Мой младший брат

Юнги отпускают домой через два дня, после того, как очнулся Хосок. В это время за Чимином приглядывал Тэхён, который, за последнюю неделю практически переехал жить к Минам. Его постоянно овладевало беспокойство за друга, поэтому омега не хотел оставлять старшего в таком состоянии одного. Домой он ходил редко, да и то только по крайним случаям, и старался с собой Чимина брать, чтобы он хоть немного находился на воздухе, но уговаривать его получалось не всегда. После того, как Чимин узнал, что потерял ребёнка, то был похож на самый настоящий, обыкновенный и ничем не отличающийся от других овощ. Если не хуже. Конечно, Чимину было бы спокойнее пережить это всё с Юнги или с Чонгуком, но брат всё ещё на тот момент был в больнице, а у Чонгука появилась своя проблема. Чон навещал старшего, но он всё время казался таким уставшим и истощённым, что Тэхён практически сразу отправлял его спать или заставлял поесть. Но Чонгук всё время уходил в детский дом, не оставался у старших надолго, он понимал, что Киму и так сейчас тяжело с Чимином, а тут ещё и он. Просто не хотел быть ещё одной ношей для старшего. Сейчас младший омега сидел на кухне у Минов и вёл разговор со старшим из их. - И что Хосок собирается делать дальше? - Юнги отпил немного кофе. - Я не знаю - Чонгук опустил голову вниз и впился взглядом в свою кружку, он правда не знал, что ему и Хосоку остаётся делать. Он ведь, практически, и ничего сделать-то и не может. - Ты же понимаешь, что суд на стороне. - Да. Хён, я прекрасно всё понимаю. И я знаю, что скорее всего будет дальше, мне сейчас так страшно.. - Я знаю, но ты давай держись. - Стараюсь. Дверь в кухню открывается и в неё заходит Тэхён, даже после того, как старшего выписали из больницы, он продолжал жить у них. Старший омега проходит за стол и садится на стул, ближе к Юнги, а потом укладывает голову на плечо здоровой руки и глубоко и шумно вздыхает. Он устал. За последние дни он слишком сильно устал. Юнги, как мог помогал младшему, но разве он много чего может со своей сломанной рукой? - Как там Чимин? - Он уснул. Гуки, ты что-то совсем неважно выглядишь, не заболел? - Да нет, хён. Я просто не высыпаюсь в последнее время. - Мммм - Чонгук смотрит на омегу и не понимает, как тот может быть таким серьёзным, ведь в то время, до аварии он был совсем...нуу...другим, вообщем. - Я уже, наверное, пойду - Чон смотрит на настенные часы и понимает, что ему пора - я хотел сегодня к Хосоку-хёну сходить. - Ты же у него не был, с момента, как он очнулся? - Юнги, задавая свой очередной вопрос, смотрит на Чонгука внимательно, хотя уже знает ответ. - Нет, хён. Сейчас середина весны. В школе завал, да и к тому же эти новые опекуну, как снег на голову свалились, времени нет вообще - младший встаёт из-за стола и проходит к выходу. Он быстро одевается и по-дружески обнимает на прощание Юнги с Тэхёном. На лестничной площадке он ждёт лифт, который останавливается на нужном этаже. На удивление Чонгука из него выходит Намджун, с портфелем на плечах и костылями в обеих руках. - Привет - Джун улыбается омеге. - Здравствуй, хён. Как ты? - Всё нормально, на мне же заживает всё, как на собаке. - Я рад это слышать, ты к хёнам? - Да, решил их проведать. - Понятно. Чонгук не стал заводить с Намджуном долгий разговор и, распрощавшись, он направился в лифт, сразу же нажимая на нужную кнопку. ~~~ - Вот тут ещё нужно - Сокджин указывает Хосоку, где ему нужно расписаться в документах, а тот делает всё, что говорит ему старший. По сути дела, все документы заполнял Джин, так как у младшего сломаны пальцы на правой руке. А вот росписи ставил уже он, еле как, левой рукой, но он всё же это сделал. Криво, косо, но хоть как-то. - Всё? - Да, там только Чонгуку ещё расписаться осталось. Вообщем, суд будет через несколько дней, я там за тебя буду. На нашу сторону ещё придёт Юнги и та работница детского дома, про которую ты мне рассказывал. - Это которая, тогда с Гуки в больнице была? - Да, она самая. Обещала помочь. Нам бы туда ещё Чимина, но он сейчас сам знаешь в каком состоянии. - Знаю - Хосок отдаёт ручку обратно Джину и ещё раз пробегает глазами по тексту, удостоверяясь, что они не пропустили не одной важной детали. - Так, я пойду, а то там у меня ещё работа. - Ага, давай. И хён - Сокджин останавливается в дверях и переводит взгляд на младшего - спасибо, ты и вправду делаешь очень многое для меня - старший альфа улыбается и закрывает за собой дверь палаты. Он выходит из здания больницы и, еле находя в море других машин свою, родную, садясь за руль. По пути на работу он ещё заезжает в детский дом и отдаёт нужные, заполненные, бумаги директрисе. ~~~ Юнги слышит, как в дверь кто-то стучит и он, выкарабкиваясь из объятий прилипчивой омеги, идёт открывать её. Он смотрит в глазок и видит человека на костылях, даже не разглядывая лицо младшего, он понял, кто это. - Привет - Юнги здоровой рукой придерживает Намджуна за локоть, помогая перешагнуть порог. - Привет. Ты как добрался? - Да там на такси, потом на лифте. Вообщем, сильно не перетруждался. Юнги усмехается на сарказм друга и ведёт его в кухню, наливая тому кружку кофе и иногда вставляя свои фразы в, быстро начавшийся, разговор Тэхёна и Намджуна. Они сидят недолго, около получаса, потом Джун всё таки осмеливается и говорит, что пойдёт к Чимину. Тэхён с Юнги предупреждают его, что младший спит и просят не будить его. Джун даёт им обещание, что не разбудит Мина младшего и не спеша идёт в комнату любимого омеги. Он присаживается на край кровати и всматривается в красивые черты лица. Чимин за это время изменился. Альфа пробегает глазами по хрупкому телу и понимает, что он сильно похудел, и это связано не только с тем, что омега потерял ребёнка, и теперь живот казался меньше. Он был очень бледным, что тоже не укрылось от старшего. Намджун тяжело вздыхает и наклоняется к Чимину, аккуратно, всеми силами стараясь не разбудить, целует его в впалую щёку, а затем ложится рядом, зарываясь рукой в густые волосы, потихоньку поглаживая по голове. В собственную голову сейчас лезут различные мысли, Намджун обещает себе, что вернёт Чимина к жизни. Да, это будет нелегко. Но никто и не говорил, что всё будет идти гладко. Джун не даёт себе отчёта и не замечает, как практически засыпает, но полностью ему не даёт заснуть копошение на другой части кровати. Альфа открывает сонные веки и видит перед собой карие глаза, которые были наполнены лёгким испугом и любопытством. Впервые за долгое время глаза Чимина не были пустыми, а излучали хоть какие-то эмоции. Намджун отмечает в голове, что один из множества шагов по возвращению прежнего Чимина уже сделан. Он улыбается младшему, а тот, хоть уже и без испуга, но с той же удалённостью и любознательностью смотрит на хёна. А Намджун понимает, как сильно любит его и никому никогда не отдаст.