Царствие

Рыжеволосая Лила прижалась всем телом к Габриэлю, на что тот брезгливо смотрел на девушку. — Ваше Величество, хотите, чтобы я снова предстала в чужом облике? — с ноткой недовольства лениво протянута Лила. — Да, сделай одолжение, — увидив перед собой наконец ту, которую он так сильно желал последние дни и которой не мог овладеть, Габриэль возбудился и резко притянув девушку за талию, страстно поцеловал. Спустя час после любовных утех с наложницей, Габриэль решил отдохнуть и прочитать перед торжеством, но только он открыл книгу, как услышал крики сына. — Отец! — дрожавший Адриан вбежал в комнату. — Адриан, что случилось?! — Кагами, её убили, отец! — Что? Но как? — Не знаю, отец, не знаю, — расстроенный Адриан сжал свои волосы и присел на софу. — Да… Вот так наладили отношения! Пяонский король наврядли теперь подпишет с нами соглашение о мире на ближайшие десятилетия, — Габриэль задумался. — Тебя только это волнует?! У нас сегодня должна была быть свадьба! Она должна была стать моей женой! Она меня любила! — кричал принц. — Тебя тоже это должно волновать, ты будущий наследник престола! — король повысил свой голос и раздраженно посмотрел на сына, который был немного не в себе. Адриан опустил руки и словно вовсе его тело стало вялым — другого от своё отца, было сложно ожидать. Граф Ляйфскмй допрашивал свидетелей, пока граф Куффен собирал улики. Адриан в отчаянии смотрел на побледневшее тело своей невесты и желал только одного: как можно быстрее найти убийцу. — Адриан, думаю можно закончить расследование, — граф Куффен и принц с удивлением посмотрели на своего друга. — Додзикка видела убийцу, она пряталась за шторой, в общем это… — Ну? — Адриан с раздражением поторопил замявшегося Нино — Маринетт Пауза, молчание и осознание произнесенного имени, оба юноши и стоящая неподалёку Аля ошарашенно переглянулись. — Это что, шутка? — Адриан видел серьёзное лицо графа Ляйфского и то с каким трудом он озвучил имя убийцы, но не мог это принять сразу. — Это какая-то ошибка! — Куффену это казалось настолько абсурдным, что он никогда бы в это не поверил. — На неё указал также стражник, который делал утренний обход этого крыла замка, — Ляйфский тоже не верил, но помимо свидетелей, у Маринетт был очень даже логичный мотив — ревность. В этот момент по распоряжению графа стражники уже привели Маринетт к месту преступления, которая от чего-то не сопротивлялась, да и вообще была будто не здесь. Кивнув Нино, Адриан дал понять, что можно начинать допрос… Минутами ранее. Маринетт тихо лежала в кровати, приняв самую удобную позу, в которой боль немного стихала, но к ней ворвалась стража и говоря что-то про приказ короля или ещё кого-то там от его имени заставили её подняться с постели и пойти с ними. Она особо не сопротивлялась, шла, как могла, хотя каждое движение ей давалось с трудом и распыляло по телу болезненный жар. Дальше словно в тумане она увидела окровавленное тело принцессы, испуганных слуг, графа Куффена, который смотрел на нее с какой-то надеждой. Встретилась с испуганными глазами Али, и злыми зелеными глазами принца. И даже радость вновь лицезреть своего возлюбленного — Адриана, не избавляла от дикой боли внизу живота. Ей задавали вопросы, на которые она из последних сил пыталась ответить хоть что-то вразумительное. — Миледи, как Вы объясните то, что Вас видела служанка принцессы? — Не знаю, меня здесь не было, я была в своей комнате все утро. — Кто-нибудь может это подтвердить? — Нет, не думаю, я была одна. Граф Ляйфский тяжело вздохнул и растеряннвм взглядом посмотрел на Алю — они оба не хотели верить в это. — Пожалуй все ясно, в темницу, — сухо ответил принц с без жизненным взглядом. — Но это ошибка! Она не убийца! — граф Куффен запротестовал и кричал вслед уходящему Адриану, а Маринетт словно в вакууме, даже не слышала рыданий Али. Двое стражников подхватив Маринетт под руки проводили её, исполняя приказ. Темница была недалеко от замка и Маринетт была благодарна тому, что её туда повели пешком, иначе бы в повозке она точно потеряла сознание от боли. Грубо втолкнув девушку в темную комнатушку за ней захлопнули железную решетку. Тюремная камера была тесной даже для миниатюрной Маринетт. Сырая земля вместо пола, стены обложенные камнем, небольшое окно под потолком, прогнившая деревянная кровать — вот вся обстановка. Но и этого Маринетт было достаточно, ей хотелось свернуться калачиком и лежать неподвижно. Утро следующего дня будто смыло все вчерашние события: слуги как обычно суетились, розы благоухали, а солнце светило настолько ярко, что напрочь не придавало трагичности состоявшимся похоронам. — Нино, где отец? — Он уехал в восточное графство ещё вчера, сам понимаешь теперь король Цуруги может оборвать все прежние соглашения. — Чёрт, почему он не предупредил?! — Король торопился, он даже повозку не взял — отправился верхом. Слушай, Адриан, ты и вправду думаешь, что Маринетт могла такое совершить? — А у меня есть причины сомневаться? — Просто она не похожа на… — На убийцу? Поверь мне, она может врать в глаза и клясться в вечной любви, но на деле оказаться обычной потаскухой, её слова ничего не стоят! Где граф Куффен? Он должен был составить документы по высылке флота от берегов Талии, — Адриан держался как мог, чтобы не выдать своего подавленного состояния. И напускная агрессия хорошо с этим справлялась. Что он мог чувствовать, когда узнал, что его любимый человек помимо предательства оказался ещё и жестоким и бессердечным человеком, который с лёгкостью отнял жизнь у другого, имеющего также не последнее значение для Адриана. — Он сейчас в темнице, наверное ведёт допрос, — Нино пожал плечами, а Адриан ухмыльнулся. — В темнице говоришь, хотел бы я поприсутствовать на этом допросе… — сжав кулаки и зубы процедил Агрест. Лукас направлялся к Адриану. — Ваше высочество! — Да, проходите, граф, что у нас там с нашими кораблями? — Я ещё вчера дал нужные распоряжения и отправил гонца. — Отлично! — Ваше Высочество, могу я просить Вас? — О чем? — Маринетт… — Нет! — резко оборвал Адриан собеседника, он знал о чем будет его просьба, но никаких поблажек ей делать не собирался. Куффен уже хотел парировать, но был перебит. — Адриан! Что ты творишь?! — разъярённый король ворвался в кабинет. Граф Куффен поспешил ретироваться, оставив их наедине. — Отец, о чем ты? — Ты отдал приказ посадить Маринетт в темницу?! — Я, а что надо было оставить убийцу во дворце? — Она не убийца! Это недоразумение! Я уже отдал приказ о её освобождении, настоящий преступник пойман. Поэтому тебе стоит перед ней извиниться. — Что? И кто же убил Кагами? — Это Лила, она прекрасно развила свой дар иллюзий, оказывается она может гораздо больше, чем разжигать огонь — Адриан смутился, если убийца и вправду Лила, то он совершил ошибку, но какой мотив был у его бывшей наложницы… — Ты видимо забыл, что Маринетт — Чудесная! Она нужна нам здоровой, чтобы выносить твоего первенца! — Не забыл, но то, что она Чудесная — не делает её безгрешной, — Адриану нужно все обдумать, возможно Маринетт и не виновна, теперь не стоит делать поспешных выводов. Сидя на скамье в саду Адриан все чаще и чаще возвращался к сказанным отцом словам: «Лила, она прекрасно развила свой дар иллюзий, оказывается она может гораздо больше, чем разжигать огонь…» Сознание наконец-то подкинуло горькую правду: тогда в постели короля была не Маринетт, а лишь Лила принявшая её образ. Конечно, да и отец бы не стал пренебрегать столь одержимой идеей вернуть мать. — Маринетт! — Алья с ужасом посмотрела на бледную девушку, которая корчилась на кровати, — Что случилось, что с тобой? — Алечка, мне так плохо, мне так больно… — Ну все потерпи, потерпи, я позову доктора, — выбежав в коридор, Аля резко остановилась, сердце подсказывало, что придворный доктор будет лишний, и поразмыслив побежала на поиски графа Ляйфского. — Нино! Езжай в деревню и привезли знахарку, только никому не говори и заведи её с заднего двора! — Зачем? — Меньше вопросов, больше дела! Я тебе потом все обьясню! — Аля развернула мужчину к выходу и подтолкнула руками, — Быстрее, быстрее! Как его и просили, граф Ляйфский завёл знахарку через задний двор, где её тут же перехватила Аля и увела. — Вот, с этой травой будешь ей чай заваривать, каждый вечер, с месяцок. А это, — знахарка сунула Але ещё один маленький мешочек набитый сухой травой, — Будешь давать ей три дня, по чайной ложке, утром натощак. — Так а, что с ней? — Приплод будет, если конечно у неё сил хватит, — Аля с ужасом посмотрела на пожилую женщину и проводив её до дверей велела Нино отвезти её до деревни, сама же поспешила к девушке. Зайдя в комнату к Маринетт, Аля наконец увидела ее ясное лицо, не искажённое мучениями. — Маринетт, неужели ты та самая Чудесная? — с грустью спросила Аля. — Чудесная? — Так называют обладательницу силы чудесной, ты и есть она? — У меня есть некоторые способности, но я храню это в тайне, пожалуйста сохрани мой секрет! — Маринетт смотрела молящим взглядом. — Маринетт… — Аля почти плакала, гладя девушку по голове. — Аля, ты чем-то расстроена? Тебе рассказала эта женщина от чего мне было так плохо, — синевласая просияла в улыбке, — Я ношу под сердцем дитя! Только вот ответной радости Маринетт не увидела, напротив скорбь на лице Али лишь стала заметнее. — Ты не представляешь, что теперь тебя ждёт…