Мне совсем не нужен

      Пальцы у Бакуго холодные, несмотря на тёплую сухую погоду на улице и приличную температуру в доме. Киришима ёжится от передающегося ему холодка, но руки от чужих рук не убирает. В глазах Катсуки так и читается "Какого хера ты делаешь вообще", но вслух он не говорит ничего, только пялится на их ладони, а точнее - на ладони его друга, что спрятали его холодные кисти в своих горячих. Так кисти, обтянутые загорелой кожей, казались ещё больше, чем обычно. Блондину как-то стало неловко, что хотелось просто вырвать свои руки, хотя его никто и не держал насильно, и уйти куда подальше. Но замёрзшим рукам было чертовски тепло, и он никуда не уходил.       Он уже даже не был уверен, точно ли это проявление "дружбы". В смысле, до этого друзей у Бакуго не было вообще, поэтому он особо не знал, как нужно показывать дружбу, но точно был уверен, что все те идиоты, которые его окружают и которые сбиваются в кучки, такого друг с другом не делали точно. Даже когда было очень холодно.       А Эйджиро и сам не до конца понимал, что он делает. Ну, пластыри уже были на своих местах и можно было бы уже идти домой, ведь он в порядке, чтоб не стеснять друга и не доставлять ему дискомфорт. Однако что-то пошло не так, и теперь Киришима с осторожностью греет холодные пальцы Бакуго в своих руках. Ни один из них не подаёт голоса, и оба смотрят на всё это...       Киришима до ужаса наглеет и теперь потирает большими пальцами тыльные стороны ладоней Бакуго, там, где достаёт и нет синяков.       Бакуго нравится.       Это в первый раз, когда с ним делают что-то подобное, а потому он не знает, как правильно отреагировать. И поэтому не реагирует никак.       Киришима смущается.       Это уже нихрена не по-дружески, а как-то... по-гейски, что ли? Эта мысль отрезвляет, как чан холодной воды, вылитый на голову, и парень одёргивает руки, будто обжегся. Ещё несколько секунд он смотрит на то место, где только что были их руки, а потом поднимает зашуганный взгляд на Катсуки. Тот смотрел ему прямо в глаза.       - П-прости меня! Я н-не знаю, что на меня нашло, просто... - Киришима мечется, пытаясь найти хоть одну весомую причину, по которой он так долго лапал чужие ладони.       - Проехали, - быстро бросает в ответ блондин, перебивая заикающегося друга. - Тебе лучше вернуться домой как можно быстрее, пока мамка твоя шумиху не подняла.       - А, да-да, конечно, - красноволосый спохватывается, вспоминая, что в прошлый раз, когда он сильно задержался у Бакуго, его мать заявилась прямо на порог, требуя вернуть сына ей. Так стыдно Эйджиро не было, пожалуй, никогда прежде. Он соскакивает с дивана, поправляет футболку и забирает свою сумку, в которой звякают кастеты, но, будто что-то вспомнив, он резко оборачивается на идущего за ним парня, что они едва не врезаются, и начинает тупо тараторить. - Прости, может, вопрос будет совсем не к месту, но ты пойдёшь завтра со мной смотреть финал? Сент-Луис Кардиналс играет против Нью-Йорк Янкиз. Типа, вершится история.       - Да понял я уже, - Катсуки ерошит пятернёй волосы на затылке и тяжело вздыхает. - Там же будет этот Дэйвид Фриз. Я надеюсь увидеть его хоум-ран.       Киришима быстро расслабляется и устало смеётся. Чёрт возьми, он уже успел пересраться, потому что Бакуго - самый непредсказуемый человек в мире, и ты никогда точно не узнаешь, что он ответит или предпримет. И Киришиму почему-то от этого дико прёт.       - Отлично, бро, значит, завтра идём опять смотреть. Только чур без твоей этой домашки по биологии. Только бейсбол, мы и бургеры, - Катсуки моментально добавляет "и начос", а Киришима согласно повторяет и уже летит к выходу. ***       Настроение было просто потрясающим. Его не омрачало даже недавнее смущающее происшествие, что уж говорить обо всей боли в теле и тошноте? Под ногами шуршали жёлтые и остальных грязных цветов и оттенков листья, на дерево кошка полосатая полезла, а ещё сосед-придурок поливает свой тупой газон. Киришима, подходя к дому, заметил у почтового ящика поднятый флажок - почта пришла.       Эйджиро почти вприпрыжку подходит к ящику, опускает флажок и вытаскивает пару открыток и небольшую бандероль, после чего закрывает ящик обратно и уже шлёпает к дому, совсем забыв про синяки, пластыри и боль в общем.       На пороге его встречает мать с фартуком поверх домашнего платья, уперев руки в бока. Киришима остановился в дверях, не понимая, что происходит, но на всякий случай не разувается. Чтобы спросить, в чём дело, требуется только слегка приподнять правую бровь. И тут женщина просто взрывается.       - Киришима Эйджиро! Где ты был?! Почему на тебе опять живого места нет? - Киришима морщится от ультразвука, ощущая, как до него даже долетают капли слюны. Но парень даже ответить ничего не успевает, как на него снова обрушиваются новые вопросы. - Тебя что, в школе травят? Или это всё опять из-за твоего Бакуго? Когда ты перестанешь с ним водиться?!       - Мам, я не маленький уже. И Бакуго мой друг, я не хочу переставать с ним общаться.       - Посмотрите на него! Взрослый стал он, видите ли. А сам ходишь вечно избитый, как боксёрская груша, - Эйджиро пытается ещё что-то сказать матери, но та даже слушать не хочет. И, чёрт возьми, скандалы у них никогда ничем хорошим не заканчивались. И вряд ли этот раз станет исключением. - Значит так, я сейчас же звоню твоему классному руководителю и говорю, что ты берёшь больничный! Будешь сидеть дома и поправляться.       - Но мам! - Эйджиро почти хнычет, роняя из рук почту и рюкзак на пол. - Я не могу сидеть дома! А как же учёба? Это что, арест?!       - Можешь считать, что арест, молодой человек. Посиди дома и подумай над своим поведением. Домашнюю работу по телефону я сама буду спрашивать. Чтоб наверняка.       Киришима поджимает губы, быстро стягивает кроссовки, подхватывает рюкзак и летит к себе в комнату, громко хлопая дверью. И тут же оседает на пол. Он никогда не был под домашним арестом. Он думал, что это какой-то миф среди подростков. Да даже Катсуки с его-то нравом и любовью к дракам ни разу не сидел под арестом. Это же бред!       А ведь они договорились завтра пойти в их кафе и посмотреть трансляцию игры под пару бургеров и порцию начос. И, Киришима точно знал, Бакуго придёт. Не мог не прийти. И если сам красноволосый не придёт, то всё - финита. Бакуго никогда не сможет ему доверять так, как доверяет сейчас, потому что Эйджиро же всегда выполняет обещанное и приходит в назначенное место вовремя. Да и Катсуки ни за что не устроит ответ "Меня посадили под арест, так что, сорян, не приду". Это даже не по-мужски.       Придётся сегодня буквально умолять мать отпустить его хотя бы на финал игры, потому что иначе Бакуго его просто не простит.       И уже вечером, когда мать зовёт его на ужин, а за столом сидит вернувшийся с работы отец, Киришима решает поднять этот вопрос. Отец пока что пытается вникнуть в суть, исходя из монолога своего сына и громких воплей его жены. Её приходится успокаивать и насильно сажать за стол. Эйджиро уже просто смотрит в тарелку со спагетти, тупо ковыряясь в лапше. Аппетита не было нисколько.       Отец слушает обе версии рассказа и кивает чему-то своему в голове, после чего выносит вердикт.       Он разрешает идти сыну смотреть трансляцию, но под арестом всё же остаётся ровно на неделю. Конечно, его несказанно радует разрешение отца, которому не перечит даже мама, но арест... Серьёзно?! Бакуго же никогда не ходил в школу без него. Они ведь даже болели одновременно, так что порознь ни разу не были в школе. Да и прогуливали они тоже вместе.       А теперь-то что?..       Спагетти остаются не тронутыми, а Киришима идёт в свою комнату, чтобы просто написать другу, потому что сам он ничего придумать не может. А Катсуки умный, он точно что-нибудь да сообразит. ***       Уже в комнате, лёжа на кровати прямо в одежде, Эйджиро, не переставая, тыкал в телефон на клавиши с буквами по сенсорной клавиатуре, постоянно сбиваясь и психуя, уже использовал тупо автозамену слов - пальцы дрожали. Он волновался.       Киришима в который раз перечитывает сообщение, критично просматривая строки. Не сочтёт ли Катсуки это жалобой? Бакуго ненавидел нытиков.       Красноволосый хочет стереть последнее предложение, но случайно нажимает на "отправить", а у него тут же холодеет спина. Боже, это было катастрофой. Нет, они частенько писали друг другу всякую белиберду, типа мемчики из тупых пабликов присылали, просто спамили и всё такое, но теперь казалось, что Катсуки был абсолютно чужим человеком, которому Эйджиро отправляет сообщение, боясь негативной реакции. Он же не переживёт       Но Бакуго отвечает достаточно быстро, без всяких вопросов или привычного ворчания, только кидая какое-то неопределённое "Ща разберёмся".