Танцуй со мной!

(ВКЛ Swiss, Music Kidz – One in a million) Тем же вечером я отправилась в танцевальный зал. До выхода альбома оставалось всего ничего, если верить Дэвиду, а у меня техника начала страдать из-за всех этих происшествий. Чтобы вернуть ее, решила немного поимпровизировать. Включив нужный трек, размялась. Спина тут же отдала неприятной ноющей болью. Стараясь не отвлекаться на нее, делаю выпад вперед с приседанием на одно колено. Резкая боль в пояснице, и я оказываюсь лежачей на полу. Из глаз брызнули слезы, зубы впились в нижнюю губу. Собрав все силы в кулак, встаю на ноги. Пару раз потянувшись и прогнувшись в спине вперед, пробую снова повторить простой выпад. В этот раз поясница отдалась тупой болью. Хотя бы не до слез – уже хорошо. Шаги, повороты, выпады, скольжение – это все давалось мне с трудом и болью. Я снова и снова кусала себя за нижнюю губу и щеки изнутри, но не останавливалась. Несколько раз упала, так как в спине что-то постоянно простреливало. У меня ноги не так сильно болели, как она, хотя на них живого места не было из-за порезов. Примерно через час, я упала на пол, подтянув ноги к груди, чтобы мышцы спины немного расслабились. Устав так лежать уже минут через десять, я стала ступнями на паркет и прикрыла глаза. Дышать было тяжело. Сердце бешено колотилось, не желая успокаиваться. В голове был «вертолет». Казалось, встань я на ноги и открой глаза, тут же рухну на пол и не факт, что удачно. В худшем случае могу приложиться так, что потом недели две на люди не покажусь. Более-менее отдохнув, снова встаю. Мне нельзя расслабляться. Я же солистка группы подтанцовки. Должна быть примером для них, а не расклеиваться из-за какой-то ноющей боли в спине, из-за того, что один придурок не принял моего отказа и решил похитить. Я должна вернуть свою форму, чего бы мне этого не стоило… Либо я отправлюсь домой, как сломанная кукла. Очередной выпад с прогибом спины дается мне очень и очень трудно. Поясница болит так, словно я мешки с цементом из вагона три ночи подряд разгружала. Коленки начали дрожать, а силы в ногах становилось все меньше и меньше. Опустив взгляд на бинты, я чертыхнулась. Они обрели красноватый оттенок, что означало лишь одно – раны разошлись от перенапряжения. Хорошо, что мне не накладывали на них швы. Хромая, я дошла до скамьи и рухнула на нее, прислонившись спиной к стене, прикрыла глаза. Сейчас немного отдохну и начну собираться домой. - У тебя все хорошо? Я вздрогнула от неожиданности, открыв глаза. Повернув голову на нарушителя моего спокойствия, вымученно выдохнула: - Типа, да. Такой ответ устроит? - Меня нет. А тебя? – Том оттолкнулся от дверного косяка и подошел ко мне. Присел напротив и посмотрел на бинты. – Почему ты никогда не слушаешь советы докторов? Тебе же было сказано, постельный режим. - Меня не прельщает идея валяться в кровати, когда на носу выход сингла. Дэвид ясно дал понять, что меня ждет, если я совсем раскисну, - тяжело вздыхаю. – Ты что-то хотел? - Просто проверить как ты, - улыбается уголком губ. – Но вижу, что совсем хреново. А на счет Дэйва не переживай. Он не сделает ничего, что может навредить группе. - Хреновее некуда, - соглашаюсь с гитаристом. – И все же мне стоит переживать, так как в доме теперь живут Стелла и Патрик. Стелла одна из тех, кто с легкостью займет мое место, глазом не моргнув. - Боишься потерять власть? – поинтересовался Том, улыбаясь уголком губ и касаясь моих ног пальцами. - Боюсь потерять то единственное, что по-настоящему приносит мне удовольствие. - Почему же ты тогда не стала профессиональной танцовщицей? - Обстоятельства сложились против меня. Ты не отвезешь меня домой? - А как же твои раны? Бинты нужно сменить. - Дома сменю. - Я тебе помогу, - встав, Каулитц протянул мне руку. Надев на плечи толстовку, я уже собиралась взять сумку и выходить, но у Тома были другие планы. Он забрал у меня сумку, подхватил меня на руки и понес на выход… У машины ему пришлось поставить меня на асфальт. Сняв блокировку, уселся на место водителя, открыв мне дверь. Я забралась в машину, закрыла за собой дверь и пристегнула ремень безопасности. - Домой? – уточнил парень, заводя джип. - Да, - согласно киваю. * * * (ВКЛ Laam – Que L’amour nous garde) Том внес меня на руках в мою комнату. Усадил на кровать и включил свет. Принес из ванной аптечку и присел у моих ног. - Я бы хотела сначала принять душ, - отчего-то смущаясь, говорю парню. - Иди, - легко отпускает. – Составить компанию? – слишком серьезным тоном спрашивает, а в глазах чертики заплясали. - Спасибо, как-нибудь сама, - встаю и ухожу. Закрыв дверь ванной, прислоняюсь к ней спиной. Если бы не эти чертовы раны с бинтами, я от общества Тома в своей душевой ни за что не отказалась бы. А так… придется ждать другого случая. Закончив с водными процедурами, я покинула душевую. Просушила волосы полотенцем. Накинула на плечи халат и позвала Каулитца. Он появился сразу же, с аптечкой в руках. - Бинты выглядят ужасно, - констатировал он, посмотрев на них. – Здесь будем от всего избавляться? - Да. Отложив аптечку на столик, гитарист усадил меня на тумбочку. Взял ножницы и осторожно разрезал мокрые бинты. Очень медленно отрывал их от ран. Хоть они и размокли от воды, снимались тяжело. Затем достал салфетку и протер все ранки. Смочив перекисью ватку, промокнул их. Когда я шипела от неприятных ощущений, Том дул на них. Эти его действия заставляли улыбаться и млеть от заботы. - Ну, вот и все! – сообщил Каулитц, закончив обрабатывать и перебинтовывать мои ноги. – Так намного лучше. - Спасибо! - Да не за что, - передергивает плечами. - Тебе нужно было на врача идти учиться. - Зачем? – смотрит на меня удивленно. – Лучше я буду разбивать девичьи сердца, чем лечить их. - Так лучше, правда? - Да. Тебя уложить в постель? - И было бы замечательно, если бы ты остался, - с надеждой смотрю на него, ожидая решения. - Лина, я… - Если не хочешь, я… - Я хочу, - берет меня за руки. – Очень хочу, но не могу. Я должен вернуться на студию, иначе меня Дэвид и парни съедят. - Отказ принимается, - улыбаюсь, а у самой кошки на душе заскребли. Вот почему я не хочу, чтобы он уходил? - Не обижайся, ладно? – гладит меня по щеке. – Как только у нас появится свободный денек, я увезу тебя, куда захочешь. - Обещаешь? - Обещаю. - Хочу в Нью-Йорк. - Заметано! – протягивает мне ладонь. - Ловлю на слове, - пожимаю ее. Сняв меня с тумбочки, Том донес до кровати и усадил. Поцеловал в губы и ушел, пожелав спокойной ночи… Стоя у окна, я видела, как он садится в машину и уезжает. В голове роилось столько разных мыслей, противоречащих друг другу, что просто ужас. Но разбираться с этим роем сейчас мне хотелось в самую последнюю очередь.