Глава 22. Экспедиция
19 января 2020 г., 16:19
С самого утра Игорь убежал проходить «курс молодого бойца». Свен порывался было пойти вместе с ним, но я убедил скандинава не мешать. В конце концов, нам с 4546В деться просто некуда, ибо в обитаемой Галактике мы, скорее всего, объявлены преступниками, убившими — страшно подумать! — двух сотрудников «Альтерры», Предтечи тоже тут задержатся… Возможностей пообщаться будет масса, и, главное, в более спокойной обстановке, когда над нами не будет довлеть прилёт «Альтерры» с последующей войнушкой и прочей атрибутикой второсортных боевиков.
Вместо этого я предложил скандинаву взять КРАБ, прихватить с собой Йоко и поплавать по биому, в котором мы бывали наскоками и не забирались дальше комплекса ПКО.
— А ты что будешь делать? — нерешительно спросил Свен. Скандинаву явно хотелось поплавать, потрогать строения Предтечей своими руками и поглазеть на чудеса Горного острова.
— Найду, чем заняться, — я нетерпеливо махнул рукой, мол, да валите уже отсюда. Мне не терпелось продолжить чтение очень интересного фантастического цикла, написанного аж в конце двадцатого века. Представляете, какая это древность?
Наконец Свен с Йоко ушли, получив от меня клятвенное обещание вызвать их, если вдруг накатит грусть, тоска и меланхолия. Я тут же плюхнулся на кровать, положил рядом мелко нарезанные кусочки лампиона вперемешку с дыней (так, чтобы можно было брать одной рукой и сразу же класть в рот) и включил книжку.
Время пролетело незаметно.
Первым вернулся Игорь. Он буквально рухнул на койку и уставился на меня совершенно ошалевшими глазами. В них читались восторг и страх, причём последнего было в разы больше.
— Ну, как обучение? — спросил я, с любопытством наблюдая за товарищем.
— Это их орудие… — выдохнул Светлов. — Мама дорогая, да оно полгалактики разнесёт!
— Всё так плохо? — встревожился я.
— Ну, это немного преувеличенно, — смутился пилот, — но вот небольшой планетной системе, такой, как наша… — отлично, Светлов уже употребляет слово «наша». Видать, прижился, — запросто может настать полный писец.
— Опять преувеличиваешь? — усмехнулся я.
— Ни капельки, — оскорбился Игорь. — Вот смотри… — он взял КПК и начал что-то быстро подсчитывать. Я не вдавался, так как знал, что сейчас товарищ закончит и всё расскажет. Так и произошло. — В общем, получается, что единомоментный залп орудия с использованием сто процентов мощностей высвободит энергию, эквивалентную… — я снова абстрагировался и пришёл в себя только тогда, когда Игорь замолчал.
— Да уж… — проворчала Совесть. — Хотя… Чего ты хочешь от этих Предтечей? Вспомни их машинку, которую мы в первый раз здесь и увидели.
— Помню, — отозвался я. — Такое захочешь — не забудешь.
— Ну, теперь ты понял, что это за хрень такая? — требовательно спросил Светлов.
— Понял, — кивнул я. — Но вы уж будьте там поосторожнее, нам планетная система ещё пригодится, как, впрочем, и сама планета. Лететь всё равно некуда, так что придётся доживать свой век здесь.
— Не самое плохое место во вселенной, — пожал плечами Игорь. — Главное — здесь есть океан, а это значит, что я смогу хотя бы отдалённо, но почувствовать себя в родной безвоздушной стихии.
— Погоди, — подбодрил я товарища. — Вот сейчас с «Альтеррой» разберёмся, а там, глядишь, и Предтечи чего-нибудь интересное подкинут. Какой-нибудь небольшой звездолётик, чтобы ты не зачах от тоски по космосу.
— Да ну тебя, — обиделся пилот. — Всё шутки шутишь.
— Почему шучу? — удивился я. — Почему бы не сделать людям, спасшим, можно сказать, целую расу, небольшой презент в виде черно-зелёного звездолёта странных, непривычных для человеческого глаза обводов?
— Не людям, а человеку, — поправил меня Светлов. — Мы тут ни при чём.
— А какая разница? — возразил я. — Мне этот звездолёт нафиг не нужен.
— Давай не будем делить шкуру неубитого медведя, — попросил Игорь. — Рано ещё о подарках думать. Кстати, а где Свен и Йоко?
— Вот они, — и я театральным жестом указал на товарищей, которые как раз в эту минуту дружно ввалились в комнату.
Были Свен и Йоко уставшие, даже немного запыхавшиеся, но при этом абсолютно счастливые.
— Чего-то интересное нашли? — полюбопытствовал Игорь.
— Не, — мотнула головой Накамура. — Просто биом очень… — она замялась, подбирая слова, — необычный. Вроде бы неглубокий, но настолько мрачный и какой-то таинственный, что аж дух захватывает.
— Это вы ещё на жнецов тут не натыкались, — проворчал я.
— Нет уж, спасибо, не нужно такого счастья, — вздрогнула Йоко. — Давайте лучше поедим, мы несколько рыб поймали.
Игорь, памятуя о своём обещании освободить меня от «нарядов» по кухне, взялся за готовку сам. И получилось очень даже вкусно, особенно те самые не то булочки, не то пирожки… не важно, под которые мы долго пили кофе и болтали на самые разные темы. А на сытый желудок и спится крепче, эта истина всем известна.
***
В день прилёта экспедиции мы с самого утра собрались в командном центре. Предтечи, как ни в чём не бывало, занимались своими делами, только Маа сидел в кресле и поглядывал то на небольшой экранчик, то на нас, рассевшихся за столом. Свен крутил в руках стакан с луковым соком, время от времени делая маленький глоток, Йоко нервно барабанила пальцами по столешнице, а Игорь, внешне абсолютно спокойный, негромко напевал. Я прислушался. — Еще немного, еще чуть-чуть, последний бой, он трудный самый, а я в Россию домой хочу, я так давно не видел маму… — самозабвенно выводил Светлов. — Проникновенно, — оценил я. — Что за песня? — Помолчи, Робинсон, — буркнул пилот. — Дай сосредоточиться. Я пожал плечами, даже не думая обижаться, ибо понимал, что именно Игорю предстоит сделать то, что Йоко накануне назвала «чудовищным убийством ни в чём не повинных людей».***
Да, вчера у нас опять возник спор, хотя казалось, что всё уже решили и расставили, так сказать, точки над «и». И начала его, разумеется, Накамура, которая никак не могла смириться с решением использовать чудовищное орудие Предтечей. — Ребят, — заговорила она, когда мы, поужинав, уютно устроились кто где с чашками кофе в руках. — А, может, ну их? — Кого? — озадачился Свен. — «Альтерру», — ответила Йоко. — Пускай прилетают, в конце концов 4546В — не наша собственность, и они имеют на неё точно такое же право, как и Предтечи, как и мы… — Как ласки, императоры и сталкеры? — насмешливо перебил девушку Игорь. — Иметь-то они имеют, только вот что станет с планетой после того, как здесь обоснуется корпорация? Что станет с её обитателями? Хотя… Как раз об этом я тебе могу рассказать. — Расскажи, — с вызовом бросила азиатка, глядя на пилота. — Да всё просто, — прищурился Светлов. — Ваших любимых рыбок будут разводить и продавать богатым буратинам в качестве домашних питомцев. Причём за бешеные деньги. Ну, да в этом никакого криминала я не вижу. Страшно другое. Жнецов, скорее всего, истребят, оставив несколько экземпляров для изучения — как же, практически идеальный подводный убийца с природным эхолокатором, позволяющим найти и уничтожить жертву, даже не видя её. Драконов ждёт такая же участь, ибо я ни фига не понимаю, как они умудряются выпускать свои «файерболы», находясь при этом в воде. Огонь и вода — антагонисты, помните же, да? Насчёт призраков не уверен, но у них наверняка есть свои фишки… — У призраков иммунитет к стазису, — тихо сказал я. — Для того, чтобы оглушить призрачного левиафана, нужно стрелять точно в голову, а, может, вообще в строго определённую точку на голове. Просто мне повезло. — Дуракам всегда везёт, — хмыкнула Совесть. — Электрические угри, коровы с ушами, сталкеры и другая не очень крупная живность пойдёт в зоопарки, — продолжил Игорь, — а остальных просто истребят, дабы не подвергать опасности жизни людей. Потом устроят на планете курорт для толстосумов, для тех, кто сможет позволить себе выложить круглую сумму за пребывание на экзотической планете в экзотических условиях. Построят несколько глубоководных отелей где-нибудь в Большом рифе, Затерянной реке и Лавовых зонах и будут грести денежку… Я вздрогнул и уставился на Светлова. Он что, мысли читать умеет? Именно об этом я размышлял, когда изнывал от безделья на базе «Альтерры» на Пекине. Причём практически в тех же выражениях. — Ага, а еще чакры чистить и карму восстанавливать, — захихикала Совесть. — Вы с Игорем просто мыслите одинаково, это я давно заметила, только Светлов более открытый и не стесняется делиться своими соображениями, а ты вечно сопли на кулак мотаешь. — Вот спасибо, — проворчал я. — Не за что, обращайся, — парировала нахалка. — В конце концов, кто тебе всю правду расскажет, если не собственная Совесть? — А потом, когда все самые богатые люди Галактики насмотрятся, наконец, на чудеса подводного мира, «Альтерра» начнёт разработку полезных ископаемых, которых здесь хоть жопой ешь. Дальше, думаю, и так всё понятно, — пилот обвёл всех внимательным взглядом. — Что, я не прав? — Прав, — вздохнула Йоко, — но то, что мы собираемся сделать, ещё ужаснее. Это же будет чудовищное убийство ни в чём не повинных людей. К тому же беззащитных. — Я сейчас разрыдаюсь, — саркастически рассмеялся пилот. — Запомни, Йоко: наказания без вины не бывает. — Глупости, — упрямо мотнула головой девушка. — Ещё как бывает. И никакая планета, даже самая расчудесная, не стоит жизней полутора сотен людей. У меня потемнело в глазах, и я выразительно посмотрел на азиатку, но та, увлечённая дискуссией, ничего не замечала. — Планета, какая бы красивая она на была, всё равно останется просто космическим телом. Неодушевлённым булыжником, на котором по неизвестным причинам зародилась жизнь. Ей от этого ни холодно, ни жарко. А вот люди… Они же живые… Каждый человек — это, по сути, целая вселенная, уникальная и неповторимая, и мы собираемся уничтожить полторы сотни таких вселенных? Плюс у каждого имеются любимые и друзья, на которых каждая оборванная жизненная нить скажется очень тяжело. А это значит, что и их вселенные запросто могут быть растоптаны и уничтожены просто потому, что нам так захотелось… Я всё понимаю, ребят, но, может, не будем брать на себя грех, а? Ну не стоит оно того, поверьте! — Накамура, если ты скажешь ещё хоть слово, — сквозь сжатые зубы выдохнул я, — то я тебя ударю. Сильно и больно. На меня немедленно уставились три пары глаз: Игоря с одобрением и благодарностью, Йоко с испугом и растерянностью, а Свена с настороженностью и плохо скрытой угрозой. — Райли, уймись, — зашептала Совесть. — Давайте тут ещё махач устроим. Только имей в виду: Свен будет девчонку защищать. Я помотал головой, пытаясь справиться с приступом агрессии. Получалось плохо. Значит, Йоко так ничего и не поняла, а жаль. — Не, ну драться мы не будем, — произнёс Игорь, пытаясь разрядить обстановку, — хотя это неплохой способ снять напряжение. Кстати, Райли, бить женщину — дурной тон. — Да что ты говоришь? — язвительно расхохотался я. — А ты что, никогда не стрелял в женщин-пилотов? И не нужно мне рассказывать, что они — такие же солдаты, как ты сам. В первую очередь они — женщины. Значит, исключения всё-таки есть, так? — Так, — вынужден был согласиться Светлов. — А если так, то помолчи, а то твоё желание выглядеть джентльменом сильно попахивает двойными стандартами, — рявкнул я. — Но Йоко-то не пилот, — парировал Игорь, — и не пытается нас убить. — Нас не пытается, — согласился я, — за что ей огромное спасибо, а вот планету — пытается. «Каждый человек — это уникальная вселенная», — мой голос буквально дрожал от еле сдерживаемой злости. — Вы что же, товарищи учёные, настолько вдолбили себе в головы мысль о «венце творения», что не видите дальше своего носа? Планета — это не булыжник, на котором случайно зародилась жизнь, это огромный живой организм. А с императорами что будет, ты подумала, а? — я повернулся к азиатке и прищурился. — Или тот же Сеня никак не тянет на уникальную вселенную только потому, что у него огромная башка со светящимися отростками, а вместо рук — ласты? Он живой, он разумный, так почему его можно убивать, а альтерровцев нет? Чем он заслужил такое отношение? Йоко молча смотрела на меня, в её глазах плескалось сожаление. — Извини, Райли, — тихо сказала она. — Об императорах я как-то не подумала. — Не в императорах дело, — проворчал я, выдыхая. Приступ агрессии, слава богу, прошёл. — Даже если бы тут не было Сени и его братьев, это бы ничего не поменяло. 4546В живая, нравится тебе это, или нет. Она всё чувствует и всё понимает. И ей точно также не хочется умирать, как и всем остальным, но вот помочь себе она не в силах. Зато это можем сделать мы. — Так, — Свен неожиданно встал и потянулся. — Давайте-ка заканчивать нашу увлекательную дискуссию, пока до греха не дошло. Во-первых, Игорю нужно выспаться. Во-вторых, мы уже всё решили, и я не вижу смысла снова возвращаться к обсуждению «а как было бы здорово, если бы». И, в-третьих, запомни, Райли: бить женщин не только нехорошо, но ещё и опасно. А вдруг за неё кто-нибудь заступится? — Действительно, — буркнул я. — Прискачет прынц на белом коне и надаёт злодею по самые помидоры. Очень благородный жест, аплодирую стоя. — Уймись, Робинсон, — проворчала Совесть. — Хватит уже. Свен промолчал, только неодобрительно посмотрел на меня и покачал головой. Защитник униженных и оскорблённых, блин! Йоко тихо пожелала всем спокойной ночи и ушла к себе, скандинав отправился, как он выразился, «немного проветрить голову», и в комнате остались только мы с Игорем. — Неужели бы ударил? — спросил Светлов, поглядывая на меня. — Не знаю, — признался я. — Всё может быть. — Ладно, не расстраивайся, — пилот хлопнул меня по спине. — Завтра всё решится. Не ссы, я планету в обиду не дам. В этом можешь быть уверен. — Спасибо, — улыбнулся я, лёг на кровать и с головой накрылся лёгким одеялом. Читать не хотелось, спать тоже, поэтому я начал вспоминать первый день после крушения «Авроры»…***
— Внимание! — голос Маа заставил меня буквально подпрыгнуть на кресле. — Три минуты до выхода в реальный космос. Я поёжился, Йоко громко вздохнула, а Свен от неожиданности выронил стакан, который прокатился по столу, обливая всех сидящих рядом густым и ароматным луковым соком. Игорь задумчиво почесал подбородок. — Интересно, они сразу же начнут нас вызывать, или сначала выйдут на орбиту? — Да кто ж их знает-то? — я пожал плечами и отхлебнул из небольшой бутылки, которую держал в руках, холодной воды. В горле от волнения постоянно пересыхало. — Водки бы сейчас, — вздохнул Светлов. — Граммов триста. — Для храбрости? — нервно хохотнул я. — Для снятия напряжения, — ответил пилот. — Давали же во время Великой Отечественной перед боем наркомовские сто грамм. — Я могу налить вам спиртного, если хотите, но не советую, — произнесла Нради. — Разум должен быть ясным, а руки — твёрдыми. — Да понятно, — отмахнулся Игорь. — Это я так, мечтаю. — Выход! — оповестил всех присутствующих Ю, и мы дружно уставились на экран. Чернота космоса вдруг задрожала и начала расплываться, образуя какую-то странную, совершенное нереальных очертаний кляксу, а потом из этой кляксы вынырнул звездолёт. Он был так похож на «Аврору», что в первый момент меня посетило дежавю. Но потом я понял, что «Аврора» всё-таки была немного поменьше и… поизящнее, что ли. — Прилетели всё-таки, — проворчал Свен. — А ты надеялся, что они заблудятся в подпространстве? — ехидно спросил Светлов, но было видно, что он напряжён, словно натянутая струна: только тронь — сразу лопнет. — Было бы неплохо, — кивнул скандинав. — Или, к примеру… — «Антей» вызывает «Селену», приём! — неожиданно раздалось в динамиках, и я прикрыл глаза. Началось! — «Антей» вызывает «Селену», приём! — Отвечаем? — почему-то шёпотом спросил Игорь. — Нет, блин, сидим и языки показываем, — буркнул я. — Маа, подключайся. Инопланетянин нажал на какую-то кнопку и выразительно посмотрел на меня, мол, готово. Ещё вчера мы решили, что первым в контакт с вновь прилетевшей экспедицией вступлю я, как фактический руководитель нашей маленькой группы. А вот дальше… исключительно по обстоятельствам. — «Селена» на связи, — ответил я, искренне надеясь, что мой голос не дрожит. — Говорит Дэвид Харрис, капитан экспериментального научного судна «Антей», — проговорили на том конце. — С кем я разговариваю? — Райли Робинсон, руководитель разведывательной группы, — произнёс я. Игорь фыркнул, и Свен показал ему кулак. Даже Йоко улыбнулась. Ну да, «руководитель разведывательной группы» звучало как-то… смешно. — Уже не руководитель, — сообщил Харрис. Голос капитана «Антея» был холодным и надменным. — С вас сняли все полномочия после того, как вы убили двух сотрудников «Альтерры». Сообщаю вам, что с настоящего момента вы считаетесь арестованными и сразу же после прибытия на планету офицеров ТСФ будете препровождены на борт «Антея» и заключены под стражу. — Сурово, — хмыкнул Светлов. Он, судя по всему, сумел взять себя в руки и теперь с интересом следил за разговором. — Вы признаны виновными в инкриминируемом вам преступлении, приговор вынесен и обжалованию не подлежит, — закончил Харрис и замолчал. Я откашлялся. — И каков же приговор? Или это секретная информация? — Никакого секрета, — мне показалось, что капитан «Антея» пожал плечами. — Накамура и Йоханссон приговорены к пожизненному заключению на планете Гамма-8, — Йоко тихонько охнула, — а Робинсон и Светлов — к смертной казни на электрическом стуле. Игорь присвистнул. — А я думал, что «Альтерра» уже не применяет электрический стул, как негуманный и жестокий способ казни. Думал, что сейчас в ходу исключительно газовые камеры, — произнёс он, широко улыбаясь. Но, хотя Светлов и говорил вполголоса, Харрис его услышал. — Действительно, электрический стул почти не используется, но в редких случаях, когда совершённое преступление признаётся тяжким, приходится применять этот способ. В назидание другим, так сказать, — деловито объяснил он. В его голосе не было ни сожаления, ни жалости, только удовлетворение от хорошо сделанной работы. — Мы начинаем манёвр гравитационной пращи, который займёт несколько минут, а потом вы должны будете сообщить точные координаты для посадки атмосферных глайдеров. Советую не делать глупостей, офицеры ТСФ очень расстроены гибелью коллег и могут, разумеется, случайно, нанести небольшие, но весьма болезненные увечья. Маа поколдовал над пультом и повернулся к нам. — Я отключил звук, — сказал он. — У вас есть ровно шесть с половиной минут для того, чтобы решить, будете ли вы использовать пушку. — Нет, блин, не будем, — язвительно отозвался Светлов. — Дождёмся посадки глайдеров и радостно отдадимся офицерам ТСФ. Слышал, Райли, нас с тобой поджарят! Решили, наверное, что именно мы были идейными вдохновителями и организаторами чудовищного убийства. Наверное, пора начинать гордиться, а? — Да вы ещё легко отделались, — возмутился Свен. — Лучше уж электрический стул, чем Гамма-8. — Согласен, — буркнул Игорь. — Нради, я готов! — завопил он. — Надеюсь, у всех прошли пацифистские настроения? Или кто-то согласен с приговором? Ответом ему была тишина. Нради и Фаа усадили Светлова в операторское кресло, и наш пилот, предварительно размяв пальцы, принялся колдовать над пультом. — Нет, больше не надо, — тихо говорила супруга Маа. — Меньше тоже. Вот так оставь. Теперь наведи… Всё, орудие готово. Запомни, выстрел должен не подбить корабль, а уничтожить его прямо на орбите. Мне стало немного не по себе. Всё-таки в глубине души я надеялся, что до стрельбы не дойдёт. Увы… Но садиться на электрический стул за преступление, которое не совершал, хотелось ещё меньше. Правильно говорил Игорь, своя рубаха ближе к телу. — «Селена», говорит «Антей»! — услышали мы голос Харриса. — Почему посадочная площадка не готова? Что это за хрень там стоит? Наши приборы улавливают какой-то импульс, идущий с поверхности планеты. Что всё это значит? Что вы задумали? — Господа! — раздался весёлый голос Игоря, в котором проскальзывали какие-то странные, безумные нотки. — Мы имеем честь атаковать вас! — Атаковать? — казалось, капитан «Антея» на миг растерялся, но сразу же взял себя в руки. — Вы понимаете, чем это вам грозит? — И чем же? — расхохотался пилот. — Нас казнят несколько раз? Или будет применён какой-то особо садистский способ, например, колесование? Но Харрис был профессионалом до мозга костей, поэтому сбить его с толку было непросто. Капитан не мог не знать об орудийной платформе, но держался уверенно и спокойно. Во мне шевельнулось что-то, похожее на уважение: этот о пощаде умолять не будет. — Я сейчас свяжусь с мистером Коулманом, и вы сможете высказать ему все свои претензии, — ответил он, и связь прервалась. — О, да! — мечтательно протянул Игорь. — Коулман! Мечты сбываются прямо на глазах! А я занервничал. Лощёный хлыщ — матёрый волчара, с ним разговаривать будет в разы сложнее. — «Селена», на связи Коулман, — раздался в динамиках до боли знакомый голос, и меня тут же бросило в жар. — Что вы там задумали, твари? — Зачем же так грубо, мистер? — насмешливо спросил Игорь. — Вы же интеллигентный человек, а выражаетесь, как портовый грузчик после запоя. — Ещё раз спрашиваю: что вы задумали? — тон лощёного хлыща был способен заморозить всю планету-океан разом. — Вы же понимаете, чем для вас обернётся акт агрессии? — А вы предлагаете сдаться и сесть на электрический стул? — Светлов стал серьёзным. — За преступление, которого мы не совершали? — Совершали, — отрезал Коулман, — и вам это прекрасно известно. — А заочный приговор — это ноу-хау нашей справедливой судебной системы? — зло прищурился пилот. — Это суровая необходимость, — хлыщ ни на минуту не усомнился в своей правоте. — Мы должны время от времени устраивать «показательную порку», иначе каждый решит, что может безнаказанно убивать сотрудников «Альтерры» и офицеров ТСФ. — Ладно, — вздохнул Игорь, — это всё лирика. Мы предлагаем вот что: «Антей» немедленно покидает орбиту 4546В и уходит туда, откуда припёрся. В этом случае никто не пострадает. Более того, все звездолёты «Альтерры» должны обходить эту планетную систему по широкой дуге и никогда не пытаться совершить посадку на 4546В. Как вы на это смотрите? Коулман молчал полторы минуты, а потом снова заговорил. — У меня другое предложение: вы ждёте приземления глайдеров и добровольно отдаёте себя в руки правосудия. В этом случае мы рассмотрим возможность замены смертной казни для Робинсона и Светлова на пожизненное заключение на Гамме-8. Как вам такой вариант? — Да боже упаси, — Игоря передёрнуло. — Я же с вами не торгуюсь, мистер Коулман, я просто говорю, как нужно поступить, чтобы не было жертв. В противном случае «Антей» будет уничтожен. — М-да, — протянул хлыщ, — недооценили вас наши психологи. Если «Антей» будет сбит, то можете считать себя покойниками, так как вскоре к 4546В придёт боевой флот. Вас уничтожат вместе с планетой. Я посмотрел на Йоко и Свена. В глазах азиатки плавали осколки ужаса вперемешку с льдинками отчаяния. Жуткий коктейль. Скандинав был спокоен, только побелевшие скулы выдавали его бешенство. — Ну и сука же ты, — тихо проговорил пилот. — Гнида. Коулман отключился, и через несколько секунд в динамиках снова раздался голос Харриса. — «Селена», это «Антей». Мы уходим. Я шумно выдохнул. Всё-таки стрелять не хотелось. Не все те, кто прилетел к 4546В, были законченными сволочами. — А как же приказ, Харрис? — спросил Игорь. — Вас же отдадут под трибунал по возвращении. — Отдадут, — в голосе капитана послышалась насмешка, — но я не хочу губить полторы сотни людей. Четверо против ста пятидесяти — неравноценный обмен, не находите? — Мы-то находим, — вздохнул Светлов. — Только вот Коулман иного мнения, и переубедить его будет чрезвычайно сложно. — Ничего, как-нибудь, — ответил Харрис. — Кстати, только что я получил приказ об орбитальной бомбардировке. Моё сердце бешено забилось. Почему мы упустили такой вариант развития событий? И что делать? Сбивать «Антей»? — И что? — напряжённым голосом спросил пилот. — Я уже ответил, — произнес капитан. — Я солдат, а не палач. Мы уходим. Только… — он пару секунд помолчал, а потом снова заговорил, — имейте в виду, что переоснащение боевых кораблей новыми двигателями уже началось. Примерно через полгода ждите гостей. «Антей», конец связи. И передатчик замолчал. Несколько минут в центре управления орудием царила тишина, а потом все разом заговорили. — Ну и гнида этот Коулман! — возмущался я. — Как ему только пришла мысль об орбитальной бомбардировке? Сука лощёная! — Я не хочу на Гамму-8, — всхлипывала Йоко. — За что нам всё это, что мы такого сделали? — Успокойся, всё будет хорошо, — утешал девушку Свен. — Никто тебя «Альтерре» не отдаст. — Прости, Райли, — уже в голос ревела Накамура. — Я не думала, что они вот так… вот так… — Харрис — мужик! — вынес свой вердикт Игорь. — Сожрёт его «Альтерра», а жаль. Таких, которые помнят о чести и совести, осталось очень мало. Я бы с ним выпил. — Итак, — произнёс Маа, — всё закончилось хорошо… — Да ничего ещё не закончилось, — буркнул я. — Всё только начинается. Харрис же сказал, что через полгода надо ждать гостей. И это будет не научное судно, а боевой флот корпорации, усиленный, скорее всего, кораблями ТСФ. — Это неприятно, — сказал Ю. — Скоро прилетят наши учёные, они начнут работу по изучению и массовому производству вакцины. Мы не можем допустить гибели даже одного из наших соотечественников, нас и так осталось слишком мало. — Понимаю, — кивнул я. — Тогда орудие мы не отключаем, — пожала плечами Нради. — Видимо, ему всё-таки предстоит поработать. — Ты был прав, Райли, — Маа посмотрел на меня. — Проблема из вашей превратилась в общую. Если вы по-прежнему не хотите стрелять в соотечественников, мы возьмём это на себя. Я, как наблюдающий, сделаю всё, чтобы защитить остатки своей расы. — Спасибо, Маа, — с чувством произнёс пилот, — но, думаю, мы и сами справимся. Ведь к нам прилетит не мирная научная экспедиция, а боевой флот, задачи которого будут предельно простыми: или захват преступников, или уничтожение планеты. — Вот же люди, а! — пробасил Свен. — Живут по принципу «так не доставайся же ты никому». Я неожиданно покраснел. Мне вдруг стало жутко стыдно перед Предтечами, которые стали невольными свидетелями идиотизма, немотивированной жестокости и жажды прибрать планету к рукам, не считаясь ни с чем. Куда же мы катимся, а? Почему всё так? Откуда берутся люди, считающие себя хозяевами жизни? Блядство какое-то! Я почему-то никогда об этом не задумывался, а сейчас неожиданно понял, что это тупик. Самый настоящий тупик. Пока есть такие вот Коулманы, пока во главе угла стоят жадность, жестокость и корысть, а деньги возводятся в абсолют, ничего хорошего человечество не ждёт. Игорь внимательно посмотрел на меня и сразу же понял, что я готов впасть в депрессию. А по мнению пилота лучшим лекарством от депрессии была выпивка. Ну, и беседа по душам, разумеется. Он выдернул из-под меня кресло и начал подталкивать к выходу, одновременно поторапливая Свена с Йоко и объясняя Предтечам, что нам всем нужно отдохнуть. Инопланетяне, в общем-то, не возражали, им тоже нужно было многое обсудить.***
В комнату я зашёл на трясущихся ногах и сразу же плюхнулся в кресло. Светлов налил мне стакан виски и заставил залпом выпить это крепкое, противное пойло. Я задохнулся, закашлялся, а потом огненный комок валом прокатился по пищеводу и с ходу упал в пустой желудок. Горячая волна пронеслась снизу вверх, ударила в голову, и я почувствовал, что меня перестало засасывать в чёрный омут тоски и безнадёжности. Потом Светлов рассказал какой-то похабный анекдот, и через три минуты я уже ржал, как пьяная лошадь, коей, собственно, и являлся. Свен и Йоко тоже выпили, потому что напряжение сегодняшнего дня было не просто колоссальным, оно было чудовищным, от него перехватывало дыхание и замирало сердце, дрожали руки и ноги, а в голову лезли чёрные мысли, от которых хотелось выть в голос. Но обошлось. После виски мы перешли на коньяк, а потом уже изрядно косой Светлов сбегал к Предтечам и принес два здоровых трёхлитровых кувшина с каким-то инопланетным пойлом, которое ему выдала Нради. Она лишь предупредила, что напиток может быть слишком непривычным и крепким для людей, но нам было всё равно. Свен притащил лампионы и нарезанную дыню, а также картофельный салат, приготовленный на скорую руку. Мы уговорили один кувшин, и я, понимая, что надрался в никакашку, но не привыкший отступать перед трудностями, уже посматривал на второй, но Игорь заявил, что это будет перебор, и убрал спиртное с глаз долой. Он вообще был самым трезвым из нас троих (Йоко свалилась уже после коньяка и ушла спать), всё контролировал и за всеми следил. — Светлов, — пьяно всхлипывал я, уткнувшись пилоту в плечо, — я тебя так люблю, ты такой классный. — И я тебя люблю, — похлопывал меня по спине Игорь. — Может, пойдешь спать? — Нет, — вскидывался я, — не хочу! Хочу ещё выпить! Давай выпьем, Светлов! Давай выпьем за то, чтобы все эти гниды альтерровские, собаки поганые, суки жадные… чтобы они все передохли! — Хороший тост, — одобрительно кивал пилот. В конце концов я уснул… нет, не в миске с картофельным салатом, и не в тарелке в нарезанной дыней. Я уснул на плече Светлова, громко храпя и пуская слюни. Игорь со Свеном перетащили пьянющего «руководителя разведывательной группы» на кровать, раздели, накрыли одеялом и сами легли спать. Следующий день обещал быть просто незабываемым…
