footballfamily

      саша сжимается весь от внимательного взгляда отца и смотрит на папу, пытаясь найти поддержку, но илья поджимает тонкие губы и едва заметно качает головой, не одобряя. парень поникает, потому что слишком рано он всё рассказал. а родители обещали, что он может им доверять все свои переживания! опять соврали, как неделю назад с обещанием прийти на матч. он искренне верил, что они придут, старался показать себя, даже пенальти ебучее ногой смог отразить, а это ведь не каждому дано!       – в смысле джикия? – рома хмурится, руки на животе скрещивает, ногой дёргает так, что ещё немного и отлетит к чертям собачьим. – сашка, объясни мне только одно…       – рома, совершенно не умеешь разговаривать с детьми, – илья мужа легонько отталкивает, к сидящему саше приближается, растягивая момент, но в итоге быстро садится напротив и ладонями упирается в чужие коленки. – какой нахуй жора, скажи мне, пожалуйста?       зобнин возмущённо воздухом давится, пока саша краснеет весь, смущенно отворачивается. да, он влюблен в георгия джикию до беспамятства и что теперь? не ссаными же тряпками его пиздить, хотя с образом ильи это вообще не сочетается. он же только на словах грубый, а коленку сжимает ласково, поглаживает осторожно, пытаясь расположить к себе, только саша на такую подлянку не купится больше. пятерней в блондинистые пакли зарываясь, саша вздыхает. семнадцать лет - самый отвратительный возраст, когда ты даже влюбиться по-человечески не можешь.       кутепов ждёт, пока саша заговорит; саша ждёт, когда родители от него отстанут; рома на грани паники готовится упасть в обморок. не то, чтобы джикия был чем-то плох, но джикия старше их мальчика на семь лет, а еще джикия - георгий, то есть мужчина, а зобнин такого своему сыну точно не желал. ему всегда в мечтах виделось, как красивая брюнетка будет ждать сашу после матчей спартака, терпеливо стоять за воротами девяносто минут на каблуках и так далее. а теперь получите-распишитесь за такой подарочек.       – слушай, если ты будешь молчать, то мы так не разберёмся, как это произошло, – илья наконец-то пользуется своим же методами воспитания.       – ты так говоришь, как будто помнишь, как в отца влюбился, – обвиняком обороняет саша.       – помню, – подтверждает илья. – этот дебил мне зима-холода пел под окнами, чтобы я его в квартиру пустил. а жору под нашими окнами что-то не видно, знаешь.       – и не дай бог он здесь появится, – шипит зобнин, но быстро тушуется под двумя колкими взглядами. – говорю, спать не дают итак, тем более, ему тоже здоровый сон нужен, он сам спортсмен. да че вы смотрите так?       игорь в таких ситуациях обычно говорит, что рома долбоеб. илья с игорем соглашается практически всегда, кроме тех случаев, когда рома долбоеб не по своей вине.       джикия - неплохая кандидатура, конечно, гораздо лучше какого-нибудь реброва или вообще тарасова, но джикия ведь… ну жора. чем он вообще смог сашу зацепить? кутепов прищурился, пытаясь вспомнить, а затем тяжело вздохнул. и вправду есть чем зацепить. как минимум, жора посещает матчи молодёжки гораздо чаще, чем они с ромой, только он это делает из-за своего капитанства, передаёт боевой дух мальчишкам, а они поддерживают сына. не всегда удачно, прямо как сейчас.       а из-за своего ли капитанства, спрашивается, жора матчи их сына посещает? зря говорят, что футболисты тупые, потому что илье с его цепкой памятью и умением анализировать хватило всего лишь десяти секунд.       джикия, например, тот матч для саши важный, когда мелкий пенальти ногой отбил, посетил. и сашу долго тискал, смущенного парня до покрытия пятнами доводя. джикия сашу никогда не забывает перед матчем по плечу похлопать или по макушке потрепать привычным уже движением. потому что он сына сокомандников видит чаще самих сокомандников, честное слово.       – ну а он-то хоть знает? – илья хмыкает, догадываясь, что эти два придурка вряд ли друг другу расскажут сами.       – нет, конечно нет, – саша испуганно на папу смотрит, коленками случайно об кутеповские бьётся и подскакивает. – не надо ему говорить. я сам разберусь. это пройдёт.       – нет уж! – возмущается рома. – наш цветочек, главное, в него влюбился, а мы должны сидеть без дела?       – и что ты предлагаешь? под дверь жоре наш цветочек подложить, чтоб он окончательно убедился, что ты долбоеб?       рома показывает руками, мол, одну секундочку и уносится с комнаты. илья закатывает глаза, за руку тянет сашу, чтобы тот сел обратно, и саша послушно опускается вниз, скорее, по инерции, чем по собственному желанию. зобнин шароебится по кухне, матерится себе под нос так, что это слышат все остальные и даже соседи снизу, а затем втаскивает в комнату доску, на которой они обычно пишут список продуктов.       зобнин прокашлялся, глядя на них сверху вниз, и кутепов продолжал отчаянно фейлить, пока саша не знал, смеяться ему или плакать. если отцу что-то пришло в голову, то отец добьется своего. на доске большими буквами было написано: “рома, сегодня точно не надо покупать: собаку, футбольный мяч, живую рыбу, туалетную бумагу и (важно!) три килограмма клубники”. зобнин важно стоял справа от надписи, но затем глаз нечаянно скосил на написанное, и рома, четырхнувшись, быстро всё стёр, заставляя кутепова жалеть о несделанной фотографии. правда, на память, хотя можно поиздеваться и в инст кинуть, раз уж все давно скучают по семейным кадрам.       – поясни, – разрывая шаблоны, довольно морщится илья.       – предлагаем свои варианты, как цветочку сойтись с джикией, – саша открыл рот, чтобы возмутиться, но рома остановил его взмахом руки. – пре-дла-га-ем, товарищи.       илья, устав фейлить, глухо засмеялся, пряча смех в ладони. рома всегда очень обижался, когда муж не воспринимал его всерьез, а защитник не собирался воспринимать его серьёзно прямо сейчас. сосредоточенный рома на поле - это страшно, злой рома в пробке - это возбуждающе, хмурый рома на семейном застолье - это волнительно, но серьёзный рома, собирающийся устроить их сына их сокоманднику, не спрашивая у саши, нужны ли ему вообще отношения - это забавно.       саша повернулся на папу, нервно зачесывая блондинистую челку назад, сильно уж мешалась. вратарь знал, что слишком много внимания обращает на волосы, только главное отличие от отцов его смущало, заставляя задумчиво посматривать на краску. он абсолютно не понимал, как так получилось, ведь оба отца - брюнеты, а он - блондин. илья всегда шикал на желания изменить цвет и в макушку чмокал, а в детстве плел удовлетворенно косички. папа говорил, что это его изюминка, которую он сможет понять, когда вырастет, но время шло, а сашу всё больше это раздражало. со временем волосы, конечно, немного потемнели, но он все равно оставался белой вороной. в прямом смысле.       – слушай, ромашка, я понимаю, тебе хочется помочь, но давай сначала спросим у саши, нужна ли ему наша помощь, – кутепов повернулся на сашу, окидывая взглядом и щурясь. – ладно, это был глупый вопрос. ромашка, продолжай.       зобнин, удовлетворённо кивнув самому себе, взял красный маркер, в цвет спартака на белой доске, на магнитике приклепленный к доске, и продолжил объяснять тему, будто учитель в школе. илья внимательно слушал, дай ему тетрадку, - он бы записывал каждое слово, будучи довольно-таки примерным учеником. пока саша, черт его возьми, сгорал от неловкости ситуации.       он знал, что отец иногда перебарщивает, но он никогда не думал, что рома будет рассматривать тысячи вариантов тому, как можно сойтись с джи, начиная от случайно закрытой двери в случайном помещении и заканчивая толкнуть сына, чтобы тот через поцелуй открыл защитнику глаза на свою влюбленность. кутепов, поскольку по долгу службы защитников контактировал с джикией гораздо чаще ромы, вносил свои корректировки.       – ну так что, работаем над планом к? – почему к? – сглотнув, спросил саша. – потому что планы, имеющие название букв алфавита до к, оказались провальными, – усмехнулся илья. – хотя, джикия ведь капитан, значит, план к не провалится.       – слушай, мелкий, тебе не кажется, что за тем кустом стоит рома? у твоего отца точно всё в порядке? – джикия, сморщившись от собственно-ручно сделанного упоминания ромы, аккуратно накинул свою куртку парню на плечи. – замерзнешь ведь.       – а? – сашка, будто очнувшись, оглянулся. – отец? вроде, они дома собирались на сборы.       – тогда мне показалось, – пожал плечами он, легонько поглаживая по плечу, а затем потянулся рукой чуть выше, чтобы зачесать непослушную челку вратаря назад, зная, как та бесит сашу, попадая на глаза. – цветочек, у тебя самый красивый цвет.       илья, прокашлявшись, дёрнул рому за руку, чтобы тот опустился обратно в засаду. а он ведь говорил саше, что тот еще жалеть будет, если покрасится? мужчина довольно ухмыльнулся, ставя джикии ещё один плюсик в списке. тот абсолютно точно имел вкус и абсолютно точно любил их сына. покажите хоть один раз, когда кутепов был не прав, и илья напомнит, что и тогда он вылез победителем.       в отличие от ромы, чей план трещал по швам. кто же знал, что джикия сам сделает первый шаг? во-первых, рому раздражало то, что джикия имеет виды на их мальчика, потому что признайся сейчас саша и получи отказ, - рома бы назвал жору гандоном и продолжил жить, словно ничего этого не было, залечивая душевные раны сына, как делал это после каждого пропущенного гола в сашкином детстве.       но джикия, пройдясь совсем немного, остановился и, глядя парню прямо в глаза, трогательно признался в том, что это становится уже невозможным терпеть внутри себя чувства. будь здесь артем, он бы, как крестный отец саши, обязательно разрешил этим двоим хоть свалить на край света.       во-вторых, его раздражало, что илья снова над ним издевается. выходка в парк в замечательную погоду ближе к вечеру - разве не романтично? даже такой суровый молодой человек, как жора, не смог бы устоять, а они с ильей рядом и вполне могут подстраховать.       но джикия повёл сашу по своим местам, где не росли никакие кусты, в то время, как саша окончательно таял. и теперь, стоя у подъезда, саша мечтательно лыбился, вынуждая даже такого солнечного человека, как зобнин, скрепеть зубами.       – завтра встретимся? – готовясь к отказу, младший постарался вести себя непринужденно, но нотка сожаления проскочила в его голосе.       – конечно же, – гео, улыбнувшись, сжал чужую ладонь в своей крепче. – вернёмся и пойду заново с твоими родителями знакомиться, а то на сборах они меня удушат.       – ты преувеличиваешь, – тихонько посмеиваясь, саша чуть поддался вперёд, в общем-то используя план б.       – ни капли, самый лучший вратарь, – прервав поцелуй всего на пару секунд, джикия поправил свою куртку на чужих плечах, чтобы вновь коснуться пухлых губ, слегка прикусив итак искусанную нижнюю.