонкий каблучок туфельки Стейси, наблюдая, как та со стоном, напрягая бедра, скользит по ставшему мокрым носку ее ботфорта. Раздался треск ткани — от энергичных движений Стейси на узком носке, под острым каблуком ботфорта порвалась перина, вызвав восторженный вздох юной вампирши.       — Ох, Аэлина… обожаю, когда ты протыкаешь все… каблучками… это так… сексуально…       Ножка Стейси выскользнув из рук высокой вампирши оказалась между ее ног, и нежно терла там гладкой подошвой туфельки прямо через кожу легинсов. Аэлина вздрагивала от этой ласки, Стейси уже не скользила по носку ботфорта, а плотно сидя на нем, играла пальчиком с клитором. Ее вытянутая ножка, упирающаяся между ног Аэлины, мелко дрожала, вызывая у той сладкие судороги, да и ее киска начала спазматически дергаться на гладком носке ботфорта, говоря о скором оргазме. Стейси обкончалась быстрее, чем ожидала, резко и сильно, намочив глянец черной кожи своим соком. Несмотря на сладкий оргазм, она не бросила подругу и продолжала тереть ее гладкой подошвой. Шаловливо улыбнувшись, Стейси кольнула каблучком Аэлину, и будто в ответ на этот нежный укол та задергалась, вскрикивая, втягивая в себя воздух, и обмякла, упираясь спиной в столб кровати.       Стейси, улыбаясь, опустила длинную ногу вампирши, положив ее ботфорт высоченным, тонким каблуком себе на грудь, томно и нежно глядя в глаза Аэлины. Та поцеловала ножку девушки, мягко отпустила ее на пол и потянулась.       — Хорошо как… — Аэлина осторожно сняла невероятно длинную ножку с груди Стейси, опустила на пол, и, спуская вторую ногу с кровати, еще сильнее надорвала перину. — Черт… Проткнула перину каблуком… Сейчас позову Фицко, пусть заменит.       — Не надо, — Стейси трогательно свернулась калачиком, глядя на свою высокую подругу. — Хочу, чтобы на моей кровати остался твой след…       Аэлина, улыбаясь, сидела, положив ногу на ногу, покачивая мокрым от соков Стейси носком. Девушка, понаблюдав за этой игрой изящного, блестящего ботфорта, плавно соскользнула с кровати, и оказавшись у ног подруги на коленях, как послушная рабыня обхватила длинный каблук Аэлины пальцами и принялась вылизывать мокрый заостренный нос черного ботфорта. Высокая вампирша с удовольствием наблюдала за ее игривым язычком, быстро скользящим по черной лакированной коже. Стейси, вылизав все дочиста, склонила головку, поцеловала острый каблук Аэлины и, не меняя позы на коленях и локтях, как настоящая рабыня преданно, хоть и с игривой улыбкой, смотрела в глаза вампирши.       — Какая ты прелесть, детка… — нежно замурлыкала Аэлина, наклоняясь и поднимая девушку с ковра. — А теперь пора спать. Я пойду к себе. Спокойного дня.       Она поцеловала Стейси в губы и вышла из комнаты. Стейси, раздеваясь, с удовольствием прислушивалась к удаляющемуся ритмичному звонкому цокоту стальных каблуков подруги.