«Роза Ветров»

— Почему тебя все расстраивает? — Не знаю... Может, потому что в недавнем взрыве приняла участие моя вторая Я. Может, потому что мы едем на Домино. Может, потому что у Стеллы проблемы. А может... — Разве тебя не радует то, что ты получила окончательную трансформацию? — А что я с ней? Валтор, пойми, лучше бы вместо меня её получила Стелла. Лучше бы у неё не было проблем вообще. Я встала с подоконника и подошла к кровати, пытаясь расправить одеяло. Валтор подошёл со спины и приобнял меня, наклоняясь к уху. — В её проблемах нет твоей вины. — Конечно. Её отец болен, в ней течёт тёмная магия, она по ошибке связала нас, а моя вторая личность сто раз чуть не добила, я получила энчантикс, а Стелла не спит и плачет уже невесть сколько времени. И я не уверена, что Радиус вообще жив, — я повернулась к магу лицом и продолжила:— Конечно, никто не виноват ни в её, ни в моих проблемах. Я связана с тобой связью, которую не разрушить, и которая разрушает нас, ты превращаешься в монстра, а ещё, я просто влюбилась, по глупости, в самого ужасного человека в Измерении. Скажи мне, Валтор, кто стоит за нашими проблемами? Не мы ли сами? Валтор лишь поцеловал меня, заставляя забыть о всех проблемах. Но чувство, что это неправильно, было сильнее, и я отстранилась. — Это все неправильно. — Что именно? — он начал помогать мне расправлять постель. — Всё. Я не могу забыть проблемы, которые нас окружают, а самое ужасное... Я замолчала. Захотелось рыдать и спрятаться под одеялом под землёй. В самом ужасном я не хотела признаваться себе, зная, что не выдержу этого. Все было для меня ново, а Тёмная Блум не упускала возможности поюлить. Я села на кровать, все-таки давая волю слезам. И пусть это неправильно, пусть Валтор и видел мои слезы, но я знала, что все изменилось. Изменились мы с ним, обстоятельства, мир... Просто одна большая перемена. — А самое ужасное что? — То, что я вообще влюбилась! Давно. Не осознавая этого. Но теперь, когда увидела тебя с другой стороны: твою заботу, тебя настоящего... Я просто боюсь отдаться чувствам, понимаешь? И каждый день я подхожу к зеркалу, поворачиваюсь к нему спиной и вижу, как еле заметно светится сплетение из магических нитей у меня на спине. Каждый день я боюсь признаться себе в чувствах, потому страх берет вверх,— он просто стоял и слушал, не пытался перебить, — Каждый день я думаю о том, что мы— причина всех бед. Мы не можем убить друг друга, не можем разрушить связь, не можем отдаться чувствам— мы ничего не можем. Я встала и смотрела на него, вытирая ручьи слез. Он подошёл ко мне, крепко сжимая в объятиях, шепча утешения и вытирая мои слезы. — И каждый день я боюсь проснуться. Боюсь понять, что это сон: ты все так же разрушаешь миры, а я стою на страже сохранения баланса. Я просто боюсь, — голос становился тише, — боюсь, что окажусь дурой, которая надеяться на что-то призрачное, а ты... Ты меня не любишь. И вот я призналась. Призналась и затаила дыхание, закрывая глаза от страха. Страх, что таился в глубине моей души был таким сильным, что даже Тёмная Блум не вылазила из моего подсознания. Я боялась быть обманутой великим обманщиком мира. Боялась, что останусь одна. — Блум, ты должна меня выслушать, — я не желала открывать глаз, — Я впервые в жизни испытываю нечто подобное, и ты это должна знать, раз связь существует. Смотри, — я через силу взглянула на его руку, которая была покрыта мелкими сплетениями нитей. — Я не знаю, что это, но оно со мной... Думаешь, я не боюсь проснуться и понять, что тебя нет рядом? Думаешь, мне хорошо, когда мы по разные стороны баррикад? В тот момент, когда я увидел тебя на Солярии, ты показалась мне знакомой, но я даже не придал этому значение. Затем твои победы над Трикс, из-за которых я видел твою мощь и твою магию. Наши с тобой битвы и то, что ты вытворяла с огнём дракона... Мне хотелось обучить тебя такому, о чем свет не догадывался. Я задался идеей перетянуть тебя на свою сторону сразу, как увидел тебя в бою. — Поэтому ты много врал? Наши отношения построены на лжи, и даже не пытайся это отрицать. — И не собираюсь. Но тот факт, что я принял тебя с твоей тёмной личностью и ни разу не думал о её высвобождении... Блум, за эти недели я многое понял и переосмыслил... Да, я никогда не говорил такие длинные и глупые речи, считая их слишком ванильными... Блум, перестань плакать, и пусть до твоего сознания дойдёт, что я тоже боюсь тебя потерять. Он не мог сказать три обычных слова, считая их ванильными, но если бы он знал, что эти речи были куда сентиментальней, то стёр бы мне память, как тогда. — Ты однажды почти признался мне в этом. Так скажи это снова. — Не вынуждай меня говорить. И он просто поцеловал. Я поняла одну вещь: чтобы меня заткнуть, ему нужно было лишь поцеловать, и все становилось не важным. Я таяла в его руках, таяла под его телом, не заметив, как оказалась прижатой к кровати. Мы остановились всего на несколько секунд, чтобы взять воздух, и вновь нас захлестнула волна страсти. — Дети, — мы синхронно повернули головы к лестнице, разорвав поцелуй. Довольно странное зрелище, если бы кто увидел: я лежу под магом, прижатая его телом, а сам он держит мои руки по обе стороны от моей головы, —я отправлюсь вместе с Лури в деревню. Не разнесите мне дом. Вернусь завтра к вечеру, — и мы услышали, как хлопнула дверь и замок повернулся, закрывая нас. Я засмеялась, а Валтор улыбнулся. Посмотрев на мужчину, я сощурилась и тихо спросила: — Мне кажется, или мы делаем, что-то ужасное? — Хм, думаю, тебе не кажется. Сладкий поцелуй на губах. Я не хотела продолжения, мне хотелось только его поцелуев. Но продолжению суждено было быть. Отпустив мои руки, он, с моей помощью, снял с меня майку, отбросив в сторону,затем туда же полетела и его рубашка. — Стой, — остановившись, я озвучила одну свою мысль, — ничего не происходит. Почему? — Авердия помогла. Взгляд зацепился за маленький камешек на верёвке, что висел на шее у Мага и был идентичен с моим браслетом, и я поняла, чем помогла старая Ведьма: подарив нам амулеты, что помогали сдерживать нашу силу, она подарила нам что-то большее, чем официальное начало наших отношений. Я перевернула мужчину, оказавшись сверху. — Не думал ли, что вести будешь именно ты? И наклонившись, я поцеловала Валтора, проводя одной рукой по его накаченному телу. Валтор в это время разорвал на мне лифчик и отбросил в сторону, переворачивая нас обратно. — Нет, не думал — я знал. Следующими полетели шорты, а за ними и то, что осталось. Мне хотелось и самой сделать нечто подобное, но он справился и со своей одеждой. Чёртов доминант! Он остановился всего на несколько секунд, разглядывая моё обнаженное тело, а я не удержалась от колкости. — Тебе нравится то, что ты видишь? — Очень. И я не хочу ни с кем это делить. Мне казалось, что однажды его чувства собственника доведут меня, но как же я не догадалась о том, что мне это нравилось. Поцелуи спускались все ниже и ниже, заставляя тело дрожать от мурашек, а мне выгибаться дугой и хвататься руками за простыни. Вернувшись к моим губам, он оставил лёгкий поцелуй, прося так меня открыть глаза. Это был контакт глаза в глаза, и прежде, чем войти в меня, он поцеловал, скрывая поцелуем мой вскрик. Простынь сжалась в кулаках, тело замерло в дуге, я затаила дыхание. Это было больно. Очень. Слёзы медленно стекали по вискам, а я выдохнула, опускаясь на спину. Кажется, новый опыт нес с собой и что-то ещё. Валтор стал двигаться во мне медленно, что вновь заставило меня сжаться от боли. Услышав рычание мужчины, я посмотрела на него. — Расслабься, — прошептал он мне на ухо. Я не могла расслабиться. Боль сковывала все тело, а к ней ещё присоединилась и пульсация в районе татуировки. Посмотрев на свой знак на шее у Мага, увидела слабое голубое свечение, которое подчиняло, и я стала расслабляться, закрывая глаза и привыкая к новым ощущениям. С каждым движением боль уходила, а на смену ей приходило наслаждение, которое захлестывало меня с головой. Я схватилась за плечи мужчины, отпустив простыни и протянула его к себе. С каждым его толчком с моих прикусанных губ слетал стон, а он набирал темп. Новые ощущения, которые посещали меня в ту ночь были великолепными и магическими. Внизу живота завязывался узел, который готов был вот-вот разорваться на миллиарды осколков, что, в принципе, и произошло. Выкрикнув имя мужчины, я замерла прежде, чем миллиарды осколков пронзили моё тело. Насколько я поняла, что-то похожее почувствовал и маг, а внутри меня разлилось тепло. Валтор поцеловал меня в шею, отчего я засмеялась и взглянув мне в глаза всего на секунду прежде, чем увлечь в долгий и страстный поцелуй. Я обхватила его лицо руками, а он гладил моё тело. Когда мы отстранились друг от друга, он с хитрицой спросил: — Этот жалкий принц оставил все самое лучшее мне? Не могу поверить,— его голос с хрипотцой завораживал, но он все равно получил лёгкий удар в плечо. — Это ты мне должен сказать спасибо. По крайней мере, у нас не доходило до чего-то большего, чем интимные... — Не хочу ничего знать. Ты стала моей — этого достаточно. А что там между вами было, то все это было,— выделил он последнее слово. — Ревнуешь? — приподняла я бровь. Валтор не ответил, он просто поцеловал меня и встал. — Ты куда? Без слов он спустился вниз и вернулся через пару минут со стаканом воды, который протянул мне. — Держи, а то от огня, что горит внутри тебя, можно и сгореть. Я усмехнулась, приняла стакан и выпила всю воду. Поставив его на пол, потянула за руку Валтора на себя и была прижата им к кровати вновь. Ночь уже почти опустилась на землю, скрывая все вокруг. Вот так же, во мраке комнаты, она скрывала и нас и то, что мы делали.