То, что ты любишь

Костя второй раз за неделю пробирается в филармонию. Он все еще опасается, что его рано или поздно поймают. Это неразумно, по-детски и намного проще попросить Федю сыграть дома. Но Кучаев в который раз заходит на балкон, чувствуя, как его со всех сторон окутывает мелодия, которую сейчас с чувством играет Чалов. Балкон оказывается занят. И это в первую секунду ужасно пугает Костю. Он уже думает о том, как быстро ему придется бежать по коридорам этого здания. Но сидящий на балконе оборачивается, и им оказывается Антон. Или Леша. Этих близнецов только черт различит. А потом Костя видит, что второй Миранчук сидит рядом. Ну, как сидит — спит на плече у первого. — Привет, — неуверенно говорит Костя. Бодрствующий Миранчук машет Кучаеву свободной рукой в знак приветствия, а потом кивает на свободное место рядом. — Сейчас начнется моя любимая часть, — тихо говорит парень. Костя усаживается на кресло, чувствуя себя немного неловко. А потом он забывает обо всем, потому что все его внимание захватывает Федя. Его пальцы быстро-быстро бегают по клавишам фортепиано, кажется, он даже не смотрит в ноты. И в это время инструмент выдает невероятную мелодию. Она будто проникает в самое сердце, заставляет его биться в такт быстрым нотам. Чалов облизывает губы, и Костя, как завороженный, повторяет это действие. Кучаев собственными глазами видит, какое удовлетворение получает Федя от игры. Он не соврал, когда говорил о том, что ему нравится это. И Косте хочется закопать Валеру в землю за то, что он заставляет Чалова ненавидеть эту прекрасную часть себя. — Да уж, ты конкретно вляпался, — негромко говорит Миранчук, и Кучаев понимает, что тот уже несколько секунд смотрит не на сцену, а на замершего на месте футболиста. — Что? — удивленно спрашивает Костя, совсем забывший о том, что находится на балконе не один. — Я про Федю говорю, — парень кивает в сторону сцены головой, но смотрит все еще только на Костю. Не сводит с него пристального взгляда. — Видел бы ты со стороны, как смотришь на него. Палишься конкретно. — Я не… — тут же начинает оправдываться Костя. — Я не палюсь! То есть мне не в чем палиться, — как всегда в такие моменты, он начинается путаться в словах и поэтому просто тихо стонет. — И что теперь? Расскажешь ему? — А сам не хочешь рассказать? — Антон спрашивает обыденно, будто бы они разговаривают вовсе не о гейской драме, что внезапно их окружила. — Я же не самоубийца, — качает головой Костя. — Кто захочет жить в одной комнате с влюбленным в тебя геем? Он или побьет меня, или… даже не знаю, что «или». Но ничего хорошего из этого точно не выйдет. Он смотрит на бодрствующего близнеца с подозрением. Тот не проявляет никакой неприязни, не спешит кричать «фу, гей». Значит ли это, что он не расскажет ни о чем Феде? Можно ли ему довериться? — Не волнуйся, я тебя не сдам, — у Кости, наверное, на лице написан вопрос, и Миранчук на него отвечает. — Я в чужую личную жизнь не лезу, мне бы со своей разобраться, — парень вздыхает. — Тяжело тебе с ним будет. — Если ничего ему не расскажете, то не будет, — пожимает плечами Костя. — Я ни на что не претендую. Дружим — и хорошо. Большего мне не надо. Врет, конечно. Он бы с радостью взял больше, но знает, что Федя ему этого не даст, и поэтому просто смирился. Антон молча смотрит на Костю, и в его взгляде хорошо читается недоверие. Он явно не поверил в эти слова, и поэтому качает головой. — Федя к тебе тянется. Ну, насколько он умеет это делать. Когда он сказал, что половину его комнаты захватил какой-то дальний родственник из глубинки — я думал он тебя выживет за пару месяцев. А что в итоге? Он защищает тебя от самого страшного кошмара своей жизни. Я думаю, это что-то значит. Косте очень хочется поверить в эти слова. Убедить себя в том, что Федя что-то испытывает к нему. Но… от этого будет только хуже. Он потянется к Феде, а тот оттолкнет его. А потом наверняка «выживет», как и сказал Антон. Потому что кто захочет жить в одной комнате с геем? Костя вздыхает и снова бросает взгляд на Федю, который играет все это время, даже не зная, какие разговоры ведутся сейчас на балконе. — Я уже пойду, — говорит он Антону. — У меня скоро тренировка.

***

Костя тяжело вздыхает, поглядывая на часы. Федя забыл в классе телефон, из-за этого ему пришлось на полпути в столовую вернуться в класс. А Кучаев остался ждать у доски с расписанием. Такими темпами им грозит прийти в столовую в самый час пик и половину времени простоять в очереди, поэтому парень повторяет мученический вздох. Благо, Чалов наконец-то появляется в самом конце коридора. А потом за его спиной чуть ли не из воздуха вырастает Валера, хватает Федю под руку и заталкивает в туалет, который так удачно располагался совсем близко. У Чалова на лице застывает маска удивления. А потом дверь захлопывается. Костя рвется вперед, чуть ли не налетая на их классного. — Извините, — в спешке произносит парень, но Кирилл Анатольевич хватает его за руку и не отпускает. — Костя, подожди, нужно один момент с тобой обсудить. Хорошо, что тебя встретил. — Простите, но мне нужно срочно… — пытается освободиться Кучаев, за что получает суровый взгляд учителя. — Не волнуйся, все без тебя не съедят в столовой. Это займет буквально пару минут. Время тянется медленно. Костя слушает классного в пол уха, а сам не может отвести взгляда от двери туалета. Оттуда никто не выходит, зато какой-то парень дергает дверь и не может её открыть. У Кучаева холодок ползет по коже, он готов уже что угодно пообещать Кириллу Анатольевичу, лишь бы он больше ни о чем не спрашивал и отпустил его скорее. — Да-да, без проблем, — бормочет Костя, и Кирилл Анатольевич, наконец, позволяет парню сорваться с места. Кучаев в одно мгновение оказывает у туалета, дергая на себя дверь. И та распахивается ему на встречу, а из помещения вываливается Федя. Они явно в один момент хотели открыть дверь и чуть не налетели друг на друга. У Чалова шокированные глаза, а кожа бледная, будто он увидел приведение. Зато костяшки не сбиты, и лицо без признаков насилия — Костя проверяет эти два факта в первую очередь. — Ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает Костя. Из туалета вырывается Валера. У него лицо тоже странное. Костя никак не может разобрать, какая эмоция на нем отражается. То ли злость, то ли обида, то ли отчаяние. Валера отталкивает его в сторону и быстрым шагом уходит куда-то по коридору. Федя кажется несколько потерянным, он будто с трудом фокусирует взгляд на Косте. А потом еще пару секунд смотрит в спину уходящему Валере. — Я… Да… Кажется, — как-то совсем не убедительно произносит парень. — Что у вас там случилось? Чалов молчит пару секунд. Пару десятков секунд, будто прокручивает в своей голове вариации того, что и как он может сказать. И, судя по тишине, ни один из вариантов его не устраивает. — Да… Нормально все, — Федя улыбается, но есть в его улыбке что-то натянутое. — Идем, а то все в столовой без нас съедят. — Федь, — неуверенно говорит Костя. — Ты можешь мне доверять. Если что-то случилось, я всегда выслушаю и постараюсь помочь. — Он… — начинает было Чалов, а потом по коридору разносится трель звонка. В коридоре тут же появляются ученики, которые тянутся по кабинетам, создавая шум и толкучку. — Ладно, потом расскажу. Идем на урок.