Subnautica - 2. Возвращение

      С утра мы разделились. Йоко осталась на «Наутилусе», Игорь отправился перегонять «Селену» на вершину горы, а мы со Свеном пошли навестить Предтечей.       Ю, который Маа, восседал перед экранами и усиленно наблюдал за Зоной Куш. Что интересного он там нашёл, я так и не понял, ведь в биоме, на мой взгляд, не происходило ровным счётом ничего. Плавали электрические угри, резвились мелкие рыбёшки, большими фиолетовыми столпами стояли клубнекусты… Ну ничего интересного!       Супруга Маа возилась с каким-то прибором, и мы со Свеном решили не мешать… женщине?.. самке? Чёрт их разберёт.       А вот третий инопланетный хмырь, которого мы до этого не имели счастья лицезреть, сидел в кресле и что-то пил из странного, треугольной формы непрозрачного сосуда. Я почесал в затылке и плюхнулся в соседнее кресло. Наглость — второе счастье. Свен немного подумал и тоже присел рядом. — Привет, — сказал я и выжидательно посмотрел на «зелёного человечка». — Здравствуйте, — спокойно произнес тот и поставил сосуд на стол. — Меня зовут Ю’Нар’Фаа, я техник. — А Нради тогда кто? — удивился я. — Она же постоянно с какими-то приборами возится. — Нради? — Фаа задумался, видимо, подыскивал нужное слово. — По-вашему биолог. Занимается изучением флоры и фауны. — А техника? — не понял Свен. — А техника — это… — переводчик выдал какое-то длинное, непонятное слово, немного «подумал» и пояснил, что наиболее близкое значение — «хобби», но такого понятия в языке Предтечей нет. — А-а-а, — покивал я. — Ясно. Короче, дама в свободное от изучения рыбок и ракушек время увлекается техникой, электроникой и прочими прибабахами.       Переводчик снова закряхтел, а Свен громко хмыкнул. — Ты поаккуратнее, — улыбнулся он. — Набрался от Светлова всяких словечек, а у лингвотранслятора «мозги» плавятся. — Ничего, не расплавятся, — отмахнулся я. — А расплавятся — Игорь починит.       Фаа с интересом прислушивался к нашему с Йоханссоном диалогу, который умный девайс не забывал заботливо переводить.       Потом к посиделкам присоединилась Нради и угостила нас каким-то вкусным напитком, лично мне напомнившим легкое нефильтрованное пиво со вкусом цитрусовых и легкой примесью мяты. Вряд ли в инопланетном напитке действительно присутствовали земные цитрусовые и мята, просто это сочетание показалось мне наиболее подходящим для описания.       А еще минут через двадцать нас почтил своим вниманием и Маа, отвлекшийся, наконец, от молчаливого созерцания клубнекустов. Предтечевский «военный» залпом выпил сосуд воды и уставился на меня. — Решили что-нибудь? — спросил он. — Насчет орудия и летящей экспедиции? — Да, — кивнул я. — Наш пилот… о, а вот и он, кстати, — в комнату быстрым шагом вошёл Игорь, на его довольной физиономии светилась улыбка, — освободил орудийную платформу. «Селена» стоит на специально предназначенной для этого взлётно-посадочной площадке. — Молоток, Робинсон! — одобрительно хлопнул меня по плечу Светлов. — Научился-таки говорить чётко и по существу, а не мямлить. Ничего, еще пара месяцев, и я научу тебя ходить строем с пискунами, отдавать честь жнецам и отвечать «Так точно!» и «Никак нет!».       Я громко икнул, а Совесть гаденько захихикала. — Да не бзди! — расхохотался пилот. — Шучу. — А что нам делать теперь? — спросил Свен. — Что хотите, — ответил Маа. — Чем вы планировали заниматься по прибытии на планету? — Да ничем особенным, — растерялся я. — Мы должны были проверить сохранность баз, подготовить их к прилёту «Альтерры» и… всё. Ждать экспедицию. — Вот и ждите, — улыбнулась Нради. — Сплавайте куда-нибудь, посмотрите новые биомы… — Да какие новые-то? — проворчал я. — Грибной лес, Травяные плато да Затерянная река — вот и всё развлечение. Наизусть уже тут всё выучили. — Ты, может, и выучил, а мы вот еще нет, — укоризненно посмотрел на меня Светлов. — Игорь, поверь, ты за месяц начнешь тут ориентироваться не хуже меня, — ответил я. — Скучно. — Слушай, Райли, — заинтересовался пилот. — Ты же вроде улетать обратно не планируешь? — Не планирую, — подтвердил я. — А как ты тут жить-то собрался, если тебе скучно? — хохотнул приятель. — Чем заниматься думал? Сутками с лаской плескаться? «Аврору» восстанавливать? Дыру до ядра планеты прокапывать? Жнецов приручать? — Ты не понимаешь… — начал я, и Игорь тут же закивал, мол, куда уж нам, тупым солдафонам. — Сейчас мы в подвешенном состоянии, ждём «Альтерру», и жнец его знает, как всё повернётся. Очень не люблю так жить, ничего не хочется, и все мысли только об одном. А вот когда всё разрешится… Сразу куча дел появится, уверяю тебя. — Ребят, — вдруг встрепенулся Свен. — А давайте попробуем пересечь Мёртвую зону, а? Вдруг там что-то есть? — О! — тут же загорелся Светлов. — А это идея! Всё равно нужно как-то убить три месяца. — Кто-то вроде хотел заняться изучением инопланетных технологий, нет? — хмыкнул я. — Свен, ты же вроде собирался поселиться в изоляционном комплексе и разобрать его по винтику? — Ну, собирался, — смутился скандинав. — Только как изучать-то? Научной лаборатории ни у меня, ни у Йоко нет, не выдали, знаешь ли, а желания… Они не всегда совпадают с нашими возможностями. Да и после обнаружения Предтечей надобность в изучении отпала, намного проще задать вопрос и получить ответ. — Хитрый какой, — рассмеялся пилот. — Но в целом ты прав. — Если хотите заняться изучением флоры и фауны, то мы можем предоставить вам доступ в нашу лабораторию, — вмешалась Нради. — У вас же женщина биолог? — Ага, — кивнул я. — Женщина, точно. Да она визжать будет от счастья, когда узнает. — Так что с Мёртвой зоной-то? — спросил Свен. — А давайте! — в свою очередь загорелся идеей я. — В прошлый раз как-то не до этого было, а сейчас… самое время.       На том и порешили. Напоследок Фаа вручил нам средство связи — небольшой зеленоватый куб, и объяснил Игорю, как им пользоваться. — Мы наблюдаем за полётом экспедиции, — сказал он. — Ориентировочное время прибытия — восемьдесят четыре дня, тринадцать часов, двадцать две минуты. — Ни фига себе! — присвистнул Игорь. — Ну и точность. — А вы их прямо видите, да? — я с любопытством уставился на техника. — Ага! — заржал пилот. — Прямо вот видят на экранах своих телевизоров. Космос, звезды и летящий корабль. — Да ну тебя, — обиделся я. — Если что-то изменится, мы сообщим, — сказал Маа и встал.       Мы поняли, что аудиенция закончена и начали прощаться.

***

      Йоко… спала.       Игорь, как самый бесцеремонный, растолкал девушку, и она уставилась на нас подёрнутыми сонной поволокой глазами.       Я быстро накрыл на стол, а Свен в нескольких словах пересказал азиатке наш разговор с Предтечами. — Значит, в Мёртвую зону? — задумчиво спросила Йоко и пристально посмотрела на меня. — Ага, — кивнул я. — Завтра с утра и отправимся. — А чего тянуть-то? — удивился Светлов. — «Наутилус» у нас загружен по самые помидоры, на базу возвращаться не надо, так что берём курс на Зону Куш и вперёд! — Логично, — согласился Свен. — Зачем ждать утра, если можно отправиться прямо сейчас? — Как хотите, — и я пожал плечами. — Сейчас так сейчас.       Светлов быстро дожевал солёного пискуна, засунул в рот ломтик дыни и встал за штурвал. Возражать никто не стал…

***

4546В. Мёртвая зона. 4-й день пути

      Я лежал на кровати, забросив ноги на стену и бесцельно уставившись в пласталевый потолок субмарины. Экспедиция по изучению Мёртвой зоны оказалась не такой весёлой, как предполагалось.       Шёл четвёртый день пути. «Наутилус», ведомый твердой рукой Светлова, преодолевал километр за километром, двигаясь на глубине ста метров. За бортом было… а ни черта там не было. Темнота и тишина, нарушаемая лишь редкими криками призрачных левиафанов. Последние, впрочем, на лодку не покушались, а предложение Игоря погрузиться и устроить охоту на этих монстров было дружно отвергнуто. Спасибо, суицидников нет.       Хотя… В последние двенадцать часов эта идея перестала казаться мне такой уж чудовищной. Жутко хотелось размять руки-ноги, а скакать по субмарине не давал Игорь. Он сразу же начинал орать, что подводная лодка — это не гимнастический зал, а сложный механизм для передвижения в водной среде, и если мы, кривоногие, умудримся что-нибудь сломать, то плыть обратно будет банально не на чем. Да и некому.       Совесть предложила мне начать писать книгу о 4546В, за что была послана, обиделась и не появлялась вот уже девять часов. Беседы с Йоко неизменно заканчивались «а вы представляете, какая парасимпатическая нервная система у…», и мои уши медленно, но верно сворачивались в красивые, витые трубочки, а Свен постоянно сбивался на «а вот у Предтечей…», за что мне очень хотелось скандинава придушить. Моя душа требовала разговоров о чём-то приземленном… О женщинах… блин, а как я собираюсь тут жить-то, один-одинёшенек? Со стражами на свидания ходить? О пиве… Давно не пил уже, хочется, надо бы по возвращении поковыряться в кухонном аппарате с «Авроры», может, чего придумаю. О футболе… Научить, что ли, сталкеров играть? А в качестве мяча выдать им дрон от комнаты сканирования? Устроить чемпионат планеты, в котором будут участвовать сборные западной и восточной зон Леса водорослей? О компьютерных играх и фильмах… О, кстати, а не зарубиться ли со Стичем в шахматы? Не, не буду, этот электронный упырь жульничает, как банки, выдающие кредиты… — Райли! — окликнул меня Игорь, и я встрепенулся. — Райли, подойди-ка!       Вскочив с кровати, я подбежал к пилоту. Если позвал, значит, что-то случилось, Светлов по пустякам беспокоить не будет. — Чего? — взволнованно спросил я. — Райли, посмотри-как повнимательнее, а то у меня глаз замылился, — попросил пилот. — Такое ощущение, что становится светлее.       Я с такой силой напряг глаза, что они заслезились, и начал всматриваться вдаль. Сначала показалось, что впереди действительно появился слабый, еле уловимый просвет, но потом всё снова окутал чернильный мрак. — Хрен его знает, Игорь, — признался я. — Вроде посветлее, а вроде и нет. Не пойму ни фига. — Ладно, — махнул рукой Светлов. — Разберёмся. Просто не буду менять курс и, если впереди что-то есть, то мы обязательно это увидим.       Я только кивнул, соглашаясь.       А еще через два часа стало очевидно, что темнота за бортом действительно отступает. Создавалось ощущение встающего над планетой светила, правда вставало оно настолько медленно, что этот «рассвет» занял как минимум несколько часов.       К той минуте, когда странный, красноватый оттенок окончательно пришёл на смену чернильному мраку Мёртвой зоны, в рубке «Наутилуса» столпилась вся наша команда. — Ну, чего там? — суетился я, пытаясь углядеть хоть что-нибудь из-за спин Светлова и Йоханссона, которые загораживали практически весь обзор, но ни капельки не переживали по этому поводу. — Хрен его знает, краснота какая-то, — отвечал Игорь, не выпуская штурвала из рук. — А вдруг это кровь? — подала голос Йоко, протиснувшая голову между двумя загораживающими обзор упырями и от того видевшая гораздо больше моего. — Ага, кровь, — засмеялся Светлов. — Полный океан кровищи! Мы в фильме ужасов, и сейчас нас начнут есть. Бу! — Да ну тебя, — обиделась Накамура и замолчала. — Свен, блин, ну дай мне тоже посмотреть, — не выдержал я.       Йоханссон пожал могучими плечами и отошёл, а я прильнул к лобовому стеклу субмарины.       Вода действительно была красноватой и немного мутной, но я сумел разглядеть вдалеке какие-то песчаные… то ли дюны (ой, не дай бог), то ли барханы. Ни на какой из ранее виденных мной биомов эта местность похожа не была, поэтому я взял подсказку «Звонок другу». — Эй, электронный умник, что скажешь?       Стич немного попищал, помигал, а потом выдал: «Идентификация невозможна, слишком мало данных. Пожалуйста, введите больше параметров.» — Тьфу ты, — сплюнул я. — Чурбан! — Не ругайся, — заступилась за КПК не выдержавшая долгого молчания Совесть. — Лучше сплавай на разведку.       А за бортом, тем временем, окончательно посветлело, хотя цвет воды по-прежнему оставался красноватым. Потом в лобовое стекло субмарины врезалась небольшая, похожая на неровный треугольник, рыбка, и я встрепенулся. — Пойду-ка посмотрю на местность снаружи. — Стоять! — скомандовал Светлов. — Вдруг там опасно? Не зря же вода такого странного цвета. — Так и в Затерянной реке вода тоже не прозрачная, — парировал я. — Там вообще кислота, но я, как видишь, не умер. А если бы боялся, то так и сдох бы от Хараа. — Ты не путай, — пробурчал пилот. — Сейчас никакой Хараа нет, следовательно, рисковать тоже нет надобности. — От кого я слышу слова про риск? — изумился я. — Игорь, ты ли это?       В ответ Светлов только махнул рукой, мол, делай, что хочешь.       Я надел укреплённый костюм дайвера, взял бутылку лукового сока и запрыгнул в «Мотылек». Страшно не было, а вот любопытство буквально распирало.       Батискаф отстыковался от субмарины и очутился в красноватой, медного оттенка, воде. Видно было довольно хорошо, и я заозирался. «Обнаружен новый биом. Присутствуют хищные формы жизни. Настоятельно рекомендуется соблюдать осторожность.»       Ну, хищными формами жизни меня не напугать, так что я только улыбнулся и направил «Мотылёк» к виднеющимся вдалеке небольшим песчаным холмам…