Кошки
13 ноября 2018 г., 15:35
Утро следующего дня у Тэхена выдалось насыщенным — встал он примерно на час раньше обычного, принял пенную ванну, аккуратно уложил волосы рваными кудрями. Хотел было и линзы надеть, но вспомнил грозного Чимина и передумал. И вот стоя у зеркала перед выходом, он одобрительно кивнул своему отражению и с наслаждением выдвинулся из квартиры.
Причин для хорошего настроения было несколько. Первая — он наконец-то устроился в клинику, которую давным давно хотел попасть; вторая — он снова работает со своим, пусть и бывшим парнем, но в настоящее время лучшим другом; третья — он повстречал просто невообразимо красивого и милого парня. Сказать, что влюбился с первого взгляда, наверно, нельзя, но вот то, что он его очень-очень интересует — это сто процентов.
Любимый друг Чимин замаячил недалеко от подъезда. Такое вот соседство Пака устраивало не всегда, но зачастую играло обоим на руку: после пьянок идти недалеко, можно вместе возвращаться поздно домой и не бояться, что кто-то гопнет в подворотне, можно на двоих заказывать доставку еды и все тому подобное.
— Доброе утро, Чимин-ши!
Чимин наигранно прикрыл глаза рукой.
— Вааа, опять эта твоя яркая улыбка. Прикрой! — а друг лишь сильнее рассмеялся, поднимая настроение и самому Чимину.
— Чего не на машине? — спросил Пак, когда они подошли к остановке. Тэхен прочистил горло и с поднятым кверху носом заявил:
— Мин Юнги добирается до работы на общественном транспорте. Я тоже должен снова окунуться в эту атмосферу, — Чимин аж крякнул.
— Чегооо? Это еще тут при чем? — немного офигевший Чимин не сразу нашелся, что сказать.
— Тогооо, — передразнил его Ким. — Вчера на работе я все пытался у него узнать, чем он увлекается, ну, там стиль музыки, как проводит свободное время, что любит читать, кого из знаменитостей уже лечил и так далее.
У Чимина от этих слов аж мурашки по позвоночнику пошли — совсем друг кукушечкой поехал.
— Ожидаемо — он мне ни на один вопрос не ответил. Он вообще вчера весь день не разгибая спины работал. Я надеялся позаглядывать в его глазки милые, а он всю бумажную работу на меня скинул и вообще со стула не вставал. Только в перерывы какие-то редкие. А когда он пошел в ординаторскую и увидел, что я тоже встаю, то такой взгляд кинул, у меня аж поджилки затряслись. И вот с одной стороны возбудился, а с другой — чуть в штаны не наложил.
Паку оставалось только впитывать этот нескончаемый поток информации, так как и выбора нет, и вроде как друга немного даже жаль. Влюбиться в гетеросексуального мужчину — это вообще гиблое дело. Такое он уже проходил и другу искренне сочувствовал.
Внезапно весь поток с «какой-он-классный-помоги-он-так-классно-шепелявит» и «видел его на остановке» прервался и сменился невнятным «Аааааа!», и Чимин вздрогнул. Тэхен прилип двумя руками к окну автобуса и что-то пытался сказать.
— Тихо ты! — попытался отодрать от стекла друга Пак. — Чего разорался-то?
— Он. Он там! Видел? — судорожно тыкал пальцем в окно Тэхен.
— Кто?! — уже не выдержав заорал Чимин.
— Мин Юнги! Он наш сосед! Он где-то на этой же улице живет! — Чимин хлопнул себя по лбу рукой.
— А орать-то зачем так? — Тэхен на секунду осекся и заметил, как на него взирали десятки пар глаз.
— Простите, — тихо извинился Тэ и вжался всем телом в кресло. Остаток дороги до клиники он, кажется, даже не дышал.
Время в дороге Тэхен зря не терял. Все то время, пока он вынужден был молчать, он разрабатывал план по захвату сердечка Мин Юнги. Ким был уверен, что любовь штука такая — если настигнет тебя, то будет плевать на то девушка это или парень. Поэтому перед ним стояла весьма такая нетривиальная задача — влюбить в себя, первое — гетеросексуального, второе — строгого и милого, третье — какого-никакого, но все же начальника Мин Юнги.
Начал Тэхен с азов флирта, которые, наверно, преподносят в какой-нибудь специальной школе для геев: стрелялки глазами. Каждый раз, когда на нем останавливалось безэмоциональное лицо в маске, он тут же делал самый невинный взгляд и хлопал ресничками. Юнги никак не реагировал.
Дальше — больше. В ход пошли касания. Он то неловко заденет пальцы в перчатках, во время передачи инструмента, то через плечо заглянет и подбородок свой на него положит. Юнги все еще никак не реагирует.
Однажды Тэхен приходит на работу в весьма откровенной футболке, разодранной на одном плече. Ким всегда гордился своим телосложением и считал его козырной картой. И вот он — весь такой красивый — заявляется в кабинет, но тут же из него вылетает, так как Мин Юнги не терпит персонал в уличной одежде у себя на рабочем месте и отправляет Тэхена переодеваться.
— Он вообще меня к себе не подпускает! — ноет в ординаторской Тэхен Чимину.
— Ну, а от меня ты чего хочешь? — отрываясь от книги спрашивает Чимин.
— Посоветуй мне что-нибудь!
— Уже советовал — не отсвечивай, — безапелляционно заявил Пак. На что Ким просто скуксился и завалился на диван недовольно сопя.
— А ты с ним о чем-нибудь уже болтал? — спустя время спрашивает друг и тут же хочет ударить себя по губам. Но уж больно жалко смотреть на Тэ такого грустного.
— В смысле? — приподнялся на локте белобрысый.
— В коромысле. Ты с ним о чем-нибудь в последнее время болтал?
— Ну… — Ким призадумался, — не особо. Он меня как в первый день заигнорил, так я решил другую стратегию выбрать.
В комнате раздался громкий звук захлопнувшейся книги.
— Ким Тэхен! — внезапно крикнул Чимин. — Ты б хоть спросил у него, когда День рождения!
— А что, я его пропустил? — испуганно спросил друг, за что получил книгой в лоб. — Ай!
— На мозги Ким Тэхену подай! — злился Чимин. — Неужели непонятно, что подход к такому человеку другой должен быть? Или ты там в своей Америке совсем забыл как с людьми общаться? Так напомню тебе, что корейцы сложные и тут как бы на одной лишь внешности не подъедешь.
Пак вздохнул, но обратив внимание на совсем поникшего друга тут же сжалился:
— Ладно, не грусти, — Пак встал с места и подсел на диван к другу. — Я попробую тебе как-нибудь помочь. Но обещать ничего не буду, — тут же оговорился Чимин, увидев с каким лицом на него посмотрел Тэхен. — Для начала попробуй как-то сам почву прощупать, но не переусердствуй, ради бога.
«Не переусердствуй» и Тэхен — это две абсолютно несовместимые вещи. Ким привык все делать так, чтобы наверняка, чтобы на годы! Если работать, так до боли в спине, если дружить, так на века, а если любить, то до мурашек и без остатка. Он все еще не мог понять, что именно его так манит и тянет к Мин Юнги. Оттого сильнее хотелось во всем разобраться.
Поначалу он думал, что это все его смешной дефект речи. Затем внимание как-то переключилось на его щечки. Про волосы вообще говорить ничего не нужно, он каждый божий день зависал на них, а при удачной возможности даже успевал понюхать. Как-то раз Юнги поймал его за этим делом, когда Тэхен в очередной раз ассистировал ему при процедуре и придерживал зеркало. Ким обычно был очень осторожен, но в этот раз от доктора пахло так вкусно, что он не удержался и слегка покачнулся, делая глубокий вдох. Юнги лишь повернул на него голову и посмотрел своим, как обычно, плохо читаемым взглядом.
Потом он как-то заметил руки Юнги, когда тот заполнял очередную карту. Обычно приходилось наблюдать за работой старшего стоматолога, когда тот был в перчатках, а тут судьба преподнесла невообразимый подарок. И Тэхен стал любить теперь не только голос, волосы, щечки, но и руки Мина. После этого дня к Тэхену стали приходить влажные сны, в которых Юнги обнимает этими самыми руками, гладит скулы и губы, скользит в волосы и небрежно их ерошит. А когда подтягивается к губам, то тут Тэхен и просыпается.
Ловя себя на мысли, что симпатия перерастает в какую-то одержимость, Тэхен твердо решает, что пора переходить к самой отчаянной мере по завоеванию сердца Мин Юнги
После работы Тэхен немного задерживается, дожидаясь, когда Юнги сдаст ключ от кабинета и отправится домой. Еще тогда, около двух недель назад, он выяснил, что проживают они где-то по соседству, поэтому когда Юнги повернул в другую сторону, Кима пробрало любопытство.
Нет, он не следил, он просто следовал за врачом — им по пути. «Да, повторяй себе это почаще и объясняться в полицейском участке будет проще», — с упреком прокомментировал это все у себя в голове Тэхен.
Мин Юнги прошел немного дальше от клиники мимо остановки, зашел в магазин и вышел из него достаточно быстро с маленьким пакетиком в руках. Затем он снова повернул в нескольких кварталах, словно виляя, запутывая следы. В какой-то момент Тэхену показалось, что его раскрыли, но внезапно заметил, что Юнги остановился, и тут же спрятался за мусорным баком.
Хен обернулся, высматривая нет ли кого поблизости, и внезапно заглянул в стоящие около заброшенного дома кусты.
— Кис-кис, — позвал мужчина. У Тэхена аж сердце чуть не встало, так он ласково это произнес. — Кис-кис-кис, иди сюда. Да, хорошая моя! Ну что, как ты сегодня поживаешь? Не болит ушко? А я тебе говорил, что не надо лезть в драки с другими котами. Ты же девочка… эй, а ну отдай. Ай!
Юнги разговаривал с котенком так мило и так сладко, что Тэхен волей неволей, но все же высунул нос, чтобы хотя бы одним глазком посмотреть на то, как же выглядит сейчас вечно серьезный Мин Юнги.
И лучше бы он этого не делал: Юнги сидел прямо на траве возле забора, мягко обнимая и заворачивая в свое пальто кошку, которая то и дело пыталась схватиться за тоненькую фенечку на руке врача. Улыбка Мина была такой теплой и такой нежной, что хотелось окунуться в нее и раствориться без остатка. Захотелось поцеловать его, обнять, гладить по волосам и сжимать в своих руках как можно дольше.
Свет фонаря бил прямо над Юнги, заливая того белым цветом вокруг, словно отмечая — вот он, тот о ком ты должен мечтать, кого ты должен хотеть и кем обязан грезить.
Когда котенок цапнул за руку, Юнги издал какой-то до жути милый звук от которого Тэхен невольно засмеялся.
— Кто тут? — тут же среагировал Юнги.
Тэхен сначала замялся, а потом все же вылез из-за укрытия с видом нашкодившего ребенка. Юнги выдохнул:
— Опять ты? — как-то совсем беззлобно спросил хен.
— М, — кивнул Тэхен. Воцарилось молчание.
— И зачем следишь за мной? — поглаживая кошку спросил Юнги, разрывая тишину.
— Ну… Просто ты меня все время игнорируешь… Избегаешь на работе, не отвечаешь на вопросы, вот я и решил немного о тебе узнать, — начал мять в руках рукава пальто Тэхен.
— И вместо того, чтобы просто пригласить меня на бокальчик пива, ты решил за мной последить? — Юнги поднял на Тэхена глаза и посмотрел каким-то другим взглядом. Таким, от которого у младшего в горле пересохло и сердце где-то между ребер застучало.
Таким открытым Тэхен Юнги еще не видел. Он вообще, в принципе, его никаким практически не видел. Будучи увлеченным своей работой врачом, он только и делает, что штудирует какую-то литературу, сидя в ординаторской, или заполняет карты пациентов. На худой конец — спит.
Тэхен за эти несколько недель успел изучить всего несколько сторон Мин Юнги, и вот сейчас ему открылась новая — нежная, ранимая и такая глубокая. Почему-то Ким испытал укол совести за то, что расценивал хена исключительно как объект вожделения, а ведь у него тоже есть какие-то свои принципы и слабости.
— И ты бы согласился? — выходя из глубоких раздумий спросил Тэ.
— Конечно нет, — улыбаясь хмыкнул Юнги. И вот оно — еще одно выражение лица, которое открывает за этот вечер для себя Ким. — Но, знаешь, следить за другим человеком — это уж как-то совсем грязно и даже немного противозаконно.
Тэхен виновато опустил голову, чувствуя на себе тяжелый и осуждающий взгляд.
— Слушай, а почему ты так яро со мной подружиться хочешь? — внезапно прямо в лоб спросил Юнги. Он все так же поглаживал кошку, которая не отрываясь продолжала играть с висюлькой на руке.
— Ну… Я всегда как-то дружил с теми, с кем мне приходилось работать. Все же, работа лучше ладится, если с коллегой в хороших отношениях.
В голове Тэхена внезапно пролетели слова Чимина — с Юнги нужно быть совсем другим, нужно искать совсем другой подход, говорить с ним. И вот он — шанс!
— Юнги-хен, — набрался смелости Тэхен, — может все-таки сходим выпить?
Мин Юнги посмотрел на Тэхена прямо, не мигая.
— Может и сходим, — ответил хен и тут же опустил голову. — Но не сегодня. У меня дела.
Тэхен тут же приободрился:
— А что за дела? — Юнги поднялся с травы, выпуская кошку из рук.
— Дела называются «Мелких не касается».
И тут хен снова улыбнулся, и опять этой своей мягкой загадочной улыбкой, которая пробирала до самых костей.
— Ну, вообще, у нас с тобой не такая уж и большая разница в возрасте, — совсем осмелев сказал Тэ. — Мы с тобой даже одного года. Вот когда у тебя день рождения?
Юнги уже как-то перестал вроде удивляться выходкам тонсена, но он опять умудрился его удивить. Мин не смог сдержать смешка и прыснул в кулак:
— Девятого марта, — хен откровенно уже веселился.
— А у меня тридцатого декабря! Видишь? Разница всего ничего.
— И правда, — Юнги посмотрел на экран своего телефона и задумчиво набрал что-то в мессенджере. — Друзьями, говоришь, хочешь быть? — Тэхен истерично закивал головой, как собачка на торпеде машины.
— Ну, тогда пошли, проверим насколько хорошим другом ты сможешь быть, — Тэхен удивленно вылупился. — Расслабься. Умение хранить тайны твое хочу проверить.
Глаза Ким Тэхена загорелись, ладошки вспотели, а в голове крутился какой-то клубок из букв, который собрать было просто невозможно. Поэтому младший только и смог, что согласно кивнуть и подойти ближе к хену.
***
По дороге до места, которое известно было только Юнги-хену, они шли свободно болтая, что стало ещё одним открытием для Тэхена. Как оказалось, Юнги в принципе не прочь поговорить с кем-то, просто делает это крайне редко и с заметной неохотой. Оказалось, что Мин Юнги закончил тот же университет, что и Ким Намджун и вообще они старые приятели. Ещё Тэхен узнал, что Юнги тоже любит побаловать себя какими-нибудь модными вещичками, но надевает их крайне редко, потому что Намджун строго-настрого запретил выделываться в клинике. — Так вот почему Чимин в первый день попросил меня одеться поскромнее, — задумчиво заключил Тэ. — Это ты свой свитер за месячную зарплату учителя простым назвал? — усмехнулся Юнги. — Ты узнал бренд? — удивился младший. — Угу, — кивнул хен, — у меня такой же есть, только мятного цвета. — Уооо! Мы должны как-нибудь прийти в них одновременно! Юнги рассмеялся: — Ну, я то ладно, могу халат расстегнуть, а вот тебе, думаю, поверх еще и служебную футболку надевать — не очень удобно будет. — Как серпом по яйцам, — согнулся Ким, имитируя боль в паху. И вот Юнги снова смеётся, а Тэхен старается эту улыбку запомнить. — Почти пришли, — говорит Мин, когда они подходят к небольшому, больше похожему на склад, зданию. На вывеске красными буквами красуется надпись «Живой звук». Внутри помещение тоже похоже на бывшее складское — разукрашенные кирпичные стены, повсюду закрытые двери. Из-за некоторых доносится какое-то заунывное мычание, а из-за каких-то вполне себе годное пение. Тэхен не успевает спросить, что это за место, как Юнги открывает одну из дверей и впускает тонсена внутрь. И Ким замирает с открытым ртом. — Ооо! — Хосок встречает нового гостя с распростертыми объятиями и шикарной улыбкой. Захотелось прикрыть глаза. — Добро пожаловать! Юнги зашёл следом и тихо прошел к вешалке, ни сказав ни слова своим коллегам. — Моня, — продолжал веселиться Хосок, — ты посмотри кого Шуга привёл. — Вижу, — улыбаясь ответил Намджун, что-то переключая в ноутбуке. — А что это? — немного отойдя от шока спросил Тэхен. — Это — Хосок обвел руками комнату, — наша студия для репетиций. Мы арендуем ее два раза в неделю и немного балуемся. Врач ехидно заулыбался и пританцовывая подошёл к микрофону, чтобы размотать провод. А тем временем Юнги уже разделся и подошёл к Намджуну что-то выбирая в ноутбуке. Атмосфера здесь царила совсем другая: стены, полностью обитые звукоизоляцией, создавали совершенно другое звучание, а коллеги, такие строгие в клинике, выглядели раскованными и по-мальчишечье веселыми. Зазвучал бит и Юнги вышел в центр покачиваясь в ритм. Он выглядел сейчас совсем иначе — не так, как в больнице всего час назад. Тэхен пару раз открыл и закрыл рот в немом вопросе. Мин Юнги начал читать… рэп. Он на полном серьезе начал читать самый настоящий рэп! Этих стихов Тэхен раньше не слышал, хотя отлично разбирался в современных исполнителях и их песнях. И он с уверенностью мог сказать, что этой лирики ещё не слышал. Юнги читал экспрессивно, быстро, четко. Каждое слово он выговаривал, а ещё сопровождал все это какими-то пассами рук. И вот так, надень на него широкие штаны и безразмерную худи, и он станет просто вылитым айдолом. Позже включились и Хосок, и Намджун. Эти двое зачитали так душевно, что после первой композиции Тэхен не выдержал и захлопал в ладоши. — Уау! — только и смог произнести младший. — Понравилось? — с легкой одышкой спросил Хосок. — Спрашиваешь! Это было нереально круто. — А текст знаешь чей? — спросил Намджун, но тут же получил локтем в бок. — Что? — Это стихи Юнги, — торжественно произнёс Хосок, словно он к ним имел ровно такое же отношение. — Это правда? — перевёл взгляд на хена Тэхен. Юнги смутившись уткнулся в ноутбук что-то снова переключая. Ответа Тэ так и не получил, а следом заиграла следующая композиция с не менее зажигательным битом. Ребята отжигали так, словно перед ними сидел не единственный зритель в лице Тэхена, а целый стадион. Но от этого Киму становилось ещё приятнее — он, пожалуй, один из немногих, кто знает этот секрет хенов. — А почему вы не говорили, что читаете в свободное время? — спросил Тэхен, когда спустя час ребята закончили репетицию. — Это же просто нереально круто! — Ну… — задумчиво произнёс Намджун, — ты не спрашивал. — Никто не спрашивает, — довольно подтвердил Хосок, — а нам и не нужно. Мы же для себя все это. — Хен пожал плечами и накинул черную кожаную куртку. Заканчивать этот вечер Тэхену как-то совсем не хотелось. Казалось, что он может раскрыть ещё немного интересных фактов про Мин Юнги. И если не сделать этого сегодня, то другой возможности уже не будет. — Может по пиву? — шепотом на ухо спросил у Юнги Тэ. Старший отпрянул как ошпаренный и вылупился на тонсена, ухватившись за ухо. — Ты чего? — вылупился он на него. — Что? — тупо переспросил Тэхен, глядя на то, как Юнги наливается краской. Сначала Тэхен было хотел протереть глаза, чтобы проверить не кажется ли ему, а потом передумал — пусть если и кажется, то остаётся в памяти. — Говорю, может выпьем пива? — повторил свой вопрос Тэхен уже смелее. — Н-нет, спасибо, — отвернувшись ответил Юнги. — Завтра рано вставать, так что давай по домам. — Давай, — довольно кивнул Ким и пошёл следом за хеном. — Ты чего за мной идёшь? — недоверчиво спросил Юнги. — Опять следишь? — Да нет, — довольно улыбнулся Ким и пожал плечами. — Мы просто на одной улице с тобой живём. Кажется, только что Юнги обратился к богам с вопросом: за что? Заметив этот милый взгляд в небо, Тэхен улыбнулся, отметив для себя, что Мин Юнги очень преочень милый.***
— Ты чего такой довольный? — спросил Чимин друга за обедом на следующий день. — Краска совсем мозг выела? — Выела-не выела, а сегодня тебе не удастся меня обидеть! — весело ответил Тэхен. Чимин аж подавился. Ким, конечно, всегда выглядел как пришибленный инопланетянин, но тут уж вообще пипец какой-то: идиотская квадратная улыбка не сходит ни на минуту, ходит всех обнимает, здоровается три раза на дню и, что самое странное, ни разу не заговорил о своем «сладеньком Мин Юнги». — Так, — отложил ложку Чимин и наклонился ближе к Тэхену через стол. — Выкладывай. — Не могу, — приложил руки к щекам Тэ и закривлялся, — это се-к-ре-т. — Да хорош хихикать, — шлепнул Чимин Тэхена по руке, а тот ойкнул и обиженно посмотрел. — Выкладывай давай! — Нууу, тут такое дело, — заговорщически зашептал Ким, пригибаясь ближе к другу, — вчера я заметил Юнги за кое-чем интересным. Но тут его рассказ прервали, громко стукнув подносом о стол, вилки и ложки зазвенели и у Тэхена с Чимином. — Привет, Чимин! — почти заорал Намджун, присаживаясь рядом. В принципе, удивление вызывало не столько появление главврача в столовой, сколько его свита. За спиной (опять) лыбился Хосок, показывая пальцами знак V, а рядом с ним стоял совсем хмурый Юнги. Тэхен от неожиданности закашлялся, подавившись чаем. — Доктор Намджун! — тут же вскочил Чимин, но был усажен на место твёрдой рукой Намджун-хена. — Да сиди ты. Краем глаза Тэхен наблюдал за хеном и ждал, какое же место выберет Мин Юнги. С одной стороны, хотелось чтобы сел рядышком — так он сможет без зазрения совести наслаждаться его запахом, но, с другой стороны, любоваться его лицом без маски — вот он предел мечтаний. Особенно после того, как Тэ узнал какая улыбка у старшего. В итоге Мин выбрал стул рядом с Намджуном и уселся напротив, внутри Тэхена захлопал в ладошки один маленький фетишист. — В общем, — сходу начал главврач, — сегодня около семи вечера у нас назначена встреча с представителем фармацевтической компании. Я должен был встретиться с ним один, но руководство попросило присутствия всех ведущих врачей всех отделений и их ассистентов. — Терпеть их не могу, — как-то ядовито прокомментировал Мин Юнги. — Можешь или нет — роли не играет. Руководство сказало надо — значит надо, — отрезал Намджун. — Тэхен, ты же знаешь Big Herbal Pharmacy? Тэхен закивал головой. Конечно же он знал, что это за компания, ведь клиника BTS являлась ее дочеркой, поэтому успехи той и другой отрасли активно обсуждались в узких кругах. — Так вот, чаще всего мы стараемся отказываться от их услуг, но бывают и исключения. Редко, но бывают. Тебя я хочу попросить на собрании помалкивать и не вестись на сладкие речи их менеджера. — А кто менеджер? — без улыбки спросил Хосок. Этот вопрос его явно волновал. Намджун немного помедлил, а затем, глядя на Юнги, ответил: — Чон Чонгук, старший в их филиале. Ложка со звоном упала в тарелку — Юнги ошарашено вылупился на Намджуна. — Ты же обещал, что этот пиз… Чонгук больше не появится в нашей клинике, — сквозь зубы выговорил Шуга. — Я отправлял около десятка запросов о смене ведущего нашу клинику менеджера, но на все получал только отказ, — с грустью ответил Намджун. Тэхен и Чимин переглянулись. — А что с этим Чонгуком не так? — спросил с любопытством Тэхен. Разговор прервался скрипом ножек стула о пол, Мин Юнги встал из-за стола со словами «Спасибо, наелся» и вышел из столовой. — Что с ним? — непонимающе спросил Тэхен. — Долгая история, — как-то печально улыбнулся Хосок и тоже встал из-за стола. — До встречи в семь. То, что подразумевалось как счастливейший день в жизни Тэхена, плавно превратилось в самый угрюмый день Ким Тэхена. Мин Юнги и без того хмурый, ходил еще более злой по больнице, то и дело придираясь ко всему на свете: то девочки с ресепшн ему больного записали на прием без нахлеста в десять минут и заставили пациента ждать, то медсестра пломбу замешала не в тех пропорциях, то Тэхен криво зеркало держит, но солнце слишком ярко в окно светит и вообще — сраные люди жить мешают. Не выдержав такого настроения, Тэхен все же решил разобраться. Момент был самый подходящий — перерыв в записи на три часа и Юнги отправился в ординаторскую. Нужно лишь успеть его подловить до того, как тот отправится в страну Морфея. Ким украдкой пробрался в кабинет, в котором не было ни души — все врачи сидели по своим кабинетам и даже медсестры где-то гуляли, видимо, предпочитая душным помещениям теплое весеннее солнце в парке у клиники. Распознать яркую, снабженную пышной копной волос, голову было не трудно, и Тэхен почти на цыпочках прокрался ближе к хену. Судя по мерному сопению — опоздал. Юнги уже провалился в глубокий сон, приняв позу эмбриона на мягком диване. Ким уселся на корточках прямо перед ним, не отказывая себе в такой великолепной возможности, как лицезрение идеального лица: белая, почти фарфоровая кожа, длинные, словно у куклы, ресницы, чуть припухлые губы и нежные щечки. Прямо сейчас, когда Юнги спал, он не был похож на сурового врача стоматолога с вечно хмурым выражением лица. Сейчас он был расслабленный, беззащитный и такой естественный. Не удержавшись, Тэхен провел кончиками пальцев по виску, аккуратно отодвигая волосы, которые спадали на глаза. Как и ожидалось — они мягкие словно шелк. Блестящий, самый дорогой в мире китайский шелк. Юнги вздрогнул от прикосновения, но не проснулся, а лишь обеспокоенно выдохнул, оставив рот приоткрытым. Тэхен машинально облизнулся — в горле пересохло, а сердце билось где-то в районе кадыка, отдавая звучно в уши. И без того манящие губы стали еще более привлекательными и соблазнительными. Ким аккуратно, еле касаясь, провел кончиком пальца по верхней, а затем по нижней губе, слегка ее приоткрывая. Кожу обдало горячим дыханием и, кажется, обожгло. Тэхену бы следовало тут же оторвать руку, но соблазн был слишком велик. «Еще чуть-чуть», — сказал сам себе Тэхен и и слегка приоткрыл губы большим пальцем. А тут и почти месяц без секса давал о себе знать — Ким Тэхен возбудился от одного лишь касания, от одного лишь прикосновения к губам человека, который уже чуть меньше месяца сводит его с ума. Безумно хотелось поцеловать. Нежно, почти невесомо коснуться сначала верхней губы, а затем нижней. Провести кончиком языка, очерчивая ореол безумно желанных губ; почувствовать горячее дыхание, задохнуться, впитывая поцелуй, сгореть дотла, а потом снова переродиться, чтобы вновь испытать это чувство. Тэхен опомнился уже тогда, когда коснулся губами чуть приоткрытого рта. Окончательно из мыслей его вытянул строгий голос Юнги: — И чего ты тут такое делаешь? — он сказал это так спокойно, словно каждый божий день к нему подкрадываются и целуют спящего. Тэхен от неожиданности наклонился назад и тут же свалился на задницу. Он смотрел на хена и ошарашено хлопал глазами. — Чего молчишь? — поднимаясь и усаживаясь на диване спросил старший. — Я… ну, это… — Тэхен и рад бы ему что-то ответить, да в голове не было ни одного цензурного или внятного ответа. Одно лишь монотонное паническое «Бляяяяя». Юнги медленно поднялся и опустился на корточки между ног Тэхена. Он склонил голову набок и загадочно улыбнулся, а у Кима от этой вот улыбки воздух в ребрах застрял, сердце зашлось бешеным галопом, периодически пропуская удары. Шуга наклонился еще ближе, опираясь на руку, оставленную в опасном расстоянии от паха младшего. — Ну, чего молчишь? — из милого спящего ангелочка он превратился в настоящего дьявола, готового сожрать любого на своем пути. — Смелость растерял внезапно? Дыхание почти до боли обожгло, так близко был Юнги-хен к своему младшему. Он впивался глазами, изучал растерянное выражение лица, заставляя Тэхена дрожать как осиновый лист. И, судя по глазам Юнги, это был еще не предел. Мин коснулся плеча Тэхена и прижал к себе, упираясь носом в висок: — Хреновый из тебя друг, Ким Тэхен. Почти совсем никакой... Затем Юнги просто встал и, хлопнув Тэхена по плечу, вышел из ординаторской. Ким что-то пытался закричать ему в ответ, но осознал, что сухой язык просто прилип к небу в прямом смысле этого слова. И вот теперь Ким Тэхен окончательно и бесповоротно для себя понял — он влюбился в Юнги-хена. По настоящему. Всерьез. До дрожи в коленях впервые так сильно влюбился. И стало страшно. «И что делать дальше?» — задал себе весьма своевременный вопрос Тэ и упал на пол, закрывая руками раскрасневшееся и дико улыбающееся лицо.
Примечания:
Простите, что так затягиваю, но я люблю подробности Т_Т
