Искаженные

…И вся жизнь, в миг, обернулась кошмаром.        Все-все его мироздание осыпалось пеплом, как родной дом. Рухнуло с треском, осталось руинами «Экстраполиса» ему в наследство. Вся его жизнь оказалась игрой, хорошо спланированным спектаклем, сценарием, который написала его мать.       Он был актером, не знающим о роли.        Розовые очки разбились стеклами вовнутрь, вгоняя дужки под корку. Пелена сошла с глаз и в одночасье открылись и Сэнтари, и гребаные метаморфы, и друг, повязанный на криминале.        И будущее не просто потеряло ясность, а совсем исчезло с поля его зрения.        Появились в его жизни полицейские, десятки, кажется, даже сотни. Полицейские, постоянно твердящие о чем-то вроде: «Наследник Сэнтери, придут — найдут-  — заберут». Или: «Да на кой черт, он им сдался без корпорации-то». Он слышал, он помнит, в тихих разговорах его называли наследником руин и обломков.        Жизнь стала адом в полной своей мере от знания того, что родители переубивали бы друг друга, если бы этого не сделала раньше так и не опознанная девчонка.       И он остался совсем один, с тягостным грузом мыслей о том, что он сам тому виной. Он извечно пытался подражать окружению своего отца (знал бы он о том, что они все поголовно психопаты со стажем). Подражать, походить на «сильных» мира сего. Старался изо всех сил, плевал на мораль, топтался по нравственности, забивал на чужие беды, оскорблял чувства. И остался он, в итоге, не нужным никому ублюдком с гнилыми принципами и большими амбициями, в привычном ожидание, что все предоставят на серебряном блюдце. Только вот, блюдце заржавело, и приносить его не кому стало.       А у него выбор и возможности отняли…       Мол, даже если рыпнутся забрать, превратить в кого-то себе подобного, не заберут, не докажут, что Сэнтари, в документах у него не указано.       А он барахтается по уши в своем болоте отчаяния, обиды, боли, бессильной злобы, топя желание отомстить за слишком быстро закончившийся маскарад его жизни, за руины сцены, за прах артистов, что создавали этот спектакль.        В какой-то момент все рухнуло разом, увенчав Аркадия Кривоносова терновым венцом и сделав его властелином обломков, пепла, несбыточных надежд и одиночества…