Ты покоришься мне

Мама растеряно на меня смотрела. И я никак не могла понять. Была ли она рада меня видеть? Я просто не знала, что делать. Такой реакции я не ожидала. Просто не ожидала. — Мама? — голос дрожал от непролитых слез. Только рука Андрея, сжимающая мою ладонь, поддерживала меня. — Василиса, ты…. — мама не договорила, потому что позади нее появился мой отчим — Николай. И было странно наблюдать, как он неожиданно побледнел, увидев Андрея и Ваню. Мужчина отступил назад, но тут же взял свои эмоции под контроль. Я посмотрела на Андрея. Он же пристально смотрел на Николая, ухмыляясь. — Ну что ж, — проговорил он и вошел в квартиру, ведя меня за собой, — рады видеть дочь? Я чувствовала себя неловко. И тысячу раз уже пожалела, что мы приехали. Мы втроем разулись, но я сделала это нехотя. Мне хотелось схватить Андрея за руку и просто сбежать оттуда. Сбежать и забыть об этом. И не позориться. Не рвать себе сердце и душу. Разве я не знала? Не знала, что ждет меня дома? — Не смей сейчас отступать, — прошептал мне Ваня. Он серьезно смотрел мне прямо в глаза, — Раз пришла сюда, то держи удар до конца. Я ничего не ответила. Да и нечего было отвечать. Но я запомнила его слова. И рука Андрея была моим якорем. Он был рядом. Мне этого хватало. Моя семья молча наблюдала за нами, явно они не были рады гостям. Из гостиной выбежала моя десятилетняя сестра, Анна, и застыла, уставившись на меня. — Васька? А ты чего приперлась? — задала вопрос сестра и подбежала ко мне, обняв меня за талию. Почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Божеее… Я же знала. Знала, что меня здесь не ждали. Деревянными руками обняла сестру и посмотрела на Андрея. Я надеялась, что в моих глазах он увидит то, что заставит его забрать меня отсюда. — Пойдем! — Аня схватила меня за руку и потащила на кухню. Я последовала за ней, едва передвигая ногами. А на кухне был накрыт стол… Салаты, мясо, картофель… Рыба, бутерброды… Алкоголь. Торт. Неужели они праздновали мой день рождение? Небольшой. Маленький огонек зародился в моей груди. — А мы празднуем! — радостно сообщила сестренка, — папа купил новую машину! Я просто обомлела. Сестра усадила меня за стол и стала накладывать мне еду на тарелку, которую достала для меня. В это время подтянулись остальные члены семьи. Мама и Николай сели напротив меня. Оба они выглядели напуганными. Не знаю, что успел ему сказать Андрей, который сел рядом со мной, а Иван присел по другую сторону от меня. Мама вспомнила, что она хозяйка и стала ухаживать за братьями. Мы молча ели, хотя у меня точно аппетита не было. — Что празднуете? — Андрей откинулся на спинку стула и смотрел то на мою маму, то на моего отчима. Родители переглянулись, но ничего не ответили. — Чего ж, Царь, сейчас заробел? — продолжал допрос Андрей. Он внешне выглядел спокойным, но я знала этот тон. Андрей был в ярости. Николай усмехнулся, но было видно, что губы его дрожали. — Я не заробел. Чего ж мне бояться в своем доме? Я здесь хозяин. Андрей приподнял бровь. А Ваня тихо рассмеялся, и братья переглянулись. — Ну что? Что празднуете? — опять задал вопрос Андрей. — Папа машину купил… — тихий, робкий голос Ани раздался, когда пауза затянулась. — То есть покупку машины? — обратился к моей сестре Андрей. Она улыбнулась ему и кивнула. — А я думал, что вы празднуете день рождение Василисы… Глаза сестры расширились, и она уставилась на меня. — Я забыла… — прошептала сестренка, а потом резко повернулась к маме и яростно спросила, — Мама, ты почему мне не напомнила?! Мама растерянно посмотрела на Аню, а после поднялась и стала подталкивать к выходу из кухни. — Милая, иди в свою комнату. Взрослым надо поговорить. Я проводила сестру взглядом, и, когда мама закрывала дверь за Аней, она посмотрела на меня. В ее голубых глазах читался страх и сожаление. Я попыталась улыбнуться, как-то подбодрить ее. Но она просто отвернулась. Еще один удар в мое окровавленное сердце. Один кусок отпал от моей души. Зачем она так поступала со мной? Разве она не знала, что делает мне больно? Причиняла мне адские мучения. Почему? Она же мама… Она самый родной человек для меня. И сейчас она просто предавала меня. Бессовестно и жестоко. Я не могла этого вынести. Я незаметно вытерла слезу, скатившуюся по щеке. Нет. Слез моих никто не увидит. Останусь наедине с собой, со своими мыслями, тогда и дам волю чувствам. Одна. Мне не нужны свидетели. После того, как Аня ушла, а мама села обратно за стол, Андрей снял маску. Он резко вскинул руку, но лишь для того, чтобы придвинуть мой стул поближе к своему. А Николай вздрогнул. Он был напуган. По-настоящему. И я никогда его таким не видела. Стало приятно. Теперь он поймет, что такое страх. — Испугался? — спросил Андрей, — а тебе не было страшно, когда ты насиловал и убивал пятнадцатилетнюю девочку? Комната погрузилась в пугающую тишину. Я не могла поверить в то, что услышала. Николай связан с криминалом? Он убивал? Божеее… Мама же моя… Я думала, что для нее это тоже будет шоком. Но неет. Она лишь опустила голову, а щеки ее окрасил яркий румянец. Боже, боже, боже… — Мама, — позвала я ее, — мама, ты знала? Она ничего не ответила. Но ее испуганный взгляд, брошенный на меня, ответил на все мои вопросы. — Какая девочка?! — нервно засмеялся Николай, — я не больной ублюдок, в отличие от некоторых. И не насильник. Николай кивнул на меня. Я замерла и испуганно перевела взгляд на Андрея. Ведь Николай прав. Я это знала. Андрей это знал. Но откуда мог знать отчим? — Так что можешь не угрожать мне! — распетушился отчим, — У меня есть доказательства, я могу засудить тебя. А ты знаешь, что делают с такими, как ты, на зоне… Иван резко поднялся, так что его устал рухнул с грохотом на пол, а потом перегнулся через стол и схватил Николая за грудки. — Не смей угрожать моей семье. Ты больше не, — тут Ваня усмехнулся. — хозяин. Ни в этом доме, ни в этом городе. Ты обосрался. По-крупному обосрался. Обещаю, ты ответишь перед Игорем. Ты ведь помнишь его сестренку? Ее глаза помнишь?! Он встряхнул моего отчима, и мама выскочила из-за стола, вскрикнув. — Сука, я спросил тебя, ты помнишь ее глаза?! — заорал Ваня и ударил по лицу Николая. Андрей быстро среагировал и вытащил меня из-за стола. Он обхватил меня за лицо обеими ладонями и прошептал мне прямо в губы: — Бери маму и идите к сестре. Закройтесь в комнате. Откроешь только мне. Поняла? Когда я не ответила. Он слабо, без боли, ударил меня по щеке, отрезвляя и приводя меня в чувство. — Поняла?! Я кивнула и, схватив маму за руку, потащила ее за собой. Мы нашли Аню в ее комнате. Сестренка сидела на кровати и испуганно прижимала к себе подушку. — Мамочка, что происходит? — в ее глазах дрожали непролитые слезы. Мама кинулась к Ане и стала ее обнимать, целовать. Успокаивать. Я почувствовала себя лишней. И медленно стала отступать. Тут в голову пришла мне сумасшедшая мысль… Я тихо вернулась в кухню… Замерла возле двери… Я должна узнать, о чем они разговаривают. Прислонилась к двери и замерла. Мне было страшно, что меня обнаружат, поэтому казалось, что я слишком громко дышала. Слишком громко билось мое сердце. — Я не трогал ту девчонку! — тихо, с яростью произнес Николай. — А какую трогал? — насмешливо поинтересовался Иван. Послышался удар, а затем глухой стон. — Потише, — раздался голос Андрея, — не надо пугать Василису. И так все пошло не по плану. — Извини, брат, не смог сдержаться… Как увидел его рожу… Неожиданно Николай рассмеялся и сплюнул. Его смех был глухим и надтреснутым. — Меня судишь, Костылев, а брат-то твой не лучше! Я все знаю! Знаю, что похитил эту сучку и трахал ее! Все знаю! Первое время на кухне было тихо. — Заткнись, сука, — тихо произнес Андрей, — не смей так называть ее. Ты ничего не знаешь, поэтому молчи. — Кто тебе рассказал про Андрея? — спросил Ваня. Николай ничего не ответил. А после послышалось пару ударов. — Одногруппница… Олеся или как там ее… Пару тыщ и она все рассказала… Олеся? Какое она отношение вообще имела к моему отчиму?! — Так что не вам меня судить… У самих грешок имеется, да, Иван? Девка-то твоя по своей воле живет с тобой? А? Господи, зачем он провоцирует их?! Но мне не суждено было узнать, что было дальше, потому что дверь внезапно открылась, и я столкнулась с Андреем. Я прижала ладони к груди и посмотрела ему в глаза. — Я хочу, чтобы ты наказал его, — я не поняла, как эта просьба сорвалась с моих губ, но я тут же поняла, что ни капли не жалею об этом. Я хочу, чтобы Андрей заступился за меня. Николай обижал меня, ведь он всегда был уверен, что никто и никогда за меня не заступится. — Что? — Андрей вышел в коридор и закрыл за собой дверь. — Сделай мне подарок. Я хочу, чтобы ему тоже было больно, — на глаза опять навернулись слезы, стоило лишь вспомнить свое детство. Андрей продолжал хмуриться, поэтому я схватила его за руку. Встала на цыпочки и тихо прошептала: — Он обижал меня. Всегда. С первого дня. Обзывал. Не считал за человека. Я хочу, чтобы ему тоже было страшно и больно. Серые глаза Андрея заволокла ярость. Он шумно выдохнул и сжал мою ладонь. — Что ты хочешь, чтобы я с ним сделал? Я облизала внезапно пересохшие губы и прошептала: — Сделай ему больно. Пару мгновений мы смотрели друг другу глаза. — Почему ты меня просишь об этом? — внезапно спросил мужчина. — Потому что я больше никому не нужна. Андрей прикрыл глаза и прислонился лбом к моему лбу. Нежное прикосновение к губам, и он отступил от меня. — Иди к матери. А мы немного прогуляемся… Что было дальше? Не знаю. Я ушла в комнату к матери, которая все так же успокаивала сестру. Они толком не обращали на меня внимание, были полностью поглощены друг другом. Один раз мама заговорила со мной — когда хлопнула входная дверь. — Василиса, — голос ее был полон тревоги, — что происходит? А мне было так легко. Так спокойно. Мне было совершенно плевать, что с ним сделает Андрей. Вот совершенно. Я чувствовала триумф. Наконец-то, наконец-то Николай больше не будет обижать меня. Я ничего не ответила матери. Я быстро осмотрела квартиру, выглянула в окно, убедилась, что и Иван, и Андрей уехали. А потом достала свой большой рюкзак, собрала все самое необходимое, достала свою заначку, документы. И со спокойной совестью вышла из квартиры. Я больше не буду никому принадлежать. Теперь я сама буду решать свою судьбу. Я понимала, что Андрей будет искать меня. Но мне было плевать. Я понимала, что жестоко использовала его. Но и он долгое время имел меня. И физически, и морально. Я имела право на это. По сути, я убила двух зайцев одним выстрелом. Отомстила чужими руками Николаю и сбежала от Андрея. Захлопнула дверь и словно закрыла еще одну страницу в своей жизни. Я не знала, куда мне идти, куда бежать, где прятаться. Да и прятаться не хотелось. Хотелось просто жить. Дышать свободно хотелось. Без страха. Без боли. Как обычный человек. Радоваться дню. Просто тому, что он наступил. А не проклинать каждую минуту своего существования. Я накинула кофту с капюшоном, хоть и было жарко. Я села на автобус и за сорок минут доехала до междугороднего автовокзала, взяла билет в самый дальний поселок. Приехать я должна была только утром следующего дня. А рейс был только через несколько часов. За это время я переоделась и выбросила вещи, которые купил мне Андрей. Умылась в туалете, убрала волосы в высокий хвост и впервые подумала о том, чтобы поменять цвет. На темный. Или ярко-рыжий. Перекусила в кафешке. Почему-то мне не было страшно, что Андрей меня найдет. Я даже мысли такой не допускала. Я была уверена в себе и своих силах. И меня никто не искал. Или искал, но не нашел. Я молча заняла свое место возле окна и устало откинулась на спинку сидения. Я устала. Морально. Физически. Но скоро станет легче. Я знала это. Я была в этом уверена. Рядом со мной сидела доброжелательная старушка, которая сразу же расположила меня к себе. Она рассказывала про своих внуков и детей, которые не навещают ее, поэтому она была вынуждена сама тащится в город. Оказалось, что она едет в тот же поселок, что и я. Я — молодец. Еще не приехала в поселок, а уже завела знакомых. Конечно, не обошлось и без вопросов с ее стороны. Я рассказала, что рассталась с парнем и решила некоторое время пожить одна. А вот про родителей… Сказала, что я сирота. Отца своего я на самом деле и не знала. А мать… Матерью она была мне до пяти лет, потом появился Николай. И все. Сказка кончилась. Детство кончилось. Рассказала ей, что еду я в совсем незнакомое место и жить мне негде. — Да ты что, девочка! — взмахнула руками Антонина Андреевна, — Неет, милая, я тебя не брошу! Будешь жить у меня! У меня комната одна свободная стоит, для внуков… А они не приезжают совсем… Одна я живу, одиноко мне, старой… А ты, я вижу, девочка, хорошая, светлая… Будешь помогать мне по дому, а я тебя крышей над головой обеспечу, да с работу помогу найти… ну что? Конечно, я согласилась. Может, глупо. Но я верила ей. Она поможет мне. Ночь, на удивление, прошла спокойно. Хоть и неудобно было спать в кресле, но спала я отлично, даже выспалась. Проснулась словно от толчка. И сначала, признаюсь, испугалась, что Андрей нашел меня. Но потом поняла, что мы просто с асфальта съехали на грунтовую дорогу. — Не пугайся, девочка, — старушка уже тоже не спала, она нежно погладила меня по руке, успокаивая. Бабушка угостила меня яблоком и бананом, за что я была очень благодарна. Ехали мы по грунтовке около двух часов. И за эти два часа, мне казалось, что будто из меня всю душу вытрясли. Но это того стоило. Этот небольшой поселок был окружен тайгой и горами и сам после расположился между горами, поэтому нам нужно было идти в горку, а воздух… Он здесь был просто невероятно чистым. И сделав первый вздох, я поняла, что жизнь новая началась. Вот прям с этого мгновения. Мы взяли свои вещи, я взяла пару пакетов Антонины Андреевны, и она повела меня к себе домой. Привела меня старушка к пятиэтажному дому из красного кирпича. Женщина попросила пару минут, чтобы отдохнуть. На улице еще никого не было, только пару мужчин в спецодежде шли в противоположную сторону горы. — Это горнодобывающий рудник, — начала рассказывать Антонина Андреевна, усевшись на лавочку, — там добывают полезные ископаемые. Там мужички наши трудятся. Видишь? — бабушка прищурилась и указала пальцем в сторону горы, — это белаз! Я покивала головой, практически не вникая, что она мне рассказывала. Мы пробыли на улице еще пару минут, а после поднялись на второй этаж Квартира Антонины Андреевны была небольшой, но очень уютной и чистой. Она сразу же мне рассказала, где и что у нее находится, показала свою комнату, гостиную и комнату, где буду спать я. — Спасибо вам огромное, Антонина Андреевна! Если бы не вы… — Что ты, девочка, зови меня просто баба Тоня. Да и как я могла такую красавицу в беде оставить?! Может, хочешь принять ванную? Иди, не стесняйся! И воду можешь лить сколько хочешь! А я пока супчик приготовлю… Ты щи любишь, Васечка? — прокричала уже баба Тоня из кухни. — Люблю! — крикнула в ответ, почувствовав, что на душе становится так тепло. Приятно все-таки, когда о тебе заботятся. В ванной я провела минут двадцать. Быстро помылась. Но долго стояла под теплыми каплями воды, что расслабляли напряженные мышцы. Стояла и думала. А не совершила ли я ошибку, сбежав? Вдруг я раздразнила зверя, от которого я точно не смогу спрятаться? Да уже поздно об этом думать… Я уже сбежала. Уже нарушила его запрет. После все-таки вышла из душа. Хватит. Раз решила начать жить с чистого листа, то никакого Андрея в моей жизни. Ни в моей жизни, ни в моих мыслях. Но было легко сказать об этом. Но трудно сделать. Трудно обманываться. Я убеждала себя, что мне плевать на него. Но, видимо, это было не так. Я упрямо думала о нем. Что он почувствовал, когда понял, что я сбежала? И что стал сразу делать? А вдруг он вообще решил меня не искать? Вдруг он устал от меня? Вдруг ему надоела его игрушка? Покачала головой, доставая вещи из своей сумки. Не думай, не думай о нем… Чтобы отвлечься пошла помогать бабе Тоне. Старушка постоянно болтала, рассказывала про своих детей и внуков. Рассказала, что ее муж умер десять лет назад. Так за разговорами мы приготовили и обед, и ужин. И это отличалось от того, как готовили мы с той змеюкой, ой, то есть с Ларисой. Явно она не в своем уме. Но меня эта сумасшедшая семейка больше не касается. Пообедав, баба Тоня занялась своими цветами, а я решила прилечь, чувствуя сильную усталость. Проспала я весь день. Проснулась уже поздно вечером, чувствуя себя разбитой. — Вася, чай будешь с булочками? — позвала меня бабушка Тоня, услышав, что я проснулась. Я согласилась. Пока пили чай, я решила кое-что спросить у хозяйки. — Подскажите, а здесь легко найти работу? — прожевывая нежную булочку, которая таяла во рту, поинтересовалась я. — А кто ты по профессии? — Нуу… Я студентка. Учила иностранные языки… Старушка цокнула языком. — Могу поговорить с соседкой… У нее свой магазинчик… Может, возьмет тебя продавщицей. — Спасибо! — Да еще не за что благодарить… Ох, что-то я устала… Пойду спать. Оставь кружки в раковине. Я завтра помою. — Спокойной ночи. Баба Тоня проковыляла к себе в комнату, а я быстро помыла посуду и вернулась в свою спальню. Очевидно, что я не смогу жить с этой невероятно доброй женщиной. Мне нужна работа. Мне нужны деньги. Подкоплю деньжат, буду снимать комнату. Улыбнулась. Да. Мне нравились свои планы. Сон все никак не шел. Я ворочалась, пыталась найти удобную позу, но тщетно. Психанув, я залезла на подоконник и посмотрела на чистое звездное небо… Красиво. Приоткрыла окно, впуская прохладный ночной воздух… — Вася… Сначала я подумала, что мне показалось. Или просто захотела так думать. Я просто не могла в это поверить. Слишком быстро. Я не успела надышаться. — Васечка, — голос Андрея прозвучал громче. И я больше не смогла сопротивляться. Посмотрела вниз и увидела его. Он стоял там. Под моим окном. Такой красивый… Лунный свет делал его лицо еще бледнее, а шрам стал выделяться еще сильнее. Его широкие плечи облегала черная кожа, а из-за темно-синих джинс он сливался с темнотой. Я приложила ладонь к стеклу и чуть наклонилась, высовываясь из окна. Андрея сразу же дернулся, и в его глазах мелькнуло беспокойство. — Что ты здесь делаешь? — тихо спросила я, но он услышал меня. — Я приехал за тобой, — так просто. Покачала головой, обхватив себя руками. Замерзла. Андрей нахмурился. Заметил, сукин сын. — Я не поеду с тобой, — голос мой звучал твердо, — ты не сможешь заставить меня. Андрей сделал еще один шаг. — Я не хочу заставлять тебя. Вася, я хочу, чтобы ты поехала со мной добровольно. — Не поеду! — Тогда мне придется похитить тебя. Сказал и направился в подъезд. — Вот черт! Я соскочила с подоконника и побежала к входной двери. Прижалась ухом. Стала слушать. Я слышала его шаги. Тяжелые. Уверенные. Он медленно приближался к своей жертве. Ко мне. Поднялась на цыпочки и посмотрела в глазок, но тут же дернулась в сторону, ведь Андрей уже стоял на лестничной площадке, оперившись руками по обе стороны от двери. — Вася, открой. Я знаю, ты там. — Что происходит? — неожиданно раздался голос бабы Тони за моей спиной. Я тихо вскрикнула и тут же прижала ладонь ко рту. — Вася, все в порядке? — раздался встревоженный голос Андрея. Баба Тоня нахмурилась и включила свет. Она подошла к двери и открыла все замки. Дверь открыл уже Андрей. Мужчина быстро вошел в квартиру, чуть оттолкнув бабушку. — Андрей! — пискнула я, когда он сжал меня в объятьях. Его рука вонзилась мне в волосы, а вторая сжала талию. — Маленькая сучка… — прошептал мне на ухо, и я неожиданно расплакалась. Мама родная меня не искала, а он искал. И нашел. Вцепилась в его куртку дрожащими пальцами. Боже мой… Андрей подхватил меня на руки, я тут же обняла его за шею и прижалась к ней носом, продолжая всхлипывать. — Где ее комната? — он обратился к Антонине Андреевне. Старушка быстро ему показала, куда идти, а сама скрылась в своей комнате, оставив нас наедине. Андрей сел на кровать и прижал к своей груди, чуть покачиваясь. Я медленно стала успокаиваться. Чуть ослабила хватку на его шее и посмотрела на него. Прикусила нижнюю губу. — Зачем ты приехал? — опять задала этот вопрос. Андрей прислонился лбом к моему. — Ты моя жизнь. Ты единственная, ради чего я живу. Я чуть не подох, когда понял, что ты сбежала. Зачем, девочка моя, зачем? — Не знаю. Свободу хочу. Жить как нормальный человек. А не в четырех стенах. И жить с тем человеком, которого выберу я сама… Андрей молчал пару минут. — Значит, я не тот человек, с которым ты хочешь жить? Я боялась сказать ему правду. Боялась. Ведь знала, что ответ ни ему, ни мне не понравится. Потому что по сути не знала, что ответить. Он манил меня. Его аура. Темная и опасная. Она манила меня. Завлекала. Я знала, что он опасен. Что может быть жесток. На своей шкуре проверила. Но не могла я его ненавидеть. Не. Могла. И все тут. — Скажи мне. Ответь. — Я не знаю, что тебе сказать… Вот. Призналась. Андрей улыбнулся. Погладил меня по щеке. Наклонился еще ниже и его губы коснулись моих. Едва заметно. Едва ощутимо. Не поцелуй, но все равно что-то большее. — Тогда я буду добиваться тебя, твое «да», моя маленькая принцесса. А потом поцеловал. Яростно, кусая губы. Наказывал. Это точно. Но сегодня я не хотела быть жертвой. Я не ответила ему «да». Но отказать ни себе, ни ему сейчас не могла. Черт. Мне понравился его вкус. Я стянула с его плеч куртку, отчаянно целуя его. Андрей кинул ее куда-то в сторону, за ней полетела его футболка, а потом и моя ночная рубашка. Я толкнула Андрея в грудь, повалив его на подушку. Я перекинула ногу через его бедра и оседлала его. Мне было плевать, что где-то в этой квартире еще находился человек. Мне было плевать. Я хотела его. Для меня был только он. И все. Его губы, что терзали мой рот. Его руки, что сжимали мое тело. Его пальцы, что сводили с ума. Касались чувствительных сосков, срывая с губ тихие стоны. Касались меня между ног через уже влажную ткань трусиков. А мне было мало. Малооо. Хотела большего. Хотела его всего. Почувствовать его в себе. Ощутить его силу. Просто принадлежать ему. Не помню, как стянула с него джинсы, носки и трусы. Помню лишь ощущение его возбужденного члена, который касался моего живота. — Коснись его, — приказал Андрей, удерживая меня за подбородок. Он смотрел мне прямо в глаза. Его серые глаза потемнели, от страсти. От желания. Я сглотнула и обхватила его плоть. Стала медленно скользить по длине. Сильнее. Быстрее. Хочу сделать ему приятно. Хорошо. — Хватит, — Андрей резко сдернул с меня трусики, а через мгновение насадил на свой член, заставляя меня громко кричать. — Тише, малышка, а ту бабульку напугаем, — усмехнулся Андрей. Я улыбнулась ему в ответ и стала двигаться ему навстречу. Мы двигались в унисон. Мы были единым целым. Он. И я. Существовали только мы. Я вонзалась в его спину ногтями, кусала его плечи. Шею. Мне было все равно мало. Мне хотелось ощутить его еще ближе, сильнее. Его руки, губы были везде. Он не обделил ни один участок моего тела… Оргазм наступил неожиданно. Он был ярким, что аж закружилась голова. Я рухнула на грудь Андрею, который через несколько толчков кончил в меня. А после… мы просто лежали в объятьях друг друга. Смотрели друг другу в глаза. И просто молчали. Да и любые слова были бы излишни. И вдруг мне пришла в голову мысль, от которой я похолодела… — Что? Что случилось? — нахмурился Андрей, поняв, что меня посетила очередная светлая мысль. — Стыдно… — прошептала ему в грудь, — перед бабой Тоней… Андрей тихо рассмеялся и прошептал: — Я все решу. Точно. Андрей со всем разберется. — Устала? — мужчина перебирал мои волосы. — Мне было хорошо, — невпопад ответила я, рисуя круги на его груди. Мужчина довольно улыбнулся и прижал меня к себе еще сильнее. — Теперь так будет всегда. И мне хотелось в это верить. Очень.