Второй закон термодинамики

Когда за Нагисой закрылась дверь, Минами позволил себе негромкий смешок: слишком уж эта особа неровно к нему дышит! Надо будет запомнить — данное обстоятельство может сыграть на руку в дальнейшем. Чтобы сосредоточиться на предстоящем разговоре с этим самым Акаме Нисеем, он привел приборы на столе в порядок и заварил себе еще одну порцию ароматного кофе. Скосил глаза на пепельницу с леденцом, чертыхнулся и вытряхнул содержимое в мусорную корзину, потянулся, помассировал себе шею и сел обратно за стол. Через минуту в дверь постучал и почти беззвучно вошел Акаме Нисей. Рицу как раз открыл его досье: с первого взгляда самый обычный юноша, ничего примечательного. Единственное, что выделяло Акаме на фоне других Бойцов: родители подверглись генной мутации, и у него появились способности, которые еще не успели изучить — вот и вся уникальность. Сделав жест присесть, аналитик продолжил «ознакомление» с личным делом, наблюдая за парнем. Выглядел он лет восемнадцать, но мог быть и старше — биологический возраст Бойцов и Жертв порой заметно отличается от реального. Правильные черты лица, зеленые глаза, спортивное телосложение, длинные черные волосы, собранные в хвост, одежда черного цвета, выгодно подчеркивающая тренированное тело — Акаме Нисей выглядел как европеец, от японца в его внешности был только миндалевидный разрез глаз. Парень сел на предложенный стул, и их глаза встретились. «Мы одного роста», — про себя отметил Минами и отложил досье за ненадобностью. Тут уже и идиоту было бы понятно, что его вычислили. Взгляд Нисея не был удивленным, наоборот — сосредоточенным и цепким: так смотрят люди, умеющие подмечать малейшие детали. «Такому по ушам не поездишь», — вспомнилось изречение Нагисы. — Когда ты был у парикмахера в последний раз? — внезапно нарушил тишину его вопрос. Парень даже бровью не повел. — Месяц назад. Минами ухмыльнулся. — Врешь. — Вру, — так же спокойно ответил Боец. Непринужденность, с которой он держался, заинтересовала аналитика: создавалось впечатление, что главным в этом кабинете был именно Нисей. — Хорошо. Расскажи о себе, — он решил сделать ставку на обычное человеческое самолюбие. — Зачем мне рассказывать то, что вы уже прочитали в досье минуту назад? — последовал логичный вопрос. Минами Рицу фыркнул: Боец явно дураком не был. Обычно все начинали выставлять себя в лучшем свете, взахлеб перечислять свои сильные стороны, опуская слабые, одним словом — скучно, предсказуемо и пресно, а тут ничего подобного — все спокойно, размеренно и логично. Губы Минами едва заметно дрогнули — ему начинало нравится начало разговора. — А ты не лишен логики. — А вы, как любой блестящий аналитик, коим вы себя выставляете, считаете, что я не знаю как ведут себя люди на таких вот собеседованиях, и ожидаете от меня типичных реакций? Шпилька Нисея достигла своей цели — глаза аналитика расширились, но он быстро взял себя в руки. — Неважно, что я думаю, главное — ты нам подходишь. — Да ладно? Ну и для чего же я вам подхожу? — в голосе парня прозвучала неприкрытая издевка. — Мы нашли тебе Жертву — Аояги Рицку. Взгляд Нисея сменился с незаинтересованного на раздраженный. — Ух ты… Уже и детьми не гнушаетесь, да, Рицу-сан? Подбираете поверженных и вешаете на шею тем, кто не согласен прогнуться под ваши хваленые расчеты? — в зелёных глазах читалась неприкрытая усмешка. — У него же хрупкая детская психика: ваша, так называемая, Жертва сойдет с ума после суток со мной. — Не считай Рицку таким слабаком — ты его совсем не знаешь. Самое глупое: переоценить свои способности и недооценить способности другого, — Минами Рицу хищно прищурился — ему будет приятно понаблюдать за этим пацаненком. — А, ну да… — Нисей ухмыльнулся. — Кстати, не поделитесь, по секрету между нами, какая роль уготована этому ребенку в ваших в ваших интрижках с Седьмой, а, Рицу-сан? У аналитика непроизвольно задергался левый глаз: Боец быстро все разложил по полочкам и ухватил самую суть — внезапно оказалось, что Акаме Нисей совсем не так уже прост. Минами даже немного разозлился, что в личном деле об этом ни строчки — прозевали. Нисей, в свою очередь, чуть не хихикнул — Минами Рицу с дергающимся глазом выглядел комично.  — Рицу-сан, неужели вы в шоке? — ехидно улыбнулся парень. — Как вы там говорили минуту назад — не стоит переоценивать собственные способности, недооценив способности другого? Очень мудрый совет. Ладно, вы пока тут приходите в себя, а я схожу, покурю… И с этими словами Нисей вышел, оставив потрясенного и уязвленного аналитика переваривать их разговор. Он сбежал по лестнице и распахнул входную дверь. Шагнув наружу, ощутил дуновение ветра и прикрыл глаза. «Наверное, я никогда не привыкну к этим дурацким «собеседованиям» в Семи Лунах», — скривился он, обдумывая только что произошедший разговор. На каждой такой встрече было одно и то же: просмотр досье и тупые вопросы. Сегодня, правда, было интереснее, но все равно остался тот же неприятный осадок и металлический привкус — его препарировали словно подопытную крысу, прикидывая, на что он может сгодиться. Нисей закурил и уставился на небо. «Прошло уже два года…» Два долгих пустых года после смерти Маи. Потеря любимой девушки и разрыв Связи убили в нем все. Пусть засунут своих кандидатов в одно место! Но Семь Лун все не унимались, продолжая навязывать ему все новых и новых напарниц и напарников, которые ему были совсем не нужны. «Сколько таких собеседований уже было? Десять? А может, двадцать?» После Китая и той нелепой смерти мир просто рухнул — рассыпался на осколки, оставив его эмоциональным инвалидом. Пути назад, в Россию, не было. Мать и отец, хоть и поддержали его после потери, но однозначно дали понять, что возвращение — не вариант, как и самоубийство. Утешили, вытерли сопли и отправили в Японию, обратно за перспективным будущим — мечтой родителей, надавив на самое больное: возраст, слабое сердце матери и чувство вины, что не переживут его смерть. Пришлось изобразить на лице послушание, глубоко уйти в себя и вернуться к тому, что сулила ему далекая страна — отступать было некуда, и Нисей это прекрасно осознавал. Оставалось сцепить зубы и довести очередную Жертву до нервного срыва, как всех остальных до этого, может тогда его, наконец-то, спишут со счетов и убедят родителей, что их сын бесперспективен, а он сможет жить своей жизнью и не чувствовать себя виноватым — от него официально отказались Семь Лун, а он не при делах. Никаких надежд на Резонанс с новым напарником у него не было — после Маи он ни с кем сотрудничать не хотел, даже не так — не мог. Как будто та искра, некогда давшая разгореться слабому огоньку, навсегда погасла. А теперь очередная Жертва — Аояги Рицка, сколько ему там вообще лет… двенадцать? Четырнадцать? Даже имя какое-то детское… Прерывисто выдохнув, он отбросил окурок и закурил снова. Нервное напряжение понемногу начинало спадать, и Нисей принялся более обстоятельно обдумывать разговор с Минами Рицу. Зря, конечно, он там так ехидничал в кабинете и дразнил великого аналитика Семи Лун, но удержаться было невозможно — этот напыщенный индюк просто выбесил. А вот сейчас он понимал, что мог потерять свое единственное преимущество — фактор неожиданности. Минами Рицу описался бы от счастья, знай он о реальных способностях Нисея. Будучи тоже неплохим аналитиком, Нисей осознавал, что нельзя раскрывать перед Минами Рицу все карты. Он умен, хитер, изворотлив и может очень сильно усложнить ему жизнь, если догадается что к чему. Конечно ошарашить такого, спутав планы — дорогого стоит, однако согласиться стать Бойцом какого-то мелкого пацана все равно придется. Придется немного потерпеть, пока у этого плюгавого создания начнутся истерики, нервные срывы и он просто первым откажется быть его напарником. А за это время он все-таки придумает что-нибудь такое, чтобы Минами Рицу все же счел его слишком проблемным — пусть этому Рицке снова поменяют Бойца и оставят его в покое. А еще лучше — напишут официальную бумагу, что его лишают статуса Бойца. Это официальное заявление он отправит родителям и наконец-то умоет руки — будет жить так, как сам того хочет. «Попытка — не пытка», — вспомнилось знаменитое русское изречение. Отшвырнув окурок, он вернулся назад, поднявшись по ступенькам и отправился искать Нагису Саган и того несчастного, коему поломает жизнь в рекордные сроки… Минами Рицу пнул мусорную корзину, выдохнул через сжатые зубы и закурил. Глаз продолжал предательски дергаться, что очень бесило аналитика. Конечно, тренированные мышцы лица несли на себе маску бесстрастности, но внутри все кипело. «Чертов Акаме! Да как он смеет! Ловкий мерзавец! Понял, что я за ним не побегу, ибо это бросит тень на мою репутацию. А нервный тик никакого сочувствия не вызовет — наоборот, все тут же обрадуются при виде моей слабости!» — мысли бешено бились в голове. Он быстро нажал на клавиши мобильника: — Нагиса? Я поговорил с Нисеем, он подходит. Найди его и Рицку — и живо ко мне в кабинет. Через какое-то время раздался робкий стук, и распахнувшаяся дверь впустила невысокого щуплого паренька лет пятнадцати, с волнистыми черными волосами до плеч и кошачьими ушками на голове. Его лиловые глаза посмотрели на аналитика вопросительно и недоверчиво. Минами, обрадовавшись, что его лицевой тик успел прекратиться до прихода Рицки и возвращения Нисея, разглядывал визитера в своей обычной манере, с некоторой мрачной заинтересованностью. Рицка вежливо поклонился, представился и озвучил, что его послали сюда на собеседование. — Все верно, Рицка. Дождемся остальных и я все расскажу, — вежливо, но бесстрастно ответил аналитик. В этот момент дверь открылась, и вошли Нагиса с Нисеем. Нисей фамильярно подмигнул Минами, отказался от предложенного стула и остался стоять у дверей. «Непокорное создание. Нашел слабину и теперь до конца дней будет давить на кнопки. А вот Рицка очень целесообразный мальчик» — подумал про себя Минами и начал: — Аояги Рицка, познакомься с Акаме Нисеем. Твой новый Боец. Рицка пребывал в глубоком замешательстве: мало того, что после поединка его до дома доставили Painless, так ещё и сегодня они же его притащили в Семь Лун, которые, действительно, существовали — ну хоть об этом Соби не соврал. Он все продолжал думать о Соби, хотя больше не чувствовал его глубоко внутри себя, как это было раньше. По ночам его мучали кошмары с блондином, копающим могилу рядом с бездыханным телом отца. После нескольких дней мучительных размышлений, он все же пришел к выводу, что показанное этими парнями, могло быть и ложью — у Соби не было мотива так поступать с его папой, он вряд ли вообще о нем что-то знал… а значит всей правды ему опять неизвестно. Painless так и не ответили на его вопросы, просто молча передали этой женщине — Саган-сан… и вот, теперь, оказывается, у него новый Боец. «Час от часу не легче…» Он перевел взгляд на Нисея, поморгал, и удивленно выпалил: — А разве можно вообще поменять Бойца? Это же на всю жизнь, как рассказывал Соби! Мы же можем умереть, если Связь разорвется?! — подросток так и стоял, сжимая и разжимая кулаки. Все эти люди так спокойно относятся к таким вещам! Нисей мерзко усмехнулся: — От перестановки мест слагаемых сумма не меняется, привыкай! У Рицки аж глаза расширились от такого циничного утверждения. И этот подонок — его новый Боец? Минами одарил Нисея уничижительным взглядом и терпеливо ответил: — Ты прав, Рицка, обычно бывает именно так. Но ты не обычная Жертва и не умрешь, тем более, что ваша, так называемая, Связь была смехотворно слаба. Вы просто не подходили друг другу… Или ты хочешь отказаться? — аналитик перевел взгляд на Нисея. — А ты? Предупреждаю, последствия отказа будут весьма печальны. Рицка ошарашенно помотал головой и приготовился выслушать приказ, произнесенный этим жутким холодным, расчетливым типом. Он покосился на Нисея. Тот стоял, скрестив руки на груди, и на его лице была самодовольная усмешка, глаза презрительно прищурены. От него исходили волны раздражения и неприязни, но как хороший актер, он играл свою роль до конца. — Так вот, — продолжил аналитик, — вы становитесь Бойцом и Жертвой. Сейчас неспокойные времена и конкуренты не дремлют, поэтому нам могут понадобиться все боевые Пары, имеющиеся в наличии. Проживать будете в квартире Нисея. Обучаться будете здесь. Дальнейшие инструкции получает Нисей. Все понятно? — Да, — выдохнул Рицка. Ему не нравился его новый напарник, совершенно не нравился: Акаме Нисей выглядел холодным и чужим. Он чувствовал волны антипатии, исходящие от своего, так называемого, Бойца и даже не сомневался, что тот не упустит шанса отыграться на нем. Даже лживый Соби-убийца, по сравнению с этим страшным злым Нисеем, сейчас казался чем-то родным и теплым. — Вопрос. Как долго мне придется играть в няньку? — Нисей не упустил возможности съязвить. — Столько, сколько потребуется, — отрезал Минами Рицу и кивнул на дверь. — У меня все. Нагиса вас проводит. Та приглашающе открыла дверь и вывела обоих. В комнате воцарилась тишина. Аналитик снова закурил и закинул ноги на стол. «Ну что ж, игра началась. Пешки определены, фигуры расставлены. Посмотрим как теперь поулыбается наглый паренек с острым язычком!» — удовлетворенно констатировал Рицу, затягиваясь сигаретой.