Темный город

      Стейси проснулась молниеносно. Уставилась в потолок. Она совершенно не ощущала прошедшего времени, словно она закрыла глаза мгновение тому назад. Она даже засомневалась, спала ли она вовсе, или просто моргнула. За дверью звучно процокали металлические каблуки, и в комнату, даже не постучавшись, бесцеремонно зашла Аэлина.       — Проснулась, Дитя мое… — улыбнулась высокая вампирша, наклонившись к Стейси и целуя ее в губы. Стейси жадно и нежно ответила на поцелуй, проведя пальцами по черным, блестящим волосам Аэлины. Улыбка той стала шире. Аэлина откинула с нее покрывало, с похотливой нежностью разглядывая изящную фигурку девушки. Вампирша присела на краешек кровати, красиво изогнувшись, наклонилась, и взяла стоящие на ковре туфельки Стейси. Ее тонкие, изящные пальцы скользнули по ножке девушки, подхватили, и Аэлина аккуратно и нежно вдвинула пальчики ножки Стейси в узкий носок туфельки. Вампирша погладила нежную белую ножку своей молоденькой подруги, обхватила ее тонкий, острый каблучок сочными губами и элегантным и развратным движением головы вдела пяточку девушки в твердый глянцевый задник туфельки.       — Как чудесно… — сладко стонущим голоском сказала Стейси. — Мне хочется, чтобы ты всегда так туфельки мне надевала…       Высокая вампирша выпустила стальной каблучок туфельки из губ и склонила с усмешкой голову:       — Да-а?! А кто же на меня будет ботфорты надевать?       Стейси соскользнула с кровати в одной туфельке, опустилась у ног Аэлины и прижалась к ним грудью, с игривой покорностью заглядывая вампирше в зеленые глаза:       — Конечно я… Моя дорогая подруга…       Аэлина вытянула сочные губы трубочкой, умопомрачительно выгнулась в талии:       — Обожаю, когда ты оказываешься у моих ног… Даже сама не знаю, почему…       Стейси опустилась ниже, упершись руками в пол и грациозно выпятив круглую попку, коснулась розовым язычком носка черного ботфорта высокой вампирши и медленно повела им вверх, по подъему, по голенищу, до самого края:       — Тогда я буду постоянно у твоих ног… Моя любимая Аэлина…       Аэлина по-кошачьи соскользнула на ковер, опустившись на колени напротив Стейси, взяла тонкими пальцами ее за плечи, привлекла к себе и жадно поцеловала в губы.       — Я очень этого хочу, моя малышка…       Аэлина обхватила пальцами упругую попку девушки, поглаживая и мягко сжимая ее, на каждое движение Стейси отвечала похотливым стоном.       — Кошечка, ты голодная? — спросила вдруг Аэлина, прекращая ласки. Стейси стонала все громче, терлась о высокую грудь черноволосой вампирши.       — Ох… не знаю… наверное. Очень странно себя чувствую! — наконец отозвалась девушка.       — Значит, голодная. Одевайся!       Стейси стала надевать чулки, платье. Ее ощущения стали напоминать те, которые она испытала, пробудившись у себя в квартире, после укуса Аэлины. Звуки стали громкими, резкими и больно царапающими. Чулки скользили по ее ногам со звуком скребущих по грифельной доске ногтей, платье шуршало, как листва тысячи деревьев. Аэлина, ожидая ее, постукивала острым стальным каблуком по толстому упругому ковру, и этот еле слышный звук заставлял Стейси морщиться. Аэлина заметила.       — Что, так сильно?       Стейси кивнула.       — Черт. Я уже забыла, как остро реагируют новообращеные на голод… Сейчас.       Она дернула за шнур, висящий около кровати, и буквально через секунду в дверь поскреблись. Фицко. Стейси даже своим болезненно обостренными чувствами не уловила, когда успел примчаться забавный карлик.       — Фицко, принеси из холодильника пакет крови. Мигом!       Карлик быстро поклонился и исчез. Примерно секунд через пять он уже снова стоял на пороге, протягивая Аэлине медицинский пакет для переливания с темно-вишневой жидкостью. Увидев ее, Стейси ощутила, как что-то злое и жадное заворочалось внутри нее, и она, не раздумывая, потянулась к вожделенному напитку.       — Сейчас, подожди, малышка моя… — Аэлина взяла со стола большой кубок, проткнула острым ногтем пластик пакета и вылила густую красную жидкость в кубок.       — Держи. Холодная она, конечно, довольно противная, но ничего. Голод утоляет.       Стейси залпом осушила кубок драгоценного нектара. Действительно, теплая кровь, которую ей довелось пить из шеи спящего парня там, в своей квартире, была несравнимо слаще. Но тем не менее, грохот в голове унялся, юная вампирша уже спокойно смотрела на свою высокую подругу.       — Давай заканчивай собираться, милая. Сейчас на улице найдем тебе кого-нибудь еще… Нам еще нужно показать тебя кое-кому.       — Клану?! — Стейси даже прекратила надевать туфельки, во все глаза глядя на Аэлину.       — Нет еще, — засмеялась та. — Так уж тебе хочется увидеть клан. Нужно показать тебя старейшине — принцу Города.       — Принцу? — в воображении Стейси сразу возник образ из мультфильмов — юный красавец на белом коне. — В Городе есть принц? А какой он?       Аэлина расхохоталась.       — Девочка… Это принц вампиров. Неформальный лидер всех Родичей Города. Родичи — это так вампиры называют друг друга. Он следит за порядком, разрешает споры и конфликты, ну и в целом… пользуется авторитетом.       — Я готова! — Стейси выпрямилась, стукнула по ковру острыми каблучками туфель.       Они со звонким цокотом спустились вниз по лестнице, вышли за дверь, провожаемые церемонным поклоном карлика Фицко. От Стейси не укрылась хитрая ухмылочка на его лице, и она, тихонько хихикнув, подумала, что уж он-то точно воспользуется их отсутствием с пользой. Например, всласть налюбуется нижним бельем своей хозяйки. Две вампирши вышли за ворота, и Аэлина стремительно потащила Стейси за собой.       — Почему ты машиной не пользуешься? — спросила девушка, с трудом поспевая за длинноногой вампиршей.       — Не люблю. Ходить интереснее. Да и тебе полезно, научишься на высоких каблуках бегать, — ехидно ответила Аэлина, слушая, как Стейси через каждые два шага чиркает остриями каблуков по асфальту, — Ты, по-моему, уже искры шпильками высекаешь.       Стейси виновато потупилась.       — Мы просто идем очень быстро… И я еще не привыкла, каблучки действительно высокие… — она завистливо посмотрела на потрясающе длинные ноги высокой вампирши. Удары высоченных стальных каблучков черных ботфортов были звонки и красивы, Аэлина не сбивалась с шага, не царапала асфальт, шагая, как по подиуму.       Вдруг Аэлина резко завернула в какой-то темный закуток у стены дома и затащила туда пискнувшую Стейси.       — Вон, смотри, — Аэлина ткнула длинным, изящным пальчиком с острым ноготком в идущую по улице фигуру. Это был симпатичный молодой человек, худощавый, хорошо одетый. Он шел довольно быстро, опустив голову, и казался погруженным в свои мысли.       — Нравится он тебе? — улыбаясь, тихо спросила высокая вампирша.       — Ну да… — Стейси чуть покраснела. — А что?       Аэлина прыснула со смеху, зажав рот рукой.       — Балдею с тебя… Сейчас, сиди тут.       Она вышла, и двинулась навстречу молодому человеку неторопливой, завораживающей походкой. Ее широкие бедра плавали из стороны в сторону, длиннющие ноги вышагивали по одной линии, звонко и зовуще цокая острыми каблуками ботфорт, Аэлина чуть выгнулась, выпячивая свою сводящую с ума грудь. Круглая сочная попка ее тоже напряглась и еще больше округлилась, и Стейси, разглядывающая высокую вампиршу сзади, невольно с возбуждением провела язычком по губкам.       Парень, услышав завлекательный цокот женских каблучков, поднял глаза, и теперь не отрываясь таращился на высокую красавицу, неторопливо дефилирующую к нему. Он даже несколько раз споткнулся, замедлив шаги, глаза его стали круглыми как у филина. Стейси не было видно, но она была уверена, что Аэлина сейчас обольстительно ему улыбается. Поравнявшись с юношей, Аэлина провела пальцами по его покрасневшей щеке, а потом поманила его, и он, послушный, как щенок, двинулся за ней, во все глаза глядя на ее умопомрачительные бедра. В его покорности Стейси почувствовала что-то необычное, не похоже было, что это обычный восторг от невероятной красоты Аэлины, хотя и этот аспект тут сыграл явно немалую роль.       Стейси вышла из своего укрытия и торопливо направилась к темному закоулку, куда высокая вампирша завела очарованную жертву.       Дойдя до угла, она увидела, что Аэлина стоит, упершись своей шикарной попкой в стену, выгнув спину, расставив и согнув длинные, сильные ноги. Она была порядочно выше парня. Он исступленно прижимался к ней, неистово тиская руками ее упругое, великолепное тело, через глянцевую черную кожу ее наряда, и страстно целовал пухлые, сочные губы вампирши.       Стейси опять, как и в магазине Мануэля, ощутила укол ревности. Аэлина отвечала ему такой же страстью, прижимаясь к нему высоченной грудью, спускаясь поцелуями на его шею, гладя руками низ его живота. Затем она сильным, резким движением развернула его, так что они поменялись местами. Высокая вампирша будто бы не помня себя от возбуждения присела перед юношей на корточки, так что высоченные металлические каблуки ее ботфортов громко заскрежетали по асфальту, и принялась расстегивать его брюки.       — А ты, я смотрю, любишь подглядывать, маленькая извращенка! — насмешливая реплика Аэлины была адресована Стейси. Странно, но парень совершенно не отреагировал на появление на сцене еще одного действующего лица, его глаза были закрыты, и он стонал в экстазе.       — Он сейчас ничего не слышит и не видит. И ничего не вспомнит… потом, — будто в ответ на мысли Стейси, прозвучал смеющийся голос Аэлины. — Ты стоять долго еще собираешься?       — А что делать-то? — неуверенно спросила Стейси.       Высокая вампирша снова прыснула со смеху.       — Детка, ты на острых каблучках. Используй их, проткни ему шею, только не в сонную артерию, а рядом, чтобы не убить случайно.       Стейси своим новым, измененным зрением ночного хищника буквально видела всю кровеносную систему в шее юноши. Вот идет толстая, сладко пульсирующая горячим красным цветом артерия — это сонная. А вот тут потоньше, подойдет. Стейси подняла ножку и ударила. Удар получился слабо и вскользь, юноша только громче застонал, так и не открывая глаз.       — Ох, малышка… — покачала головой Аэлина. — Тебя надо будет обучить…       Она поднялась, выпрямилась и неуловимо быстро махнула своей невероятно длинной ножкой. Блестящий, стальной каблучок ее ботфорта легко вонзился в шею вскрикнувшего юноши. Но совсем неглубоко. Аэлина так и стояла, грациозно пригвоздив стройной ножкой парня к стене.       — Подходи, милая моя, я сейчас выдерну каблук… Только не испачкайся.       — Подожди, Аэлина… — Стейси игриво провела пальчиками по ее вскинутой сильной ножке, потом наклонилась, коснулась язычком черной кожи ботфорта и повела им по направлению к каблучку. Влажный розовый язычок так сладко скользил по гладкой холодной стали высокого каблука Аэлины, что молодая вампирша не отказала себе в удовольствии поводить язычком вверх-вниз, глядя, как изгибаются в улыбке губы ее высокой подруги.       — Ну детка… — мягко сказала Аэлина.       — Да, да… Сейчас… — Стейси обхватила губами тонкий каблук черного ботфорта, чувствуя теплую кожу юноши, и как пульсирует кровь в вене под острием каблучка Аэлины. Высокая вампирша аккуратно вытащила тонкую шпильку из ранки, и в рот Стейси потекла густая горячая жидкость.       — Слушай его сердце, — негромко сказала Аэлина, изгибаясь, чтобы осмотреть блестящий острый каблук-стилет своего ботфорта. — Учись слышать, когда нужно остановиться.       Действительно, Стейси сейчас слышала стук сердца парня, как через стетоскоп, по мере того как соленая кровь проходила через ее губы в жадный рот, ритм неуловимо менялся…       — Хватит! Отцепляйся, и зажми ранку языком, — скомандовала Аэлина, и Стейси послушно выполнила распоряжение. — Зализывай ее… С первого раза у тебя быстро не получится, старайся.       Юная вампирша принялась вылизывать шею парня, кровь вытекала, но с каждым разом все меньше, она ее тут же слизывала.       — Аэлина… Твой каблучок… Ты же разрешишь мне слизать с него кровь? — Стейси спрашивала с такой игривой покорностью, что Аэлина улыбнулась.       — Конечно, малышка. Обожаю, когда ты это делаешь…       — А я обожаю это делать… Вылизывать твои каблучки — это моя сладкая обязанность, — промурлыкала девушка, выпуская юношу из рук, и опускаясь на корточки у невероятно длинных ног высокой вампирши. Юноша, так и не открыв глаза, медленно сполз по стене, и сел на землю, как кукла. Стейси оглянулась на него.       — С ним будет все хорошо. Крови ты у него немного выпила, рану зализала хорошо… Скоро очнется. — Аэлина подняла невероятно длинную ножку, с улыбкой глядя через плечо вниз, как Стейси обхватила ее пальчиками, и прильнула к серебристо блестящему острию каблука-стилета. Девушка, сидя на корточках, тщательно и прилежно вылизывала тонкую стальную шпильку ботфорта своей подруги, а потом вдруг, улыбнувшись, и закусив губу, запустила ногу Аэлины себе под платье. Аэлина охнула, выгнулась, и оперлась руками о стену.       — О боже, малышка… Я прямо чувствую, как мой каблук скользит в тебе…       — Да, моя любимая… Оттрахай меня каблучком… Трахай, как сучку, — Стейси тяжело дышала, держа сильную ножку Аэлины двумя руками, и чувствуя, как легко и сладко тонкий, гладкий каблучок ныряет в ее киску. Глянцевая кожа пятки ботфорта замечательно ласкала ее клитор, и девушка дрожала, напрягая влагалище, ей хотелось как можно плотнее обхватить высокий стальной каблучок своей подруги. Она привстала, чтобы дотянуться до сочной попки высокой вампирши, держа ее ногу уже одной рукой, второй она гладила упругие мускулистые ягодицы Аэлины, обтянутые гладкой кожей легинсов, целовала их, периодически покусывая. Аэлина теперь сама двигала длинной стройной ножкой, трахая Стейси высоченным каблуком-стилетом. Дрожь девушки передавалась ей, она чувствовала ножкой, как вибрирует мокрое влагалище, сладко хлюпая под каблуком.       Стейси отстала от попки высокой вампирши, вцепилась обеими руками в черный лакированный ботфорт, и тяжело и со стоном дыша открытым ртом, буквально скакала на тонком каблуке Аэлины.       — Давай, детка… Хочу, чтобы ты кончила… — громко шептала Аэлина, ритмично двигая сильной ножкой, а Стейси, звонко и сладко вскрикивая, насаживалась на стальную шпильку, как на кол. Она согнулась, судорожно вжав в себя ножку Аэлины, потом крупно задрожала, задергалась, и обкончалась. Аэлина с наслаждением прислушивалась, как сочное девичье влагалище, дрожа, стискивает тонкий стальной штырь ее каблука, а пальцы крепко обхватывают ножку сквозь глянцевую кожу ботфорта.       — Мм… как здорово… Люблю тебя, малышка… — замурлыкала Аэлина, делая движение вытащить высоченный каблук из мокрой киски Стейси.       — Нет! Нет… подожди… — Стейси тяжело дыша, прижала длинную, мускулистую ножку высокой вампирши к себе, не давая каблучку выскользнуть, и потянулась к ее губам. Аэлина, выгнувшись, повернулась в полоборота к девушке, и страстно впилась в ее губы своими, обвив рукой тонкую талию. Они целовались, стоя в такой необычной позе, Аэлина, которой пришлось присесть на одной ноге, чтобы Стейси дотянулась до ее губ, вторая длинная ножка уходила под платье Стейси, попкой повернувшись к ней, и перекрутившись в талии, а Стейси стояла прямо, сжимая ножку Аэлины бедрами, не давая выскользнуть тонкому каблуку-стилету черного ботфорта.       — Да… Вот так… Так сладко целовать тебя, будучи насаженной на твой острый каблук… любимая Аэлина… — Стейси, наконец, задыхаясь, оторвалась от сочных губ подруги.       — Ох, согласна! — выдохнула Аэлина, облизывая покрасневшие, пухлые губки. Девушка разжала бедра, и длинная ножка высокой вампирши выпала, глухо стукнув носком ботфорта по асфальту. — Я тебя не поцарапала, малышка?       — Нет, родная… — Стейси обвила руки вокруг восхитительно тонкой талии высокой вампирши, которая находилась практически на уровне ее груди.       Аэлина наклонилась, и медленно и благодарно коснулась губами губ Стейси.       — Ты восхитительная девочка… — тихо промурлыкала она ей на ушко.       Стейси по-кошачьи потерлась об щеку вампирши.       — Пойдем, детка, нам надо зайти к старейшине.       — А твой каблучок? Он же весь в моем соке… — девушка с игривой нежностью заглядывала в глаза высокой подруги.       — Пусть… Я хочу, чтобы мои каблучки были покрыты твоими соками, малышка… — Аэлина еще раз поцеловала молоденькую вампиршу.       — Мне так хотелось вытереть дочиста твой каблучок… Пожалуйста, позволь мне почистить его… — лепетала Стейси, с выражением лукавой преданности в по-детски широко распахнутых глазах.       — Как я могу тебе отказать, малышка… — улыбнулась высокая вампирша.       Стейси тут же с готовностью уселась на корточки, взяла руку юноши, все еще лежащего без сознания, и принялась вытирать острейший каблук-стилет ботфорта Аэлины его рукавом. Аэлина расхохоталась. Стейси совершенно не заботило состояние рукава юноши, скорее наоборот, она старалась повредить его, и ей это удалось. Раздался треск ткани, и острый стальной каблук пропорол рукав. Стейси довольно хихикнула, наклонилась, и поцеловала высоченный каблук Аэлины. Очистив его от своих соков, девушка отпустила руку парня, и поднялась, потянувшись за поцелуем к высокой вампирше.       — Мне очень нравится, как твои каблучки все протыкают, дорогая… — прошептала Стейси.       Аэлина поцеловала подставленные губки.       — Мне тоже, малышка… Идем. Они быстро зашагали дальше, цокотом металлических каблуков распугивая бродячих котов. Стейси посмотрела на высокую подругу.       — Аэлина… А я думала, что шею надо зубами прокусывать…       Аэлина посмотрела на нее с улыбкой:       — Ну можно и зубами, конечно. Но обычно это не очень удобно, рана получается большой и рваной, кровь во все стороны, испачкаться очень легко. Хотя у старых вампиров зубы действительно подходят для этих целей, основная масса пользуется определенным оружием. Мне нравится использовать каблуки… Многие женщины нашего клана делают так же. Эта такая наша метка… Ну, или особенность.       Стейси вспомнила игольчатые клыки Мануэля.       — А вот Мануэль… Он что, старый вампир?       — Да не особо… Просто его Сир — очень древний вампир, по-этому и Мануэль мутирует гораздо быстрее.       — Сир? Кто это?       — Это тот, кто Обратил в вампира. Вот я например твой Сир, а ты мое Дитя.       — Я поняла, сир Аэлина, спасибо что объяснили, — Стейси с дурашливой жеманностью захлопала ресницами, за что сразу получила от высокой вампирши шутливый шлепок по попке.       Они быстро шли по узким, пустынным улицам. Стейси очень плохо знала этот район Города, и с любопытством озиралась по сторонам. Дома становились все более ветхими и угрюмыми, и все теснее смыкались по сторонам улочки, будто стараясь прижаться друг к дружке в темноте. Порой из-под ног вампирш с противным писком разбегались крупные, толстые крысы, и Стейси перестав таращиться на грубые темные стены домов, стала внимательнее смотреть себе под ноги. Она вдруг представила, как ее высокий острый каблук случайно протыкает зазевавшуюся крысу, и брезгливо передернула плечами.       Ее подруга, как обычно, быстро и красиво шла, совершенно не обращая внимания ни на грязные низкие дома, ни на крыс в темных закоулках окраинных трущоб Города. Стейси заметила, что Аэлина необычно серьезна, и сосредоточена на каких-то своих мыслях. Девушка попыталась заговорить, но высокая вампирша не отреагировала. Стейси была основательно сбита с толку: ведь они шли к Принцу вампиров Города, и она ожидала, что они направятся к одному из шикарных дворцов Квартала Богачей — а вместо этого они пробираются какими-то трущобами… крысы тут еще кругом… Девушка снова брезгливо содрогнулась. «Когда вернемся, надо будет туфли с мылом помыть» — подумала она. «И ботфорты Аэлины тоже» — она нежным взглядом скользнула по бесконечно длинным стройным ножкам своей высокой подруги.       Они подошли к простому деревянному забору с совершенно заурядной калиткой. Вампирши вошли, и их острые каблучки-стилеты тут же утонули в утоптанной земле незаметной тропинки, ведущей к неприметному каменному дому, почти скрытому среди деревьев густо заросшего сада. Поднявшись по скрипучим деревянным ступенькам, они оказались на ветхой веранде. Стейси ойкнула, потому что ее высокий стальной каблук проткнул трухлявую доску. Она уже приготовилась весело огрызнуться на ехидный комментарий Аэлины, но та только строго шикнула на девушку, и подошла к двери. Стейси выдернула острый каблук из доски, и удивленно посмотрела на подругу. Обычное дерзкое нахальство Аэлины куда-то пропало, и она сейчас выглядела как школьница перед серьезным экзаменом. Неказистая деревянная дверь сама медленно отворилась перед ними.