Второй закон термодинамики

Осталось два часа. Сто гостей. Три смены блюд. Два повара. Один помощник. Соби вместе с поварами носился по кухне, раскладывая украшения по тарелкам и передавая официантам, которые возникали перед ним как чертики из табакерки. Бандана на голове уже пропиталась потом, хорошо хоть в глаза не текло. Давно он так много и быстро не работал, напряжение было запредельным, усталость разливалась по деревянным мышцам — тело требовало еды и сна. До него доносился бодрый голос Иваи, командующей в банкетном зале, слабые шуточки напарников по кухне, все пытались храбриться, но понимали, что сейчас не до шуток и радости — финишная прямая, главное — не ошибиться и не перепутать. Управились за полчаса до начала церемонии — уже начали собираться гости. Соби и повара решили отлучиться в душ, поесть и сменить форму. Поспать не удастся — придется быть на подхвате почти весь день. Соби дотащился до своего номера, рывком стянул форму и пошлепал в душ. Конечно, после такого марафона лучше ванна, какао и сон, но ещё не вечер, и потому — контрастный душ, двойной эспрессо, сигарета и еда. Почувствовав себя совсем чуточку бодрее, он спустился на кухню с едва подсохшими волосами, в чистой форме и усталым выражением лица. Его собратья по кухне вернулись столь же помятыми и выжатыми. — Живой там? — поинтересовался один из них. — Да вроде, — криво улыбнулся Соби. — Ну, тогда едим — и погнали обратно. Знаю я эти мероприятия. Любят повеселиться, особенно пожрать, а это по нашей части, — хохотнул второй. В тишине они съели свой то ли вчерашний ужин, то ли сегодняшний завтрак. В этой постоянной круговерти ощущение времени размывалось напрочь. С одной стороны Соби хотелось, чтобы это продолжалось вечно — совсем не хотелось встречаться с одним из своих худших кошмаров, с другой — пора положить конец всей этой агонии: снам, видениям, непонятной смене эмоций… — Я хочу получить свою свободу от тебя, Сеймей, — подумал он. — Достаточно долго я был твоей нежеланной игрушкой. Хватит. Я хочу прекратить это раз и навсегда. Даже ценой собственной жизни. Я найду тебя, сукин ты сын, найду и придушу. Слезы злости навернулись на глаза. Сквозь пелену, Соби заметил поблескивающую серебряную нить, тянущуюся из его солнечного сплетения куда-то то вдаль. Интересно, как долго придется идти, ориентируясь на этот блеск. — Ну что, доел? Тогда погнали! — потормошил его один из напарников. Эти двое уже пошли на кухню прикидывать, что готовить дальше. Соби вздохнул, дожевал последний кусок и понес грязную посуду в раковину. Он заметил, что, если скосить глаза под определенным углом, можно заметить связующую нить. Значит, как только закончит с помощью хозяйке гостиницы, можно будет отправляться на поиски — постоянный ориентир у него имеется. И по-новой калейдоскоп из блюд, украшений, лиц, рук, грязной посуды… Сам того не осознавая, Соби перешел в энергосберегающий режим — только он и задачи, требующие исполнения. Всё отодвинулось на задний план — эмоции, переживания, чувства. Такое ощущение, что осталась лишь оболочка с встроенной программой. Под вечер, когда уже вынесли последнюю смену блюд и они, еле живые убирали на кухне после всей этой свистопляски, зашла Ивая и захлопала в ладоши. — Вы просто троица волшебников! Всё прошло по высшему разряду! Гости посоветовали выдать вам премию за скорость подачи, изысканность блюд и красоту оформления! Парни покраснели от такой похвалы хозяйки. — А теперь все марш спать! Соби, ты принят на работу! Заступай, когда захочешь, — скомандовала хозяйка и вытолкала их с кухни. Он, проходя мимо нее, тихо шепнул: — Спасибо. Знаете, если бы все было так просто, я бы с радостью… — и на негнущихся ногах пошел в свою комнату. На душ его не хватило. Как труп повалился на кровать и забылся тяжелым сном… Страшное воспоминание — красивая рука играет со стальной нитью, оборачивая ее вокруг каждого пальца. — Ты думал, что ошейником всё закончилось? Какого же ты плохого мнения обо мне. Прикоснись к этой стальной нити. Чувствуешь, что она раскалена? Именно. Я оставлю метки по всему твоему телу. Ты всегда будешь моей вещью, Соби, неважно, сколько раз тебя перепишут заново. Ты. Моя. Вещь. И я буду делать с тобой всё, что захочу. Из этого кошмара выхода нет, даже не надейся — бархатный голос неспешно озвучивал его будущее. Невыносимая боль появилась везде, запахло горящей кожей… Вокруг ног, рук, торса, горла обмоталась раскалённая стальная нить, неумолимо прожигающая кожу, кровеносные сосуды, сухожилия, мышцы… Нечеловеческий крик рвался изнутри, но на выдохе не получалось ни звука… Соби проснулся в холодном поту… За окном сияли звёзды, а в комнате царил полумрак. Он вдохнул поглубже, потер лицо ладонями и скосил глаза. Увидев нить, он сконцентрировался, пытаясь определить, где находится его бывшая Жертва. Тоже какая-то гостиница… Соби чертыхнулся — слишком мало подсказок, для того чтобы найти Сеймея. Как бы ему побыстрее вычислить, чтобы сэкономить себе время на поиски? Соби открыл окно и закурил. Ментоловый дым красивым облаком уплывал во мглу. Тело потряхивало от пережитого кошмара и перенапряжения прошлых суток. Почему-то вспомнился Рицка, который искренне хотел восстановить его веру в себя и хорошее отношение, доказать, что уважение и доверие должно присутствовать в Паре, что он достоин тепла, любви и поддержки… Ах, Рицка… Если бы было всё так просто… Если бы эти красивые пальцы наконец-то перестали натягивать нить и перекрывать ему кислород… Понимание пришло неожиданно — нить ведь можно тянуть в обе стороны. И плевать на боль. Больнее, чем было, уже не будет, никогда. Он знает, как достать Сеймея, но не сейчас — сначала нужно отдохнуть и попрощаться с хозяйкой, которая была к нему так добра.