Второй закон термодинамики

Посреди ночи пискнул телефон — его владелец получил сообщение. Обычно Нисей не просыпался от такого ничтожного звука, да ещё в такое время. Нащупав мобилку рядом с подушкой, он нажал код разблокировки. «Привет! Как насчет кофе?». Значит Нагиса нашла ответы и спрашивает, когда и где они могут пересечься. Нисей решил не заморачиваться и предложил ей самой выбрать место и время. «Отлично. Значит через час в том же кафе!». Чувствуя себя героем боевика, который ночью должен слинять из дома для выполнения сверхсекретного задания государственной важности — он повернул голову и решил оценить сложность вылезания из-под одеяла. «Ме-е-е-е-дленно отодвигаемся от Рицки, аккуратно, поглаживая, отодвигаем хвост и перетекаем в вертикальное положение». Подсвечивая себе фонариком телефона, он нашел одежду и медленно начал красться по дому, выбирая куда наступить, чтобы не так сильно скрипели половицы. Прикурив сигарету на крыльце, Нисей загреб рукой пригоршню снега и размазал его по лицу — вот и умылся, и в себя немного пришел. Кожу лица начало покалывать, в голове потихоньку прояснялось, а тело начало подрагивать от холода. Выбросив окурок в сугроб, он заскочил на кухню, быстро оделся и привел себя в порядок. — Куда это ты собрался кромешной ночью? — прозвучал вопрос матери, появившейся в дверях. Нисей вздрогнул, подошёл к ней, обнял и пояснил, что ему надо встретиться с Нагисой — появились новые данные про Рицку и его семью. — Мам, что мне делать?! Я подозреваю, что правда будет слишком страшна. Слишком! Я не хочу, чтобы он сломался, он ведь только начал оживать… — дрогнувшим голосом признался Нисей. Мать отодвинула его от себя чуть-чуть и погладила по щеке. — Сын, лучше, если ты скажешь ему правду. Бережно. И потом поддержишь, и мы поддержим. Ты тоже не один в этой нелегкой битве и за себя, и за него. Я поутру предупрежу отца, если они вдруг столкнутся. Пусть он лучше переживет это с нами, чем замкнется в себе, и его потом будет также не достать оттуда, как в свое время, тебя, — голос матери срывался от волнения. — Спасибо, мам, ты лучшая! — шмыгнул носом Нисей и улыбнулся. — Прям вовремя я пошумел. — Иди уже, куда шел… — подтолкнула его мать. — А Нагиса твоя симпатичная? Что-то никак не могу вспомнить, как она выглядит. — Ну, мам. Опять ты за свое! — закатил глаза к потолку Нисей. — Ну, симпатичная, да. Лет на пять-шесть старше меня. Довольна? — А, что, прям нельзя поинтересоваться, как там у тебя с личной жизнью? — хохотнула мать. — Ты-то о моей все знаешь, даже и не скроешь ничего. — Ну, да, против такого аргумента и не попрешь, — пришлось согласиться Нисею. — Все, отчаливаю! Вслед ему слышался смех матери — она умела ценить его юмор, да и вообще понимала даже топорные шутки и реагировала правильно — это всегда его подкупало. Нисей телепортировался в безлюдный переулок напротив кафе. В Японии — по-настоящему теплое весеннее утро. Он перешёл улицу, через окно заметил Нагису, сидящую на их прежнем месте, и помахал в ответ на ее приветствие. Она сегодня была сама на себя не похожа — ни ярких красок, ни кричащего макияжа, вся в черном, лишь голубые волосы выделялись на общем фоне. Нисей поприветствовал ее, повесил пальто на спинку дивана и заказал себе эспрессо. Он уселся и за столом воцарилось напряженное молчание. — Надеюсь сегодня вы косплеите гота, а не траурное настроение, — попытался разрядить атмосферу Нисей. — Не угадал. К сожалению, второе, — сухо сказала собеседница и поджала губы. — Извини, но это будет неприятный разговор, даже для тебя. Я вообще не уверена стоит ли рассказывать Рицке то, что ты сейчас услышишь — парень точно сломается. Лицо Нисея стало непроницаемым. — Нагиса-сан, я предполагал, что будет плохо, очень плохо, поэтому не надо уж очень издалека начинать. Да и рассказать ему все равно придется — он же мои эмоции способен читать — тут уж без вариантов. Спасибо вам за оперативность, вы, наверно, тоже поняли, что это лучше сделать до того, как мы вернёмся в Японию? — Именно так. Я принесла с собой справку ещё на неделю, потому что не думаю, что Рицка оправится за пару дней. Позвонила в твой университет и организовала тебе недельный отпуск. Для них ты выиграл посещение России по обмену, в рамках проекта изучения русского языка, как говорится, вживую, — девушка загибала пальцы, перечисляя пункты. — Была у тебя дома, цветы полила. — Вы были у меня дома? — Нет, не была. Шутка. Но надеюсь посмотреть, как вы там живёте, должно быть, мило, — натянуто улыбнулась Нагиса. — Просто хотела проверить, следишь ли ты за мыслью. — Как видите, да, — Нисей пригубил кофе. — Снимаю шляпу перед вашей прозорливостью и стратегией. Спасибо, что настолько понимаете и его, и меня, да и всю ситуацию в целом. А теперь — правду. Программистка выдохнула, как перед прыжком с десятиметровой вышки в воду и заговорила: — Итак, несмотря на то, что тело обнаружить так и не удалось, Семь Лун уверены, что Хэй Аояги — отец Рицки, мертв. Он не разводился с женой и не уходил из дома — установлено, что эти ложные воспоминания были внедрены в память матери самим Сеймеем. Амнезия у Рицки, как и сломанная нога, так же его рук дело. После этих слов Нисей нахмурился, но продолжил внимательно смотреть на Нагису, чувствуя, что это ещё не всё. — Саган-сан, я же понимаю, что это часть правды, давайте дальше. Девушка помолчала и продолжила: — Причина, по которой Сеймей напал на свою семью, не установлена. Выглядит так, словно он зачем-то убил отца, потом неуклюже попытался замести следы, представив все, как нападение неизвестной Пары, а когда сообразил, что это не сработает, ударился в бега. — Ах вот оно как получилось… — осторожно вставил реплику Нисей, чтобы не сбить собеседницу с мысли, но все же показать, что он следит за повествованием. — Мне очень жаль, что именно я принесла тебе такие вести. Так не хотелось причинять боль ни тебе, ни Рицке, но, думаю, что сейчас самое лучшее, если вы всю развязку пересидите в России. — Это все, что удалось узнать? — вкрадчиво поинтересовался Нисей, чувствуя, что Нагиса не договаривает, чтобы его ещё больше не расстроить. — Официально — все, — хмыкнула Нагиса, а потом явно разозлившись, выпалила: — Там явно что-то нечисто! После того как я запросила досье семьи Аояги, мне тут же позвонил Минами Рицу и велел немедленно зайти к нему. Допрашивал битый час, но я стояла на своем — я же курирую вашу Пару, вот и решила ознакомиться. В конце концов он поверил и велел больше не лезть в документы о семье Аояги, эта информация, оказывается, засекречена. — Извините, что подверг вас опасности. Я даже не предполагал, что правда может оказаться настолько неудобной. — Плохо же ты меня знаешь! Разумеется, я тут же полезла копать дальше, только уже по-тихому! Выяснились удивительные вещи: оказывается Сеймей причастен к череде исчезновений наших Пар и смертям обычных людей по всей стране. Семь Лун уверены, что Сеймей серийный убийца-психопат, — после этих слов Нагиса, накрыла его руку своей и сжала в знак поддержки и сочувствия. Нисей порывисто выдохнул и залпом допил кофе. — Нагиса-сан, будьте добры, закажите мне ещё один, я пока выйду покурить, надо собраться с мыслями, — попросил он девушку и, мягко высвободив свои пальцы из ее руки, подхватил пальто и вышел. Ему было откровенно плохо, будто он услышал правду не о напарнике, а о самом себе. Зайдя за угол дома, Нисей дал себе право расслабиться и потерять лицо. И тут у него очень знакомо начала болеть голова — привет из прошлого после потери Маи, снова дал о себе знать. Гримаса боли исказила красивые черты, глаза предательски защипало, и пачка сигарет затряслась в руке. Негнувшимися пальцами, с третьего раза, ему удалось вытащить одну и прикурить. После пары затяжек во рту появилась горечь, и Нисея стошнило. Отдышавшись, он сглотнул и выбросил сигарету, лихорадочно соображая, как же ему предупредить Нагису, что он не вернется. Боль сжала голову словно тисками и перед глазами все поплыло, он рухнул на колени, держась за голову и стараясь сконцентрироваться на мыслеобразе деревни, чтобы вернуться к Рицке — он точно сможет помочь, но тут окрик Нагисы резанул по ушам. — Нисей, что с тобой? Скажи мне! Он почувствовал, она сидит рядом на корточках и обнимает его за плечи. — Это приступ. У меня такие были постоянно, пока не появился Рицка. Мне надо к нему — он поможет. — Ага, конечно! Перепугаешь одним своим видом, а потом еще на него такую правду выплеснешь! — Нагиса помогла ему встать и обняла его за талию. — Сконцентрируйся на моем кабинете в Семи Лунах и перенеси нас туда. Живо! Он сделал последнее усилие над собой и провалился в беспамятство… Темнота медленно отступала. Едкий запах нашатыря прокатился по слизистой носа, Нисей инстинктивно отвернул голову, и закашлялся. На лоб положили холодный компресс. Он чувствовал, как Нагиса закатывает рукав свитера и делает укол. — Противорвотное, — сообщила она. — А теперь выпей. Он разлепил глаза и посмотрел на большую кружку в руках девушки. — Всего лишь травяной чай, — объяснила она. — Спасибо, Нагиса-сан, — тихо поблагодарил Нисей, сел на тахте, не понимая, как вообще он на этой самой тахте оказался, принял чай из ее рук и сделал глоток. Чай был вкусным: травы, нотки лимона и мед. Неприятная горечь и тошнота пропали. Тело начало трясти. Хозяйка кабинета сходила за пледом, забрала пустую кружку и закутала Нисея в него как в кокон. — Нисей, ты мне можешь объяснить поподробнее какого рода приступы у тебя были, чтобы я помогла тебе с ними справиться? — осторожно поинтересовалась Нагиса. — Обычно жесточайшая мигрень, кошмары, я путал реальность и кошмары и около суток приходилось лежать в кровати. Ни обезболивающие, ни алкоголь не помогали — тело будто их отвергало. Врачи ничего не могли поделать. И с этим смог справится только Рицка, вряд ли у вас что-то получится, — растерянно признался Нисей. — Не надо сомневаться в моих способностях! — фыркнула Нагиса и встала. Загремели выдвигаемые ящики, а потом она присела рядом, закатала его свитер и сделала ещё один укол. — Это экспериментальное средство, но думаю, что оно справится с твоим приступом. Нисей криво улыбнулся ни на что особо не рассчитывая, но ему понравилось, что эта девушка хочет облегчить его страдания. Он лежал как тряпичная кукла и старался не матерится от жуткой головной боли при Нагисе — все же она ему нравится, а он — мужчина, которые при дамах не плачут, да и вообще не плачут, если уж на то пошло…  — Нисей, не дави себя, надо плакать — плачь, надо орать — ори, иначе будет перегрузка нервной системы, — убеждающе заговорила Нагиса, хмуря брови. — Кабинет закрыт, здесь хорошая звукоизоляция. Я полежу с тобой — тебя надо обнять. Это не делает тебя слабее или ещё там что-то… Это биология и психология, Нисей. Человеческое тепло и присутствие другого помогают пережить любые тяжелые состояния легче. Быстро высказав все это, она села, мягко откинула его назад, легла рядом и крепко его обняла поверх одеяла. Нисея мелко потрясывало. Он лежал с закрытыми глазами, сведенными на переносице бровями и кривил губы. — Минут через пять-десять станет полегче, обещаю. Так, подожди, усилим физический контакт, — она убрала руки, залезла к нему под плед и обняла напрямую. Нисей уткнулся носом ей в плечо и шумно выдохнул. — Не представляю как тебе сейчас плохо, но будет легче, обещаю, — погладила она его по волосам. — Плохо, что мы с тобой не общались раньше, я могла бы намного раньше прекратить твои страдания… И часто у тебя были такие приступы? — Почти каждую ночь. — Вот упертое ты создание, Нисей! Мог бы и сказать, что тебе настолько плохо, но нет — молча страдал и ничего не говорил! Прямо зла на тебя нет! — Я говорил врачам, они сказали, что никак помочь не могут — у меня нестандартные реакции.  — А да? Вот же… — Нагиса нахмурилась, — странно, никаких особых отметок в твоем деле не было… Неужели просто списали на индивидуальную непереносимость… Вот же лентяи, ей-богу: не хотят копать дальше, если им премия и регалии не светят… Извини, что я так на тебя накинулась, мне казалось, что ты сам молчал… — Только вот давай, ты сейчас не будешь шумиху поднимать, ладно? — нахмурился Нисей. — Теперь все хорошо, у меня есть Рицка, да и приступы с момента, когда мы стали Парой, прекратились, просто флешбек, все в порядке. — Ну, если ты просишь, то не буду, — согласилась Нагиса, все еще недовольная тем, что узнала о такой промашке врачей Семи Лун. — Но знай, что ты можешь сказать мне, если приступ повторится и я помогу, хорошо? — Хорошо. Успокойся, я тебе скажу, если Рицка не справится. Нисей только хмыкнул: такая отповедь, как ни странно грела душу, ведь за этим чувствовалось искреннее желание помочь и сочувствие. Они оба понимали, что он бы не пришел за помощью, даже, если бы знал, что она возможна — Нисей демонстративно отвергал все, что предлагали Семь Лун, ведь считал их виновными в смерти своей любимой девушки. Тем не менее, сам факт, что Нагиса это сказала, сам ее порыв помочь ему, беспокойство о Рицке, еще неделя отпуска, да вообще такое понимание и поддержка, которую он не ждал ни от кого в этой организации, невероятно подкупали. Неожиданно для себя, Нисей притянул ее к себе и поцеловал. Поцеловал и испугался, что его опять отвергнут. Он даже немного зажмурился, чтобы не видеть это выражение глаз, которое было у Маи тогда — удивление и потеря… Он всегда всё делал невовремя… И тут его поцеловали в ответ. Чужой язык медленно прошёлся по его нижней губе, за ним последовал лёгкий поцелуй в уголок губ, потом в другой… Нагиса осторожно целовала его в губы, не стараясь углубить поцелуй — словно подтверждение, что она не против, но не настаивает на продолжении, ведь сейчас не время и не место. Нисей пребывал в приятном шоке: с таким отношением девушек он ещё не сталкивался — его еще так бережно и осторожно не целовали — достаточно необычно, но ему нравилось. — Можешь перестать жмуриться, все хорошо. Я не против, понимаешь, просто показалось, что сейчас не совсем подходящее время, но мне все понравилось, если что, — прозвучал ее шепот в ухо. — Будем считать это романтическим свиданием, которое ты мне был должен. — Ну это же не оно? — удивился Нисей, повернув голову и посмотрев ей в глаза. Лекарство начало действовать — в голове прояснялось и боль становилась все меньше и меньше. — Раз уж мы перешли к поцелуям, то это, по стандартам общества, как минимум уже третье или четвертое, — хмыкнула Нагиса. — Ну, сам-то не в шоке, что тебя тут нагло целуют в ответ? Нисей фыркнул, оценив шутку, повернул голову и посмотрел на потолок. — Я много лет думал, что меня трудно удивить, тем более — приятно удивить, но тебе это удалось. Оппа… Я уже и на ты перешел, но после поцелуев-то глупо тебя Саган-сан называть, не так ли? — Согласна. Давай уже на ты и по имени, — захихикала Нагиса. — Тебе, я смотрю, уже легче?  — Да, мне действительно легче, — Нисей улыбнулся посмотрел ей в глаза. — Впервые я встречаю такую, как ты — к тебе нельзя прицепить ни один ярлык и куда-то однозначно классифицировать, но это так интересно и приятно, черт возьми… — Ну, вот видишь, какая я необычная и целоваться со мной не страшно, а очень даже приятно, — хмыкнула Нагиса и начала загибать пальцы перед его лицом. — А поцелуи внимание хорошо переключают, заставляют тело эндорфины вырабатывать, да и с шоком хорошо справляются, чтобы ты знал. Нисей картинно нахмурился. — Так это просто такая новая психологическая помощь?! Ты меня поцеловала не потому, что я весь такой красивый и соблазнительный? Нагиса фыркнула и засмеялась. — Да, ты весь такой красивый и соблазнительный — это правда. Я просто не могла удержаться… чтобы не помочь. Нисей оценил юмор — Нагиса была хороша во всех смыслах: с ней было почему-то легко и комфортно. Вещи происходили естественно, но не по стандартному принятому в обществе сценарию — нормально никуда не сводил, в чувствах не признался, упал в обморок, поистерил, а потом полез целоваться… Он даже немного растерялся он своего поведения и ее спокойного отношения ко всему происходящему. Ну, раз она спокойна, то почему бы и не продолжить в том же духе? — Да, как можно удержаться… и не помочь? Может тогда ты мне поможешь еще? Мне прям понравилось, — вкрадчиво поинтересовался он — ну очень было интересно как Нагиса на это отреагирует. — Конечно, — улыбнулась девушка. — Как я могу отказать в помощи… Ну и в удовольствии целоваться с таким красавчиком, как ты? Оба прыснули одновременно от своих же реплик и потянулись друг к другу…