Song Of My Soul.

Как только закончился концерт, я, Намджун и Джин вошли за кулисы, предъявляя VIP билеты охраннику, стоявшему за дверью гримерки Чимина. Белая деревянная дверь открылась, показывая светлое помещение и Чимина, сидящего на стуле и стирающего сценический макияж. -О! Ребята, вы пришли, — пепельноволосый резко развернулся на стуле и спрыгнул с него, ярко улыбаясь, обнажая идеально белые зубы. -Мы не могли не прийти, Чимин-а, — Джин, улыбаясь, подходит к парню, протягивает руки к щекам и теребит их. -Хеен, мне кажется, ты приходишь только из-за моих щек, — Чимин притворно надул губы, повернув голову вправо. Еще чуть-чуть и я порву руки Джину, и плевать что он мой друг. Мои пальцы нетерпеливо покалывали, стоило мне увидеть мягкие и, я уверен, очень нежные щеки Пака. -Может быть, все так и есть, Чимин-ни, — Джин подмигивает в своей привычной манере, все же отпуская щеки младшего, от чего они заалели. Пак прижимает руки к красным щекам, шепча что-то себе под нос и являя миру свои милые маленькие пальцы, на которых поблескивали серебряные кольца разных видов. Кажется, сердце Мина остановилось от милоты. Блондин обреченно вздыхает, приглаживая свои волосы. Юнги вообще никогда не был таким, он никогда не считал вещи милыми и красивыми, до того момента, пока не встретил Пака, конечно. Вновь мельком взглянув на Чимина, они встретились взглядами, от чего пепельноволосый немного вздрогнул, краснея и что-то отвечая Намджуну. Мин едва ощутимо улыбается, смотря себе под ноги. Он никогда не употреблял наркотики, даже и не пытался, но прямо сейчас, кажется, он понимает, что чувствуют наркоманы, которые только-только получили дозу спустя долгое и мучительное время ломки: перед глазами белые вспышки, и дыхание пропадает из легких, будто его ударили куда-то под дых, и, признаться честно, Юнги нравится, нравится до дрожи в ебаных коленках. Мин ни капельки не пожалел, придя на концерт. Видеть Чимина таким: счастливым, с блестящими глазами цвета виски, откинутыми назад пепельными, от частого поправления, прядями и бегающего по сцене, хихикающего в микрофон, доставляло Шуге неописуемое удовольствие. -Хен…к-как тебе выступление? — из раздумий его вывел хриплый голос Пака, от чего по коже Мина прошлась волна мурашек. Юн поднял голову, оглядывая помещение взглядом — кроме Чимина и Юнги в комнате никого не было, за что он благодарил Джина и Намджуна. Так. Ладно. Самое главное не сказать какую-нибудь чепуху в духе Мина Юнги. -Это было…нереально, — голос блондина переходит на шепот, и он медленно подходит к Чимину. Пепельноволосый стоит, теребя вязанный кремовый свитер, опуская глаза и вмиг краснея еще пуще прежнего. -Спасибо, хен, слышать от тебя такое на самом деле очень для меня важно, — младший тоже шепчет, все еще не поднимая взгляд. — Мне нравится измененный вариант аранжировки, сам делал? — кажется, улыбка Юнги сейчас треснет. -А-ага, на самом деле это был мой первый раз, — медленно проговаривает он, отводя глаза, а потом в ужасе приоткрывает рот, когда осознает двусмысленность сказанной фразы. — Я не это хотел сказать, Хен! Хватит смеяться! — говорит младший возмущенно. А Юнги…а что Юнги? Он сгибается пополам, смеется так громко, насколько это вообще возможно. -Ну Хееен, прекратиии, — он хватает бледную руку блондина, пытаясь вразумить старшего. — Это не смешно, — Пак обиженно поворачивается, пытаясь уйти, как его хватают за запястье, поворачивая обратно и оказываясь нос к носу с Юнги. Чимин буквально чувствует горячее дыхание у себя на губах, а уши буквально закладывает от учащенного сердцебиения. -Чимин, тебе надо…-дверь открывает одна из девушек стаффа, что-то тараторя, но потом замирает от картины, которую она видит. Шуга отмирает, быстро отходя на расстояние вытянутой руки от Пака. Младший проводит языком по губам, на секунду бросив взгляд на блондина, поворачиваясь и отвечая девушке. Дверь закрывается с характерным хлопком. -Хен, мне нужно идти, — пепельноволосый подходит к углу комнаты, ища что-то. -Эмм, да, конечно, — Мин кивает, направляясь в стону двери и хватаясь за ручку, но его останавливает голос Чимина: -Может, погуляем как-нибудь? — тараторит он.- Если ты, конечно, не занят, — быстро добавляет Пак. -Да, конечно, я напишу тебе, — кивает Юн. -Откуда у тебя мой номер? -У меня свои способы, — блондин подмигивает, выходя из помещения. *** Глубоко вздохнув, я открыл дверь того самого синенького кафе на середине улицы. В нос сразу же ударил запах корицы и крепкого, свежесваренного кофе. Расстегивая пальто, я направился к дальнему столику около окна, где уже сидел Чимин. Договориться о встрече мне приспичило еще вчера ночью, когда я пытался сочинить новую лирику или хотя бы пару начальных строк, а Чимин, судя по всему, только вернулся из зала. На самом деле я даже не ожидал, что смогу написать ему, и до самого пробуждения думал, что это было очередным сном. Но пиздец ожидал меня тогда, когда я взял в руки смартфон, и там высветилось сообщение Пака о том, что сегодня у него как раз выходной и он не прочь встретиться в кафе. Чимин сидел и что-то сосредоточенно читал в телефоне, попивая из коричневой кружки с его инициалами латте (о кофе, который он любит, я узнал из статьи, что прочитал на днях).Теперь черты его лица расслабленны, карамельные глаза чуть прикрыты, полные губы что-то шепчут под нос. Сделав пару глубоких вздохов, я сел напротив него. -Привет, — я приветливо кивнул, поворачиваясь к знакомому баристе, чтобы сделать быстрый заказ. Он растерянно поднял голову, раскрывая глаза, а потом привычно широко улыбнулся. -Хен! Привет! -его щеки вмиг заалели, делая его чертовски милым. -Прости, что заставил тебя ждать. Быть соседом Намджуна не так-то просто, — я устало потер переносицу, вспоминая сегодняшний инцидент. За этот месяц я впервые выспался, и чувствовал себя как никогда бодро. Утро уже не казалось таким угнетающим, и на секунду я действительно подумал, что день сегодня может и задаться. Но на кухне меня ожидал сюрприз в виде растерянного Намджуна с подгоревшей сковородкой, едким запахом гари и клубами черного дыма. -Должно быть, с ним действительно трудно, — пепельноволосый хихикнул, прикрывая рот маленькой ладошкой. -Почему ты прикрываешься? У тебя чертовски красивая улыбка, Чимин, — неожиданно для себя и для него произнес я, беря его руку в свою и убирая ее от лица. Его рука такая теплая и маленькая, и так идеально подходит моей. Это нормально, что я не хочу отпускать ее? Черт. Ощущаю себя как влюбленный школьник. Хотя …почему как? -Ох.эмм, спасибо? -он вопросительно поднимает брови, щеки опять принимают оттенок пунцово-красного, но руку он не отдергивает. Наоборот, слабо сжимает в ответ. Я наклоняю голову чуть вправо, рассматривая его. Сегодня на нем была черная водолазка, полуклассические черные брюки и раскрытое бежевое пальто. Выглядит он точно как наследник многомиллионной компании, хотя будучи артистом, я уверен, он столько и зарабатывает. На минуту я представил как убого смотрюсь рядом с ним в своей черной толстовке с надписью «Kiss My Ass», потертыми рванными джинсами и в стареньком пальто. Обещаю себе пройтись по магазинам как только получу зарплату, вроде даже премию обещали за мои андеграундные выступления. -Хватит смущать меня, хен, — Чимин возмущенно надувает губы, высвобождает руку и слабо толкает ею меня в плечо. -Да ладно, Чимин-а, ты выглядишь очень мило когда смущаешься. Мне доставляет это удовольствие, — я двусмысленно улыбаюсь, играя бровями. Пак взрывается приступом смеха, чуть не подавившись кофе. -Я что, так плохо флиртую? — теперь хмурюсь я. -А ты флиртуешь? — усмехается он, облизывая верхнюю губу и не отводя от меня взгляда. Читая комментарии под видео, я все больше натыкался на такие как: «Пак Чимин, ты демон!», «Чимин, хватит изводить нас своим взглядом» или « КАК ТЫ МЕНЯЕШЬСЯ ЗА СЕКУНДЫ???». Теперь я точно убедился, что в Чимине живут две разные личности. — Что мне с тобой делать, мелкий засранец, — к нам подходит бариста, отдает мне кофе и кидает взгляды на моего Чимина, пытаясь привлечь его внимание. Но все внимание пепельноволосого на мне, отчего я самодовольно улыбаюсь, злобно кидая взгляд в сторону парнишки, чтобы он побыстрее удалился. -Понять и простить? — младший невинно улыбается уголками губ. -Так куда ты хочешь пойти, Хен? — наклоняется максимально близко, заинтересованно заглядывая мне в глаза и чуть наклоняя голову. Закрываю глаза, отпивая свой экспрессо и довольно стону. Черное, крепкое кофе — то, что нужно сейчас. -Я хочу показать тебе одно место, пошли, — открываю глаза смотря на красного Чимина с приоткрытыми губами. -Это свидание? — спрашивает он, прихватывая свой латте и плетясь за мной к выходу. Я поворачиваюсь через левое плечо, на губах расцветает глупая улыбка, и я говорю то, что и сам не ожидал услышать от себя: -Может быть. *** Мои ноги ступают уже по знакомой тропинке, усыпанной осенними листьями, ведущей к моему тайному месту. -Хен, ты что, убить меня решил? -я слышу нотки притворного страха в севшем голосе Чимина. -Если бы я хотел тебя убить, то сделал бы это по-другому, — ухмыляюсь я, наконец выходя на ту самую поляну, которую нашел месяца два назад. Я мельком взглянул на Чимина, который поравнялся со мной и не мог отвести взгляда от цветочного поля и открывающегося вида на невероятный закат. Нашел я это место, на самом деле, случайно. Я имел страсть не только к сочинению музыки и читке рэпа, но и к фотографии. Я помню, как щелкал не переставая, словно одержимый, делая неимоверную кучу на редкость хороших кадров. -Хен…это так…красиво, — пепельноволосый повернулся ко мне, его волосы развивал тихий ветерок, глаза блестели неподдельным восторгом, а на губах расцвела самая что ни на есть счастливая улыбка. Я поднял фотоаппарат, щелкая Пака. -Ч.что ты…? , — Чимин покраснел, отворачивая голову. -Прости… не смог удержаться. Ты всегда улыбаешься, но… не так искренне, как сейчас, и я не мог не запечатлеть это. Я не буду публиковать или что-то в этом роде, — поспешно тараторю, нервно сжимая фотоаппарат в руках. -Я не говорил, что не хочу, хен, просто…это было неожиданно, — чуть медля, ответил младший, садясь на землю. Я последовал его примеру, садясь, попутно снимая сумку с плеча. -Насчет улыбки…- начал он, но я его перебил. -Чимин, я это сказал не для того, чтобы ты это рассказывал, но ты выглядишь действительно подавленным и задумчивым, — проговорил я, хмуря брови и устремляя взгляд куда-то на горизонт. -Я хочу рассказать, Хен, только тебе, — он теребит рукава пальто, вдыхает слабый запах цветов и начинает говорить. -Когда я только пришел в компанию, все было хорошо. Я начал быстро набирать популярность, совершенствовал свои танцевальные и вокальные навыки, радовался как ребенок, которому подарили долгожданный подарок на день рождения. Но последние года два…я чувствую себя пустым. Юнги-хен, ты когда-нибудь чувствовал такую степень измотанности, от которой тебя словно рвет изнутри, и у тебя нет сил что-либо делать? — Пак сглатывает тяжелый ком, а Юнги терпеливо молчит. -Раньше я мог танцевать везде, будь то улица или кабинет математики, — Пак грустно смеется, — Но сейчас это действительно изматывает: выступления, фотосессии, нескончаемые шоу, повсюду одни камеры, где ты должен улыбаться не смотря ни на что. Артист всегда должен говорить о любви, он как психотерапевт — должен показать, что каждый человек красив как снаружи, так и внутри, он должен заставить людей полюбить самих себя. Но как я могу заставить фанатов любить себя такими, какие они есть, если даже я не могу сделать это? Скажи, Юнги, как я должен сделать это? — Чимин всхлипывает, прикрывая лицо ладошками, пытаясь успокоится. Мин садится ближе и обнимает. Сжимает его в своих объятиях, а младший уже ревет на плече, не сдерживая своих эмоций. -Чимин, посмотри на меня, — Юн приподнимает подбородок, стирая дорожки слез. -Пожалуйста, посмотри, — хрипло шепчет блондин, и Чимин, наконец, поднимает взгляд. -Когда я в первый раз увидел тебя в клубе, среди толпы пьяных и обдолбанных подростков, танцующего так, словно ты продал чертову душу дьяволу, я был сражен. Ты выглядел так красиво и сексуально в тех кожаных джинсах, кстати, ты их больше не наденешь, — Чимин возмущенно нахмурил брови, открывая рот, чтобы что-то сказать, но я его заткнул. — Не перебивай. Твои движения были такими пластичными и тягуче-медленными, что, признаться честно, я бы не удержался, но какой-то придурок попросил сделать ему коктейль, а когда я уже закончил, тебя уже не было. Боже, я чуть с ума не сошел, когда услышал свою песню, но добило меня то, что ее ты пел так, словно она была написана под тебя, словно из твоих уст она звучала правильно, что ли? А потом ты вновь пропал, но теперь уже окончательно, и единственное, что я узнал о тебе, так это твое имя и что ты только вернулся из своего тура. В то утро и в последующие дни я прошерстил весь интернет в поиске каких-нибудь сведений о тебе, клянусь, все айтишники мира завидовали бы мне, — я усмехаюсь и слышу, как хихихкает младший. — Но по-настоящему я узнал тебя на концерте, когда каждый фанат с придыханием и замершим сердцем наблюдал за тобой, а некоторые орали мне в ухо, цитирую: «ПАК ЧИМИН ТРАХНИ МЕНЯ», « ЧИМИН СТАНЬ ОТЦОМ МОИХ ДЕТЕЙ» и все в этом духе, — младший заметно покраснел, а я фыркнул, смотря на уже потемневшее небо, где проявлялись звезды. — Ты был таким зажигательным и счастливым, даря невероятное количество энергии. И после всего этого ты мне говоришь все это? Чимин, ты красивый. Нет, даже не так. Ты умопомрачительно красив. Твои глаза, маленький нос и невероятные губы, которым завидует каждая девушка. Ты настолько красив, что, кажется, мне надо запирать тебя и не выпускать из дома. Чимин, все то, ради чего ты надрывался все эти годы, дало свои плоды, хватит игнорировать это. Тебе просто нужно поверить в это. Чимин молчит, хмурится и, кажется, обдумывает все мною сказанное, а потом поднимает взгляд, полный доверия, как у щенка, и шепчет одними губами: -Спасибо, Хен, — он преодолевает расстояние между нашими губами и целует меня так нежно и искренне, отчего мое дыхание останавливается, а сердце бьется как бешенное. Беру его лицо в ладони, углубляю поцелуй, прохожусь по нижней губе, пробуя на вкус клубничный бальзам, чувствую руки Чимина, зарывающиеся в мои волосы, чуть оттягивая загривок, заставляя меня испустить тяжелый вздох, который пропадает в поцелуе. Я представлял, как буду целовать губы младшего, представлял, какие они могут быть мягкие и сладкие, но жалкие фантазии ни капли не сравнимы с действительностью. Чимин медленно отстранился, открывая глаза и облизывая губы так откровенно, что у Юнги, по-моему, встал. -Прости, Юнги-хен, я…-протараторил младший. -Чимин, все в порядке, -я улыбнулся, перебивая его. -Пошли, уже поздно, нам пора, — я схватил его за руку, заставляя встать и следовать за мной. Кажется, это был лучший день за всю мою жизнь. Спасибо, Пак Чимин.