Почему ты еще тут?

      Прошло пару минут, и рыжеволосая девушка встала с холодно кафеля и огляделась по сторонам. То место, где она сейчас находилась, было ей совершенно точно знакомо. Но мысли ее были совсем далеко от того, чтобы вспомнить, где именно она находится. Девушка находилась в темном помещении. И размышлять не нужно, чтобы понять, что это какая-то комната. В ней царила тишина, только тонкие темные лучи уходящего солнца пробивались через плотные шторы. Приглядевшись, она заметила и мебель: одноместная кровать, не очень большой, зато заваленный всякими бумагами стол. В основном, это были отчеты и письма, можно было и заметить маленькие рисунки. Чуть дальше этого стола стояло кресло. Оно было обшито очень приятным на ощупь материалом, скорее всего бархатом. У левой стены располагалось средних размеров окно, на котором были задернуты тяжелые, темные занавески.       После осмотра места, где она сейчас находилась, девушка встала с пола, отряхнулась, подняла свою шляпу и вышла из помещения. Путь ее был в главный офис Портовой мафии. Никто, кроме нее самой, не узнает, сколько она пробыла в той комнате. Комнате того человека, которого больше с ней рядом нет. И не потому что он умер, или что-то ужасное с ним случилось, нет! Потому что он просто бросил ее одну, даже не сказав ни одного слова. Никто не узнает, сколько она прорыдала там, чувствуя, как заново разрывается и так сломанная и брошенная душа от коротких вспышек воспоминаний. Как била кулаками по стенам, что оставались кровавые пятна, а костяшки рук были избиты так, что на них и живого места не осталось. Только сейчас слезы были уже все выплаканы, а чувства спрятаны за самую дальнюю дверь сердца. На эту дверь повесили она один, чудовищных размеров замок, ключ от которого был лишь только у одного человека. Он, наверное, от того ключа давно уже избавился или просто забыл о нем. Нашел себе новую, более интересную и послушную игрушку.       Так думала девушка, пока шла на место своей работы. Только никто и не думал, что было с тем, кого все, и в особенности, она считали предателем.

***

      Когда рыжеволосая Чуя заявилась в главный офис, к ней подошел один из ее подчиненных. Это был мужчина, старше ее лет на десять или двенадцать. У него были черные, средней длины волосы, серые серьезные глаза и умеренное телосложение. Одет он был в стандартную одежду работников Портовой Мафии и нечем из толпы не выделялся. Но только не для нее. Этот человек не раз помогал девушке найти верный ответ на сложный вопрос. Как не потерять пару тройку жизней, а иногда давал советы и в личной. Она прекрасно помнит, как гонялась за ним по спортивным залам мафии. А все из-за того, что он просто когда-то ей сказал: — Накахара-сан, ты бы понежнее с Дазай-саном, а не то убежит от тебя к другой, что ты делать тогда будешь?       В тот момент его лицо осветила лисья ухмылка. Девушка сначала покраснела от смущения, потом от злости, и наконец кинула в мужчину бутылкой с водой. — Это вообще не твое дело!        Ее лицо было полностью пунцовым. И не поймешь, то ли от смущения, или же от праведного гнева. А так как было понятно, что скоро она может и использовать свою способность, то подчиненный решил ретироваться от греха подальше.       Кто-то может сказать что девушки хрупкие и нежные существа. Да, по большей степени эти люди будут правы, но только не в это раз. Вместо того, чтобы заниматься своими девичьими делами, например гулять с подругами или ходить по магазинам, эта юная леди оттачивала свои атаки. Рукопашный бой, как и многое другое, тоже входили в своеобразную программу. Но следует заметить что практически каждая из представительниц слабого пола не делают эти вещи. Даже, наверное, в жизни и не пытались пробовать. Поэтому такого человека, как Чуя Накахара, нельзя не уважать и не ставить во внимание. Еще ее нереально не опасаться. А если ты все же будешь воспринимать ее не в серьез, как очень слабого соперника, то можешь очень сильно за это поплатиться. Сломанным ребром, ну, в лучшем случае, или вообще умрешь. Да, никто, как я думаю, не хочет умирать. Именно поэтому с ней и никто практически не связывается. Их всех прекрасно можно понять, за свою шкуру боятся все. Кроме суицидников, как некоторые личности (не будем показывать пальцем на одного высокого брюнета…), или мазохистов, что вполне тоже понятно.       Чуя Накахара никогда не была страшной или уродливой. Даже наоборот, она была очень привлекательной девушкой. Длинные рыжие волосы, собранные в хвост, который покоился на левом плече, не очень высокий рост, из-за которого она часто комплексовала (и всё кстати по милости Дазая). Ярко-голубые большие глаза, которые смотрели на мир с чистотой непорочного ребенка и отражали светлый безоблачный купол неба, а также очень красивая и с годами приобретенная сексуальная фигура. О такой девушке можно было лишь только мечтать, или просто её боготворить, считать ангелом небесным, который спустился с тех самых небес в этот грешный мир. Но, всегда есть это но. У этой волшебной девушки была громадная брешь; имя ему — характер. Пожалуй, ее характер совершенно не ангельский. Её характер можно описать всего одним словом — бомба. И это совершенно не преувеличение действительного. В один момент она может ударить, нагрубить, послать и приказать идти делать что-то настолько трудное, что у всех людей на глазах появлялась жалость, но только не у нее. Еще она просто до ужаса упрямая, с ней невозможно спорить или вести какие-то диалоги.       Только пару людей могли сделать ее стандартной, милой, смущенной и нежной. Такими людьми были: Осаму Дазай, Одзаки Коё и теперь уже Акутагава Рюноске. Именно после того случая, когда из мафии ушел Осаму, она начала сближаться с Акутагавой. Конечно же, это сближение происходило в дружеском смысле. Для многих это казалось очень странно, но, все же, находились люди, которые здраво смотрели на ситуацию и понимали их. У Рюноске тоже боль в сердце от ухода, как бы он не хотел это признавать — дорогого человека. И он, также как и она, теперь испытывает негативные чувства к Дазаю. Как говорится, «Они нашли друг друга».       Осаму Дазай, на самом деле, был для нее всем. Ключевое слово был. Она любила его до учащенного сердцебиения, до дрожи в коленках и смущения перед его мимолетным взглядом, чем он умело и успешно пользовался. Она не могла без него. Он стал для нее ужасной зависимостью, самым сильным наркотиком, который был жизненонеобходим. Он ей был нужен, как лекарство. От такого нельзя избавиться. Можно только принять и дальше падать в ту тьму, бездну, куда он утаскивал её за собой. Когда Осаму целовал ее, а его руки блуждали по ее телу, по коже Чуи проходились разряды тока, бегали миллионы мурашек. В глазах все было, а в голове путались все мысли, четкой была лишь одна — «Я люблю тебя, Дазай».       Да, можно любить так. До конца. Навсегда. Но иногда любовь может жить лишь до того, когда придет роковой момент, который станет спусковым крючком к погибели одного из них. Падением с мнимости вершины, падением в пустоту.       Еще есть и всегда будет — Одзаки Коё. Она была для нее как старшая сестра, а иногда как родная мать. Хоть в мафии и было не принято проявлять чувств, но Коё всегда помогала Чуе. В любых ситуациях Одзаки заступалась за нее и была на ее стороне. И Накахарой это очень ценилось. Именно тогда, когда рыжеволосой было больно и грустно Одзаки решила поговорить с ней по душам. Flashback Прошла неделя с ухода Дазая из мафии. Как бы его не искали, никто не мог найти даже малейшего упоминания о нем, с того злосчастного дня. Многие думали что Чуе, его бывшей, как-будто все равно на это. Кто-то говорил, что она его не любила, кто-то наоборот, что это он к ней ничего не чувствовал. Девушка привыкла к шепоту за своей спиной и просто не обращала внимания на всю эту ложь и клевету. Настоящие чувства Накахары, реальные и неизменные, которые она прятала под маской были тем людям неизвестны. Видели ее чувства без этой маски «вечной улыбки» только два человека во всей портовой мафии. Мори и Коё. С этого дня и началась новая, совершенно непредсказуемая жизнь для Чуи.

***

      Девушку неожиданно вызвали в кабинет к Коё, как говорилось ранее. Она не знала, зачем ее наставнице она так срочно понадобилась, но считала, что это серьезно, раз ей прислали не письмо, или что-то другое как обычно делала Одзаки, а послали человека с поручением, передать ей, чтобы она зашла. Как только Накахара вошла, то увидела Коё в ее привычном кимоно, мирно попивающей чай на диване. Как только хозяйка кабинета увидела рыжеволосую, то рукой сделала жест, чтобы та присел на диван, который стоял напротив нее самой. Чуя присела. — Моя дорогая, — начала говорить Коё. Голос был мягким и успокаивающим, на губах ее играла улыбка, но глаза... Они же как зеркало души. По ним понятно истинные эмоции человека, если приглядеться. Ее глаза были предельно серьезны, — Как у тебя дела, все ли хорошо? — Да, Одзаки-сан, со мной все в порядке, — ответила Чуя своей наставнице. — Чуя, — ее улыбка моментально померкла и осталось только серьезное выражение лица, что немного пугало, — расскажи мне, что ты сейчас чувствуешь. Нет, не перебивай пока я не договорю, — сказала обладательница «Золотого демона», когда увидела, что Накахара хочет что-то ей сказать, скорее всего возразить, — Я вижу, что с тобой что-то не то. Ты можешь показывать свою маску кому угодно, людям на улице, своим подчиненным, близким и не очень друзьям, но не мне. Я все вижу и все замечаю. Скажи, скажи мне что сейчас твориться у тебя в душе! Что ты чувствуешь, какие твои настоящие эмоции? Плачь если тебе это нужно, сейчас тебя никто и не в чем не сдерживает. Именно в данным момент ты не боец Портовой мафии, ты — восемнадцатилетняя девочка, с которой произошло много страшных вещей! Не томи, расскажи все мне. Я тебя пойму и постараюсь поддержать всеми мне знакомыми способами, ты только доверься мне, вот и все, — после таких слов «маленькую девочку», как любила её называть наставница прорвало. — О...д.дзаки-с-сан... — плакала Чуя. Не просто плакала, а по настоящему рыдала. Навзрыд, не сдерживаясь. Коё просто села к ней на диван и обняла. Стала утешать, при этом гладя по голове, — Я его так люблю, люблю больше ж…жизни. А он! Он просто ушел! Ушел ничего мне не сказав, ни одного слова! Я просто не могу без него. Он был всем, он был частичкой меня самой, моей второй половинкой. Но сейчас, я считаю что просто была ему не нужна. Думаю что была для него игрушкой для убивания лишнего времени. И знаете, Коё-сан, — она посмотрела на нее жалостным взглядом, — мне больно, так больно, тут, — кулачек на одежде сжался в области сердца, — что просто дышать невозможно. Я задыхаюсь в этой боли и жестокости. В воздухе, кажется, совершенно нет кислорода. Кроме боли в нем только азот, который меня убивает с каждой секундой и сжимает мои легкие все больше и больше, разрывает сердце прямо внутри!       Коё видела, что девушке просто надо выговориться, потом, со временем ей станет лучше. А сейчас пускай плачет. Слезы — лучший способ облегчить душевные терзания. — Все пройдет, милая, все пройдет. Просто потерпи, тебе станет лучше, обещаю.       Так они и сидели. Ревущая рыжеволосая хрупкая девочка и молодая женщина, которая шептала ей успокоительные слова, гладя плачущую по голове. Конец Flashback       После того разговора, на душе стало намного легче. А еще и добавился Рю-кун (она так называла Акутагаву, чтобы подразнить), с которым она бы никогда не подумала просто посидеть и выпить. Выпить хорошего крепкого алкоголя. Даже если она и не переносила много спиртного и потом после выпитого не могла дойти даже до своей квартиры, Чуя все равно решила это сделать. И только они помнят, как Рюноске нес её вусмерть пьяную к себе в квартиру. После этого они и стали очень хорошими друзьями. С таким другом и умереть не страшно. Так кто-то говорил, а кто, уже не помню.