ultraviolence

Если говорить о том, чего я ожидала от загробного мира, то точно не этого. Я никак не могла смириться с мыслью, что после смерти нас ждет не Райский сад или Ад с карикатурными чертями и милыми ангелочками, а привычный глазу лес. Вероятно, это даже могло бы подходить под параметры Рая, если бы не чудовища, которые больше напоминали собой выходцев из нижнего мира. Огромные, голые и кровожадные. И не то, чтобы это меня огорчало, всё же кипеть в котле куда хуже, просто это выходило за рамки моего понимания вселенной. Резонно задаваясь вопросом, что за чертовщина, вообще, происходит, я могла только саркастично усмехнуться и отказавшись от здравого смысла, принять тот факт, что после смерти я оказалась в мире с титанами. Небезызвестными, к слову. Что может быть безумнее этого? Чуть ранее, глотнув горсть снотворного и запив всё это дедушкиной настойкой, я откровенно надеялась, что все просто закончится, мир просто исчезнет, позволяя мне раствориться в собственном грехе. Но у вселенной были на этот счет другие мотивы. Жизнь та ещё выдумщица.  — Меня либо титаны сожрут, либо я умру от изнеможения, пока доберусь до стены, — бубнила я себе под нос, еле волоча ноги. Тот ясный день, когда я только издалека могла наблюдать единственного титана, благоволил мне. Впервые увидев вдалеке огромное существо, с изуродованным, будто под действием радиации, лицом, я действительно подумала, что чокнулась. И до этого самого момента я тщетно пыталась уверить себя, что тот единственный великан мне всего лишь показался, быть может у меня предсмертные галлюцинации, черт его знает, как на мозг могла подействовать ядерная смесь из таблеток и настойки.  — Может быть, это вообще мир Джека и бобового дерева, — запрокинув голову к небу, протянула я. Полуденное солнце совсем не грело, а только неприятно слепило глаза, выставив ладонь козырьком, я попыталась разглядеть вдали хоть что-нибудь напоминающее о присутствии человека в этих землях. Человека нормального роста. Мои ноги гудели и умоляли об отдыхе, но если я не доберусь до какого-нибудь поселения, вряд ли смогу продержаться в дикой природе дольше суток. Комнатные растения не выживают в дикой природе. Я дёрнулась, чувствуя знакомую вибрацию в левом кармане домашних шортов. Вынув смартфон, я удивлённо уставилась на напоминание о скором Дне рождении младшей сестры. Буквы запрыгали перед глазами, а в груди так неприятно сперло, что пришлось оттянуть майку в мнимой попытке избавиться от этого ощущения. Передёрнув плечами, отгоняя наваждение, я заблокировала телефон и оглянулась кругом. Стояла буквально звенящая тишина, ни птиц, ни других звуков, даже ветра не было, полное затишье перед бурей. Я слегка поддалась вперед, вглядываясь в небольшую рощицу, что перерастала в лес с аномально высокими деревьями, по крайней мере, мне такие никогда не встречались. Деревья задрожали, а земля сотряслась, первой мыслью было землетрясение, я испуганно огляделась кругом, краем глаза замечая, как из пышной зелени на меня выбежал огромный человекоподобный титан. Страх крепко завладел мои телом, заставляя будто бы прирасти к земле, с неверием глядя на монстра. И если до этого момента я хоть немного сомневалась, то теперь точно можно было откинуть все теории, про предсмертный бред и галлюцинации, Боже, это был самый настоящий титан. Монстр нёсся прямиком на меня, размахивая своими огромными ручищами, словно кувалдами, деформированное лицо на контрасте со всем его видом выражало едва ли не эйфорическое спокойствие. Я нервно дёрнулась, панически обдумывая свой план отступления, растерянное, парализованное страхом тело не слушалось. Ко всему прочему, прятаться мне было негде, вокруг широкое поле, уходящее далеко за горизонт. Единственное место, где у меня был шанс — это лес, из которого и выбежал тот самый титан, там среди деревьев я могла бы попытаться выжить.  — Чёрт, была не была, — бросаясь слегка вбок, намереваясь оббежать монстра, всхлипнула я. Физической подготовкой я похвастаться не могла совершенно, куда веселее было прогуливать уроки физкультуры в раздевалке, обсуждая с одноклассницами новенький сериал. Поэтому дыхание сбилось сразу же, лёгкие начали гореть, а бежала я, кажется, на чистом адреналине. В момент, когда я уже готова была свалиться без сил, и будь, что будет, из того самого леса, немного севернее места откуда выскочил титан, появились люди на лошадях. Несколько мужчин выскользнули из своего седла, взмывая в небо, а свист натянувшихся тросов, резанул по ушам. Я обессилено рухнула, подставляя руки, чтобы не пропахать носом землю, затаив дыхание наблюдая, как солдаты парят над великаном. Мужчина крутанулся в воздухе, делая невероятный пируэт, и с точностью хирурга вырезал область на шее титана. Монстр с грохотом упал наземь, и от непропорционального тела тут же начал подниматься пар. Я облегчённо выдохнула, позволяя себе перевести дыхание, откинуть голову и удивиться тому, какое чистое голубое небо простиралось надо мной. Дыхание медленно приходило в норму, но сердце все еще продолжало биться где-то в горле. Почти все мои проблемы отпали разом: больше мне не требовалось самостоятельно искать укрытие, спасаться от вездесущих великанов и уповать на удачу. Но с решением одних проблем, появлялись другие. Небо исчезло, вместо него я увидела почти такие же небесно голубые глаза. Мужчина в котором, я к своему собственному облегчению, признала Эрвина Смита, удивленно выгнул густые брови, разглядывая меня в ответ настойчиво-любопытным взглядом. В моем мире Эрвин Смит со своими ярко выражеными скулами, смуглой кожей и пшеничными волосами считался бы просто красавчиком из Лос-Анджелеса, который любит ловить волну и петь песни у костра.  — Я командир разведотряда Эрвин Смит. — Прерывая поток моих странных мыслей, представился мужчина. — Как вы оказались за стеной? Я медленно выдохнула, потирая пальцем бровь, откровенно, даже не зная с чего начать. Переведя взгляд с командора, я тут же потеряла всякие связные мысли, натыкаясь на несколько десятков пар любопытных глаз.  — Я не здешняя, — морщась, поднялась на ноги, пытаясь подобрать правильные слова для того, чтобы объяснить присутствующим, что я, в общем-то, из параллельного мира. Между солдатами прокатился ропот, несколько молодых парней вытянули свое оружие, выступая вперед, напряженно всматриваясь в меня. Интересно, ждали ли они, что я брошусь на них с голыми руками или, может быть, обращусь в титана. Вполне мог быть второй вариант, если я попала в тот временной промежуток, когда Эрен получил свою силу.  — Что ты имеешь в виду? — нахмурился Смит, окидывая меня подозрительным взглядом, одновременно с этим подавая своим подопечным знак, опустить пока свои клинки. От моего ответа сейчас зависело многое. Если закрыть глаза на безумие всего происходящего и трезво оценить сложившуюся ситуацию, то я могла бы притвориться кем угодно — крестьянкой, что случайно оказалась за стенами и ничего не помнит; пророчицей, что знает будущее, указывая на каждого пальцем и рассказывая где, когда и при каких условиях он погибнет. А могла сказать правду, умалчивая некоторые подробности.  — Я из другого мира, — удивляясь тому, как же глупо было произносить подобные слова вслух, выдохнула я. Бровь Смита едва заметно дёрнулась. И осуждать его за недоверие, как-то неправильно, любой бы засомневался в подобном заявлении.  — Что значит «из другого мира»? — неожиданно оказываясь у меня перед лицом, брызнула слюной Ханджи Зое. — Ты из-за стен? Все присутствующие впились в меня напряженными взглядами. Неосознанно отступив назад от такого напора, судорожно раздумывала над тем, как правильно дать им понять, что я из абсолютно другого мира.  — Кхм, — облизывая пересохшие губы, прокашлялась я, — я из места, где нет стен. То есть у нас есть Великая Китайская стена, но она защищала китайцев от монголо-татар, вроде. И было это кучу лет назад. Сейчас Стена — просто туристическое место. — Разнервничавшись, я начала тараторить, глотая буквы и неся откровенную чепуху, не относящуюся к делу. — В общем, я из мира, где нет гигантов. Повисла неприятная тишина. Ханджи смотрела на меня во все глаза, похоже, пытаясь переварить мои слова и понять, говорю ли я правду или им удалось наткнуться на сумасшедшую. Смит же, похоже, тоже был слегка растерян, это отразилось на его лице, он обернулся к какому-то солдату.  — Нужно вернуться на базу до вечера, — дёрнув свою лошадь за поводья, Эрвин продолжил: — проверьте пока местность, а мы закончим тут и сразу выдвинемся. Я нервно вцепилась в подол своей футболки, наблюдая за тем, как солдат отдал честь и легко взобрался на своего скакуна. Смит переглянулся с Зое, та пожала плечами, мол и сама не может разобрать пытаюсь ли я их одурачить или с ума сошла от ужаса, пока гуляла за стенами.  — Как тебя зовут? — снова обращаясь ко мне, спросил командор.  — Лилу Йегер, — наблюдая за Эрвином, ответила я. Ни одна эмоция не проскользнула на мужественном лице Смита, и либо он такой прекрасный актер, либо же 104 отряд еще не был сформирован. К слову о фамилии. Я действительно носила фамилию Йегер. Дед был немцем, и во времена Второй мировой влюбился в бабушку, которая, неожиданно, была чистокровной полячкой. Дедушка выкрал её, и они тайно женились. Их первенец, мой отец, следственно унаследовал фамилию Йегер. А имя…ну, это был выбор моей матери. Оно всегда казалось мне неподходящим, вот моей младшей сестре оно бы пошло.  — Продолжим когда вернемся на базу, мы и так сильно задержались, — хмуря брови, отозвался Смит. Как настоящий джентльмен, или из соображений того, чтобы я никуда не сбежала, командор помог мне оседлать лошадь и сам сел позади меня. Я слегка сконфуженно вцепилась в гриву животинки, напряженно пытаясь понять, как мне сидеть так, чтобы не прижиматься к мужчине у себя за спиной и не свалиться с лошади. Мерный галоп и чудные виды помогли мне немного расслабиться, я, наконец-то, перестала мучить гриву бедной лошадки. У меня было время разложить всё по полочкам. В свою двадцатую зиму я закончила свою жизнь, оказалась в самом неожиданно неподходящем месте для загробной жизни и сейчас скакала верхом на лошади с командором Смитом. Куда более важно было то, как я поступлю со своими знаниями будущего этого мира. Нельзя было забывать об эффекте бабочки и тех последствиях к которым может привести мое появление здесь.

***

Свет от настольной лампы мягко рассеивается по комнате, из ноутбука доносится какая-то попсовая песенка. Я не спеша кружусь в обнимку с ненавистными конспектами по биологии. Отец всегда готовил меня к тому, что я буду поступать на медицинский, а у меня не было каких-либо возражений. Я резко останавливаюсь посреди комнаты, прислушиваясь, как за дверью сестра встречает отца из магазина. Вот она берёт пакеты и весело идёт на кухню, в надежде отыскать в покупках шоколадку. Вот в мою комнату кто-то трижды стучится и, не дожидаясь ответа, входит. Отец одет по форме, которая сидит с иголочки, и только синяки под глазами говорят о его напряжённой работе.  — Готовишься к экзамену? — заметив листы в моих руках, уточняет мужчина. У папы мелкие морщины вокруг глаз и несколько больших на лбу, волосы давно поседели, но лысины на удивление нет. У него большие мозолистые руки и цепкий взгляд, из-за которого я всегда ощущала себя провинившимся солдатом, которого он опять пришел отчитывать.  — Да, — запоздало отвечаю я, сильнее сжимая конспекты.  — Не засиживайся долго, ладно? — разглядывая стеллаж с моими книгами, просит он. Отец дослужился до звания главнокомандующего за рекордно короткий срок. В нем было столько хладнокровия и стали, что временами, он даже на человека не был похож. Как говорил дед: «Это в крови семьи Йегер — быть солдатами, хорошими солдатами.»  — Хорошо, — киваю я.  — Сегодня на ужин твоя любимая утка по-пекински. — Довольно добавляет он. Я провожаю спину папы взглядом. Его работа — это часть его. Была частью, до того как не стало мамы. Несчастный случай, скользкая дорога и обрыв, машина всмятку, шансов выжить — ноль. По словам отца — несчастный случай, в протоколе полиции — самоубийство. Конечно, куда легче вынести мысль, что мама просто не справилась с управлением, чем то, что она намеренно направила автомобиль в сторону обрыва. После похорон отец стал больше времени проводить дома, пытаясь вытащить всю семью из затяжной депрессии. Я зарываюсь пальцами в волосы, склоняясь к коленям. Невозможно смириться с чертовыми мыслями, и избавиться от них невозможно, они словно проказа распространяются по всему телу, тупой болью отдаваясь в затылке. На кухне гремит посуда, а в зале по телевизору идёт вечернее ток-шоу с какими-то звёздами. Чувство опустошения, не приносит облегчения, только желание реветь горячими слезами.

***

База разведкорпуса была серой и каменной, как те старые замки, утыканные в живописных местах по всей Европе. Я спрыгнула с коня, почесав ему мордочку, животное фыркнуло, тыкаясь мне в ладонь.  — Как его зовут? — обернувшись к Эрвину, поинтересовалась я.  — Зоря, — наблюдая за мной, ответил мужчина. Кивнув, напоследок почесав Зорю за ушком, двинулась за Эрвином, который будто бы и держал пугающее выражение лица, но видимо, не сильно верил в то, что я могу напасть или попытаться убежать. Внутренняя отделка этого места, как и внешняя, была весьма однообразной. Длинные, полутемные коридоры с дрожащими тенями от факелов, навевали мысли о Дракуле, привидениях и почему-то приключениях Скуби-ду. Сестра была без ума от этой собаки. Смит же, петляя коридорами, привёл меня в свой кабинет. Мужчина сел за стол, жестом указывая мне на стул, я послушно присела, оглядывая несколько стенных шкафов, заполненных свитками и книгами. Не успела я и рта раскрыть, чтобы уточнить у Смита свое положение, как дверь в его кабинет отворилась и вошли двое: Ханджи, чьи глаза горели неподдельным любопытством и Ривай Аккерман. Зое подскочила к столу, поправляя свои очки и внимательно меня оглядывая с ног до головы, пока Аккерман, бросив на меня только взгляд полный открытого недоверия, отошел к противоположной стене.  — Ты сказала, что ты не из нашего мира, — привлекая мое внимание, начал Эрвин. Повисла напряженная тишина, под испытующими взглядами, я чувствовала себя крайне неуютно, от того поёрзав на стуле, уставилась на гобелен за Смитом, непонятные узоры, помогали собрать мысли в кучу.  — Да, — кивнула я, подтверждая свои слова, — как я и говорила, в моем мире нет стен и титанов.  — Да она просто сумасшедшая, которая как-то оказалась за стенами, — неожиданно подал голос капрал. — С чего нам ей верить? Справедливо. Пусть меня и раздражала некая неприязнь в холодном тоне капрала, однако не согласиться с ним я не могла. Окажись я на их месте, повела себя так же. Я закусила губу, складывая руки на груди и пытаясь придумать, как доказать свои слова. Честно, хотелось просто вскочить и, топнув ногой, возмутиться, мол, не хотите не верьте, но что это даст?  — Достаточно сложно поверить во всё то, что ты сказала, — тяжело вздохнув, согласился с Аккерманом Эрвин. — У тебя нет никаких доказательств. Уставший, переживший слишком много стресса за один день мозг не выдавал ничего путного, кроме: «доказательств нет, но врать-то мне зачем?!». Только в заднем кармане неожиданно завибрировал телефон, я дёрнулась, вытаскивая жужжащий предмет. Напоминание о Дне рождения сестры. Я проглотила ком в горле, отключая вибрацию и поднимая взгляд на всех присутствующих.  — Мое доказательство, — осипшим голосом начала я, — средство связи из моего мира. У вас же нет таких технологий, и вряд ли скоро появятся. Ханджи была похожа на бульдога, что сорвался с цепи, завидев маленькую шавочку. Выхватив у меня из рук телефон, женщина с интересом ученного, что был на грани открытия по меньшей мере нового химического элемента, начала вертеть его в разные стороны.  — Средство связи? — повернувшись ко мне, уточнила Зое.  — Да, я могу позвонить своим родным, которые находятся в другом городе и говорить с ними в режиме реального времени. — Чувствуя себя слегка странно, объясняя что такое телефон, ответила я. В комнате повисла давящая тишина, Ривай всё так же подпирал собой стену, прикрыв глаза и скрестив руки на груди. Эрвин сложил ладони домиком и заинтересованно разглядывал меня, будто ему удалось отхватить лучший экспонат на аукционе. Ханджи же больше была увлечена смартфоном.  — Как ты оказалась в нашем мире? — наконец нарушил тишину Смит. Я шумно выдохнула, собираясь ляпнуть что-то вроде эпичного: «Я умерла», но вовремя остановилась, понимая, что это будет уже перебор. Поэтому просто пожала плечами, отвечая так же честно:  — Мне бы самой хотелось это выяснить, мистер Смит. Эрвин понимающе кивнул и задумчиво откинулся в кресле. Ханджи оставила в покое мой телефон, возвращая его мне в руки и уселась на широкий диван. Выражение ее лица было предвкушающим и мне даже на секундочку не хотелось бы знать, что творилось в ее голове.  — Думаю, нам всем стоит отдохнуть, а утром решить как поступить дальше. — Устало поднимаясь с насиженного места, произнёс командор. — Лилу, ты останешься на ночь под присмотром Ханджи. Я кивнула, слегка настороженно покосившись в сторону женщины. Главное, чтобы она ночью не решила меня препарировать.  — Можете идти, — кивнув нам с Зое, Эрвин обернулся к капралу, — Ривай, останься. Не нужно было быть семь пядей во лбу, чтобы догадаться, что обсуждать они будут меня и мое будущее, я последний раз обернулась на капрала, встречаясь с ним взглядом. И зря. Весь вид этого мужчины говорил о его недоверии ко мне. Сглотнув, я поспешила за Ханджи. Мы шагали тёмными коридорами замка, изредка встречая часовых на их постах. Планировка этого места была просто кошмарной, запутаться тут, как пить дать.  — Тут столовая, — махнув рукой на массивные двойные двери, пояснила Зое, — а в той стороне душевые. При слове душевые я радостно оживилась, представляя, как тёплая вода смоет с меня всю грязь, а заодно и все воспоминания о прошедшем дне.  — Мы можем ненадолго заглянуть в душевые? — с мольбой взглянув на Зое, попросила я.  — Хорошо, тебе как раз стоит сменить одежду, — оглядев меня с ног до головы, нахмурилась Ханджи, — в твоем мире допустимо настолько оголяться? Я удивленно захлопала ресницами, если честно, не ожидая подобного вопроса. Я опустила взгляд, ища в своем наряде какие-то признаки недопустимости. Ничего такого. Обычные шорты, футболка и отцовская фланелевая рубашка. Пусть такие вещи я обычно носила дома, но не видела ничего зазорного, чтобы выйти в них же в магазин.  — Н-нет, у нас так многие женщины одеваются, — поспешно застегивая пуговицы на рубашке, ответила я. Зое хмыкнула, заводя меня в так называемые душевые., выдав мне полотенце и показав, как всё работает, женщина убежала за сменной одеждой для меня. Я осталась один на один со средневековой системой мытья. И почему в школе рассказывали обо всем, кроме того, как работал водопровод в замках. Хотя, сомневаюсь, что он там был. Но все оказалось проще, чем я думала. Местная система купания была чем-то похожа на бани. В центре комнаты был колодец с водой, несколько скамеек, а в углу слив. Я радостно отыскала ёмкость и разделась, осторожно складывая свою одежду на скамейке. Вода была комнатной температуры, но это куда лучше, чем ничего. Смывая с себя всю грязь и усталость, я наконец смогла расслабиться. Только сейчас я в полной мере ощутила всю усталость, страх и тревогу. Пальцы мелко подрагивали и я отложила ковш, замотавшись в полотенце, присела на лавочку, обнимая себя за плечи, мне не хотелось плакать или жалеть себя. Только уснуть и больше не просыпаться, будто это действительно всего лишь фантазии умирающего мозга. Вздрогнув, когда в банное помещение отварилась дверь, я испуганно обернулась, облегченно замечая там Ханджи с чистой и подходящей одеждой.  — Одолжила у Ривая, должно быть по размеру. — Отдавая мне штаны и рубашку, кивнула женщина. Я замерла. В смысле у Ривая? В замке что, больше не у кого взять одежду? Он же точно это не одобрил, если, вообще, был в курсе. Я опустила растерянной взгляд на чистые штаны и рубашку, не зная, как поступить. Учёная же быстро вышмыгнула из ванны под предлогом, мол, не хочет меня стеснять, а я осталась один на один со своими сомнениями. Делать было нечего, я уже начинала замерзать. Дрожащими руками, все-таки, натянула штаны и рубашку, через раз попадая пуговицами в петельки. Ханджи ждала меня под дверью, а когда я вышла, оглядела меня с ног до головы и удовлетворённо кивнув, поманила за собой. Я задумчиво просушивала полотенцем мокрые волосы, чувствуя подступающую сонливость. Я зевнула, прикрыв рот ладошкой и в тайне надеясь, что, когда проснусь, всё это исчезнет. Комната Зое находилась в легком беспорядке, это если говорить мягко. Тут и там валялись разные скляночки и колбы, на стенах висели разные схемы и зарисовки, кровать была завалена хламом в виде одежды и каких-то странно пахнущих тряпочек. Мне совершенно не хотелось знать, что еще могло храниться в этой комнате. Ханджи одним лёгким движением руки сгребла всё на пол, довольная предлагая мне лечь в ее постель.  — А это… где будешь спать ты? — оглядываясь вокруг, спросила я.  — Не переживай, я буду у себя в лаборатории, — находя какие-то бумаги на столе, улыбнулась учёная. Я кивнула, буквально падая на кровать, стараясь не думать о клопах или другой живности. Я была слишком вымотана, напугана и растеряна, чтобы волноваться о таких незначительных, на фоне других вещей, проблемах.