То, что ты любишь

Тетя Марина предупреждает парней о суточном дежурстве заранее, как всегда. Она покупает продуктов, готовит, будто уезжает на целую неделю, чтобы мальчики, не дай бог, не голодали. Такие дежурства у неё выпадают редко, всего раз или два в месяц. Зато это значит, что квартира на весь день остается в распоряжении парней. Нормальные подростки решили бы воспользоваться ситуацией и затеять вечеринку. Костя тоже собирается воспользоваться ситуацией, но планы у него совсем другие. Он решает, что спустя месяц отношений пришел отличный момент, чтобы наконец заняться с Федей настоящим сексом. К делу он подходит ответственно. Отправляется в аптеку, где, сильно смущаясь, просит смазку и презервативы. Девушка-фармацевт мило улыбается ему, будто догадываясь о чем-то, и начинает перечислять просто десятки видов одного и другого товара. Опыта подобных закупок у Кости, конечно же, нет. И поэтому он понятия не имеет, что именно надо брать. И чтобы не спорить с фармацевтом, парень берет сразу три вида смазки и четыре пачки презервативов. Как будто собрался, как минимум, устроить оргию. Квартира встречает Костю удивительным видом. Начать стоит с того, что от самого входа по полу тянется дорожка из лепестков роз. Федя в данный момент активно разбрасывает лепестки из пакета. И замирает, будто застуканный на месте преступления вор, когда Кучаев входит в квартиру. — Не смотри! То есть… Ааа, ты все равно уже все видел, — вздыхает Чалов, и его щеки начинают пылать от смущения. Костя удивленно оглядывается, пытаясь понять, что тут происходит. Видимо, не одному ему пришла в голову гениальная идея воспользоваться отсутствием тети Марины. — Федь, ты же в курсе, что я не девчонка и не пищу от восторга при виде цветов? — уточняет Костя. — Но должен признать, что это очень мило. Он подходит к парню, стараясь не наступать на рассыпанные по всему полу цветы, и мягко целует того, обвивая руками шею. — Я… я не знаю, что нравится парням, — тут же начинает смущенно оправдываться Федя. — Не буду же я для тебя рассыпать по полу футбольные мячи или еду, — парень с радостью отвечает на поцелуй, явно скрывая тем самым свою неловкость. А потом уточняет, когда им все же приходиться отстраниться, чтобы нормально дышать. — Свечи тоже не стоило покупать? — Вот еду мог бы и раскидать, — смеется Костя. — Это было бы очень романтично. Он тянет Федю за собой в комнату, где в самом деле горят свечи. Костя оценивает обстановку и решает, что это в самом деле атмосферно. — Мне нравится. Что еще ты придумал? — Я знаю, что ты не пьешь, поэтому купил простой газировки, — все еще смущенно бормочет Федя, показывая на стол, который уже сервирован. Высокие фужеры, праздничные тарелки из сервиза, за которые тетя Марина наверняка оторвет им голову, если хоть что-то из этого пострадает. — Да и я… Ну… Я бы хотел запомнить все без каких-либо провалов. Костя смотрит на Чалова и, как бы банально это ни звучало, чувствует бабочек в животе. Разве мог он еще месяц назад подумать, что в жизни его ждет что-то настолько прекрасное? — Не знал, что ты такой романтичный, — смущается Костя. — А я… Он демонстрирует пакет со своими покупками, чувствуя, как кожу заливает краска. Федя заглядывает внутрь, и выдыхает удивленное: «Вау». А потом достает из тумбочки похожий черный, непрозрачный пакет, вынимая из него по очереди тюбик смазки и пачку презервативов. — Я не думал, что нам понадобится так много, и взял всего по одному, — Чалов запускает руку в пакет вновь, и на тумбочку рядом со всем набором ложится плетка. Кто-то явно посетил не аптеку, а секс-шоп. — Зачем плетка? — с опасением спрашивает Костя, рассматривая покупки Феди. — У девушки мелких денег не было, и пришлось выбирать что-то на сдачу, — тут же начинает оправдываться Чалов. — Там всякие вибро-яйца… Хвосты… Пробки… Я выбрал самое безобидное, вроде бы. — Можно подарить Миранчукам, — смеется Костя. — Пусть ей Смолова за сигареты наказывают. Федя смеется, но немного нервно, а потом оглядывает их «скромные запасы». — Ну, по крайней мере, у нас есть из чего выбрать… — тянет Чалов, а потом резко меняет тему. — Хочешь есть? — А что, романтический ужин ты тоже приготовил? — улыбается Костя. — С радостью попробую. — Я хотел, — начинает оправдываться Федя. — Но просто не успел, думал что у меня есть еще время до твоего прихода. Но там нам мама оставила кучу еды. Я могу разогреть. Костя прислушивается к своим ощущениям. Голода нет, зато к горлу из-за волнения подкатывает легкая тошнота. Он качает головой: — Нет. Давай лучше музыку включим. Федя кивает, тут же бросается к ноутбуку. Он включает технику, а потом застывает на месте. — А что… что включить? — у него в плейлисте классическая музыка в вперемешку с тяжелым роком. Костя плох в романтике и совершенно не знает, что надо слушать во время романтического ужина. И уж тем более секса. В его собственном плейлисте вся музыка бодрая, под такую хорошо бегать по утрам, но никак не думать о любви. Поэтому он подходит к ноутбуку Феди и выбирает что-то из классики. Комнату тут же заполняет нежная мелодия на пианино. Быть может, разбирайся Костя в классической музыке чуть больше, он даже смог бы ее узнать. Но сейчас ему это совсем не важно. Он усаживается на кровать, тянет на себя Федю и мягко целует его губы. Чалов послушно усаживается рядом. Сначала отвечает на поцелуй неуверенно, будто они первый раз занимаются подобным. Все его тело напряженно, будто через секунду он готов подскочить на ноги и бежать туда, куда скажут. И все же видно, что он старается расслабиться. Проводит по плечам своего парня нежно, оглаживает сквозь одежду спину, а потом проникает пальцами под футболку. Плавно и медленно. Прижимается ближе, не разрывая поцелуя… А потом песня с классической перескакивает на другую композицию. Вовсе не классическую. Это же плейлист Феди, и сейчас из колонок буквально орет какой-то металлист. Чалов такого не ожидает и дергается, прикусывая губу Кости. И Кучаев чувствует кровь на языке. — Прости-прости-прости! — тут же начинает извиняться парень, подскакивая на ноги и убегая в сторону аптечки. Возвращается так же бегом, с перекисью и ватой. И с таким виноватым взглядом, будто Чалов, как минимум, котенка убил. — Сильно болит? — Тренер решит, что я подрался, — невнятно говорит Кучаев, прикрывая рот рукой. — И ведь придется подтвердить. Не говорить же, что у меня парень такой страстный, что пытался откусить кусок меня на память, — он смеется и убирает руку. По губе стекает струйка крови, которую Костя слизывает и морщится. Были в его жизни травмы куда больнее, чем обычный укус, но касаться губы теперь больно. — Прости, — вновь виновато тянет Федя, трясущимися руками прижимая перекись к ране Кучаева. — Хочешь, я ему скажу, что я тебя ударил, что ты не дрался. — Тогда он перестанет тебя на игры пускать, а как я без поддержки играть буду? — смеется совсем не расстроенный ситуацией Костя. — Ничего, Сергей Николаевич хороший, он простит мне одну драку. — Тогда… — Чалов упрямо пытается придумать вариант, в котором Костя не будет виноват. — Может сказать, что тебя дверью нечаянно стукнуло? Или что девушка в порыве страсти прокусила. В доказательство могу тебе еще и засос оставить. — Не, не, давай без засоса, — смеется Костя. — Тетя Марина еще после первого на меня с подозрением косилась. Донесет еще родителям, а нам это надо? — он тянет Федю на себя, пытается поцеловать того и шипит от боли в прокушенной губе. — Кажется, мы остались без поцелуев. Чалов смотрит на Костю так, будто он теперь даже прикасаться к парню боится. Федя мнется рядом, не зная, куда же ему себя деть. Он выглядит бледным, все еще смотрит виновато. — Эй, да все нормально, — улыбается Костя. — Бывает. Он не уверен, что подобные глупые ситуации случаются прям у всех, но надо же как-то Федю успокоить. Чалов смотрит на Костю долгим сомневающимся взглядом. Потом неуверенно кивает, подходя к Кучаеву, усаживаясь на коленки своему парню и заглядывая в его лицо на несколько секунд. — Без поцелуев будет сложно. Прости. Мне нравится тебя целовать, — Чалов едва касается губами губ Кучаева, не причиняя боли или дискомфорта. А после чуть склоняет голову, целуя шею парня. Действует медленно и осторожно, оставляя мокрые дорожки и иногда прикусывая нежную кожу. Руками обнимает Костю, чтобы оказаться ближе. И чтобы не свалиться буквально с кровати. А потом их только-только устоявшуюся идилию нарушает телефонный звонок. Федя стонет болезненно и обреченно, утыкаясь носом в шею Кучаева. — Это мама. Наверняка хочет убедиться, что у нас все в порядке. И если я не возьму трубку — она не перестанет звонить. — Бери трубку, — вздыхает Костя. Он знает, что если они не ответят, то тетя Марина может и с работы сорваться, чтобы лично все проверить. — Мальчики, — динамик у Феди громкий, так что Костя отлично слышит весь диалог. — Как вы там? Как квартира? Мне будет куда возвращаться с работы? — Мам, все хорошо, нам не восемь лет. Можешь не переживать. — Вам почти шестнадцать, поэтому я очень переживаю, — возражает женщина, а потом смеется. — Не забудьте только поужинать. А то знаю вас — одними вредностями без присмотра будете питаться. Приду и все проверю, — голос ее даже звучит строго. А потом она вновь превращается в самого милого человека на земле. — Люблю и обнимаю. И Косте передай. — Хорошо-хорошо, я тоже тебя люблю, — Федя прощается с мамой, отбрасывая телефон в сторону. А потом смотрит Косте в глаза и улыбается. — Люблю и обнимаю. Костя подается вперед, в самом деле обнимая парня, проводя руками по его груди, опускаясь ниже и начиная возиться с ширинкой на джинсах. И если в первый раз эти действия вызывали возбуждение, то сейчас скорее страх. Снять с Феди штаны Костя не успевает. Потому что вдруг раздается звонок в дверь. Они переглядываются, осматривают квартиру, которая выглядит то ли как место съемки романтической комедии, то ли как порно студия, и дружно остаются на месте. Гости им сейчас совсем ни к чему. Вот только гости считают иначе и продолжают агрессивно звонить в дверь. А после и вовсе дергают ручку. — Я забыл закрыть… — только и успевает сказать Костя, как в комнату врывается Смолов. — Вы чего не открыва… — он замирает, оглядывая картину. Федя, с расстегнутыми штанами, Костя с опухшей губой, цветы на полу, выгоревшие на половину свечи, рок, орущий на фоне, и куча смазки на столе. — Ой. Мы помешали, да? — выглядывает из-за спины Смолова один из близнецов. — Просто мы подумали, что у вас квартира пустует и стоило бы… — он поднимает руку и трясет пакетом. Раздается звон бутылок. — … устроить вечеринку. Костя и Федя синхронно выдыхают. Кажется, это вздох облегчения.