Турфирма "IW"

      — Мэм, такси, будьте добры… В смысле к пьяным не приезжаете?! Какого?! Ну и хуй с вами, блять!       Дэвид сбросил вызов и сплюнул прямо под барную стойку, отчего стоящий рядом баран недовольно скорчился и отодвинулся подальше.       — Бармен. Бармен, мать твою, где ты ходишь?! Водки налей, — произнес волк сильно заплетающимся языком.       Наверное, остатками разума он понимал, что ещё пара-тройка рюмок, и не попасть ему домой ближайшие десять часов, да и в вытрезвитель есть вероятность загреметь.       Полицейский уже собирался было уезжать, но правила работников такси спутали ему планы. Он хотел закончить эту пьянку, но судьба распорядилась по-своему. Волкас согнул лапу перед мордой, видимо пытаясь определить время, однако стрелки налапных часов плавали из стороны в сторону и никак не хотели давать ему нужную информацию.       Перед склонившейся к стойке вытянутой мордой негромко стукнул маленький стаканчик, и из-за барной стойки участливо поинтересовались:       — Офицер, может вам хватит уже?       Волкас, уже не способный трезво мыслить, попытался понять, откуда же бармен знает о месте работы своего клиента. Затем, видимо, решил отложить этот вопрос до лучших времён, поэтому залпом выпил содержимое рюмки и произнёс слово, чем-то похожее на слово «счёт».       Баран между тем недобро поглядывал в сторону волка, должно быть он не одобрял пьянство зверей тех профессий, от которых зависят жизни других.       Напитки выполнили свою миссию: Дэвид вообще забыл из-за чего находится здесь, а не дома.       Бармен смог понять, чего хотел от него клиент, и перед полицейским появилась бумажка с трёхзначной суммой. Волкас смог только раскрыть пасть в изумлении. Он выпил больше чем на шесть сотен долларов. В его широко раскрытых глазах читалось непонимание: он точно не мог пропить столько в одиночку, но воспоминания о событиях, произошедших в этом баре, уйдут в небытие вместе с нехилой частью скромной зарплаты служителя закона.       Потратив несколько минут на поиск и прощание с купюрами, волк с трудом встал, но лишь для того, чтобы сделать шаг и грохнуться, споткнувшись о собственную лапу. Подниматься ему явно было лень, и потому он просто валялся, устремив взор затуманенных глаз на вход.       Дверь приоткрылась и в бар вошли двое, но Дэвид не смог определить их вид. Вошедшие прогулочным шагом направились в сторону барана. Проходя мимо лежащей туши, кто-то из них легонько пнул волка в плечо. И всем на удивление (и самому себе тоже) Волкас резко поднялся, снова чуть не оказавшись на полу. Устоял, и, немного покачиваясь, побрёл к выходу, совершенно не обратив внимание на три фигуры, двинувшиеся следом.       Говорят что тот, у кого хорошо развита интуиция, предвидит любые повороты сюжета в своей жизни. У полицейских чуйка развита намного лучше, чем у всех остальных (без неё в работе никуда). И сейчас она его не подвела. Опыт не пропьёшь.       Резко завернув в подворотню и пробежав несколько метров, Дэвид развернулся и наставил выхваченный мгновением ранее пистолет на проход. «Ну и вонища, вон помойка развороченная у стены валяется. — Такие мысли витали в его гудящей голове. — Кошмар, ведь весь Зверополис состоит из таких грязных закоулков. Хотя Зверополис — он разный».       Волкас проморгал момент, когда три фигуры, примерно одинаковые по росту, завернули и устремились в его сторону.       Мозг, плохо соображающий из-за огромного количества алкоголя, даже не парился по поводу того факта, что пистолет — боевой, а цели — гражданские. Статья — превышение самообороны, лишение свободы до двух лет; однако полицейский всерьёз собирался стрелять на поражение (поскольку прицелиться ему вряд ли удалось бы). Кто знает, какие последствия могли бы быть, ему ведь вообще не положено иметь при себе оружие, он же не на дежурстве; но, к счастью, сделать необдуманных действий Дэвиду не дали: баран одним резким движением приблизился и с лёгкостью выбил из дрожащих лап пистолет. Он злобно ухмыльнулся и произнёс:       — Смотри, Кирка — коп, не способный удержать пистолет! — все трое засмеялись.       — А ну, сука, повтори что сказал, и я, блять, тебя так выебу, что ты собственный хуй удержать не смо… — эта длинная полная «эпитетов» красочная речь, выговоренная волком не без труда, была нагло прервана ударом в челюсть.       Довольно сильным, хорошо поставленным ударом. Таким, что неудачливый оратор отлетел к замеченной ранее помойке (а она, к слову сказать, была примерно в трёх метрах).       Дальше, как и следовало ожидать, посыпались удары задними лапами по рёбрам и морде. «Видимо обычные гопники» — подумал лежащий на земле зверь, защищаясь от неистовых пинков. Будь он чуть трезвее, оставил бы от нападающих только мешки с мясом и переломанными костями (в своё время инструкторы в академии сделали из него неплохого бойца); сейчас же ему оставалось лишь прикрывать морду и самые важные органы.       Неизвестно сколько бы это продолжалось, и сколько бы волк ещё выдержал (сознание он не потерял — адреналин в крови сделал своё дело), но всё закончилось резко и неожиданно — то ли кто-то из прохожих кинулся помочь избитому полицейскому, то ли гопники подрались между собой. Видимо всё-таки первое, потому что потом Дэвида приподняли чьи-то сильные лапы. Наш герой понял, что это кто-то из кошачьих: такие подушечки он бы не спутал ни с чем. «Что же, всё могло быть хуже» — с этой светлой мыслью и спокойной душой Волкас отключился.       Примерно в тот же момент, как Дэвид потерял сознание, за несколько кварталов от злополучной подворотни, Ник, с широкими от изумления глазами, тихо, но отчётливо протянул:       —Аахууееть…       Джуди даже не осудила его за мат, она сама произнесла бы что-то похожее, но её опередили. Что же так удивило бывалых полицейских?       Вам доводилось испытывать изумление? Вы когда-нибудь задумывались, из-за чего некто или нечто вызывает у вас сильное чувство замешательства? Предлагаю вам свою точку зрения — мозг строит свою версию происходящего и принимает её за единственно верную. Затем то, что вы предполагали (пусть и неосознанно), сталкивается с действительно происходящим. Разум пытается всеми мыслимыми и немыслимыми способами опровергнуть происходящее, поэтому мы зачастую игнорируем казалось бы очевидные факты.       Вот и наши герои, когда загружали на компьютер Ника запись допроса, ожидали увидеть там нечто необычное, даже выходящее за рамки разумного (где-то на подсознательном уровне).       Запись шла примерно шесть минут. На протяжении первых двух Буйволсон и Андерсон (огромный белый медведь) «мило» беседовали с крупным львом, поразительно похожим на действующего мэра Зверополиса. Несмотря на свой внушительный размер, зверь, закованный в наручники, выглядел каким-то подавленным и казалось, что он всеми силами старался вжаться в поверхность металлического стула.       Диалог, произошедший между задержанным и допрашивающими, будет передан слово в слово.       Буйволсон: Дружок, ты должно быть не понимаешь серьёзности ситуации… — начальник Первого Департамента ходил из стороны в сторону.       Лев: НЕТ, ЭТО ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ! Они придут за мной! ПРИДУТ!       Андерсон: Шеф, он точно вменяемый? — медведь с открытой неприязнью глядел на прикованного к столу.       Лев: Я вменяемый! Вменяемый! Ахахаха, я знаю, что вам от меня нужно! Но я не скажу! Я ДАЛ КЛЯТВУ!       Буйволсон: Позволь всё-таки задать вопрос… — буйвол подошёл к железному столу и навис над задержанным.       Лев: НЕЕТ! Даже не спрашивай! Я ничего не знаю! Я ничего не скажуу! — арестованный запрокинул голову и захохотал.       Буйволсон: …как попасть в Центр?       Лев: безудержно смеётся.       Эмоции на мордах допрашивающих нельзя было разглядеть из-за положения камеры, но было видно, что льва им нисколько не жаль. Спустя пол минуты молчания капитан повернулся в сторону левой стены (которая, к слову, была ещё и окном в комнату допроса) и произнёс:       — Ты же понимаешь, что в таком случае с тобой побеседуют агенты АНБ?       Даже на записи было видно, как лев занервничал: смех прекратился, лапы, закованные в наручники, заметно дрожали, а сам он втянул голову в широкие плечи, сейчас безвольно опустившиеся. Лев, походящий внешностью на статного, грозного мэра Златогрива, сейчас был похож на провинившегося школьника.       Буйволсон, поняв, что не дождётся ответа, кивнул в пустоту и, бросив Андерсону тихое «уходим», стремительным шагом вышел из комнаты допроса. Андерсон двинулся за ним.       Прошла минута, в течение которой лев тихо сидел, понурив голову, но вот в объективе камеры появились две пантеры, одетые в чёрные строгие костюмы. Один хрустнул пальцами, бросив презрительный взгляд на арестованного, а второй произнёс спокойным голосом:       — Мы тебя разговорим. Дай знать, как будешь готов ответить на наши вопросы.       Удар первой пантеры пришёлся как раз на конец фразы второго. Направлен он был в морду. Лев инстинктивно попытался отпрыгнуть, но сделать этого ему не дали закованные в наручники лапы.       Он сплюнул два выбитых зуба, и, испуганно взглянув на агентов, протянул:       — Пожалуйста, не надо, — пантеры переглянулись и продолжили слушать не двигаясь, — мой брат, он мэр, вы наверное его знаете, так вот, он сделает для вас всё, что хотите…       На этом моменте переглянулись уже Джуди с Ником.       Сказанное львом, должно быть, сильно разозлило пантер, и началось серьёзное избиение в восемь лап, ради которого брата Златогрива даже освободили от наручников. На это время Джуди с Ником предпочли отвернуться.       Экзекуция была прервана выкриком забившегося в угол льва:       — ХОРОШО, ХОРОШО! Я расскажу всё, что знаю, только прекратите!       Агенты АНБ, довольные результатом, подняли льва, превышающего каждого из них в размерах раза в полтора, и усадили за стол, вновь застегнув наручники.       Обладающий, по видимому, ценной информацией зверь успел лишь раскрыть пасть, как произошло то, что повергло двух пантер, а вместе с ними и лиса с крольчихой, в глубокий шок.       За спиной льва появился некто в белом капюшоне. Затем «гость» положил правую руку на затылок льву, и, спустя секунду, исчез.       Напарники пересматривали этот момент десять раз в замедленном воспроизведении: неизвестный просто появлялся из ниоткуда, будто перед ними мультик, где на одном кадре никого нет, а на следующем уже есть.       После этого лев каждый просмотр заваливался на стол, и было видно, что вся шерсть на его затылке пропитана быстро вытекающей кровью.       На этом запись кончалась.       Лис и крольчиха всё ещё пытались осознать произошедшее, как телефон Джуди, лежащий на столе, зазвонил, выведя на экран морду шефа Буйволсона, и две иконки: принять и отклонить вызов.       Хоппс, всё ещё пялясь в экран компьютера, взяла в лапу мобильник и ткнула в зелёный значок. Раздался знакомый ор, который услышал даже Ник:       — ХОППС, БЕРИ УАЙЛДА И БЕГОМ В УЧАСТОК! Возьмёте боевое, машину, и дуйте в Сахарасити! У нас ЧП!       Джуди поморгала, затем переварила услышанное и повернулась к Нику. Тот без объяснений всё понял, и, схватив ключи, побежал к выходу. Напарница не отставала, и спустя минуту полицейские на всех парах мчали в Департамент, лавируя между прохожими, смотрящими им вслед с немым изумлением.