«Роза Ветров»

Внезапно татуировка на шее со знаком Мага завибрировала, начиная обжигать шею. Я разорвала поцелуй и скривилась от боли, прикладываю руку на метку. — Валтор, — выдавила из себя одно слово. Я стала осаживаться в воду, а Валтор поддерживал меня. — Что ты сделал? — я зло глянула на него. Теперь он принял решение молчать. Я оттолкнула его от себя и попыталась исцелиться, но становилось только хуже. Видя смятение мага и то, что он точно знал причину моего состояния, я спросила его ещё раз. — Это моё желание. — Какое, черт возьми, желание: убить меня? Но он не ответил. Вместо этого вокруг нас стала сгущаться магия: его энергия смешивалась с моей. Нарастало нечто ужасное. Я не могла двигаться, Валтор не отходил от меня, пытаясь успокоить себя, но я видела, с каким трудом это ему давалось. Его глаза изменили цвет и стали полностью красными, из-за спины выглядывали крылья, которые он прятал. Магия набирала обороты. Это ужасное зрелище перекрывало мою боль, но я стала чувствовать знакомую энергию внутри себя: энчантикс рвался наружу, и я была не в силах его сдерживать. Перевоплотившись, я перестала контролировать магию, и когда все дошло до пика — бум! Произошёл сильнейший взрыв. Я очнулась не сразу, но когда открыла глаза, увидела худшее зрелище: фонтан был разнесен в дребезги, вся земля выжжена, а вокруг нас ровный круг, огонь по периметру которого уже догорал. Валтор сидел опустив голову, приходя в себя. Авердия пыталась пробраться через круг к нам и что-то кричала, но я её не слышала, а невидимая стена не позволяла никому зайти на эту территорию. Кажется, старая ведьма была шокирована и зла на нас. — Валтор, что это было? — То, что ты не хочешь разрушать! — он подошёл ко мне, и я увидела, что его глаза все ещё не вернулись в норму. Я попыталась встать с земли и выпрямилась напротив него,— Теперь ты понимаешь всю серьезность ситуации? — Ты объяснишь толком, что произошло? Почему был взрыв, почему... — Потому что сильные желания могут привести к непоправимому. Я пошатнулась, но меня придержали. Прижимаясь к горячей груди Валтора, я слышала, как бьётся его сердце: неровно, неправильно. Но я убедилась, что оно вообще у него есть. Я обняла мужчину и сильнее прижалась к его испачканной и порванной рубашке. — Что же ты со мной делаешь, Блум? — он обнял меня в ответ и поцеловал в макушку. Знаю, что со стороны это выглядело ужасно, но меня не смущало случившееся. Наоборот, я была рада, что мы наконец нашли что-то общее друг в друге. По крайней мере, это и убийственно, но оно наше. — Я хочу разрушить связь, чтобы наконец все было в норме, понимаешь? Чтобы не было таких взрывов, чтобы не было боли. — Но ты вернёшься к тому, с чего ты начал, — я посмотрела в его глаза, а он провел своей рукой мне по лицу, убирая пряди грязных волос, — Я не хочу, чтобы ты терроризировал планеты и людей. Но ты вернёшься к этому. Снова станешь забирать свое... А что если... — Посмотри, к чему твоё любопытство привело нас. Я тот, кто я есть, Блум, и ты должна это принять, ну или хотя бы, просто понять. Ты права: я не способен чувствовать то, что чувствуют люди, но я способен намного больше дать, чем принять. Мне нужно лишь одно: чтобы меня приняли, а не пытались перетащить на чью-то сторону. — Многое противоречит тебе, я знаю. Но ты пытался перетянуть меня на свою сторону. Разве это правильно? — Я предлагал присоединиться, а не перейти на мою сторону. Это две разные вещи. — В чем же их отличие? — я снова прижалась к нему, ощущая, как вибрирует его грудь от слов. — Присоединившись, ты могла бы быть свободной и делать то, что тебе заблагорассудится, а перейдя на мою сторону, ты стала бы выполнять мои приказы без права выбора сторон... Я всегда давал тебе выбор, Блум, но то, что касается нашей связи: здесь выбора не будет. Я посмотрела в его глаза, которые приняли прежний светло-голубой оттенок и увидела в них только сталь и решимость. * * * — Валтор, как же ты меня напугал, — вещала Авердия. На следующий день после всего случившегося, мы с магом восстановили фонтан, придав ему новизны и внеся свои изменения. Теперь Ведьма заботилась о Валторе, исцеляя его раны. Маг же исцелять меня не собирался, но зато я получила скромный подарок от Авердии и её наставления словно свекрови. Я сходила в душ, переоделась и сидела на подоконнике, наблюдая за тем, как уходит очередной день. Разговор Авердии и Валтора я слышала отрывками, а затем и вовсе перестала вникать. Оранжевое солнце скатывалось все ниже к горизонту, уходя за темный лес. Облака были окрашены в разные нежные цвета. Небо стало темнеть. В окно неожиданно что-то постучало, и я слегка испугалась, но увидев сгусток энергии, открыла окно, впуская внутрь. Это была солнцеграмма с Солярии, а значит, от Стеллы. — Блум,— заговорила галограмма Стеллы, — надеюсь, с тобой все хорошо. Скучаю. Надеюсь, что когда мы встретимся, все будет по-прежнему... На самом деле, мне есть, что рассказать тебе, и... Просто будь добра, вернитесь целыми и невредимыми. Солнцеграмма исчезла, распались в воздухе. Я увидела Стеллу очень уставшей и... — Она не похожа на себя. — Я... Я переживаю за неё. Видно, что она не спала несколько дней и много плакала. Что если... — Не нужно думать о плохом, — Валтор подошёл ко мне и взял за руку, — С её отцом будет все хорошо. Я знаю его, и могу с уверенностью сказать, что он точно справится с этой болезнью. Я положила голову Валтору на плечо и посмотрела на заходящее солнце. Чувство, что что-то произошло не покидало меня, но я не могла вернуться. Чтобы вернуться обратно, нужно было сделать самое важное: разорвать связь. — А все началось с того вечера на Солярии. — Завтра мы уезжаем. И это последний пункт назначения. Я нашёл брата. — И где же он? — На Домино.