Сны и имена

      Она стояла перед троном, как и тогда. Тугой пучок каштановых волос на голове, и несколько выбившихся из него прядей. Но на этот раз он в точности видел все, даже незначительные черты лица: пигментные пятна на носу; разную толщину кончиков бровей, едва заметную, если смотреть очень близко; тоненькие складочки в уголках глаз. Словно время отмерило чуть более семи лет назад, возвращая их в тронный зал, но Арканн не чувствовал прежней злобы внутри. Он отчетливо помнил события прошлого дня, он был тем человеком, что поклялся её защищать, в теле молодого принца Закуула.       Рей стояла прямо напротив него, упрямый взгляд её зеленых глаз словно смотрел сквозь его лицо. Внезапно будто вся одежда исчезла с тела девушки. Хотя Арканн не мог припомнить, была ли она вообще, так как взгляд был сфокусирован на овале лица. Все ее старые шрамы внезапно открылись. Сильнее всего тот, что оставил он на Элизиуме. Кровь засыхала на ее животе разводами, но продолжала капать на серый пол с новой силой, крупными густыми каплями.       — Это твоя вина, — открылись губы джедайки беззвучном хрипе, и из уголков рта, так же заструилась кровь. Словно всё тело девушки превращалось в кровавую кашу, растекаясь по полу темно-багровой лужей.       — Зачем? — заревел Арканн, оборачиваясь, — Зачем ты показываешь мне все это? Опять веселишься?       — Это Касс. Темная сторона живет в сердце самой планеты, и использует все твои страхи против тебя, — раздался голос Императора.

***

      Мужчина подскочил на постели, картина из сна сменилась привычным мрачным дизайном обычной цитадели. Хромово-серые стены, стальная матовая мебель. Рей спокойно спала на соседней софе, он не разбудил её. Дроид не спеша подъехал к Арканну, очевидно ожидая приказаний. Но он лишь махнул рукой, показывая, что ему ничего не нужно. В прежние времена принц бы просто размазал жестянку по полу, и эта мысль заставила его горько усмехнуться, как и весь кошмар.       На улице лил дождь, он тихо прошел на террасу, скрываясь под навесом. Небо было серым с всполохами ярких молний, капли глухо стучали по крыше, заливая грубые каменные перила, и капая лужами между плиток пола. Он закрыл глаза, позволяя Силе, пройти сквозь него. На улице было очень тихо, но там, на окраине, послышалось как дикие животные и птицы создают чудесную предрассветную какофонию. Как многовековые деревья, спускают по листьям редкие капли, что попадают под их купол с глухим шелестом в траву. Словно это был рассвет. Смотря за этим, Арканн не услышал, как створки с глухим шипением разъехались.       — Ты тоже его видишь? — голос девушки вывел его из раздумий. Рей села рядом. Её длинные растрепанные волосы падали на и спину, полностью повторяя прическу её матери. Пожалуй, сейчас они имели гораздо больше общего, не будь ее мать чистокровным ситом. За исключением темно-русых волос, Кардис и Квинн оба были темноволосыми. Она скомкала одеяло перед собой и залезла на один из контейнеров, что стоял у стены. Её босые ноги закутались в широкий подол, что волочился за ней. Но даже эта пушистая ткань не могла бы стереть из его памяти того, что ему открылось вчера.       — Рассвет? — переспросил Арканн. Он не был уверен, о чем она говорила, должно быть для нее, росшей тут с девства, это было обычным делом. Взгляд скользнул вниз на едва выделяющуюся под толстой тканью грудь, и во рту пересохло. Ее тело не было идеальным, она была худой и низкой, с острыми локтями и коленями. И это сводило его с ума, когда она находилась рядом, но он не мог просто так коснуться её. Страх каждый раз щелкал внутри, напоминая о его прошлом.       — Его никто не видит, — пояснила она, — Моя мать считала, что я сошла с ума, когда заявила что солнце над Каас-сити встает. Но лишь отец поверил мне, он проверил фазы и доказал мою правоту. Хотя даже не был чувствительным к силе…       Дроид шумно распахнул дверь, и выкатил на террасу поднос с двумя кружками, из которых клубился пар. Рей тепло улыбнулась ему и взяла с подноса одну из них, на что механизм раздался радостной трелью. Арканн сглотнул, он был счастлив находиться рядом, но после вчерашнего ему было этого мало. Словно он пересек грань навстречу саморазрушению, и пути назад уже не было.       — На Тайтоне есть рассвет, и его можно видеть… Я никогда не понимала, зачем он сделал это с планетой…       — Я пытался понять его почти всю свою жизнь… — горько произнес принц, он последовал примеру Рей и так же взял кружку с горячим напитком, который отлично согревал, не смотря на непогоду. Стараясь держаться как можно более сдержанно, и заталкивая желание, сгрести девушку в охапку и прижать к себе, покрепче.       — Когда я первый раз увидела Императора, мне было пять. Я помню, как шла по очень длинному коридору, и как там не было ни одного огонька Силы поблизости, кроме моей матери… Он сидел так высоко на троне, что мне приходилось поднимать голову. Я помню, как мать встала на одно колено, она что-то сказала ему. Он подошел, нагнулся, так чтобы наши лица поравнялись, и спросил меня. Не так, как мы с тобой говорим сейчас, он спросил через Силу, про рассвет. Я кивнула. И тогда, он рассказал, что однажды моя сестра убьет его, и что я должна ему помочь.       Она запнулась, всего на секунду словно, что-то обдумывая. Арканн внимательно следил за тем как, Рей пытается объяснить ему, то, что она пережила. Для него это было слишком личным, его всегда раздражал тот факт, что Рей и его отец, стали единым целым.       — Я испугалась. Я думала - это будет Занна, а он все знал еще тогда…. Иногда мне кажется это все его план, понимаешь, столкнуть нас лбами, а потом, с ними. Но я не хочу, Арканн, я не хочу быть его пешкой, я не хочу, чтобы все было, так как спланировал Вишейт! — она тяжело выдохнула, отхлебывая из кружки.       — Когда мне было тринадцать, я был счастлив… Отец учил нас… Он показывал, как контролировать Силу, как перестать бояться чего-либо. Он ставил, против меня и Тексана шесть стражников, взрослых и опытных бойцов. А я все ждал, когда он сочтет достойным, ступить на песок и позволит сражаться против него. Словно говоря, о том, что мы достойны этого… — тяжело вздохнул Арканн.       — Никогда… Ты всю жизнь жил ожидая его одобрения, но правда в том, что они никогда не признают в нас равными себе, — тяжело вздохнула Рей.       — Твоя мать – другая. Она любит тебя, хоть это и сложно понять. Я видел это в её взгляде, — он пытался утешить, кроме того Дарт Кардис не могла просто поделать беспокойство в своем тоне. С другой стороны, он безумно ревновал её ко всему окружающему миру. Словно все в округе были враждебными, хотели ее забрать, как вчерашний сит. Эта навязчивая мысль в голове была очень глупой, но принц не мог отделаться от нее.       — А твой отец тоже, я знаю точно, — парировала она. Арканн хрипло рассмеялся, если отец когда и любил своих детей, только разве какой-то извращенной садисткой любовью, уничтожающий семью до основания. Он готов был согласиться со всем, что она скажет, кроме этого.       — Тебе должно быть показалось, — он сдержал резкие слова, чтобы пресечь конфликт. Свыкнуться с мыслью, что ее доброе сердце способно простить все на свете, пугало его.       — Мне кажется, он даже Сенью любит, до сих пор, — Рей смотрела вдаль, где маячили зеленые горы, и редкие транспортники пересекающие небо над ними.       — Звучит так, словно ты завидуешь, — отшутился Арканн. На самом деле он не мог понять, почему Сенья не бросила всё, а так упорно верила в своих детей. Настолько что просила у Рей помощи, что бы образумить их, а после защищать его от собственной сестры. А она обладала властью уничтожить их, но не сделала этого.       — Попробуй прожить тысячелетия и не очерстветь. Спустя пару столетий, сможешь ли ты сказать, что так же будешь мной очарован, как и при первой встрече? — явный сарказм читался в её тоне. Но Арканн привык к непостоянству. С одной стороны ее доводы пугали, с другой они были логичны.       — Пройдут столетия, твое имя сотрется из памяти и останется на страницах истории рядом с моим. Но я, где бы я ни был, буду помнить о тебе, даже если я сольюсь с Силой… Я все так же любить тебя, — сказал он всерьез.       — Значит и в следующей жизни, ты попытаешься снова меня убить? — ухмыльнулась джедайка.       — Не сомневайся, я надеюсь лишь на то, что ты почувствуешь то же самое, — коротко ответил Арканн. Он не мог верить до конца в её искренность. Рей была из тех людей, что были честны со всеми кроме себя. Она давала ему шанс стать ближе, рассказывая о себе и не отталкивая.       — Я понимаю, что мы с тобой разные. Ты несешь свои пацефисткие идеалы, и становишься примером для многих. Но не забывай Рей, что именно благодаря мне и брату, Республика и Империя остановили конфликт и объединились. Ты – стала той, кто открыто бросил мне вызов. В то время как для меня, они остаются трусами, что тушуются за твоей спиной. Помоги слабому, и ты получишь стадо, неспособное ни на что кроме стенаний, — честно ответил он. Арканн всегда понимал только Силу, как и его отец.       — Это точно… — разговор зашел в тупик. Рей ценила его открытость, но трактовка собственных взглядов звучала бы, как навязывание собственного мнения.       — Знаешь в чем твоя проблема? — тихо продолжил он.       — И в чем же? — буркнула джедай. Ей не нравилось, что принц заходит на её территорию.       — В том, что ты пытаешься найти компромисс во всем. Даже сейчас, вместо того что бы восстановить свой баланс, ты тащишь меня сюда. Не подумай, я не жалуюсь, я ценю твою заботу, и стараюсь оправдывать ожидания. Но с тьмой внутри себя нельзя договориться, Рей. Её можно питать, можно подчинить. Но договориться – никогда! — он был беспощаден в высказываниях, и нравоучениях. Что ж с опытом Арканна нельзя было спорить. Если она брала усердием, то он тотальным контролем и бесконечным боевым опытом.       — Ты боишься ее, эту часть себя, страх поражает новые волны. И вот ты уже лежишь на лопатках, с разбитым носом, ожидая очередной удар. Но правда другая, в тебе всегда будет жить это, и не стоит бояться, — он сделал шаг в её сторону, но девушка отстранилась. Она пришла поделиться с ним чем-то личным, а он полез со своими нравоучениями. Хотя в глубине души она понимала, что Арканна нельзя винить за это. Потому что больше всего он боялся, что Командир двигается к саморазрушению. Она ощущала это в Силе, его страх за свою жизннь. Если год назад он был зверем, пылающим огнем боли и ярости, то сейчас он отчаянно пытался сберечь то, что гасило это пламя.       — Думаю я понимаю, куда ты клонишь, — спесь сошла, но гораздо проще было бы просто перестать думать об этом, и для этого ей нужно встреться лицом к лицу со своим страхом. Рей раздражал тот факт, что Валкориан так же упоминал это, а она упорно старалась это игнорировать. Император лепил из нее то, что ему было выгодно. Арканн же не имел особых причин лгать ей. Она видела его намерения в Силе, и знала, насколько её уязвимость может пошатнуть и его баланс. Они становились двумя, замкнутыми друг на друге, системами. Если одна из них потерпит поражение, другая понесет значительный урон.       Принц лишь, в этом симбиозе двух энергий, выстраивал защиту. То, что он делал первым делом всегда. Если верить привычкам далее он укрепит их структуру и сделает способными защищаться от всего. Рей лишь не нравились его методы, но в целом вектор был верным.       — А что снилось тебе? — он внезапно сменил тему. Это было бы чем-то личным для каждого из них. Любопытство желало выяснить - фигурировал ли он как то в этом.       Она молчала, сказать ему, что она уничтожила его и заняла трон единолично, во сне, означало признать привязанность. Которую не позволено иметь джедаям. Но Арканн и так прочел это на её лице, ему даже не нужно было сосредоточиться на потоках. Он лишь многозначительно шикнул и подавил смешок.       Когда-то Тексан сказал ему, что любовь очень сложная штука, которую нельзя объяснить словами, это нужно пережить. Теперь он понимал, что значит ненавидеть и любить одновременно. С одной стороны он презирал Рей за её очевидные слабости и неспособность решительно отсекать все лишнее, с другой стороны он наслаждался одним видом того, с каким усердием она выбирается из очередной ловушки подстроенным империей или сенатом. Она не могла просто пригрозить им, забрав свое силой. Джедай спускалась до их уровня, что бы быть понятой, чтобы договориться.       Он действительно искренне восхищался её способностями к дипломатии. Со стороны казалось что, ничто не способно пробить эту крепкую скорлупу Командующей. Но чем больше Арканн узнавал её, тем больше понимал насколько человеку вроде неё, тяжело мириться с суровыми реалиями этого мира. Словно она хотела создать тот идеальный баланс, что был внутри нее, снаружи. И то, как она поднималась после каждого удара, поражало его до глубины души. Еще когда они были врагами, он не мог просто стоять в стороне, посылая за ней отряды. Каждый раз она вынуждала его являться лично. И эти встречи с танцами скрещенных в бою мечей и бурлящих потоков Силы, вызывали в нем нездоровое возбуждение. Он отбросил всё, лишь бы сломать её. Раньше Империя и Республика были его игрушками, которые быстро сломались. Рей – не сломалась. Более того она пролезла под его кожу, как вирус, как паразит, и пронзила его в самое сердце.

***

      Из-за отсутствия солнца чувство дня и ночи притуплялось, так же как во время гиперпространственных перелетов. Приготовления наконец-то были закончены. Сегодня они должны были выступить к центральному сектору восточной стороны. Нужно отдать должное Дарт Нокс, та была весьма предусмотрительна, в выборе маршрута и его деталей. По легенде Арканн и Рей это два Лорда из личного культа Нокс, которые отправляются в старый дворец за артефактом согласно поручению. По крайней мере, так говорил документ и пропуск, который заблаговременно предоставили этим двоим. Поскольку хранитель сферы знаний обладала взбалмошным характером, никто бы не удивился тому, что Занна отправила двоих Лордов на подобное задание. Дело оставалось за малым, не сплоховать и не скомпрометировать себя.       За окном спидера мелькал город, дроид – водитель не задавал лишних вопросов, согласно протоколу. Блок переставлял собой высокие баррикады, с расставленными по периметру солдатами. Просторный экипаж притормозил, следуя имперскому протоколу. Рей подала ключ –карту дроиду, а тот солдату. Её лицо было закрыто маской, что лишь отдаленно напоминало лицо женщины.       — Прошу прощения Лорды, — начал солдат, — Не могли бы вы предоставить документы согласно инструкциям, в этом районе могут находиться опасные для её величества элементы.       — Меня не интересуют твои оправдания, — механический, женский голос под маской, звучал на удивления громко, — Согласно этим документам либо ты пропускаешь нас, либо я положу здесь твой хладный труп.       Арканн слегка удивился, он никогда не слышал, чтобы джедай говорила с кем-то в столь пренебрежительном тоне. Однако он решил поддержать её затею, и при помощи силы приподнял его и нескольких окружающих солдат:       — Дарт Нокс будет крайне разочарована, когда услышит о том, что доставку артефакта задержали, из-за нерасторопности одного имперского капитана…— умение определять ранги Империи исправно служило ему во время компании. Теперь же, он довольно много узнал о ситах, и их пренебрежительном отношении к обычным существам. Командир немного замялся, хоть на его голове был шлем, в традиционных черно-красных тонах воздействие силы и доводы Лордов имели свои разумные плюсы. Он был сбит с толку.       — Пропусти нас, и мы забудем этот неприятный инцидент, — приторно сладким голосом процедила Рей. Солдат вернул дроиду пропуск и бумаги. Силовой щит упал, пропуская экипаж вперед.       — Я думала, нас раскусят, — выдохнула Рей, хотя из-за маски вышло сдавленное шипение.       — Тебе не стоит волноваться, даже я поверил бы, — вспомнил Арканн, если подумать, он никогда не видел, как джедай грубила личному составу, даже пленникам или врагам. Она кончено кидалась остротами, но это было иначе. Если подумать, Рей действительно могла бы сойти за сита, если бы не приверженность джедаям.

***

      Старый дворец почти не был освещен, внутри царил полумрак. Небольшие красные светильники, едва ли справлялись с темнотой, оставляя кроваво-алый цвет не темных стенах. Под ногами шуршал мусор и песок, резиденция была полностью заброшенной.       — Ты знал, что твой отец был исследователем? — они уже около получаса плутали по этому лабиринту, очевидно без проводника они бы не скоро смогли бы найти тронный зал.       — Я не знаю, о нем ничего, как об Импреторе ситов, — Арканна немного выбелила окружающая атмосфера из за его наряда. Здесь было очень темно, и могли быть ловушки. Вторых, снаружи находилась целая нация, которая явно не оставила бы их в живых, и расценило бы как попытку вторжения.       — Когда он был молод, он исследовал ситскую алхимию и ритуалы, он изучал и накапливал весь опыт поколений, для того что бы выяснить о поглощении силы, - принц резко затормозил, и Рей врезалась в его широкую спину.       — Ты знаешь, что он сделал с Нафемой, а главное как ему это удалось? — в его голосе зазвучал неподдельный интерес.       — Он поглотил жизнь при помощи ритуала, кроме того насколько мне сообщил твой дед, он обманом заманил Темный совет, чтобы использовать их мощь, — они продолжали плутать по коридорам, немного сбавив шаг.       — Тенебри родился и вырос на Нафеме. Его мать была крестьянкой, а отец тамошним Лордом. Но он был не желательным ребенком, потому что его мать изменяла своему мужу, в самый последний момент, она передумала избавиться от него. Но уже тогда он понял это. Благодаря исключительной связи с Силой, а в частности с темной стороной, он понял, что родители хотят избавиться от него.       — Это ничего не меняет, — грубо отрезал Арканн.       — Подумай, твой разум заперт в теле младенца, и первое что ты понимаешь, что твои родители ненавидят тебя, — Рей внезапно замолчала.       «Оставь свое сострадание для убогих, джедай,» — голос Вишейта зазвучал так отчетливо, что отразился от стен. Принц же шел молча, для него несчастное девство незнакомого Тенебри было не достаточным поводом для того чтобы портить жизнь другим.       — Что было дальше? — тихо спросил он.       — Приемный отец Императора узнал об измене, когда у мальчика появились способности к Силе. Он решил убить свою жену за предательство. Но тогда, Тенебри защитил её и убил отца. Ему было всего шесть. После он пытал до смерти свою мать, за то, что она предала их семью…— внезапно она снова остановилась, прислушиваясь к тишине.       — Я не знаю что сказать, — он запутался. Выходит, у него было не все так плохо с родителями, как его отцу, которому с детства приходилось доказывать свою Силу. И их тренировки с Тексаном были лишь тренировочным лагерем, по сравнению с тем, что он узнал о его прошлом.       — Когда ему было десять, он убил своего отца Лорда Диамайда. Он прочел его намерения в Силе: убить или использовать его. И тогда, доказав свою силу, он предстал перед Рагносом, получив имя Вишейт, — Арканну приходилось слышать это имя, однако он совершенно точно не помнил, где он мог его слышать. Рагнос был одним из правителей прошлого.       — Самого детства он был совсем один. И это лишь сильнее отдалило его от таких, как мы. Так было до тех пор, пока он не встретил Сенью. И не смотря на свою склонность жажде убийств, он так и не смог поднять на нее руку. Тогда в зале, я точно ощутила это, он позволил нанести ей финальный удар. Он не защищался.       — Ты пытаешься убедить в этом себя или меня? — слишком невероятно звучало то, во что верила Барсен`тор. Однако если перебирать факты, они сходились.       — Как ты объяснишь то, что он позволил убить мне Тексана или искалечил Вейлин? — его глаза недобро свернули желтым огнем. Он не мог простить его.       — На самом деле, я считаю, что он пытался хотя бы немного приблизить вас к тому, чем являлся он. Но Вишейт так и остался не понятым.       — Хочешь сказать радости простых смертных не для него? Никакой охоты, или рыбалки, только месиво, война, или моральное насилие? И даже зная все, о моей семье, ты все равно хочешь сказать мне, что он желал мне добра? — Арканн повысил голос, он не мог сдержаться не сейчас. На самом деле еще немного, и он был готов ударить её, настолько глубока была его обида.       — Что может тебе дать человек, у которого с рождения не было ничего! Ничего, Арканн! Ничего кроме силы и власти. Ни любящей матери! Ни отца, который мог бы учить его, а не использовать как бесхозного бастарда! Скажи мне? — она кричала в ответ.       — В восемнадцать ты возглавил самую масштабную компанию в галактике, со времен Вечной империи Раката. Ты вписал свое имя в историю не на одно тысячелетие. А у него ничего не было, ничего хорошего или светлого!       — Он не хотел, что бы я отправился с Тексаном, он запретил мне! — гнев клокотал у него в груди, обжигая ребра. Принц был зол на Рей, этот разговор загонял его в угол. И эта эмоция была неуправляема.       — Потому что он знал, что с тобой должно было случиться! — прокричала она в ответ, и голос её моментально померк, словно она осознала, что взболтнула лишнего.       — Откуда ты знаешь? Отвечай сейчас же? — он резко прижал её к стене, с такой силой, что сделал больно. Удар о стену выбил из легких воздух, спина отдавала тупой болью. Давненько Рей не сталкивалась с врагом равной ей. Из-за дел альянса многие тренировки приходилось пропускать, и нагонять все вечерами в одиночестве. Она сжала зубы, отвечая на удар, отталкивая его от себя.       Их отвлек друг от друга шорох, кто-то был внутри и шел им на встречу.