Украду

      Ночная Москва — смесь огней и свободы. Она дышит в своем особенном ритме так жадно, что не подстроиться невозможно. В салоне автомобиля тихо и пахнет ночью, и, если бы не подсветка магнитолы, казалось бы, что ты находишься внутри черной дыры. Жизнь большого города-космоса снаружи, а в салоне — умиротворение в противовес.       Далер откидывается на спинку переднего сиденья и наблюдает из-под опущенных век за Андреем. Как он мягко держит руль, как напрягаются его пальцы, когда кто-то нарушает правила на дороге. Лицо у Андрея спокойное, расслабленное. Не зная, что Далер наблюдает за ним, мужчина бросает на парня взгляд, улыбается, а потом снова смотрит на дорогу, больше не отпуская мягкую улыбку. И такой он уютный в этот момент, что Далеру кажется, будто вот он, дом. Только руку протяни, и ты утонешь в этом уюте.       И он не сдерживается. Протягивает руку и своими длинными тонкими пальцами проводит по щеке Андрея. Машина мягко притормаживает на светофоре, и мужчина поворачивает голову на Далера, мягко касаясь губами его пальцев. И улыбается. Улыбается тепло, по-домашнему и интимно, как бы говоря: «Это только для тебя. И я укрою тебя от всего, что есть в этом мире.»       Далер густо краснеет и, натянув на ладони куртку, жмется к окну. И тоже улыбается. Андрей лишь усмехается: «Ребенок.»       Они едут к Андрею домой, потому что: «Ну как я теперь отпущу тебя от себя, Далерка?» И так все это правильно, что парень не сопротивляется. Потому что они связанны какими-то внутренними нитями. Потому что им хватило часа понять, что он предназначен Андрею, а Андрей — ему.       Пока мужчина готовит продрогшему Далеру чай, парень осматривается. По всей квартире (даже в ванной) разложены учебники по физике. Открыв один на рандомной странице, Далер усмехается: как раз та тема, что они проходят в университете. От обилия интегралов рябит глаза, и парень захлопывает книгу, возвращаясь к своему основному занятию.       Квартира у Андрея в меру просторная: три комнаты, но одиноким себя не почувствуешь. Повсюду книги, а на подоконниках — цветы в горшках. Только вот уюта как-то не ощущается.       Далер обхватывает себя за локти, продолжая осматриваться, и не сразу замечает, как мужчина возвращается в комнату. — Никогда не понимал, как люди создают уют вокруг себя. Вроде бы и цветы купил, но все без толку. — Андрей улыбается и виновато обводит взглядом комнату. — Наташка, хоть и как айсберг была, а мелочами своими женскими и то атмосферу создавала.       Только закончив фразу, мужчина задумывается, вдруг сказал что-то не то? Но Далер лишь подходит ближе к стене, проводя ладонью по шершавым обоям. — Просто дело в памяти… — Подает голос парень. — Когда мы наполняем дом вещами, хранящим хорошие воспоминания, мы впускаем уют… Вряд ли учебники по физике на такое способны . — Далер разворачивается к мужчине лицом, и почти шепотом добавляет. — По крайней мере для тебя. — Для меня? — Андрей удивленно вскидывает брови и, не переставая улыбаться, опирается плечом о стену, внимательно глядя на парня. Далер тушуется и отводит взгляд, пряча ладони в рукавах толстовки, но все же отвечает. — Ты слишком живой и подвижный для сухой литературы…я бы больше паяльнику поверил. — Ого, да ты, видимо разбираешься. — По-доброму усмехается Андрей. — Да я вроде как на инженера учусь…       Они сидят на полу около дивана, пьют чай и пытаются узнать друг друга поближе. Из Далера чуть ли не клещами приходится выуживать хоть какие-то факты, но Андрею это даже нравится. В противовес собеседнику, мужчина чуть ли не всю свою жизнь пересказывает, подмечая, как от неспешных речей и спокойного голоса парень постепенно расслабляется и перестает вертеть в ладонях несчастную чайную ложку. — Кстати, Далерка, я кажется знаю, какой предмет теперь будет нести в себе приятные воспоминания.       На безмолвный вопрос Андрей лишь хитро улыбается и выходит из комнаты, попутно выключив в комнате, где они сидят, свет. А через пару минут возвращается…с гитарой. Андрей садится напротив Далера так, чтобы слегка касаться коленями. Зажимает аккорд и перебирает пальцами струны.       А Далер, кажется, забывает, как дышать. Он не шевелится, и легкий румянец покрывает скулы, будто парень смотрит на обнаженную девушку, а не на сурового мужчину с гитарой. Свет от уличного фонаря, как вчера, падает на лицо Мужчины, высвечивая левую часть лица и полностью погружая во тьму правую, и немного бликует на корпусе гитары. — То, как ты смотрел на меня… — Тихо начинает Андрей. От вида такого Далера, завороженного и слегка смущающегося, у мужчины пересыхает в горле, и он не сразу вспоминает, как говорить. — Я впервые почувствовал, что меня слушают.       Андрей грустно смотрит куда-то в бок, сразу вспомнив друзей, которым не важно, что он играет, лишь бы играл. И Наташу, которая на стены лезла всякий раз, когда он брал в руки гитару. Но полностью погрузиться в неприятные воспоминания ему не дает чувство тепла: чуть придвинувшись, Далер вытянул ноги по обе стороны от Андрея, уткнувшись при этом взглядом куда-то в пол.       Мужчина откладывает гитару и хрипло шепчет: — Далерка…       Парень поднимает взгляд и смотрит мужчине прямо в глаза. Андрей медленно приближается к лицу такого смущающегося, но при этом открытого сейчас Далера, чувствуя себя под этим взглядом одновременно и хищником, и ведомым.       Между ними всего пара сантиметров.       Далер прикрывает глаза с нервно подрагивающими ресницами и прерывисто дышит.             Между ними четверть миллиметра.       Андрей упирается ладонями в диван по обе стороны от головы парня и тихо шепчет: Далерка.       И этот шепот отзывается взрывом в их маленькой вселенной.       Далер резко распахивает глаза, и у Андрея сносит крышу. Он вжимается губами в губы парня требовательным поцелуем, сжимая ладонями лицо такого желанного человека. Далеру в пору бы засмущаться, но он так сильно этого хочет, что мозг выключается, позволяя расслабиться и плыть по волнам ощущений.       Андрей сжимает парня в руках, жадно припадая к губам, как путник, испытывающий жажду. Но ему все мало. Он перемещается с опухших от поцелуя губ на шею, оставляя на ней ярко алые следы. И только когда Далер начинает стонать в голос от переполняющих его чувств, Андрей с рычащим «Твою мать» нехотя отстраняется от парня. — Я хочу отдать тебе всю нежность и любовь…а не только страсть.       Парень обвивает шею Андрея и, трясясь, прижимается к тому всем телом. Минут 10 у них уходит на то, чтобы успокоиться и хоть немного начать трезво соображать.       От Далера пахнет мятой, а от Андрея — табаком. И они оба не против смешать эти запахи. Но пока рано.       Мужчина нежно подхватывает парня на руки и относит в спальню.       Повернувшись к кровати спиной, Андрей втихую наблюдает через зеркало за переодевающемся в домашнюю одежду Далером. Кожа у парня белая и будто светится в темноте. Позвонки так ярко выпирают, когда он наклоняется, снимая джинсы, что Андрею хочется подойти и пересчитать их губами, но он сдерживается. Переодевшись, Далер шепчет короткое «все» и нервно осматривается. — Доброй ночи. — Произносит Андрей, укрывая парнишку одеялом, и мягко целует. Пару минут сидит на корточках около кровати, глядя в глубокие глаза Далера, и сдается. — Можно, я лягу с тобой? Обещаю не приставать.       Получив в ответ кивок от заливающегося краской Далера, мужчина залазит на кровать к парню, крепко обнимая того со спины. И уже на границы сна, шепчет: — Доброй ночи, принцесса.