Как решит судьба. Продолжение.

      Дефне имела представлении об ипотечном кредитовании и не поленилась ознакомиться на форумах с отзывами клиентов банка, прошедших через эту процедуру, но все равно немного волновалась, понимая, что все ее знания имеют сугубо теоретический характер, а на практике с кредитами ей сталкиваться еще не приходилось. Поэтому, когда Омер вызвался ее сопровождать, она обрадовалась, его поддержка приободрила бы ее и стала бы гарантией успешного разрешения проблемы. Приветливо встретивший девушку служащий банка немного удивился присутствию мужчины.       — Госпожа Топал? — уточнил он, окинув взглядом стоявших рядом с ней Омера и Мерта, который держался за руку отца, с интересом оглядывая помещение и посетителей.       — Да, Дефне Топал. — подтвердила она. — Я с вами говорила по телефону?       — Со мной. — он улыбнулся и жестом показал на помещение за перегородками. — Пожалуйста, пройдемте в моей кабинет.       На дверях Омер увидел табличку с именем и должностью сотрудника банка и усмехнулся, надо думать, что старший специалист отдела кредитования обошелся Пошэ весьма недешево. Посетители заняли удобные кресла, присмиревший Мерт пристроился между колен отца, разглядывая незнакомого человека в строгом костюме.       — Рад познакомиться с вами лично, госпожа Топал. Прежде всего, следуя правилам нашего учреждения, я обязан выяснить, в каком статусе ваш спутник присутствует здесь? — сохраняя на лице любезную улыбку, он взглядом цепко исследовал мужчину.       Дефне слегка замешкалась с ответом, она не подготовилась к такому повороту разговора и сейчас соображала, как лучше представить Омера, однако, тот был в курсе подобных процедур, поэтому ответил за Дефне:       — Я, Омер Ипликчи, генеральный директор фирмы «Пассионис», с которой ваш банк, находится в деловых отношениях. Думаю, вы в курсе того, что «Гарантибанк» является держателем шести процентов наших акций. — ирония, промелькнувшая в его голосе, осталась непонятной для Дефне, но руководитель отдела заерзал на своем месте и бросил на него понимающий взгляд. — Но я имею к присутствующей здесь Дефне Топал более личное отношение, мы помолвлены, и я выступаю в качестве ее будущего мужа и доверенного лица. — с этими словами, нежно улыбнувшись, он взял Дефне за руку.       Лицо «невесты» вытянулось, разговор принимал неожиданный оборот, и она внезапно разозлилась. Кто дал Омеру право говорить от ее имени? И когда это они успели объявить о помолвке? Что за дурацкая инициатива? Однако выяснять эти вопросы сейчас и здесь было бы слишком глупо, на пользу ее делу это явно не пошло бы, поэтому она выдавила из себя улыбку и молча кивнула головой.       Сотрудник банка прокашлялся и попросил предъявить удостоверения личности, ситуация развивалась не по плану, ведь о присутствии жениха его никто не предупреждал, конечно, девушка явно не в курсе договоренностей с этим американским богачом, а вот Ипликчи, похоже, все знает. Сейчас он желал только одного, поскорее и без помех завершить эту сделку и получить вторую часть своих баснословных комиссионных, обещанных в случае благополучного завершения дела, ведь аванс за чудесный домик у моря уже внесен, не хотелось бы разочаровывать жену еще раз.       Бегло взглянув на документы, он вернул их клиентам.       — Итак, госпожа Топал, вы уже определились с квартирой? — уточнил он, избегая смотреть на ее спутника.       — Да. Сегодня утром я встречалась с риэлтором и выбрала квартиру, где хотела бы жить. — подтвердила она.       — Это прекрасно. — служащий банка излучал энтузиазм, если клиентка определилась с выбором, процесс пройдет очень быстро, он за этим лично проследит. — Тогда давайте оговорим более подробно условия выделения кредита, процент и сумму ежемесячных взносов.       Омер наблюдал, как этот специалист со знанием дела быстро и доходчиво объясняет Дефне все тонкости кредита на покупку квартиры, но и ее четкие и совершенно конкретные вопросы свидетельствовали о том, что клиентка пришла подготовленной. Если она предварительно изучала этот вопрос, казалось странным, что Дефне не удивилась тому факту, что кредит на довольно крупную сумму ей выдают без справок с места работы или выписки с банковского счета. Жаль, что, поддавшись первому импульсу, он поспешил уйти от Синана, тот, наверняка, мог бы прояснить, каким образом они ввели Дефне в заблуждение. Что же, тогда этот вопрос он озвучит сам и посмотрит, как этот любезный господин будет изворачиваться, отвечая на него.       — Насколько я знаю, при обращении за кредитом банк требует от клиента пакет документов, включающих в обязательном порядке справку с места работы о доходах и выписку с банковского счета, и то и другое свидетельствуют о платежеспособности заемщика. Запрос какое-то время рассматривается, а затем либо одобряется, либо отклоняется. Мне не совсем понятно по какой схеме работает ваш банк? — вопрос Омера прозвучал спокойным, деловым тоном, Дефне не увидела никакого подвоха в нем, а вот банковский служащий опустил глаза.       — Разве господин... — он полистал свой ежедневник, и найдя нужный день, с выражением выговорил фамилию Синана. — Каракая не говорил с вами? — и тут он многозначительно посмотрел на Омера.       Тот кивнул. — Да, он поставил меня в известность, но как-то вскользь и торопливо. — и замолчал, все видом показывая, что ожидает объяснений.       — Э-э-э... Мы встретились с ним на недавнем показе весенней коллекции и разговорились, он упомянул о хорошей знакомой, желающей получить кредит на покупку квартиры, хотел получить информацию от нашего банка. — тут служащий посмотрел на Дефне и улыбнулся. Она закивала головой, словно была свидетельницей состоявшейся беседы. — Так вот, я сообщил ему о наших предложениях, они весьма выгодны для ханым, особенно учитывая непростую ситуацию, в которой она оказалась — и он снова бросил взгляд на девушку. — А поскольку мы с вами партнеры, разве нет? — сделав ударение на слове «партнеры», он слегка нахмурился и посмотрел в глаза Омеру. — Мы пошли навстречу вашему бывшему сотруднику, тем более, как я только что узнал, она ‒ ваша будущая жена и, очевидно, мать этого прелестного мальчика, очень, кстати, на вас похожего.       Омер прищурился, ему начинал надоедать этот спектакль, разыгрываемый здесь обоими мужчинами для Дефне, он испытал острое сожаление, что вынужден слушать этот бред и обманывать свою женщину ради того, чтобы она имела возможность осуществить мечту. Сейчас он готов смолчать об обмане, потому что, как ни парадоксально, именно это предложение побудило Дефне к переезду, так что пусть фарс закончится, он отвезет их домой, вернется сюда и сделает так, как решил: купит квартиру на свои деньги и попросит этого специалиста передать привет Пошэ. Когда наступило время подписания договора, Дефне нерешительно посмотрела на Омера, она чувствовала его недовольство, но, не зная настоящей причины, предположила, что дело в условиях кредитования, а поскольку в финансовых вопросах он разбирался несравненно лучше, ей хотелось получить его одобрение. Ее колебания пришлись, как нельзя кстати.       — Вы не возражаете, если мы еще раз все обдумаем дома и завтра созвонимся с вами? — вставая и любезно улыбаясь, проговорил Омер.       Дефне последовала его примеру, у нее не было устойчивого ежемесячного дохода, а речь все-таки шла о значительной сумме денег, и она полагала разумным взвесить еще раз все за и против вместе с Омером, боясь попасть в долговую кабалу. Она ждала гораздо больше времени и день, или два в этой ситуации уже ничего не меняли, поэтому Дефне с легким сердцем приняла его позицию и, взяв за руку малыша, изнывавшего от скуки и слишком долгого сиденья на одном месте, вышла из кабинета служащего банка. Омер задержался предупредить, что заедет позднее или завтра утром, чтобы разрешить эту ситуацию между ними двумя, не ставя в известность его будущую жену.       Высадив их у ворот дома, Омер сразу куда-то уехал, она осталась во дворе присмотреть за сыном, игравшем в своем городке, Мерт пропустил дневной сон, и сейчас уже не имело никакого смысла укладывать его, сегодня, вероятно, он поужинает отдельно от них и ляжет спать раньше обычного. Она ненадолго отлучилась налить себе стакан воды, когда зазвонил ее телефон. Исо...       — Привет, Дефо. Уже освободилась? — слышимость была ужасной, очевидно, ее друг разговаривал на ходу где-то на шумной улице, гудки машин почти заглушали его голос.       — Исо, я тебе почти не слышу. Ты идешь домой? — она напрягла слух, чтобы поймать его ответ.       — В точку попала, я уже у дома, сейчас открою дверь и продиктую тебе адрес. Ты же приедешь к нам? Айшегюль вчера, как узнала о твоем визите, весь вечер готовила. — Дефне услышала его довольный смех, судя по внезапно установившейся тишине, он был уже дома.       — Ну, раз твоя жена провела столько времени на кухне за плитой, как я могу отказать... — пошутила она. — Я так соскучилась по тебе, по всем вам. Но ведь я приеду не одна, Мерт обрадуется, узнав, что увидит свою любимую няню.       — Конечно, как же без него! Айшегюль придет через час, а мы пока посидим и поболтаем. Записывай адрес или ты помнишь?       Дефне удивилась. — Исо, ты что? Мы же приходили к вам на второй день после свадьбы... Может номер дома и я не помню, но показать смогу. Так что жди, скоро приедем.       Ожидая такси, она размышляла о необходимости иметь свое транспортное средство, надо спросить Исо, нет ли у него на примете надежной, подержанной машины, покупать новую, учитывая предстоящие расходы, казалось неразумным. Мерт в нетерпении прыгал рядом и засыпал ее вопросами о поездке к Айшегюль, ведь она до сих пор оставалась его любимой няней.       Машина подъехала к дому молодоженов в том момент, когда Айшегюль остановилась у входной двери, держа в руках ключ, малыш еще издали заприметил ее и стал вертеться и стучать в окно, словно она могла его слышать, но, как ни странно, именно в этот момент она и обернулась, хотя такси было еще только в начале их улицы. Няня дождалась, когда вышедшая из машины Дефне освободила Мерта, тот с криком «Айсегюль!» подбежал и обхватил ее ноги, няня присела, чтобы быть ближе к нему.       — Здравствуй, мой ягненок! Как ты вырос! — проговорила она, целуя его пухлую ручку.       — Я скуцял без тебя. — он обнял ее за шею и неловко поцеловал в щеку.       — И я. Но теперь мы сможем часто видеться. — она поднялась и, взяв своего воспитанника за руку, направилась к дверям дома.       Исо стоял в проеме открытой входной двери и, улыбаясь, наблюдал за их трогательной встречей, обнявшись с Дефне и поцеловав жену, он подбросил вверх завизжавшего от восторга малыша и, поймав его, сделал вид, что сейчас уронит, спровоцировав новый приступ веселого смеха у Мерта.       — Парень, а чем тебя мама кормит, что ты так быстро растешь? — проговорил он.       Увы, вопроса малыш не понял и, хлопая глазами, посмотрел на Айшегюль, потом на мать, няня перевела вопрос и погрозила Мерту пальцем.       — Так, так... Язык не учишь... Как же ты будешь жить здесь? — с укором спросила она.       Мальчик вздохнул и потупился. — Надо уцить... — ответил он, разведя руками. — Понемножку, не спеса.       И своим ответом вызвал взрыв смеха у Исо.       — Ну, хитрец, уморил... Не спеша... Дефо, — обратился он к подруге. — А ты куда смотрела? Он же совсем не говорит по-турецки.       Дефне погладила сына по голове. — Ничего, за месяц освоит простые фразы. Турецкий станет разговорным домашним языком. Так, Мерт? — она повторила эту фразу по-английски и сын, чуть помедлив, неуверенно кивнул головой.       Пока Айшегюль накрывала на стол, а Мерт, пытаясь помочь любимой няне, путался у нее под ногами, Исо и Дефне сидели в гостиной и разговор, который они вели, принял не очень приятный оборот.       — Значит вопрос с квартирой ты еще не решила? — уточнил Исо после того, как подруга рассказала ему о визите в банк.       — Ну почему же? Квартиру я выбрала, осталось только подтвердить риэлтору свое желание ее купить, оформить договор и все. — ответила она. — Единственное чего бы я хотела, так это еще раз пройтись по всем пунктам договора с Омером. Он опытнее меня, я изучила вопрос теоретически, но он подходит к этому с практической точки зрения. Мне важно, что он скажет. — увидев скептический взгляд Исо, передернула плечами и с обидой произнесла. — Исо, ну хватит уже! Все в прошлом. Мы все делали ошибки, и я виновата не меньше его. Он изменился... Правда, изменился. Не давит на меня своим авторитетом и опытом, терпелив. Я иногда хамлю, вот честно, плохо себя веду, а он молчит. — она снова взглянула на друга. — И потом есть же Мерт, они так привязаны друг к другу, Омер такой чудесный отец. Вот никогда бы не подумала... Такой заботливый, нежный, играет с малышом, возится с ним, как будто сам ребенок. — она увлеклась, рассказывая об отношениях сына и отца, и такая улыбка осветила ее лицо, что Исо стало все окончательно понятно.       Он глубоко вздохнул, думая, как бы сказать, чтобы не очень обидеть подругу.       — Ты бы видела свое лицо сейчас... Омер чудесный, Омер заботливый, Омер самый понимающий... Знаешь на что это похоже? — Дефне напряглась, бросив на него взгляд исподлобья. — Ты его любишь, как ненормальная. Все эти годы, после всего, через что ты прошла, ты держишься за него мертвой хваткой. Не знаю, Дефо... — он замолчал, Дефне ничего ему не возразила, да и что она могла сказать? Он со стороны ясно видел то, чему она сопротивлялась в себе. — Я знал, что у тебя с Патриком ничего не получится. — вдруг произнес он. — Он поэтому уехал?       Она поежилась и ответила не сразу. — У него умерла мать, он очень тяжело переживал эту утрату. Просто потерял самообладание и принял правильное решение сменить обстановку.       Но Исо хорошо ее знал и чувствовал, что за всем этим крылось еще что-то. — Я не поверю, чтобы он мог уехать вот так, бросив тебя там одну, Дефо, что ты юлишь? Он предложил тебе выйти за него замуж, и ты отказалась?       — Примерно так. — ответила она, твердо решив ничего не рассказывать друзьям и родным о произошедшем. Это их не касалось и было слишком личным и болезненным воспоминанием, чтобы она могла делиться им с кем-либо, даже с близкими людьми.       К счастью, в гостиную вбежал Мерт и, подскакивая от нетерпения, схватил мать за руку. — Посли, Айсегюль пригласает за стол.       Дефне обернулась к Исо, он улыбнулся. — Чтобы понять такое, моих жалких знаний английского хватило.       Они засмеялись и пошли на кухню. За ужином больше говорили, чем ели, Дефне рассказывала о помолвке Седы и Синана, подробно, ярко и сочно, представляя в лицах родственников и их разговоры, это выглядело так забавно и реалистично, что Исо, основательно подзабывший подобные таланты своей подруги, хохотал от души, прося ее еще и еще раз изобразить того или иного персонажа. Мерт впервые видел мать в такой роли, не зная языка, он не понимал сказанного, но, с восторгом открыв рот, наблюдал, как она преображалась, как менялся тембр голоса и осанка, и она представала перед ними совсем другим человеком. Айшегюль поинтересовалась положением дел в галерее и ее работой в качестве иллюстратора, но пространных ответов на эти вопросы не получилось, время было позднее, и Мерт уже являл все признаки усталости, к тому же на сотовом, оставшемся в сумке, Дефне обнаружила три не отвеченных звонка Омера, выйдя в прихожую, она перезвонила ему.       — Извини, я оставила телефон в сумке и не слышала, что ты звонил. Мы в гостях у Исо и Айшегюль, но собираемся домой. Сейчас я вызову такси, и мы приедем.       Его голос звучал на удивление спокойно. — Зачем такси? Я приеду за вами, назови адрес.       Ожидая Омера, она вспомнила, что хотела попросить Исо помочь купить подержанную машину, он охотно согласился, уточнив марку и предельную сумму, которую Дефне готова была заплатить за свое средство передвижения.       — Исо, я в машинах совсем не разбираюсь. Марка не имеет для меня большого значения, все, что я хочу от нее ‒ это надежность, автоматика и простота в управлении. Стоимость, конечно, имеет значение, но в Турции меня не было четыре года, так что в ценах не ориентируюсь. Уверена, что в этом ты разбираешься лучше меня, я тебе абсолютно доверяю.       В дверь позвонили, значит, приехавший Омер не стал дожидаться их выхода, а решил объявиться сам. Айшегюль коротко посмотрела на мужа и открыла дверь гостю, приглашая войти, мужчины кивнули друг другу, Мерт уже мчался к отцу, и тот сразу подхватил его на руки, малыш возбужденно заговорил:       — Папа, а сто я тебе сказу... А мама сто делала... — он замолк и посмотрел на мать. — А сто ты делала, мама?       — Изображала других людей. — смеясь ответила она.       — Вот, вот. — закивал головой малыш. — Я не понял, сто она говорила, но смеялся вместе с Айсегюль и Исо.       — Понятно. — ответил Омер. — Я тоже однажды стал свидетелем этих способностей твоей мамы. Очень впечатляет.       — Сто печатляет. Я сто-то не понял. — Мерт уперся ему в грудь и чуть отстранился. — Ты сейчас на каком языке говорис?       — Сейчас на английском. Ладно, мой герой, мы с тобой дома еще раз это обсудим. — ответил он, улыбаясь, обратился к молодоженам. — Я рад, что могу лично поздравить вас с браком, уверен, что любовь, счастье и взаимопонимание станут вашими постоянными спутниками. Буду рад видеть вас, друзей Дефне, в нашем доме. — заключил он, улыбнулся Айшегюль и протянул руку Исо, тот, чуть помедлив, пожал ее и коротко кивнул.       Когда за ними закрылась дверь, Айшегюль прижалась к мужу и, потянувшись, поцеловала его.       — Они любят друг друга, несмотря на все эти годы разлуки. Не заставляй ее выбирать, она достаточно настрадалась. А Мерт очень привязан к отцу. Пусть они будут счастливы... — проговорила она, улыбаясь и ласково глядя ему в глаза, лицо Исо расслабилось, взгляд потеплел, и он приник губами к проявившимся ямочкам на щеках.       Мерт заснул в машине, отец осторожно донес его до кровати, а мать, раздела и прикрыла легким одеялом, окно пришлось чуть приоткрыть, потому что за день детская комната прогрелась, и немного свежего воздуха ночью пришлось бы очень кстати. Малыш перевернулся на спину, разбросав ручки с сжатыми кулачками, длинные черные ресницы чуть подрагивали, губы приоткрылись и тоненькая струйка слюны показалась в уголке, черные кудряшки красиво выделялись на подушке, родителям, стоявшим возле его кровати, он казался маленьким чудесным ангелом, Омер осторожно обнял Дефне за талию и притянул к себе.       — Я уже благодарил тебя за сына? — шепотом спросил, приблизив губы к самому уху, отчего по ее телу поползли мурашки.       Она поежилась и кивнула головой, ничего не ответив.       — Пойдем поговорим. — предложил он.       Они осторожно покинули комнату Мерта и спустились в гостиную, несмотря на позднее время, Омер заварил себе кофе, Дефне ограничилась стаканом воды, на улице было тепло, но жара уже спала и, не сговариваясь, они вышли в сад. Присев за стол, оба, почти одновременно, подняли голову к небу, где во множестве ярко сияли далекие, холодные звезды. Дефне представления не имела, о чем Омер собирался с ней говорить, и потому молчала, а он все еще колебался между желанием рассказать правду и страхом перед ее возможной реакцией на это откровение.       — Я хотел бы обсудить с тобой ипотечный кредит, любезно предложенный тебе «Гарантибанком». — увидев, что она улыбнулась и кивнула, он снова заколебался, может стоить купить ей эту квартиру, умолчав о деталях сделки, и поставить точку на этой некрасивой истории. А что, если однажды правда выплывет наружу? Зная ее характер, можно предположить, что Дефне почувствует себя обманутой, униженной, и они побегут по второму ‒ или третьему? ‒ кругу взаимного недоверия.       Видя на себе его колеблющийся взгляд, она насторожилась. — Что-то не так с кредитом? Ты считаешь, там есть подводные камни, и я его не потяну? — с беспокойством уточнила она.       Он подвинул свой стул ближе и, сев к ней лицом, взял ее руки в свои.       — Ты веришь мне, что я люблю тебя?       Дефне внимательно посмотрела ему в глаза и, прочтя в них беспокойное ожидание, кивнула. — Верю. — ей показалось, что он облегченно выдохнул.       — Все наши с тобой беды пошли от лжи, недоверия, недосказанности, нежелания слушать и понять друг друга. Ты согласна?       — Согласна... Омер, что случилось? Ты пугаешь меня. — она нахмурилась и, волнуясь, вытянула свои ладони из его рук, сцепив их на коленях.       Он вздохнул, откинулся на спинку стула и начал говорить:       — Если ты знакомилась с условиями кредитования, то заметила, что потенциальные заемщики должны предоставить пакет документов, подтверждающих их платежеспособность, и случается, что банк отказывает в кредите, сочтя доход клиента незначительным. От тебя не потребовали ничего, ни одного документа о доходах. Правда, странно?       Дефне внимательно следила за его мыслью, он говорил правильные вещи, все звучало логично. И правда, почему с нее ничего не потребовали?       — Синан говорил мне о договоренности с банком, партнером вашей фирмы. — напомнила она.       — Все верно, вот только они не партнеры. — возразил Омер, лихорадочно обдумывая, какие слова выбрать, чтобы открыть ей правду.       — Что это значит? Ты же сам говорил мне, что «Гарантибанк» выкупил шесть процентов акций «Пассионис». — она удивленно смотрела на него, пытаясь понять, к чему он клонит.       — Нас ввели в заблуждение... Банк купил акции для частного лица, гражданина Америки... А тот недавно подарил их одной женщине... И она, не подозревая об этом, стала акционером нашей фирмы.       Он говорил медленно, делая паузы после каждой фразы и видел, как менялось выражение лица Дефне. Оно вытянулось, потом его залил румянец, и теперь она сидела пунцовая, оторопело глядя на него, и молчала, наконец, сглотнула и хрипло произнесла:       — Полагаю, речь идет обо мне?       — Да. Кредит тебе выдавался под залог акций, именно поэтому никакие другие документы не потребовались. — подтвердил он.       Дефне почувствовала, как внутри разверзлась пустота, голова кружилась, и никаких мыслей в ней не было вообще, она просто сидела и бессмысленно смотрела в лицо Омера, ждавшего от нее, очевидно, слов или действий.       — Дефне, в этом нет никакой трагедии. Пошэ провернул это в тайне от тебя ‒ уж я не говорю о нас ‒ понимая, что только таким образом, предложением выгодного кредита тебя можно сподвигнуть на скорейшее возвращение домой. — она горько усмехнулась, хотела что-то ответить, но передумала. — И здесь он прав... Учитывая стоимость квартиры, твои доходы и текущие расходы, ты еще долго не могла бы позволить себе подобную покупку. А помощь от меня ты категорически не принимала. Так, может быть, теперь послушаешь?       Он сделал паузу, оценивая ее состояние, главное и самое болезненное уже сказано, ему осталось озвучить свои предложения и ждать ее решения.       — Безусловно, сейчас ты можешь купить выбранную квартиру на тех условиях, что предлагает тебе «Гарантибанк», только теперь с полным осознанием того, подо что ты берешь кредит. Если по каким-либо соображениям, ты считаешь это неприемлемым, я могу сам купить вам с Мертом эту квартиру, и пусть это станет моим свадебным подарком тебе.       Дефне взглянула на него и два раза отрицательно мотнула головой, но без особой уверенности, как бывало раньше.       — Понял... Возможно тебе стоит еще раз подумать об этом, торопиться некуда. Но самым разумным мне кажется другой вариант: я покупаю новый дом, больше этого, где всем нашим детям и гостям хватит места. Например, Седа с дочерью смогут там остановиться. — он осознанно давил на ее самые чувствительные точки, зная, что о других Дефне думает намного больше, чем о себе. — Она ведь в июле приезжает? У меня есть на примете пара домов, можем прямо завтра съездить и посмотреть. Хорошее агентство недвижимости быстро оформит куплю-продажу, так что в конце июня уже въедем в новый дом, куда ты сможешь пригласить близких и друзей. — он увидел, как выражение отрешенности уступало место интересу, и выбросил последний козырь. — Накопленные тобою деньги найдут лучшее применение. Ты же хотела помочь родным перебраться в Стамбул? Вот и используй их... Ваш прежний дом, кстати, все еще свободен, они могут вернуться туда, если нет, наверное, Исо поможет найти что-то подходящее в том же квартале. Как думаешь?       Задумчиво глядя на него, она проговорила: — Наверное, поможет...       Омер оглядел ее, теперь Дефне выглядела лучше, чем в начале разговора, ее обычная бледность вернулась, глаза не казались такими безжизненными, он знал, что ей понадобится время для принятия решения, но каким бы оно ни было, свернуть ее с этого пути будет уже трудно. Он сделал все, что мог, теперь оставалось только ждать. Ее неожиданный вопрос застал его врасплох.       — Зачем ты делаешь все это? Почему ты так резко изменился?       — Что ты имеешь ввиду? Мои чувства к тебе? Они все те же и даже обострились, когда я понял, что теряю вас. Мое поведение? Я просто поменял подход к некоторым аспектам наших отношений. — он замолчал, но видя, что Дефне встает, удержал ее за руку. — Вы нужны мне, и я просто не представляю, что делать, если вы уйдете от меня.       Ее взгляд потеплел, чуть склонив голову на бок, она нежно провела ладонью по его щеке, нагнулась и мягко поцеловала в полураскрытые губы. — Спасибо... Ты тоже нужен нам... — прошептала она так тихо, что он едва расслышал эти долгожданные слова.       Дефне оставила на кухне стакан и направилась к себе, надеясь отдохнуть и привести мысли в порядок, она понимала, что должна придти к какому-то решению и чем скорее, тем лучше, однако, едва начала подниматься по лестнице, как почувствовала головокружение и поняла, что начинает падать, успела спуститься на две ступеньки вниз и осела на полу, вокруг нее все бешено вертелось, прикрыв глаза, она пыталась остановить поднимавшуюся к горлу тошноту. В таком положении ее увидел Омер, направлявшийся через гостиную в свой кабинет. Подбежав к ней, он подхватил Дефне на руки, отнес в комнату, уложил на кровать и, сев рядом, пытался проверить пульс, но ему показалось, что сердце едва билось, и он испугался.       — Дефне, ты слышишь меня? — взволнованно спросил он.       Она кивнула. — Просто голова закружилась, вот и все. Не переживай...       — И давно это у тебя? — уточнил он, стараясь не думать о худшем.       Дефне чуть приоткрыла глаза. — Началось еще в Америке. Думала оформить здесь медицинский полис и обратиться к врачу.       — Ну о чем ты говоришь? — с досадой произнес он. — Надо срочно ехать к врачу, может быть мой полис пригодится... Я скажу, что ты моя невеста. — он с беспокойством смотрел на нее и гладил по руке. — Ты загнала себя работой, а эмоциональные перегрузки добили тебя. Что-то принимаешь?       — Нет. Принимала снотворное, потому что плохо спала. — прошептала она. — Принеси мне попить, пожалуйста...       Он тут же вскочил. — Конечно, только ты не вставай, я через пару секунд вернусь.       Когда Омер поднялся в комнату, она лежала в той же позе, он осторожно приподнял ее за плечи, чтобы она сделала пару глотков, не взирая на слабые протесты с ее стороны, снял одежду и одел ночную сорочку, стараясь не задерживаться взглядом на обнаженном теле. Лежа в кровати и уже засыпая, она благодарна улыбнулась и закрыла глаза, Омер заглянул в комнату безмятежно спавшего сына и вернулся в спальню, сегодня он точно не оставит Дефне одну, раздевшись, занял место рядом, вероятно почувствовав, как прогнулась кровать под тяжестью его тела, она повернулась к нему, уткнувшись головой в плечо. Он обнял ее и, стараясь не тревожить, поцеловал в рыжую, шелковистую макушку, завтра утром, они поедут к врачу, наверняка, все это последствия переутомления, о другом... о другом ему просто не хотелось думать.       Утром Омер проснулся раньше всех и впервые за долгое время отправился на греблю, он успел принять душ и позавтракать, а Дефне и сын все еще спали. Он позвонил Дерье и предупредил, что приедет после обеда, а потом набрал Синана, с которым еще не общался после того разговора.       — Я звоню предупредить, что буду сегодня после обеда, утром повезу Дефне к врачу. — Омер разговаривал спокойным тоном, никакого напряжения и обиды Синан не услышал.       — А что случилось? Она заболела? — он не видел ее после возвращения, но Седа знала бы, если бы ее подруга была серьезно больна.       — Не знаю, вчера ей стало плохо. И вообще мне ее внешний вид не нравится. Она выглядит усталой. — объяснил друг, помолчал и добавил. — Я все рассказал ей.       Синан не удивился. — Я так и подумал. Это к лучшему, тайны и обманы уже сыграли с вами злую шутку. Как она отреагировала?       — Пока не знаю... Я предложил ей несколько вариантов. Пусть сама решает, что выбрать. — он услышал быстрый топот детских ножек и закончил разговор.       Мерт лежал на кровати рядом с матерью и она, загибая пальцы малыша, учила его счету на родном языке, хотя сегодня она неплохо выглядела, он не отказался от намерения отвезти ее на консультацию к врачу. Оставив их в спальне, мужчина отправился на кухню и, помня о предпочтениях сына, приготовил блинчики на завтрак. Когда Дефне и Мерт спустились, стол уже был накрыт, и на этот раз малыша не пришлось уговаривать, если накануне от ненавистной каши он бегал чуть ли не по всему дому, то блины мог есть с удовольствием в любое время суток.       — Сейчас вы соберетесь, и мы поедем в больницу. Доктор должен тебя осмотреть. — сказал он, как о вполне решенном вопросе.       — Стоит подождать, пока я не оформлю страховку. — возразила Дефне. — В противном случае и визит, и анализы, которые мне, скорее всего, назначат, обойдутся в большую сумму.       — У меня есть кое-какие мысли на этот счет. Если придется заплатить, значит так тому и быть, но ничего откладывать не будем, нужно выяснить, что с тобой происходит. — он хотел задать вопрос, который не давал ему покоя, и, наклонившись к ней, тихо уточнил: — Это недомогание не связано с беременностью?       Она покраснела и отрицательно замотала головой.       — Извини, но я должен был это спросить, потому что и врачи, наверняка, зададут тебе этот вопрос.       Отсутствие медицинского полиса у Дефне, действительно, затормозило прием у врача, но Омер предъявил свой полис, попросив в порядке исключения принять по нему, потому что его жена и ребенок буквально на днях вернулись на родину после долгого отсутствия, и он готов был оплатить дополнительные исследования, если таковые понадобятся. Мужчина говорил убедительно, они выглядели весьма состоятельными людьми, и сомнения в их родстве не возникало, одного взгляда на сына и отца было достаточно, чтобы поверить в это, поэтому, проконсультировавшись с кем-то по телефону, Дефне, наконец, направили в нужный кабинет. Врач принял ее одну, Омер остался в коридоре в беспокойном ожидании результатов, малыш забрался к отцу на колени, и хмуря брови, смотрел вокруг себя, больничная атмосфера ему не нравилась, а когда Дефне вывезли на кресле, оба перепугались не на шутку.       — Что, что с ней? — взволнованно спрашивал Омер, идя рядом и держа Дефне за руку, малыш бежал рядом, пытаясь успеть за отцом, его нижняя губка уже тряслась, и на глазах показались слезы.       Медсестра вздохнула, она привыкла к подобным реакциям родственников, поэтому спокойно ответила. — Успокойтесь сами и не пугайте своего ребенка, не то он сейчас заплачет. — Омер взглянул на Мерта и взял его на руки. — Я везу вашу жену на обследование: сделаем несколько снимков, возьмем анализы. Зайдите к врачу, он все вам объяснит.       Когда Омер вернулся в кабинет доктора, тот вел прием другой пациентки, но рассказал ему, что его жена остается на несколько часов в больнице для обследования и анализов, прямо сейчас можно сказать лишь одно: у Дефне низкое артериальное давление, и судя по описанным ею признакам недомогания, ее состояние могли спровоцировать либо беременность, либо длительное нахождение в состоянии стресса и нервного перенапряжения. Поставить правильный диагноз и рекомендовать лечение возможно, имея на руках результаты обследования. Он говорил спокойным и уверенным тоном и предложил Омеру вернуться за женой после трех часов, когда, основываясь на готовых анализах, можно будет сделать первые выводы.       Дефне вовсе не возражала против того, чтобы пройти обследование, полагая, что есть связь между произошедшими в последние время неприятными событиями и ухудшением здоровья, и хотя мысль о беременности она откинула сразу, как несущественную, все-таки тень сомнения закралась в ее душе, и она не без волнения ждала результатов анализа крови, в том числе на ХГЧ*. Ее временно поместили в палату, медсестра сделала укол, стабилизировавший давление, и через некоторое время Дефне почувствовала себя намного бодрее, по крайней мере, голова больше не улетала куда-то, ее не подташнивало, поэтому она не видела смысла оставаться здесь дальше, намереваясь отыскать врача и получив рекомендации, вернуться домой.       Уже несколько дней с момента ее возвращения на родину Омер занимался преимущественно ее делами, сначала ипотечным кредитом, который после всех разоблачений просто повис в воздухе, теперь вот проблемами со здоровьем. Она не привыкла к такой плотной опеке, к тому же ей хотелось хорошенько обдумать, что делать дальше, особенно в свете сделанных им предложений, а нахождение с ним в одном доме и его близость ‒ тут она вспомнила о вчерашнем совместном сне ‒ путали все мысли в ее голове. Стоило бы навестить своих родных, остановится на пару недель в Манисе и вернуться в Стамбул с уже готовым решением.       Прямо из палаты Дефне позвонила Исо узнать насчет машины, он сообщил, что нашел надежную, с небольшим пробегом машину марки Фиат Добло, но, конечно, она сама должна ее осмотреть и одобрить покупку, запрашиваемая продавцом сумма была ей вполне по силам и, договорившись с ним о встрече в конце рабочего дня, она позвонила в Манису на сотовый Сердара, разговаривать с Нихан Дефне поостереглась, та замучила бы ее вопросами, на которые у нее самой ответа пока не находилось.       — Сердар, я звоню тебе из Стамбула, вернулась домой... — помолчав, добавила. — Насовсем... Где буду жить, решиться в ближайшее время.       Брат с минуту молчал, очевидно, он не ожидал, ее возвращения раньше времени, ведь сестра неоднократно называла другие сроки, и он заподозрил, что в ее жизни что-то произошло.       — Мы рады, что ты дома. А где остановилось? У Исо?       — У Омера. — она замолчала, ожидая, что он скажет, но Сердар вновь молчал. — Он приезжал на помолвку Седы и Синана и задержался на несколько дней, чтобы помочь нам с переездом.       — Понятно... — отреагировал, наконец, брат. — А как Патрик на это посмотрел?       — У Патрика умерла мать, ему было не до этого. А сейчас он в Австралии и в курсе, что я уехала на родину. — она сказала главное, остальное ‒ несущественно.       — Вы поссорились?       Дефне знала, что такой вопрос последует, поэтому ответила сразу же. — Да с чего ты взял? Мы остались друзьями.       — Неужели он согласился с этой ролью? — недоверчиво хмыкнул Сердар.       Дефне спокойно возразила. — Может и нет. Но с другой ролью не согласилась я.       — Конечно... Ты опять завела старую пластинку. Не боишься наступить на те же грабли? — недовольство ясно чувствовалось в его голосе.       — Сейчас другие обстоятельства, и мы другие. — возразила Дефне. — Поживем-увидим. — и сменила тему разговора. — Как дела у вас? Вы надумали переезжать? Сердар, я звоню, потому что планирую приехать на несколько недель, но стеснять никого не хочу. Не мог бы ты подыскать недалеко от вас небольшую съемную квартиру?       — Ну что еще за глупости? Мы что чужие люди? Какая еще съемная квартира? Комната Пчелки вполне подойдет, а она на время переедет к бабушке. Как тебе не стыдно? Все так обрадуются твоему приезду!       — Спасибо. Я просто не хотела никому мешать... Мы с Мертом приедем завтра-послезавтра, позвоню, когда определюсь. Передавай всем привет и до скорого.       Она едва закончила говорить, как в палату зашли Омер и врач, который осматривал ее утром, Мерта не было.       — Где малыш? — испуганно спросила Дефне.       — Спит дома. С ним Синан остался до нашего приезда. — спокойно ответил Омер. — Доктор отпускает тебя домой.       Она взглянула на врача, он улыбался. — У вас нет ничего серьезного, и вы, увы, не беременны. — Дефне посмотрела на Омера, его лицо оставалось бесстрастным, а доктор продолжал. — Анализы, которые вам сделали, не показывают никаких нарушений в работе органов. Я считаю, что ваше состояние есть результат нервного перенапряжения, у вас, госпожа Топал, очень низкий уровень гемоглобина и артериальное давление не в порядке. Вы страдали раньше от гипотонии?       — Гипотония, это пониженное давление? — уточнила Дефне. — Нет... Не замечала. — поправилась она.       — Хорошо. Я дал рекомендации господину Ипликчи, назначил вам курс лечения на месяц. Потом сдадите кровь еще раз. Но уверен, что при регулярном приеме лекарств, все нормализуется очень быстро. И, конечно, вам необходимы полноценный сон и отдых.       Они почти не разговаривали по дороге домой, только по пути Омер остановил машину перед аптекой выкупить лекарства. Мерт еще спал, а Синан ждал их в гостиной, справившись о здоровье Дефне, он не стал задерживаться и уехал.       — Омер, я очень сожалею, что ты уже который день не можешь нормально работать из-за меня. Спасибо, что был так терпелив. — сказала Дефне, принимая от Омера пакет с лекарствами.       — Твои слова звучат, как прощание... — он вопросительно взглянул на нее.       Она кивнула головой. — В определенном смысле ‒ да. Я уезжаю в Манису на несколько недель повидать родных. И потом... — она замялась, подыскивая слова. — Я должна определиться, в какую сторону двигаться дальше.       Решение, принятое ею стало неожиданностью, он надеялся на другой исход, и, очевидно, разочарование слишком явно отразилось на его лице, потому что Дефне подошла почти вплотную и, положив руку ему на грудь, сказала:       — Пойми, мне нужно все обдумать, не хочу ни в чем сомневаться. Я помню о сделанном тобою предложении... — помолчав, тихо добавила. — Ты мне дорог, но я очень долго жила одна, только я и Мерт. Хочу быть уверенной в решении, которое предстоит принять. Ты ведь не обиделся? — она с беспокойством заглянула в его глаза.       Омер обнял ее и положил подбородок на рыжую макушку.       — Расстроен, но не обижен, нет. Только не понимаю, почему ты все еще сомневаешься во мне? Я что-то сделал не так?       Она оторвалась от его груди. — Нет, что ты! Дело не в тебе, во мне... Мы долго ждали, сможешь подождать еще немного?       Омер вздохнул и, ничего не говоря, кивнул, но по всему было видно, как сильно он расстроен. — Я отвезу вас? — предложил он, наконец.       — Исо нашел машину, если она подойдет мне, то я куплю ее, и мы поедем сами, думаю, дня через два.       Мужчина с укором взглянул на нее и, ничего не ответив, поднялся в комнату Мерта, а она запоздало подумала, что, вполне возможно, это опять осложнит их отношения, но ей за последнее время пришлось пережить столько событий, что она, действительно, нуждалась в передышке.       Дефне выехала в Манису через два дня, все это время Омер был очень внимателен и заботлив по отношению к ней и Мерту, уходя на работу и возвращаясь, интересовался ее самочувствием, вечерами занимался с сыном, но в ее комнату больше не входил и держался несколько отстраненно, не обнимал, не брал за руки и, уж конечно, не целовал. Дефне чувствовала напряженность в их отношениях, его поведение словно говорило: «Ты не уверена? Сожалею... Но больше я ничего не могу сделать, чтобы убедить тебя в своем чувстве...»       Родные с такой теплотой и восторгом встретили ее, что она разрыдалась прямо в объятиях бабушки, напугав сына, который никогда не видел свою мать в таком состоянии. Они допоздна засиделись за столом, слушая ее рассказы о последних месяцах, проведенных в Нью-Йорке, о ее работе над иллюстрациями к книгам, которые она привезла с собой, и они с удивлением рассматривали их, осторожно перелистывая страницы и гордясь тем, что рядом с фамилией писательницы стоит имя художницы ‒ их внучки, сестры и подруги.       — Что думаешь делать дальше? Работу будешь искать? — спросила Нихан.       — Конечно. Но надеюсь продолжить работать иллюстратором. Меган Браун совершенно ясно дала понять, что ориентируется только на меня. Жду ответа от другого писателя, там заказ очень крупный. С одной книгой я отработала и должна получить хорошие деньги. — довольно пространно объяснила Дефне, но Нихан не считала это серьезным занятием.       — Это хорошо. А работать где планируешь? — повторила она свой вопрос.       Дефне вздохнула, прошло много времени с тех пор, как она рассталась со своей закадычной подругой детства, но ощущение такое, что Нихан в своем развитии с тех пор никуда не двинулась, некоторые жизненные аспекты остались вне ее понимания.       — Ну, например, Омер предложил вернуться в «Пассионис» дизайнером. Модели, которые я им рисовала последний раз, хорошо продаются. — ответила она Нихан.       Та словно только этого и ждала, при имени Омера ее глаза заблестели.       — О-о-о! Я так и знала! Вы уже и о работе договорились... Мне кажется, ты на пути к восстановлению ваших отношений... Я права?       Дефне не хотела лукавить, но и сказать правду не решалась, и ответила уклончиво. — Возможно... Я пока не решила.       Сердар усмехнулся. — А по-моему, так ты все решила. И уже давно... Не обманывай ни себя, ни нас.       Молчавшая до сих пор Тюркан подала голос: — Делай, как сердце велит, дочка, никого не слушай. Если после всего еще любите друг друга ‒ значит судьба у вас быть вместе. А то, что случилось тогда... Что же... Может суждено вам было это пережить. — она взглянула на внука и невестку. — А вы должны принять ее выбор, нравится он вам или нет, не имеет значения. Дефне ‒ часть семьи, а за семью надо горой стоять. — Тюркан укоризненно взглянула на мужчину. — Вспомни-ка хорошенько, Сердар, ведь она это ради тебя сделала тогда...       Тот вздохнул и отвел глаза. — Я знаю, бабушка, знаю. Никто здесь не возражает против ее счастья, если ей это действительно надо. Ну, о чем разговор...       Больше к этой теме никто не возвращался. Дефне словно вернулась в детство, они с Мертом поздно просыпались, много гуляли, бабушка готовила ее любимые блюда, а когда увидела, что она принимает лекарства, устроила форменный допрос с пристрастием, вынудив свою девочку очень подробно описать все симптомы недомогания и диагноз, поставленный доктором. В дополнение к лекарствам, Тюркан поила внучку какими-то травами, которые, по ее словам, увеличивали жизненную силу. Дефне проводила время среди родных в приятном безделии, Омер не звонил, хотя она ждала, а вот с Мертом, напротив, разговаривал часто и подолгу, проявлять инициативу сама она не решалась, понимая, что он обижен и ждет от нее не дежурных вопросов, а совершенно конкретного решения об их будущем.       В один из дней Дефне обнаружила в электронной почте три письма: Меган узнавала, как она устроилась и чем занимается, а также сообщала, что начала работу над новой книгой и уточняла, готова ли ее иллюстратор приступить в скором времени к рисованию. Джек Клез, извинившись за долгое молчание, подтвердил, что все рисунки утверждены без каких-либо доработок, поэтому деньги по договору будут перечислены в течение трех дней. Третье письмо, очень короткое, от Патрика, состояло из двух фраз: «Надеюсь, ты сможешь когда-нибудь простить меня. Как устроилась дома?» Она ответила на все три сообщения.       Месяц пролетел незаметно, когда Дефне почувствовала, что настало время возвращаться, однако одно дело, касавшееся семьи, оставалось нерешенным, потому что родные никак не могли придти к единому мнению, и хотя они несколько раз обсуждали возможное возвращение в Стамбул, однозначного ответа она так и не получила. Вечером, сообщив им о своем отъезде, Дефне еще раз подняла это вопрос:       — Вы что-то решили с переездом? — она смотрела на брата, потому что именно за ним было последнее слово.       — Пока нет. Мы с таким трудом наладили здесь дело... Надо выяснять, за сколько сможем продать дом и бизнес, подобрать подходящее жилье в Стамбуле. — Сердар вздохнул и добавил. — Необходимо посчитать и все взвесить, стоит ли это того.       Дефне согласно кивнула головой. — Конечно, не спешите, попросите Исо, он может подыскать подходящий дом и помещение для кафе. Или подумайте над тем, чтобы вернуться в наш прежний, думаю, он вас уже заждался.       Сердар исподлобья взглянул на сестру. — Никто не хочет быть обязанным Омеру.       — Никто и не будет. — возразила Дефне, слегка уязвленная неприязненным тоном. — Вы не из милости туда въедете, а как собственники. Я добавлю недостающую до покупки сумму.       Нихан с надеждой взглянула на мужа, тот буркнул. — Мы подумаем, посчитаем и свяжемся в конце месяца.       Пчелка, не принимавшая участие в разговоре, твердо заявила: — Вы как хотите, а мне учиться остался год, и я его закончу в Стамбуле, в своей прежней школе. Буду ходить на курсы и готовиться к поступлению в университет. — взглянула на Дефне и уточнила. — Я ведь смогу жить у тебя? Ты меня и по-английскому подтянешь.       Дефне, улыбаясь, обняла младшую сестру. — Конечно, умница моя. Как только я определюсь с жильем, сразу переедешь ко мне, и все твои вопросы решим.       Вечером, уложив Мерта спать, она волнуясь, набрала номер Омера, он ответил быстро, и его голос звучал взволнованно.       — Дефне? Что-то случилось?       Ее сердце гулко билось, когда она произнесла: — Ты говорил, что у тебя есть на примете два дома размером побольше, где всем хватит места. Мы приезжаем завтра к обеду, и я хотела бы их посмотреть...       Эпилог       Они вышли из машины и не спеша обошли вокруг дома, он был, действительно, намного больше прежнего, с двумя террасами на втором этаже, в проспекте, выданном им в агентстве, особенно отмечались большая огороженная территория и бассейн на заднем дворе. К удивлению Дефне он был наполнен водой, но автоматическая крышка на две трети прикрывала ее.       — Здорово! Очень нужная вещь. — она подошла к краю бассейна. — С таким сыном, как наш, это жизненно необходимо. А где он, кстати?       — Мерт осваивает детский уголок. — смеясь, ответил Омер. — Возле дома можно разбить прекрасный сад, места для твоих цветов более, чем достаточно.       Она кивнула и подошла ближе. — Здесь просто сказочно. И ты обо всем подумал. Спасибо... — встала на цыпочки и, обняв за шею, поцеловала его.       Появившийся из-за угла Мерт остановился, увидев обнявшихся родителей. — А сто вы делаете? — но, заметив бассейн, ринулся к открытой воде. — Я сяс... Можно, папа? Я сяс купаться буду...       Омер перехватил его у кромки. — Категорически нет. Во-первых, говори по-турецки. Во-вторых, купаться ты сможешь только под надзором взрослых, полезешь в воду самостоятельно ‒ будешь плескаться в ванной.       Мерт надулся и, огорченно ворча себе под нос, вернулся к детскому уголку.       — Давай заглянем в дом? — предложил Омер, и когда она подошла к открытой двери, подхватил на руки и перенес через порог.       — А вот это не в наших народных традициях. — смеясь, возразила Дефне.       — Не в наших. — согласился он. — Но мне захотелось внести мою жену в дом на руках, обещаю, что так будет всегда.       — Но я еще не жена. — поправила она его.       — Хочу надеяться, что это дело ближайших дней.       Он вдруг стал серьезным, вынул из кармана небольшую коробочку и открыл ее. Чудесный бриллиант на тонком золотом ободке переливался всеми цветами радуги при свете солнца, лившегося из открытых окон. Дефне с улыбкой взглянула на Омера и прочитала в его глазах немой вопрос, он напряженно ждал, и когда она просто кивнула в ответ, надел этот знак их общего будущего на безымянный пальчик правой руки. Очень осторожно, как драгоценный сосуд, он бережно обхватил ее лицо своими ладонями, чудесные янтарные глаза были совсем рядом и с нежностью смотрели на него.       — Дефне... — сказал Омер и остановился, сильные эмоции переполняли его, любовь, разлука, долгое ожидание, расставания, обиды, все осталось позади, судьба привела их друг к другу, когда, казалось, пути их разошлись навсегда. — Моя Дефне... — повторил он. — В новом доме мы начинаем новую жизнь, пообещай, чтобы ни случилось, мы не расстанемся.       Стены дома стали свидетелями их клятв в любви и верности, нежных признаний и сумасшедших планов на будущее. И только судьба, мудро улыбавшаяся им издалека, знала, как извилист и непрост будет их путь.