Subnautica - 2. Возвращение

      До Горного мы добрались на удивление быстро. Игорь лично встал за штурвал и сурово пресекал все наши попытки сменить его на посту. Даже соленый пискун был съеден, так сказать, не отходя от кассы. Мы с Йоко и Свеном бестолково перемещались по «Наутилусу», не зная, чем бы себя занять. Нервы у всех были натянуты, как гитарные струны, но Светлову было проще — он управлял субмариной. А я думал. Усиленно и напряженно. Но никаких идей мне в голову не приходило, кроме совсем уж дебильных: обрушить на громаду комплекса «Селену», заманить в подводный док жнеца или… Дальше жнеца дело не шло.       А потом на горизонте возникли Горы, и мы дружно прильнули к иллюминатору. В биоме стояла тишь да гладь, даже песчаные акулы свернули свою постоянную активность по закапыванию в песок и просто плавали, тихонечко порыкивая. Кусаки затаились, и этих противных рыбешек нигде не было видно, а пискуны, лопаточники и прочая мелочь просто исчезли. Даже растения, казалось, затаились… Тьфу ты, по-моему это уже крайняя степень паранойи.       Игорь завел лодку в подводную шахту, и мы, толкаясь, покинули борт. В комплексе ничего не изменилось: та же гробовая тишина, давящая на уши и навевающая какую-то жуть, бесстрастные стены, источающие холодное зеленое свечение, и стоящее непреодолимой преградой силовое поле, не дающее нам проникнуть внутрь. — Какие идеи? — спросил Игорь, внимательно оглядывая нашу компанию. — У меня — никаких, — виновато пробасил Свен и почему-то покраснел. — У меня тоже, — расстроенно произнес я. — Понятия не имею, как до этих упырей зеленых достучаться. — Мда уж, — протянул Светлов. — Картина складывается печальная. Похоже, товарищи, мы стоим на пороге самого грандиознейшего эпик фейла в истории человечества. — Почему это? — заинтересовался я. — Потому, — буркнул пилот. — Предтечи замуровались в комплексе и не хотят идти на контакт, а выковырять их оттуда… отсюда… короче, вы поняли, мы не можем. Скоро прибудет экспедиция «Альтерры», натянет нам глаза на жопы, и полетим мы в обитаемую Галактику в наручниках и под конвоем. А на чее-ерно-ой ска-а-амь е-е-е, на ска-а-амь-е-е-е подсудимы-ы-ых… — неожиданно заорал он, и я непроизвольно вздрогнул. — Дураки вы, — заявила Йоко и уставилась на нас. Я в ответ уставился на нее.       Нет, наша японка не была очень уж застенчивой и не краснела при слове «жопа» или загибах, периодически выдаваемых Игорем, но и называла нас нехорошими словами крайне редко, имея при этом хоть какое-то обоснование таким эпитетам. Наверно, я очень путано объясняю, но смысл сводится к следующему: у нашей подруги есть план. Или идея, которую можно трансформировать в план. И если для этого нужно обозвать нас дураками, дебилами и прочими нехорошими словами, то я согласен. — Аргументируй, — потребовал пилот. — Почему мы по твоему мнению дураки, и что нужно сделать, чтобы перестать ими быть. — Надо попробовать связаться с императорами, живущими в Горах, — сказала Йоко, и я досадливо треснул себя кулаком по лбу. Точно! Сеня! Как мы могли забыть про Сеню?

***

      Пулей залетев на борт «Наутилуса», я запрыгнул в «Мотылек» и на полной скорости выплыл из подводного дока. Страж, в которого я чуть было не врезался, окинул меня недовольным взглядом четырех злобных глаз, возмущенно загудел и исчез в фиолетовой вспышке микропрыжка. Я заржал. Правильно, сам бы на его месте смотался от греха подальше. Плавают тут всякие, не соблюдая правила дорожного (или подводного?) движения, и создают аварийные ситуации в океане.       Император откликнулся очень быстро. У меня создалось странное впечатление, что он просто ждал моего панического вопля «Сеня! Хелп! У нас проблемы! Мы все умрем!» где-то неподалеку, поэтому его огромная морда появилась передо мной практически сразу же. В глазах Сени плясали чертенята, и я с обидой понял, что нас действительно ждали. Почему с обидой? Да потому, что человек настолько привык считать себя «венцом творения» и снисходительно относиться к «братьям своим меньшим», что все происходящее на 4546В походило на какое-то издевательство. Или на глупый фарс.       Стражи, поглядывающие на нас со странным чувством неудовольствия и легкого превосходства, мол, «понаприлетали тут». Левиафаны, только и ждущие удобного момента для того, чтобы сожрать наглых пришельцев. Предтечи, закрывшиеся в комплексе ПКО и не обращающие на нас ни малейшего внимания. Императоры, на раз просчитывающие все наши действия и относящиеся к нам, людям, как к детям малым, которых надо опекать и наставлять. Планета словно издевалась над нами, вполне успешно оспаривая утверждение «человек — венец творения» и указывая зазнавшимся людишкам их истинное место… — Что… случилось? — спросил Сеня, и в переданном мне образе я почувствовал легкую смешинку. Не рассчитанную на то, чтобы унизить, но ясно угадываемую и от того еще более обидную. — Сеня, где Предтечи? — признаю, формулировка была наиглупейшей, но это было первое, что пришло мне в голову. — Здесь… в комплексе, — ответил удивленный император и даже повел глазами в сторону подводной части строения. Мол, слепой что ли? — Да понятно, что в комплексе, — досадливо отмахнулся я. — Как их оттуда вытащить? Очень нужно поговорить. — Зайдите… и поговорите, — еще более удивленно произнес Сеня.       Я чертыхнулся. «Зайдите и поговорите»! Блин, и откуда их только берут, умных таких? Если бы можно было просто зайти, мы бы уже давно это сделали. — Заперто, — объяснил я императору. — Оба входа закрыты силовыми полями, а скрижалей у нас нет. Да и примут ли их терминалы? Вполне возможно, что Предтечи просто отключили эту функцию. — Войдите… через остров, — мотнул огромной головой Сеня, и мне снова показалось, что он издевается. — Там открыто. Вас… ждут.       В первый раз в жизни я на себе прочувствовал выражение «отвалилась челюсть». Там открыто? Нас ждут? Блин! Что Предтечи, что императоры — одинаково нечеловеческая и извращенная логика! Ничего не понимаю, и от того чувствую себя полным идиотом. — Спасибо, — буркнул я. — Сейчас попробуем.       Сеня дважды хлопнул своими огромными глазами, как будто подмигнул, и исчез, а я домчался до субмарины, бросил батискаф рядом и помчался искать товарищей.

***

      Йоко, Свен и Игорь нашлись в комнате с порталом. Японка сидела на полу, задумчиво ковыряя светящиеся зеленым узоры, Игорь стоял, опершись спиной на арку телепорта, и тяжело вздыхал, а Свен нарезал круги по помещению, почесывая в затылке. Я остановился и заржал. Картина маслом «Мозговой штурм в самом разгаре». — Чего ржешь, как лошадь? — недовольно проворчал Игорь. — Не вижу поводов для радости. — Да вы такие серьезные, что вот-вот лопнете от этой своей серьезности, — ответил я и хмыкнул. — А тебе, как я погляжу, весело? — ощерился пилот. — Только вот нет у нас поводов для радости. Никаких. — У тебя, может быть, и нет, а у меня есть, — парировал я. — Да ну? — вскинулся Светлов. — Игорь, уймись! — осадила пилота Йоко. — Райли, ты связался с императором? — Вот это правильный вопрос, — одобрительно кивнул я. — Связался. — И? — Накамура даже вскочила от нетерпения. — Что он сказал? Да не тяни же, говори! — Хочу вас обрадовать, друзья мои, — шутовски поклонился я. — «Полная жопа» откладывается. По крайней мере до тех пор, пока мы не переговорим с Предтечами. — Как? Где? Они открыли вход? — меня буквально засыпали вопросами, и я непроизвольно попятился от такого напора. — Наверху силового поля нет, — ответил я. — Сеня сказал, что нас ждут.       Товарищи недоверчиво посмотрели на меня. — Ты проверил? — поинтересовался Игорь. — Вход действительно открыт? — Нет, — досадливо скривился я. — Не подумал. Ну, ничего, сейчас все вместе сплаваем и проверим. Транспорт брать не будем, тут до поверхности всего ничего, — и мы, недолго думая, ринулись к подводному доку.       Наверное, в тот день был бы побит галактический рекорд по скоростному всплытию, если бы такой вид спорта существовал. Почувствовав под ногами твердую поверхность пляжа, я сорвал маску и помчался к главному входу в комплекс. Сзади громко пыхтели мои товарищи.       Силового поля действительно не было. Небольшая арка входа призывно манила нас внутрь, и мы опасливо переступили порог…

***

      Предтечи обнаружились в комнате, где находился пульт управления системой противокосмической обороны. Все колонны, уступы и лесенки были убраны, и теперь это было просто помещение, в центре которого на небольшом возвышении стоял пульт активации орудия, а в дальнем углу располагалось что-то, похожее на зону отдыха: три кокона (наверное, кровати), странной формы стол, напоминающий причудливо изломанный шестиугольник, несколько кресел таких же непривычных для человеческого глаза контуров, некое подобие дивана и странный аппарат, в котором я заподозрил пищевой синтезатор. Вдоль стен комнаты стояли приборы, тихо попискивающие и помигивающие многочисленными лампочками.       Нам навстречу вышел один из обитателей комплекса, и я внимательно посмотрел на него, пытаясь угадать, кто именно нас встречает: Ю или же кто-то из его товарищей. Для меня все Предтечи были пока на одно лицо. Инопланетянин протянул нам четыре кругляша, в которых я распознал переводчики. Свой я тотчас же надел на шею, а вот мои товарищи стояли, как пыльным мешком по голове стукнутые, особенно Свен. Их можно было понять, все-таки первый контакт с братьями по разуму. Пускай привыкают, а я пока пообщаюсь. — Ю? — это был первый вопрос, который сейчас меня интересовал. — Ю, — кивнул инопланетянин. — Да, это со мной ты общался некоторое время назад. Только, наверное, забыл, что у нас у всех имена начинаются с «Ю», так что твой вопрос был лишен смысла.       Я только похлопал глазами. Совсем забыл про специфику имен Предтечей. Да что там специфика, я и имена-то их забыл, если честно. Ю, он и в Африке Ю, тем более других я и не видел. А сейчас осмотрелся повнимательнее, и заметил еще одного инопланетянина, который стоял возле пульта управления орудием. — А это кто? — шепотом спросил я. — Это — Ю’Дир’Нради, моя супруга, — ответил Ю, и мне показалось, что он улыбнулся. А я впал в ступор. Супруга? Ну нифига ж себе! Наш зеленый друг, оказывается женат! — Вижу, ты удивлен? — продолжил инопланетянин. — Да, мы точно так же влюбляемся, женимся и расстаемся. А ты думал, что это прерогатива людей? — Да… нет… не знаю, — выдавил я и смутился. — Ладно, — невозмутимо произнес Ю’Дир’Маа (я поднапрягся и вспомнил-таки его полное имя), — перейдем к делу. Я так понимаю, у вас проблемы? — Еще какие, — вздохнул я. — Тогда прошу, пройдемте, — и инопланетянин жестом указал на тот самый уголок, в котором я заподозрил зону отдыха. — Там и поговорим. «В ногах правды нет», правильно? Такое выражение у вас в ходу?       Я только кивнул и направился к ближайшему креслу. Мои друзья, до сих пор не произнесшие ни слова, поплелись за мной следом.       Мы устроились в оказавшихся на удивление удобными креслах, и гостеприимный хозяин оглядел нашу компанию внимательным взглядом. — Приветствую вас на борту нашей скромной обители, — витиевато произнес он. Подозреваю, что это дело «рук» переводчика, во время нашей прошлой беседы Ю рассказывал, что построение фраз в их языке настолько отличается от привычных нам предложений и оборотов, что мы бы ничего не поняли, если бы перевод был, что называется, подстрочным.       Игорь дернул было рукой, но тут же положил ее обратно на колено. Скорее всего, пилот хотел поприветствовать Ю привычным для людей рукопожатием, но вовремя вспомнил, что Предтечи, вероятно, с этим жестом не знакомы. Свен молча кивнул в знак приветствия, а Йоко сидела, изображая из себя статую «Звезда в шоке». — Я ждал вашу экспедицию немного позже и не в таком составе, — задумчиво произнес Ю. — А чем тебе состав-то не угодил? — обиделся я. — Вас слишком мало для серьезного исследования и колонизации планеты, — объяснил Маа. — А мы не для исследования и колонизации сюда прибыли, — мрачно усмехнулся пришедший в себя Светлов. — Мы — экипаж опытного корабля «Селена», построенного, кстати, по вашим технологиям. — А смысл? — не понял Ю. — Смысл в том, чтобы проверить звездолет в деле, — пояснил я. — Долетит до места назначения в целости и сохранности? Отлично, можно запускать серийное производство и посылать полноценную экспедицию. Взорвется где-нибудь в полете? Обидно, конечно, но ничего страшного. Будем думать, как обойти проблему. — То есть, вас отправили в полет, заранее предполагая аварию и гибель экипажа? — удивился инопланетянин. — Ага, — усмехнулся я. — Мы же не полноценные члены общества, каждый из нас в чем-то провинился перед «Альтеррой», и таким образом мы… как бы это сказать-то… отрабатывали провинность.       В глазах Маа промелькнуло плохо скрываемое любопытство. — Давай-ка с самого начала и во всех подробностях, — велел он. — А «Наутилус»? — вмешался Игорь. — А что с ним будет? — вопросом на вопрос ответил Ю. — Пускай себе стоит в подводном доке, ничего с ним не сделается. А на ночь спуститесь на… — тут прозвучало странное слово, которому переводчик почему-то не смог найти аналога в общегалактическом, (но я догадался, что Ю имел в виду тот странный лифт), и мы впервые услышали язык Предтечей. Мне он показался немного резковатым на слух, грубым даже, но, на первый взгляд, непривычных для человеческого уха звуков в нем не было. Свен, словно подтверждая мои слова, обрадованно сверкнул глазами. — Если захотите перекусить, то у нас имеются запасы лукового сока. — Сервис, однако, — хмыкнул окончательно пришедший в себя пилот.       И я начал рассказ. Начал издалека, со своего отлета с 4546В и прибытия в обитаемую Галактику. Рассказал про трансгосударства, фазовые врата и «Альтерру». Про наши «провинности» перед всесильной корпорацией. Про подготовку к полету. Про старт и путь до Рукава Ариадны. Про посадку и конфликт. Про Возницки и Санчез. Про путешествие в Затерянную реку и Лавовую зону… Мои товарищи, увлекшись рассказом, по мере сил помогали, что-то уточняя и дополняя. Когда я закончил, у меня было ощущение, что в глотке копошится стайка малюсеньких насекомых, раздирая слизистую своими шершавыми лапками. Ю окинул меня понимающим взглядом и принес сосуд, наполненный обычной водой. Я жадно выпил показавшуюся просто божественным нектаром жидкость и закашлялся. — Странные у вас отношения внутри сообщества, — произнесла неожиданно подошедшая супруга Маа. Оказывается, она внимательно слушала мой рассказ, а мы, поглощенные беседой, ее не замечали. — Какие есть, — я развел руками. — «Homo homini lupus est»? — насмешливо спросила… наверное, женщина? Ну, не самкой же ее называть. — Да, — мрачно ответил Свен. — Именно так. Кстати, откуда вам известно это древнее выражение? — У нас оно тоже существует, — улыбнулся Ю. — Звучит по-другому, но смысл тот же. Переводчик просто подобрал известный вам аналог. Хотя перед эпидемией внутрирасовые отношения уже нельзя было охарактеризовать этой фразой. — Внутрирасовые — нет, а вот убить пару сотен человек, значит, не западло было? — мрачно пробурчал пилот.       Я с неодобрением посмотрел на него. Сейчас не время межвидовые разборки устраивать, надо решать существующие проблемы, а не выяснять, кто, кого и за что убил. — Я уже объяснял свою позицию вашему товарищу, — парировал инопланетянин и кивнул в мою сторону, — так что не будем возвращаться к бесполезному спору. Что конкретно вы ждете от нас?       Мы переглянулись, и Игорь, не стесняясь в выражениях, еще раз объяснил, чем грозит прилет экспедиции планете в целом, и нам с Предтечами в частности. — А договориться не получится? — с сомнением спросила Нради. — Не получится, — отрезал я. — Мало того, что мы — должники «Альтерры», так нас еще и обвиняют в убийстве наших… к-х-м… коллег. Возницки и Санчез. Кстати, — я подозрительно уставился на Ю, — а вы случайно не в курсе, кто ими, так сказать, пообедал? — Случайно в курсе, — спокойно ответил инопланетянин. — Ими не пообедали, потому что стражи были на тот момент сыты.       Я довольно улыбнулся. Нет, вы не подумайте, смерть Воницки и Санчез меня совсем не радовала, а доволен я был исключительно своей догадливостью. Мне же сразу пришла в голову мысль о стражах и о том, что без наших зеленокожих друзей тут не обошлось. — Но зачем? — растерянно воскликнула Йоко. — Зачем вы убили двоих человек? — Мне показалось, что они представляют для вас угрозу, — спокойно ответил Ю. — Кстати, вы меня мало интересовали, а вот Райли… Мне бы очень не хотелось, чтобы он пострадал, а угрозы, которые исходили от вашего мужчины, были вполне недвусмысленными. — И за что Райли такая честь? — пробубнил пилот. — И тут он друг семьи, и там. Наш пострел везде поспел. — Ты чего, Игорь? — удивленно повернулась к нему Йоко. — А кто поспособствовал рождению детенышей-императоров и излечил планету? — Ваш друг подарил нашей расе надежду, — кивнула супруга Маа. — Теперь у нас есть шанс возродиться. — Ладно, ладно, я понял, — Светлов скрестил руки на груди и мрачно уставился на Ю. — А теперь-то чего делать? — Кстати, — Ю неожиданно встал, подошел к стене и нажал незаметную кнопку. Стена стала прозрачной, и в небольшом закутке мы увидели странную, яйцевидной формы капсулу, сделанную из какого-то материала, напоминающего стекло. Внутри капсулы лежал… Возницки, его глаза были закрыты, и если б я сам не наблюдал его гибель, то подумал бы, что альтерровец просто-напросто спит. — Зачем вам человеческий труп? — изумился Свен. — Почему труп? — в свою очередь удивился Маа. — Ваш товарищ жив и вполне здоров, просто находится в криосне.       Я впал в ступор. То есть, Предтечи спасли Возницки? Тогда… может быть, и Санчез спит где-нибудь в соседнем закутке? — А женщина? — спросил я. — Она где? — А женщина погибла, — невозмутимости инопланетянина могла позавидовать каменная статуя. — Но почему? — воскликнула Йоко. — Почему Роберта вы спасли, а Бибиэну нет? — Она бесполезна, — ответил Маа, и у меня потемнело в глазах.       Я никогда не был поклонником Санчез… Нет, так-то она была очень даже ничего: стройные ножки, красивая грудь, аппетитная попка, но я имел в виду ее чисто человеческие качества, такие, как надменность, высокомерие и презрение к остальным членам экипажа, кроме, пожалуй, Возницки… Однако то, с какой легкостью Ю записал Бибиэну в «бесполезные», меня просто взбесило. Если воспользоваться именно этим критерием, то как минимум половину обитаемой Галактики можно смело пускать в расход по причине ее полной и абсолютной бесполезности. Да и меня заодно, ибо моя «полезность» для общества под очень большим вопросом…       Ярость, пылающая и неконтролируемая, поднималась откуда-то из самых темных глубин моей личности, и я сжал кулаки и заскрипел зубами. — Спокойно, Робинсон, дыши глубже, — жарко зашептала Совесть. — Давай, вдох-выдох, вдох-выдох… Подумай о рыбке, представь, что кормишь ее батончиками…       Как ни странно, но это помогло, и я успокоился. — Хорошо, Санчез бесполезна, хотя была неплохим специалистом по флоре и фауне… А Возницки-то вам нахрена нужен, он же вояка до мозга костей? — поинтересовался Светлов. — Вот поэтому и нужен, — объяснил Ю. — Нас, наблюдающих, осталось очень мало, девяносто девять процентов стали жертвами Хараа. Так что опытный наблюдающий… то есть, военный, — поправился он, — без дела не останется. Да и перенять ваш опыт будет не лишним. — Завербовали, значит? — усмехнулся Игорь. — Нет, — ответил инопланетянин. — Мы его пока даже не будили. Последнее, что помнит ваш товарищ — нападение стража. — Круто, — оценил я. — Просыпаешься такой и не понимаешь, то ли сон приснился, то ли ты реально двинул кони и теперь в аду… — А, может, в раю? — предположила Йоко. — Ну уж нет, — заржал пилот. — Таких рож, — и он кивнул на Предтечей, — в раю быть не может по определению. Так что только ад, только хардкор! — Ладно, — утихомирил я не в меру развеселившихся товарищей, которых, очевидно, обрадовала новость о том, что Возницки жив. — Давайте вернемся к теме экспедиции. Кстати, Ю… — я повернулся к инопланетянину, — а… тело императрицы вы забрали? — Мы, — кивнул Ю. — А зачем, если не секрет? — вкрадчиво поинтересовался я. — Для опытов? — Нет, — Маа был спокоен, как удав. — Мы ее похоронили по нашим обычаям. — Зачем? — еще больше удивился я. — Отдали последние почести существу, которое хотело нам помочь и изо всех пыталось достучаться, но мы были слепы и глухи, и этим причинили ему большие страдания. Это самое малое, что мы могли для нее сделать. — Я сейчас разрыдаюсь от умиления, — прошептал Светлов, но я показал ему кулак, и пилот замолчал. — Что же касается экспедиции… — Ю встал и поманил нас за собой.       Мы подошли к центральному пульту и столпились вокруг (как туристы возле экскурсовода, мелькнула мысль). Инопланетянин активировал огромный экран, на котором была отчетливо видна наша «Селена», стоящая на ровной матовой поверхности. — Если вы уберете корабль… — Куда, интересно? — ехидно поинтересовался пилот. — Да хотя бы сюда, — ответил Маа, и картинка на экране сменилась. Теперь нашему взору предстала вершина горы, на которой имелась небольшая, но довольно ровная площадка. — Именно это место мы и отвели для посадок и взлетов, и, если бы Райли обошел всю сеть пещер, то он непременно бы на нее наткнулся. — Она маленькая, и там много песка, — буркнул Светлов. — Это вредно для «Селены».       Ю нажал еще одну кнопку, и земляное покрытие сменилось ровной матовой поверхностью, точно такой же, на какой сейчас и стоял наш звездолет. — Вот блин! — оценил увиденное Игорь. — Аж зависть берет! Ну хорошо, убрали мы «Селену», дальше что? — А дальше мы активируем орудие, — сообщил Ю. — Ту большую пушку? — поежился я. — А зачем вы вообще его убирали? — Орудие свою работу выполнило. Оно было предназначено для защиты пространства планеты во время эпидемии Хараа, а, раз эпидемия кончилась, то и надобность в нем отпала. — И вы предлагаете просто сбить подлетающий корабль «Альтерры»? — поинтересовался пилот. — Мы ничего не предлагаем, — ответила вместо мужа Нради. — Маа просто сообщил, что может активировать орудие, а уж что дальше делать — исключительно ваша забота. Мы не собираемся вступать в межзвездную войну… более того, мы даже не собираемся раскрывать свое здесь присутствие. Пока не время. — А если «Альтерра» притащит сюда весь свой флот? — спросил Светлов. Его не волновала судьба летящей экспедиции, а вот мощность инопланетного орудия никак не давала нашему пилоту покоя. — Что будет тогда? — Ты ведь инженер? — неожиданно спросила Нради. — Правильно? — Да, — кивнул Игорь. — И, смею надеяться, весьма неплохой инженер. — Ты видел повреждения «Авроры»? — снова спросила женщина. — Видел, — мрачно ответил Светлов. — Это было мощно.       Я с недоумением переводил взгляд между Игорем и инопланетянкой. — Нет, это было совсем не мощно. Сбивший «Аврору» импульс составлял… — Нради задумалась, — восемнадцать тысячных процента от мощности орудия. — Мать моя женщина, — прошептал пилот. В его глазах застыли одновременно дикий восторг и испуг. — То есть получается… — Именно, — подтвердил Ю, который до этого не вмешивался в беседу. — Выведенное на полную мощность, орудие испепелит сотни таких кораблей, как «Аврора». Одним выстрелом. — А если атака начнется сразу со всех направлений? — спросил я.       Игорь посмотрел на меня таким взглядом, что сразу стало ясно: я ляпнул что-то не то. — Райли, — вздохнул пилот. — Я тебе потом объясню, как это работает, ладно? Наши пока только-только нащупывают такую технологию, ибо планетарная оборона, построенная на этом принципе, не даст противнику ни малейшего шанса… Но все, о чем я слышал, это эксперименты с такими мощностями, которые защитят разве что только километровый булыжник. — А какая разница? — не понял я. — Ох ты ж блин! — Игорь схватился за голову. — Мало соорудить винтовку, нужно еще сделать так, чтобы при выстреле у держащего ее не оторвало руку. А тут… Небольшая небрежность в расчетах, и с планеты просто-напросто сорвет атмосферу, а потом она поджарится и станет похожа на сморщенное, почерневшее яблоко, которое запекали, но передержали в духовке.       Я с уважением уставился на пилота. Откуда он знает, как нужно печь яблоки, а? — Но это же будет убийство… — тихо сказала Йоко. — Там, на корабле… или кораблях… живые люди. И они все умрут! — Вот поэтому вам и решать, — произнесла Нради. — Там ваши соплеменники, не наши.       Я задумчиво кивнул. Хороша дилемма, ничего не скажешь. — Давайте сделаем так, — Ю выключил экран и вернулся в кресло, однако не сел в него, а остался стоять, держась одной рукой за спинку. — Вы сейчас возвращаетесь на «Наутилус» и обсуждаете наше предложение в своем кругу. Захотите вернуться утром и сообщить о решении — возвращайтесь. Нет — можете плыть домой, время еще есть. В таком случае сигналом для активации орудия послужит отсутствие вашего корабля на орудийной платформе. — Хорошо, — кивнул я. Нас явно выпроваживали восвояси, хотя делали это очень мягко и деликатно. Что же, погостили, пора и домой, на борт субмарины.       Вниз нас спустили на лифте, и я к этому отнесся совершенно спокойно, а вот Йоко даже взвизгнула пару раз. Да и Свену с Игорем тоже понравился такой способ перемещения.

***

      На борту «Наутилуса» было темно и тихо. Я прошел в рубку, зажег свет и плюхнулся на койку. Ребята тоже расселись кто где, и мы приступили к обсуждению сложившейся ситуации. — Убить несколько десятков человек? — возмущалась Йоко. — Вы сами-то понимаете, что предлагаете? — Понимаем, — кивнул Игорь. — В ситуации «убей или будешь убит» обычно выбираешь себя, любимого. — Но ведь люди же, — сопротивлялась Йоко. — Как же так-то? — Ну вот как-то так, — я пожал плечами. — Сначала попробуем договориться, а если не получится, то придется, прости, Йоко, стрелять. Но орудие надо активировать заранее. — Вы бесчувственные и бессердечные! — заявила Накамура и отвернулась. — Знаешь, Йоко, — задумчиво произнес пилот. — Перед первым боевым вылетом я тоже боялся, что не смогу, не сумею, «там же люди»… Но когда на тебя несется истребитель противника, и его лазерные пушки уже готовы изрыгнуть небольшую порцию смерти, которая отставит от тебя только облачко, то сразу понимаешь, что человек человеком, а своя рубаха ближе к телу. Своя жизнь дороже. И если ты сейчас начнешь убеждать меня в обратном, то ты, уж прости, или отъявленная лгунья, или мазохистка с манией самоубийства. — Так то война, — ответила японка, — а у нас сейчас вроде боевые действия не ведутся. — У нас тоже война, — сказал я, — только наша личная, против «Альтерры». Небольшая и необъявленная. И на такой войне тоже бывают жертвы. Забыла уже, как тебе перекрыли кислород за написанную книгу только потому, что книга эта была неугодна сильным мира сего? Забыла, как подумывала о суициде? Короткая же у тебя память, Йоко… — … девичья, — услужливо подсказала Совесть, но я шикнул на нее, и нахалка умолкла. — И что же теперь получается, а, Йоко? — я встал и начал размеренными шагами ходить по рубке «Наутилуса». — Тебе и жить хочется, желательно занимаясь любимым делом, и руки марать неохота? — И на елочку залезть, и жопу не ободрать, — хохотнул Светлов. Я кивнул. — Нельзя усидеть сразу на двух стульях. Вернее, можно, но это крайне неудобно. Надо выбирать: или мы сдаемся на милость «Альтерры» и доживаем свои дни в тюрьме, но тогда все останутся живы, или же принимаем трудное решение. Заметь, Йоко, это не потому, что мы такие кровожадные, нас просто вынуждают, подталкивают к агрессивным действиям. И, да, про планету не забудь. И про рыбок. Или ты хочешь сделать все чужими руками и остаться в белом платье чистенькой и незамаранной этой грязью? Не получится, ибо мы все в одной лодке.       Накамура покраснела и опустила глаза. Игорь встал, подошел ко мне и протянул руку. Я с недоумением ответил на рукопожатие. — Извини, Райли, — сказал пилот. — Я сомневался и не верил тебе, а зря. И Предтечи, и императоры — все оказалось правдой. — Да ладно, забыли, — смутился я. — Ну так что мы решили-то? — спросил Свен, который в обсуждении не участвовал, а думал о чем-то своем. — Активируем орудие? — Да, — ответил пилот. — Активируем. — А если Предтечи предложат кому-нибудь из нас нажать на кнопку? — предприняла последнюю попытку Йоко. — Скажут, мол, ваша раса, вы и стреляйте? — Нажму, — твердо сказал Светлов. — Не сомневайся. — А я помогу, — я встал рядом с Игорем и положил тому руку на плечо.       Йоко махнула рукой, встала и пошла в хвостовой отсек. Мол, о чем с вами, убийцами, разговаривать? — Ну, а ты что молчишь, викинг? — повернулся к Свену Игорь. — А что говорить? — вскинулся тот. — Я согласен на активацию. Мне совсем не хочется провести остаток дней в альтерровской, пусть довольно комфортабельной, но, все-таки, тюрьме. Да и планету жалко. И рыбок. Про Предтечей я вообще молчу, — и глаза скандинава лихорадочно заблестели. — Так, а что насчет завтра? — спросил я. — Сразу домой или… — Давайте зайдем к Предтечам, а, ребят? — у Свена был такой жалобный взгляд, что мы с Игорем переглянулись и дружно расхохотались.       Потом мы быстро перекусили и отправились на боковую. Уснул я моментально, ибо решение было принято, и теперь у нас был только один путь — война со всесильной «Альтеррой».