Будет так, как я хочу

Очередной скучный вечер, когда Кас не знал, чем себя занять, а Дин опять где-то пропадал. Голубоглазый лег спать рано, но, как назло, не мог никак уснуть, он ворочался, его голову заполняли всякие разные мысли, которые не позволяли сну забрать парня. Во-первых, вся эта ситуация с Дином. Еще совсем недавно, черт возьми, этот парень бесил его, так как же получилось, что Кас теперь испытывает к нему такое чувство, как влюбленность? За каких-то два месяца с ним успело случится столько всего, но после необычной потери девственности это было самым ошеломляющим. Бежать бы от этих чувств куда подальше, пока еще не поздно, пока еще можно все закончить в самом начале, потом ведь уже не будет билета обратно. Больнее будет. Но и бежать ему некуда, он тут как взаперти. А тут еще и Анна хочет приехать и повидаться, а ему даже за ворота толком нельзя. Это было второй проблемой. Ему нужно было как-то слинять из поместья. Он не знал, стоит ли говорить Дину правду о том, что у него есть сестра, с которой очень нужно встретиться. В любом случае, он никак не мог выбрать момент, потому что Винчестер постоянно гулял с друзьями. Оно и понятно, лето же. Сейчас Дин на очередной гулянке, уже глубокая ночь, а Кас все еще не может уснуть, сна ни в одном глазу. С такими успехами он заработает себе бессонницу, не иначе. Внимание привлек шум подъехавшей машины, доносившийся с улицы. Видимо, Дин соизволил явиться, в принципе, Касу сейчас было все равно, ночью ничего не решишь, тем более шатен скорее всего пьян в стельку, так что даже поговорить о сестре не получится, он вряд ли воспримет что-то серьезно. Новак поправил легкое одеяло, которое укрывало его только по пояс. Было жарко, несмотря на присутствие кондиционеров, мощность которых постоянно приходилось убавлять, чтобы не заболеть, потому что он спал полураздетым. Это было немного неуютно, потому и приходилось укрываться этим легким одеяльцем. Кас провел рукой по волосам и повернул голову к двери. Он слышал возню из коридора, она становилась все ближе, и по мере приближения звуки становились более четкими, так что Кас все понял. Дин был не один. Они хотят продолжить веселиться здесь что-ли? Ну тогда он точно не сможет уснуть… Дверь в его комнату вдруг распахнулась, и парень вздрогнул от неожиданности. Винчестер обычно не заходил к нему, когда возвращался посреди ночи. Видимо, сегодня он не настолько пьян, чтобы совсем уж валиться с ног. Однако, его напрягло то, что в комнату прошли еще две фигуры. Если он хочет публично унизить его перед своим другом, то это будет ужасно, а хуже всего то, что Кас не сможет противиться — парней было двое, они пьяны, и от них можно было ожидать чего угодно. Новак принял сидячее положение и потянулся рукой к ночнику, стоявшему на тумбочке рядом с кроватью. Лампа тускло осветила комнату, но Кас смог увидеть Дина и незнакомого парня рядом с ним. Он был брюнетом, чуть выше Винчестера. — М-мистер Винчестер? — Хрипло сказал Кас, не понимая, что происходит. — Ух ты, мистер Винчестер! — Пьяно передразнил незнакомец. — Какие мы тут важные, Дин, вы только посмотрите. — Брюнет хихикнул. — Заткнись. — Шатен пихнул его в бок. — Я обещал тебе показать? Вот. Смотри. Он очаровашка, да? — Дин самодовольно улыбнулся, подходя к кровати и хватая Каса за руку. — Мистер Винчестер, что происходит? — Внутри уже зарождалась паника, когда Дин буквально вытащил его из постели. — Он специально для таких вот случаев спит полуголый, Дин? Новак сжался под оценивающим взглядом незнакомца, желая прикрыться, но цепкие пальцы шатена все еще крепко держали за руку, не позволяя даже отойти. Он не успел сориентироваться, когда губы Дина накрыли его собственные, а юркий язык по-хозяйски пробрался в рот. Он даже не ответил, потому что Дин отстранился также быстро, как и поцеловал. Все это было плохо, он чувствовал нутром, а волнение в груди все возрастало, особенно когда он заметил, как второй парень начал к нему подходить. Винчестер отпустил его, отступая в сторону, но его место тут же занял незнакомец, обвивая руками его талию и прижимая к себе. Кас почувствовал, как его ноги начали подкашиваться, а спина покрываться мурашками. Он напрягся и уперся руками в крепкую грудь, пытаясь оттолкнуть парня и вырваться из его рук. Брюнет засмеялся. — Он забавный, Дин, мне нравится. Сколько раз ты имел его? Посмотри, он до сих пор строит из себя неприступную крепость. Касу стало плохо. Во всех смыслах. Ему было стыдно. Интересно, все друзья Дина знают о том, что они спят? Наверняка. Но, черт, этот парень выставляет его шлюхой, и Новак сам порой так думает, но у них с Винчестером не бывает секса каждый день. Он еще, слава Богу не опустился до этого. — И он мой, Джеймс, представляешь, как мне повезло? — Кас перевел взгляд на шатена, который стоял в стороне и наблюдал за происходящим. Он стал упираться сильнее, когда почувствовал на шее губы этого самого Джеймса, но тот схватил его за запястья и резко завел руки за спину, больно кусая за шею. На глаза навернулись слезы. Нет, только не снова. И одно дело Дин, а тут его хочет поиметь какой-то незнакомый парень. Пожалуйста, боже, не надо… — Пожалуйста… — Он тихо скулит, озвучивая свои мысли. — Не надо, пожалуйста… — Кас шипит, когда зубы вонзаются в его ключицу, ему становится еще хуже, когда к Джеймсу присоединяется Дин. Господи, да Кас готов принадлежать сейчас только Дину, лишь бы он защитил его от своего дружка и не дал сделать то, что тот собирается делать. А Винчестер ему помогает. Он не может больше сдерживать слезы, чувствуя еще одну пару рук у себя на боках. Шатен терзает губами мочку его уха, Джеймс — ключицы и грудь, но это неприятно, и вместо двойного удовольствия ему кажется, что его сейчас стошнит. — П-прекратите, мистер Винчестер, п-пожалуйста… — Кас всхлипывает, пытаясь высвободить свои руки, но Джеймс чертовски силен, еще и в пьяном состоянии. — Ох, детка, тебе понравится, обещаю. — Бормочет этот Джеймс, и Новак хочет громко заплакать и убежать куда-нибудь далеко, где его никто никогда не найдет. Дин еще раз напористо его целует, сжимая в руках ягодицы, а потом вновь отходит в сторону, оставаясь наблюдателем. Кас смотрит на него мокрыми глазами. Света не хватает, чтобы видеть достаточно четко, а пелена на глазах еще больше усложняет задачу, так что Дин расплывчатый, но Новак тихо продолжает просить прекратить все это, надеясь, что сработает. Он начинает рыпаться и брыкаться, когда Джеймс валит его на кровать, но тот садиться сверху, и Кас тихо рычит и даже пытается кусаться, на что брюнет снова смеется. — Черт, Дин, он дикий, присмири пацана. — Подо мной он стонет во все горло, Джеймс, значит, ты недостаточно хорош, чтобы удовлетворить его. — Дразнится Дин. — Ты сомневаешься? Дин чувствует смятение, когда Джеймс заводит руки Каса над его головой. Он наблюдает за тем, как мальчик ворочает головой, тихо хнычет и пытается столкнуть с себя тело брюнета, и что-то внутри начинает подавать сигналы о неправильности этой ситуации, но мозг еще затуманен выпитым ранее алкоголем, и он продолжает просто смотреть. — Пожалуйста. — Кас вертит головой в стороны, когда Джеймс пытается его поцеловать. Он плачет. Паника в разы выросла и превратилась в истерику. Ему страшно, он чувствует себя ужасно, но постепенно тело просто ослабевает от того, что он падает духом. — Пожалуйста. — Он плотно смыкает веки, чувствуя, как слезы стекают по вискам и неприятно попадают в уши. — Дин, пожалуйста! Это действует на Винчестера отрезвляюще, и внутри как будто что-то просыпается, что-то, похожее на рассудок, понимаение происходящего наваливается на него, голова идет кругом от вида того, что Джеймс сидит на его мальчике, а тот плачет. Снова плачет. — Джеймс, проваливай. — Командует он. Но тот не обращает внимания и прикусывает сосок, из-за чего Кас плачет громче, буквально кричит, и Дин срывается. — Джеймс, твою мать, катись спать, блять! — Он в два больших шага подходит к кровати, грубо стаскивая с Новака друга и выпихивая того из комнаты. — Ты знаешь, куда идти. — Да ты придурок и обломщик, Винчестер, катись к черту. — Ворчит брюнет, но Дин не слушает, закрывая дверь и поворачиваясь лицом к кровати, на которой, сжавшись в клубочек, лежал Кас. Шатен видит, как плечи парня дрожат, он слышит всхлипы и рваные вдохи, и он первый раз признает свою вину и жутко злится на самого себя. Он подходит к кровати, снимает обувь и забирается на нее. — Кас…- Он разворачивает Новака к себе лицом, и голубоглазый вдруг хватается за его шею, позволяя уткнуться в нее своим лицом. Он не может успокоиться, и Дина начинает неприятно знобить каждый раз, когда в голове пролетает мысль о том, что мальчик находится в таком состоянии из-за него. Он садится, облокачиваясь о стенку кровати, и сажает Каса себе на колени, обнимая. Он гладит его по спине, рукам, волосам, но мальчик не успокаивается, и в конце концов шатену приходится начать говорить что-то бессвязное, но он пытается его утешить, потому что Новак, кажется, начинает задыхаться от потока слез. Кас прижимается к нему и мелко дрожит, и Дин чувствует, как мальчик ищет у него защиты. Фактически, защиты от самого себя. — Тише, тш-ш-ш, Кас, дыши, малыш, слушай меня. Я больше тебя не отдам, никому не отдам, дыши, все позади. — Он шепчет ему прямо на ухо, целуя в висок и щеку, перебирая вспотевшие пряди, и чувствуя, что собственная футболка и шея мокрые от слез. Он продолжает просить Каса успокоиться, потому что парню на самом деле трудно дышать, это слышно по тому, как хрипло и тяжело он вдыхает, будто в горле что-то мешает, и Дин думает на секунду, что Новак может быть астматиком, но если бы это было так, приступ случился бы давно. — Хочешь, я спою что-нибудь? — Он еле различает невнятный положительный ответ. — Ладно. Только постарайся не плакать, Кас, ты должен успокоиться и дышать. Я спою тебе, а ты постарайся уснуть. Он колеблется между One Republic и Nickelback. И в конце концов останавливает свой выбор на песне первой группы, начиная тихо петь Касу. Он вообще-то никогда раньше не пел кому-то, чтобы успокоить, чтобы помочь уснуть или почувствовать себя в безопасности. И ему очень нравится делать это для Каса, ему нравится то, как парень прижимается к нему. Он уже совсем не пьян, чувствует, как голубоглазый перестал плакать. Его дыхание постепенно выравнивается, хотя он порой вздрагивает после такой-то истерики. Новак шмыгает носом, после чего засыпает, и к этому моменту Дин как раз заканчивает петь. Он все еще обнимает худое тело, а потом аккуратно перекладывает Каса на кровать, прикрывая одеялом. Лицо парня даже во сне напряжено и обеспокоенно, и Дин, не сдержавшись, целует голубоглазого в лоб. Он замечает, как Кас, вроде, расслабляется в этот момент, и поэтому, подумав, он снимает брюки и ложится рядом, обнимая мальчишку. Им с Джеймсом завтра нужно будет извиниться перед его мальчиком. И к черту гордость и ее составляющие.