Второй закон термодинамики

Рицка проснулся и улыбнулся. Сегодня они переместятся куда-то в далекую Россию, в гости к родителям Нисея. Весь вчерашний день тот мотался по делам: то за справкой, то поговорить с деканом в университете, чтобы оформить свое отсутствие на неделю. В ожидании его возвращения, подросток решил сделать доброе дело и убраться в квартире. Особенно ему понравилось наводить порядок в комнате Бойца, там была какая-то совсем другая атмосфера, несшая в себе отпечаток личности хозяина. Он ходил и вчитывался в корешки книг, рассматривал красиво расставленные аксессуары и безделушки, изучал картины на стенах. Одна из картин особенно привлекла внимание: на фоне рассвета одинокая фигурка девушки с развевающимися на ветру волосами — минималистично, но пробирало до глубины души. Рицка даже повалялся на кровати хозяина, катаясь из стороны в сторону. Сам был поражен своей детской непосредственности, но было в этом и что-то маняще-опасное — в любой момент мог вернуться Боец и отчитать его за такое поведение. И ему очень повезло, что этого не произошло. Рицка успел расправить покрывало и даже залить воду в кофеварку, когда вернулся Нисей. Тот был явно удивлен такой активностью подростка: квартира была убрана, а в воздухе чувствовалась свежесть. Рицка гордо сообщил ему, что скоро будет готов кофе, и кинулся разогревать обед. Нисей устало улыбнулся и потрепал подростка по волосам в знак благодарности за такую заботу: приятно, когда тебя ждут дома, присел на табурет и закурил. — И где обещанный хаос и раскиданные вещи? Испугался моей «мсти»? — хитро поинтересовался Нисей. — Угу, испугался и кинулся убираться, — хихикнул Рицка и поставил перед ним кофе. Они вместе пообедали и решили, что уже достаточно вымотались и теперь совсем не помешает посмотреть что-нибудь и расслабиться. Развалились на диване, сделали попкорна и начали смотреть фильм «Константин». Все было хорошо до того момента, как глаза начали нещадно слипаться… и это все, что Рицка запомнил. Да, хорошо вчера было, а вот сегодня он проснулся в своей кровати — значит Нисей опять его сам перетаскивал… блин, неудобно-то как! Подросток вскочил и побежал на кухню. На часах было девять утра. Рицка усмехнулся, что Боец поди еще дрыхнет без задних ног и поставил кофе вариться. «Все же уже не так рано, потому стоит притащить в знак благодарности кофе в постель» — подумал про себя Рицка. Он начал вспоминать как в кино приносят завтрак в постель… Там точно было кофе, сок и что-то легкое из еды. — Хмм, чтобы такое сотворить с утра пораньше? — спросил он сам себя вслух. Решил особо не напрягаться: положил на тарелку четыре ломтика белого хлеба, щедро намазал их сгущенкой, рассудив — если с блинами вкусно, то и с хлебом должно быть хорошо, и, как истинный разведчик, он начал красться к комнате Бойца, держа в одной руке кофе, а во второй — тарелку с импровизированными бутербродами. Тихонечко отворив дверь, подросток проскользнул внутрь. В комнате царил полумрак. Когда глаза привыкли к темноте, он смог различить Нисея, спящего на животе и обнимающего подушку руками. Одеяло смешно съехало на один бок. Рицка бесшумно поставил свою ношу на прикроватную тумбочку, подкрался к Бойцу и пощекотал его за пятку. Тот лишь дрыгнул ногой, отгоняя нарушителя спокойствия, но Рицка решил не сдаваться после первой попытки. Издевательство продолжалось некоторое время, пока Нисей, не открывая глаз, не выругался на русском. Хоть Рицка и не понимал этого языка, но мысль в общем и целом была понятна — хозяин спальни емко выразил свое несогласие с таким наглым к себе отношением и о происходящем в целом. И тут подростка прорвало. Напарник выглядел так комично, что он не смог сдержаться и рассмеялся в голос. Нисей продрал глаза, почесал затылок и откинул упавшие на лицо волосы. — Зараза мелкая! — ухмыльнулся он, разглядывая хихикающего подростка. Рицка вытер выступившие слезы тыльной стороной ладони и заявил: — Может я и зараза, но точно не мелкая! — Все равно зараза! Ну кто тебя учил так издеваться над людьми? Рицка сделал скорбное выражение лица, потом подумал, и сменил его на виноватое, опустив глаза вниз. Пытаясь изобразить писклявый детский голос и в притворном смущении ковыряя пальцем ноги пол, выдал: — Простити меня пожалста! Я хотел вам позавтракать принести, а вы тут нехорошими словами ругаитись! Нисей, серьезным видом выслушал это заявление, хмыкнул, сел по-турецки в кровати и приказал: — Гони мой завтрак в постель! Подросток отсалютовал и подал ему кружку и тарелку. — Есть, сэр! — А сам почему без ничего? — Решил тебя сначала накормить в знак благодарности за то, что перетащил меня в кровать и за внеплановые каникулы тоже! —покраснев, признался Рицка. — Ладно, тогда я поем и тоже приготовлю тебе завтрак, — с набитым ртом пообещал Нисей. Он довольно жевал хлеб со сгущенкой и запивал их кофе. Иногда цокал языком и хитро смотрел на Рицку, севшего рядом и хихикающего от замашек Бойца. Облизав пальцы и допив кофе, Нисей передал грязную посуду подростку и скомандовал вместе следовать на кухню. Там Рицке приказали сидеть на табурете и не отсвечивать, и через пятнадцать минут перед ним появилась чашка кофе с молоком и горка зажаренного хлеба. Откусив кусочек, Рицка понял, что хлебцы — сладкие, и принялся быстро жевать. Допив свой кофе с молоком, подросток лучезарно улыбнулся и сказал: — Ты меня совсем разбалуешь! Так потрясающе готовить — это же почти преступление! Нисей ухмыльнулся и закурил. — Вот видишь, какой я хороший! — Кто бы спорил. — Ну вот! Значит, так: бежишь упаковывать вещи, наводишь порядок в комнате, доделываешь все свои дела и мы отчаливаем! — резюмировал Нисей. — Так точно, капитан! — отсалютовал Рицка. — Я, конечно, не капитан, но рвение похвальное! Так, и посуду не забудь от счастья помыть! Последняя фраза остановила Рицку в дверях. Пришлось вернуться и помыть посуду — а то еще с собой не возьмут.