Принц преисподней

— Ну так… Что будем делать? — ПаперДжем неловко почесал затылок. — Не знаю… Может прогуляемся? — тихо спросил Градиент, снова пряча взгляд под капюшоном. — Ну… Почему бы и нет? — ПиДжи развернулся к новому знакомому спиной. — Кстати, можно я буду звать тебя Градом: не люблю полные имена, -он бросил короткий взгляд через плечо. — Я… Я не против… — быстро пролепетал Град. — В приюте меня звали и похуже, — уже тише добавил он, надеясь на то что его не услышат. — В приюте? — переспросил Джем, немного удивляясь. — Просто забудьте… — тихо прошептал Гради, отворачиваясь. — Ну уж нет, — выплюнул Пи. — Если уж начал говорить — говори. И не нужно ко мне так официально, зови меня на ты и просто ПиДжи, — лёгкая улыбка коснулась уст сбежавшего скелета. — Х-хорошо… — неуверенно ответил «стесняшка», тоже немного улыбнувшись. — Вот и славно. А теперь давай найдём тихое место и ты мне всё расскажешь, — предложил Пи и, взяв собеседника за руку, направился в глубь леса.       Всю дорогу они шли молча. Градиент думал о чём-то своём, а Папер размышлял как раз об ситуации в которой они оказались: ему было непонятно, почему судьба личностей которых он знает достаточно долго, интересует его намного меньше чем жизнь этого, совершенно незнакомого ему, застенчивого скелета. Джемми был интересен он весь: кто он; как жил; что любит; почему так зажат? Это пугало, ещё не разу такого не происходило: даже если скелет со странной черепушкой и интересовался чужой жизнью, то делал он это только для вида, а с этим парнишкой всё по другому, он словно закрытая книга, с крайне интересным описанием, и тебе скорее хочется открыть её и прочитать. Наконец-то подростки добрались к довольно тихому местечку: рядом с рекой, что неторопливо несла свои воды в даль. Два скелета сели на мягкий зелёный ковёр из травы. — А теперь рассказывай, — Джем перевёл взгляд с реки на собеседника. — А что рассказывать? Вырос я в приюте при храме Марии богородицы… Но даже не смотря на то что это православный приют, дети там очень жестокие. И… И я невольно стал… Изгоем… Наверное это всё из-за моей необычной внешности… Приходилось терпеть унижение и побои… — в уголках глазниц Градиента скопились небольшие слезинки. — Надо-же… И ты не разу не дал отпор? — удивлённо спросил ПиДжи. — Нет… — тихо прошептал Град. — Почему?! — так-же удивлённо вскрикнул ПаперДжем. — Потому-что я не в праве судить их. Господь их осудит и накажет, а я прощу ведь в библии говорится «не судите, и не будете судимы; не осуждайте, и не будете осуждены; прощайте, и прощены будете», — Гради сложил руки в молитвенном жесте, на что Папер лишь брезгливо поморщился. — И ты веришь во всю эту чушь? — недовольно спросил Джем. — Конечно. Это слово божье, я желаю и буду верить в него, — ответил верующий, блаженно улыбнувшись. — В слове господнем наше спасение, мне искренне жаль тех кто не уверовал в него.       ПиДжи отвернулся от собеседника и вывалил язык зажмурив одну глазницу, выказывая тем самым своё искреннее отвращение. Он с детства не любил всю эту чушь про боженьку и его заветы, ведь с малых лет считал, что всего нужно добиваться своими силами, а не ждать божьей помощи. — А недавно: пару дней назад, во время вечерней молитвы, появился ангел. Он забрал меня, сказав что мой родитель сам ангел, — было видно что это самое счастливое воспоминание за всю жизнь. — Наивный ты, — ехидно заметил Пи. — Что? Почему наивный? — удивлённо спросил Градиент. — Ты веришь во всю эту чушь на счёт демонов и ангелов — это крайне наивно и, не обижайся пожалуйста, глупо. На твоём месте, я бы уже рвал когти из этого места, — проговорил Джемми, откидываясь назад и опираясь на руки. — О чём ты говоришь?! — вскрикнул Град. — Зачем мне бежать? Я так долго ждал когда смогу увидеть своих родителей, и господь наградил меня за терпение и бескорыстную веру! Мне нет смысла бежать, — продолжал он, прижав руки к рёбрам. — Ага, конечно. Ладно, давай предположим что твой родитель и в правду «ангел», — Джем делал пальцами жест ковычек. — Тебе разве не обидно что он бросил тебя? Мне кажется что лучше уж жить в приюте чем в такой семье, которая чуть что бросает тебя, — он злобно скрестил руки на груди. — Ты не понимаешь! — всё так-же кричал Градиент. — Ты… Ты не понимаешь какого это… Знать что ты один и возможно самые близкие тебе мертвы, возможно в опасности, а ты лежишь и не можешь им помочь… Ведь… Ведь у них были причины что-бы оставить тебя, — он уже просто рыдал, не в силах сдержать своих эмоций. — Не реви, я тебе ничего такого не говорил, — попытался успокоить его Пи, но «ангел» лишь сильнее разревелся. — Ну хватит… Не плачь… — он протянул руки и обхватил дрожащее тельце собеседника, поглаживая его по позвоночнику, в неуклюжей попытке успокоить.       Странно… Для ПаперДжема было неприятно наблюдать за тем как этот странный скелет плачет, как зеленоватые слёзы стекают по его скулам, оставляя за собой солёные дорожки, затем падают и разбиваются о землю. Будь на месте Градиента кто-то другой, ПиДжи даже и не обратил внимание на слёзы, но этот наивный парнишка чем-то сильно зацепил, навсегда оставив след в душе Пи… Пусть сам того и не желал.       Между ними огромная пропасть. «Ангел» и «Демон»; дитя ласкового рая и жестокого ада; ранимый верующий и чёрствый атеист. Они никогда не должны были повстречаться, но судьба странная штука. На первый взгляд, между ними нет ничего общего, но они похожи: оба сироты; оба одиноки, но по разным причинам; оба желают ответов на свои вопросы; оба хотят счастья, пусть это понятие и разное для них.       Неожиданно со стороны леса послышался громкий шорох, от чего Градиент вздрогнул, поднимая испуганные глазницы. — Что случилось? — удивлённо спросил ПиДжи, тоже оборачиваясь, но не выпуская свою «находку» из объятий. — Я что-то слышал, — испуганно шепнул Град. — Мне рассказали что в этом лесу много хищников. — Подожди здесь, я схожу проверю, — ответил Джем вставая. — Хорошо… — неуверенно ответил Град.