На Брайтон Бич хорошая погода

Вид из офисного окна открывался потрясающий — коричневые крыши, кромка океана невдалеке и огромный плакат во всю обшарпанную стену соседнего дома. ГАДАЛКА И ЭКСТРАСЕНС МАДАМ БЭЛЛА ПОМОЖЕТ ВАМ ОТКРЫТЬ НОВЫЙ ПУТЬ И НАЧАТЬ ЖИЗНЬ С ЧИСТОГО ЛИСТА! — сообщал плакат. Иногда Миша думал, что ему стоит обратиться к мадам Бэлле. Пожалуй, только сверхъестественные силы могли помочь разобраться с тем, что его начальник Георгий Тимофеевич — он же «да бля, Жорой меня зови, сказал же» — называл бухгалтерией. «Тут короче все просто, — сказал Жора в первый рабочий день. — В систему въедешь, а дальше само пойдет». Проблема оказалась в том, что системы не было. В первые несколько дней Миша честно пытался сложить все налоговые декларации в хронологической последовательности, смирился с тем, что в промежутке между две тысячи шестым и две тысячи десятым годами Жора не платил налоги в принципе, и решил не спрашивать, как так вышло, что зарплату на чек получал только сам Жора (и составляла она сто долларов в неделю). Мишу было сложно удивить, он работал на Брайтоне последние пять лет и повидал всякое, однако Жора трахал систему с особенным упоением и азартом. В каком-то смысле это даже восхищало Мишу как человека — и приводило в ужас как бухгалтера. Чем именно занимался Жора, сказать тоже было сложно. «Жратву из Рашки вожу», — расплывчато сказал он в их первую встречу. Однако, если верить накладным, возил он все — от сыра до самоваров. Под самоварами, как подозревал Миша, подразумевалось нечто иное, и с каждым днем ему все меньше хотелось знать, что именно. «Декларацию за меня заполни, — сказал Жора, когда Миша прямо спросил, зачем вообще ему бухгалтер. — Чтоб все четко было. Ну, и я ж серьезный пацан, мне нужен бухгалтер. Для статуса, сечешь?» Словарный запас и манера речи Жоры напоминали о российских сериалах про ментов, которые Миша смотрел с дедушкой в далеком детстве. Поначалу от этого немного дергался глаз, но в целом это было не самым страшным. Самым страшным был в Жоре стиль одежды. Штаны с принтом в виде шкуры питона, прозрачные майки, еле прикрывающие живот и открывающие забитые осьминожьими щупальцами руки, белые адидасы и золотая цепь на шее создавали непередаваемый и пугающий (особенно для консервативных пожилых жителей Брайтона) ансамбль. В общем-то наряды Жоры Мишу не шокировали, в бары Сити и не такие кадры заходят, однако в сочетании с боевым характером все это буйство красок несколько фрустрировало. Жора любил решать вопросы кулаками, называть слишком манерных по его мнению мужчин пидорасами и явно считал себя образчиком настоящей маскулинности. Как сюда вписывались блестящие штаны, понять было сложно, но Жора явно не видел проблемы. Он вообще был простым парнем и предпочитал видеть в своей жизни поменьше проблемы. Еще раз взглянув на томную мадам Бэллу, Миша вернулся к работе: на этой неделе Жора решил оформить несколько сотрудников по-белому, и требовалось подготовить документы. Однако стоило только заняться делом, как дверь в кабинет распахнулась. Разумеется, это было Жора. Остальные братки — сотрудники, поправил себя Миша — обычно стучались. — Бухгалтер, милый мой бухгалтер, — отвратительным голосом пропел Жора и сел на край стола. — Ну, как тебе? — Как мне что? — уточнил Миша. — Штаны вот себе прикупил. — Жора хлопнул себя по коленям. — Дядя Боря достал. Настоящий Гуччи, прикинь? Миша подавил желание накрыть лицо ладонью и вздохнуть. Как и многие приехавшие в девяностые русскоязычные жители Брайтона, Жора искренне верил, что бренды непременно нужно доставать, а не покупать в магазине. — Хорошие штаны, Георгий Тимофеевич, — послушно похвалил Миша, стараясь не вглядываться в психоделический узор. — Очень золотые и… И блестят. Жора недовольно посмотрел на него — и вдруг подался вперед, схватил за галстук и притянул к себе. — Жора, сколько раз повторять. Называй меня Жора, детка, не то уебу. — Жора, — негромко сказал Миша. — Так лучше? Когда над ним вот так нависали, он чувствовал себя странно. Разумеется, Миша не воспринимал эти угрозы всерьез. Скорее его напрягало, что это вульгарное «детка» неизменно отзывается теплом под ребрами. Мише нравились преимущественно мужчины, но он был нормальным адекватным человеком и партнеров выбирал таких же. Жора с его брайтоновским английским и штанами в питонах совершенно не вписывался в рамки адекватности, но все же… Все же было в нем что-то лихое и симпатичное. — Лучше, ага. Молодец. — Жора хлопнул его по плечу. — Ну бывай, я до хаты. Ты тоже не засиживайся, работа не волк, понял? — Понял, — послушно отозвался Миша. Когда за Жорой закрылась дверь, Миша ослабил узел галстука и со вздохом откинулся в кресле. Определенно, пора было звонить мадам Бэлле.