POV Marinette
В моей комнате разнеслись «крики» Адриана. — Аййй… — Что такое? — Кто-то атакует мою ногу и укусил ее. — сказал он сквозь зубы. — Так, может, ты слезешь с меня? — Нет, нельзя, принцесса. — подмигнул мне, после чего его лицо исказилось из-за, еще одного, нападения Цитруса. — Ты собираешься и дальше лежать на мне и позволять мучать себя? — Да. Его губы приблизились к моим и через секунду мы поцеловались. Я приоткрыла рот, чтобы его язык мог соединиться с моим. Сердце билось как сумасшедшее, а дыхание участилось. Его поцелуи обжигали меня, возбуждали. Мои руки переплетались с его волосами, а его — блуждали под моей кофтой. Наши жадные поцелуи не имели конца. Мне не хватало воздуха. «Что сейчас творится? У меня кружится голова.» Моя кофта полетела где-то в угол, а после к ней присоединился и бюстгальтер. Адриан целовал мои шею и грудь, а с моих губ срывались тихие стоны. Он повис надо мной, его зеленые глаза были полны адреналина. Продолжал целовать мои губы, его черная футболка присоединилась к моим вещам. Автоматически я начала водить руками по его накачанному торсу. Нет, Адриан не был качком, но я даже и не думала, что он накачанный. — По моему, тебе надо было что-то сделать, принцесса. — Заткнись. Я притянула его обратно. Пальцы плавно съехали к его ширинке, который я начала поспешно расстегивать. Он помог мне снять свои джинсы. Адриан остался с одних лишь боксерках. Я почувствовала тепло с внутренней стороны ляшки, которое поднималось вверх, проезжаясь через мое интимное место. Мои шорты исчезли так же быстро как и его джинсы. Во время наших поцелуев, Адриан перенес нас на кровать. Признаю, так намного удобнее, чем на полу, но какой это имело смысл? Никогда еще не было мне так хорошо. — Мари, ты уверена, что хочешь этого? -… — тишина. — Если ты не хо. — Да. — Что? — Я хочу тебя, Адриан. Для подтверждения я еще раз поцеловала его. Мои трусики оказались на полу. Голая? Да. Возбужденная? Да. Беззащитная? Да. Влюбленная? — Ты прекрасна, Мари. Я не должна была смотреть в зеркало, чтобы увидеть насколько я красная. В то же время он не улучшал ситуации пожирая меня взглядом. — Спокойнее, помидорка. — У тебя нет лучший прозвищ? — Нет. На моих губах появились горячие поцелуи, которые, через пару минут, начали менять свое положение. Он направлялся в сторону моей шеи оставляя засосы. Его губы целовали мою грудь, временами посасывая соски. По телу пошли мурашки, мои стоны были все раскованней и громче. Дальше поцелуи шли все ниже, через живот к бедрам. Его теплые ладони появились на моих бедрах, после чего он осторожно начал их раскрывать. — Не хочу, чтобы что-либо сделало тебе больно, поэтому мне надо приготовить тебя. Мой разум еще больше затуманился после очередного поцелуя. Вдруг, я почувствовала, что в мою вагину входит палец Адриана. Я немного поднялась вверх, после чего опустившись издала стон в губы любимого. Он двигался вверх и вниз, прибавляя второй палец, затем третий, а когда я полностью расслабилась то и четвертый. Через минуту Адриан достал свои пальцы, но мне хотелось, чтобы он продолжал. Только сейчас я заметила, что на нем до сих пор боксерки. Он поспешно их снял и передо мной показался его член, который был довольно-таки массивным. Я немного покраснела. — Какая ты сладкая, принцесса. Голова Адриана остановилась возле моей шеи, а его губы оставляли все больше засосов. Его головка уперлась в мой клитор. Он вошел. Я моментально выгнулась как лук и выдала болезненный крик. Поцелуи направились на мои губы, а я вцепилась в его волосы, когда он попробовал еще раз войти. — Успокойся, звездочка, я буду осторожно. — Верю тебе. Аййй!!!***
Я проснулась на груди у Адриана. — Доброе утро, принцесса. — Гусус, принц. — Гусус? — Гусус. Когда-нибудь я тебе объясню, что это значит. Сколько времени? — Пятнадцать минут десятого. — Окей. «РОДИТЕЛИ!!!» — Адриан, ты должен уйти пока не приехали мои родители и не увидели тебя здесь. — Успокойся, они уже дома около трех часов. «СМЕРТЬ» — Скажи, что они нас не видели. — Не видели. Точнее видели, но только меня. — Мне не жить. — Я сказал, что помогаю тебе с подготовкой для нашей фотосессии, а когда спросили почему я в боксерках, то сказал, что ты берешь мои размеры. Ты же знаешь, что они полностью мне доверяют, ведь я не раз у тебя ночевал. — Да, но обычно еще были Нино и девочки. — Но в этот раз они не нужны были. — Все равно мне не жить, жаль, что придется прервать этот прекрасный момент. Когда я хотела встать, блондин крепко обнял меня. — Адриан, мне надо одеться и тебе советую сделать тоже самое. — На мне боксерки, этого достаточно. Для меня ты не должна одеваться. — Я позвоню в полицию. — Звони. — Ненавижу тебя. — Я тоже тебя люблю. «Я тоже тебя люблю.»***
После долгих попыток, мне, все-таки, удалось выбраться. Когда я вышла из ванной, Адриана уже не было. Взяла из шкафа серые джинсы на высокой посадке, черный кроп-топ с коротким рукавом и золотой чокер. Только я открыла люк, то услышала смех. — Доброе утро, доченька. — сказала мама. — Адриан нам как раз рассказывает о вашей совместной фотосессии, которую ты подготовишь. «Наверное поэтому они смеялись.» — Что вы пожелаете? — спросил Адри. — Сегодня я ваш повар. — Вот как., пожалуйста омара, бокал белого вина, который я не выпью, поэтому еще минеральную воду из самих гор с настоящими пузырьками. Мой заказ понят? — Да конечно, но я должен вас разочаровать потому, что в нашем кафе только яичница с беконом, тосты и чай. — Чай с лимоном? — С лимоном. — Тогда это. Все мы начали безудержно смеяться. На секунду мне показалось, что папа подавится тостом, который он ел. К счастью этого не случилось.***
— Ты уже уходишь? — Прости, принцесса, но Натали меня убьет. — Понимаю. — я сделала грустное лицо. — Пожалуйста, не делай так. Увидимся завтра. — сильно обняв его на прощания, я прошептала: «До завтра, мой принц.»***
Было около одиннадцати, а лежала и читала книгу. Вообще, в это время я бы сидела еще в школе, ведь сегодня четверг, но наша школа странная и каждый год у нас выходные под конец сентября потому, что учителя планируют выезд для выпускников. И ад, в этом году, кроме выходных, меня ждет еще и выезд куда-то с друзьями. — Доброе утро, Маринетт. — Доброе, Тикки. Хорошо, что ты уже встала. Печенье на столе. — Мари. — Да? — Вчера ты и Адриан… — О нет, ты все видела? Прости, Тикки. — Я не об этом, точнее об этом, но… — она была особенно взволнована. — Тогда что? — Как тебе сказать. — Тикки! «Что она хочет сказать?» — Ты можешь быть беременна, Маринетт. «Она наверное шутит, я не могу быть беременна!» — Вы не защищались, а я постоянно чувствовала странную энергию. — То есть, я беременна или нет? — Не могу сказать. Не сейчас.