Глубина погружения +8

Смешанная направленность — несколько равнозначных романтических линий (гет, слэш, фемслэш)
Ориджиналы

Рейтинг:
R
Жанры:
Фантастика, AU, ER (Established Relationship)
Предупреждения:
Элементы гета, Элементы фемслэша
Размер:
планируется Миди, написано 27 страниц, 8 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Это мир, где нет нефти и газа. Нет пластмассы и не развита электроэнергетика. Это мир пара и пружин, торжество механики и тяжёлого машиностроения. Расцвет дирижаблей и паровозов. Это такая же Земля, но Земля в эпоху стимпанка. И здесь, в этом удивительном мире, подводная лодка класса "Дестино-3" несёт боевую вахту в Северной Атлантике.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
По прочтении новых частей, отмечайтесь, пожалуйста, в комментариях.
Ваше короткое "+1" добавит автору вдохновения.

Написано под впечатлением от творчества других людей.
Основано на материалах, подготовленных для ролевой игры "Экспедиция в Ликорн" ОМГ ЮФО РФ.
(з.ы. мир является продуктом коллективного творчества группы разработчиков, имеет свой канон и события данного произведения с ним пересекаются лишь частично)

Часть 1

18 декабря 2013, 14:17
Капитан первого ранга Дженнаро Пачини хмуро глядел в окуляр перископа. И было от чего хмуриться - его блестящая карьера боевого флотского офицера увязла в болоте под названием "соттомарино". Подводные лодки появились всего ничего, каких-то шесть лет назад. Появились - и сгинули, а единственное упоминание о соттомарино содержалось в журнале Географического Общества. И всё же - Дженнаро Пачини стоял сейчас посреди боевой рубки соттомарино. Он служил на корабле, которого нет. Он - призрак, миф, наваждение, глупые враки пьяницы в портовом трактире.
Дженнаро вздохнул и резким движением руки задвинул перископ обратно в потолок рубки. Опять ничего. Что толку патрулировать морские просторы Атлантики именно там, где пролегают торговые маршруты Венецианской Империи, и небо здесь круглосуточно держат под контролем силы воздушного флота Его Императорского Величества?

- Капитан, - обратился к Дженнаро один из подчинённых. - Расшифровано последнее сообщение телеграфа. Сухопутная разведка Его Величества. Цитирую: "Новый Свет. Две недели. Много. Старый. Нелётная."

Значит, через две недели из Нового Света выйдет большой караван нелегального товара. Решили переправить по старому пути, а погода нелётная. Понятно, чего ж тут непонятного. Нелётная погода... Нелётная погода на старом пути! Через две недели! Дженнаро Пачини широко улыбнулся, сразу будто став выше на несколько дюймов. Нелётная погода - это прекрасно, разорви его Нептун!

- Руль на правый борт, - бодро скомандовал капитан. - Держать строго на север.
- Есть держать на север! - отозвался один из рулевых, поворачивая круглый деревянный штурвал.

Подводный крейсер "Мостро-6" неторопливо развернул свой тяжёлый корпус, выйдя на указанный курс. На десятиметровой глубине корабль шёл ходом раненного в ногу инвалида, выдавая жалких четыре узла. Капитан покачал головой. Четыре узла. Боевой дирижабль, летучий линкор, под завязку нагруженный боеприпасами, легко разгоняется до пятнадцати, а курьерские дирижабли редко летают медленнее шестидесяти. Это как сравнивать садовую улитку и орла.

- Погружение на тридцать метров, дифферент три градуса.
- Тридцать метров, дифферент три градуса, принято, - ещё один рулевой перевёл рычаги управления в нужное положение.

Конечно, даже на такой глубине корабль будет заметен с воздуха в тихую погоду, но спрятать крейсер длиной сто тридцать и шириной двадцать пять метров при слабом волнении вообще не простая задача. Конечно, корабль класса "Дестино-3", к которому относился и "Мостро-6", мог погружаться на глубину больше двухсот метров над палубой, но при этом скорость падала почти втрое.

- Штурман, что у нас по карте? - спросил Дженнаро.
Невысокий молодой человек в очках с двойными стёклами склонился над исчерченным листом кальки.
- При средней скорости на рабочей глубине, при попутном течении, будем на месте через восемь дней, капитан, - доложил он, складывая циркуль-измеритель.
- Боцман, свежую группу на педали. Боевые станции - разрядить и проверить орудия. Машинное - полный вперёд!

***

Акилла Инвидиарэ осторожно коснулась рукой стальной переборки. Вибрация усилилась - главный маховик уверенно набирал обороты. Матросы из новой смены расстарались вовсю, решив посильнее раскрутить тяжеленный цельнометаллический круг в начале вахты, пока есть ещё задор и хватает энергии. Говорят, это легче, чем всё время равномерно давить на педали. Акилла не знала, что значит "физическая усталость" - её искусственное тело было равнодушно к нагрузкам.

- Второй дёрнулся, синьора Акилла.

Высокая и угловатая, альтро медленно развернулась. Она сложилась почти вдвое, чтобы заглянуть в лицо маленького меднокожего минори. Слуга спокойно выдержал тяжёлый взгляд ярко-жёлтых мерцающих глаз госпожи, который иного патриция заставлял дрожать от страха.

- Ты уверен, Оки-Оки? - Акилла осторожно погладила минори по руке. - Покажи, как он сделал?
- Вот так, синьора, - слуга коротко дёрнул головой к правому плечу.

Альтро выпрямилась, чуть-чуть не достав до потолка.

- Это плохо, мой дорогой, - она покачала головой.

Меднолиций вздрогнул и ссутулился, в его больших глазах Акилла увидела грусть и сожаление.

- Но ты не виноват, моя прелесть! Ты молодец, - она снова погладила минори, на этот раз по щеке. - Второй устал, и я его сейчас кем-нибудь заменю. А ты смотри за остальными! Внимательно смотри, Оки-Оки!
- Да, синьора! - радостно воскликнул минори.

- Ты их балуешь, Акилла. Они этого не стоят - мебель, не больше.

Альтро повернулась к дверям. На пороге, прислонившись к срезу открытого люка, стоял капитан Пачини.

- Капитан, - Акилла поклонилась. - Инструменты, с вашего позволения. Не мебель. А разве с хорошими инструментами не нужно обращаться бережно?

Дженнаро Пачини ухмыльнулся в усы. Уела, нечего сказать.

Капитан вытащил из кармана трубку. Курить на борту соттомарино было строжайше запрещено - запасы воздуха и ресурс фильтров отнюдь не бесконечны. Но привычка есть привычка. Дженнаро обвёл взглядом просторное помещение. В отличие от других отсеков соттомарино, этот был ярко освещён масляными фонарями. Тринадцать пультов, усыпанных рычагами, как морской ёж иглами, стояли в три колонны. Пять в центральной и по четыре - в боковых. За каждым пультом в массивном кресле сидел минори.

- Позвольте обратиться, капитан? - нарушила тишину Акилла.
- Позволяю, специальный советник, - разрешил Дженнаро.
- Судя по вашим глазам, по движению пальцев и ещё нескольким не столь заметным признакам, вы употребили дневную норму алкоголя.
- Употребил, - кивнул капитан, взяв мундштук в зубы.
- Сейчас пять тридцать утра, синьор. Есть повод?
- Идём на север, Акилла. На север, - значительно ответил капитан.
- Вот как. Интересно, - Акилла наклонила голову к левому плечу.

Этот её жест всегда забавлял капитана. Высоченная металлическая альтро сразу становилась похожа на экзотическую птицу. Дженнаро улыбнулся. Он знал Акиллу Инвидиарэ ещё при жизни... Ну, то есть пока она ещё была человеком. И вела она себя почти также. Перерождение только сделало её более... спокойной, что ли.

- С вашего позволения, капитан, я вернусь к работе.

Специальный советник дождалась разрешающего жеста Дженнаро и направилась к двери в задней части отсека - ко входу в жилые помещения минори. Капитан проводил Акиллу взглядом, разглядывая толстый жёсткий шланг, соединяющий альтро с корпусом соттомарино. Шланг выходил из передней стены отсека, змеился вдоль потолка, закреплённый на подвижных подвесах, а затем входил в спину альтро, теряясь в складках её просторной туники.

- Номер семь, девочка моя, просыпайся! - громко сказала Акилла в тёмный проём жилого отсека.

Почти сразу из темноты раздался лёгкий шум и через некоторое время в ярко освещённый зал вышла чернокожая девушка.

- Я готова, синьора! - скороговоркой выпалила минори.
- Уже? Так быстро, седьмая? - Акилла внимательно осмотрела девушку, заглянула в глаза, осторожно проверила пульс на шее. - Ну что ж. Ты меня удивила, номер семь. Отлично. Смени, пожалуйста, второго.

Альтро легонько похлопала девушку по плечу. Седьмая едва не сорвалась на бег, стремясь как можно быстрее выполнить желание госпожи. Этот порыв не прошёл мимо глаз Акиллы:

- Номер семь! Не. Торопись, - раздельно произнесла альтро.

Минори опустила голову.

- Да, синьора. Прошу прощения.

Капитан Пачини присмотрелся получше к тому, которого звали "вторым". Немолодой уже, темноволосый с проседью, это минори с трудом поднялся из своего кресла. Акилла Инвидиарэ сразу же оказалась рядом с ним, поддержав подопечного за плечи. Она что-то прошептала ему на ухо, с такого расстояния Дженнаро не услышал. Но напряжённое, пересечённое несколькими шрамами лицо минори точас разгладилось, потеплело. Он что-то ответил госпоже и, прихрамывая, поддерживаемый её металлической рукой, отправился отдыхать в жилом отсеке. Дженнаро перевёл взгляд на четвёртый пульт в центральной колонне, самый массивный из всех. Обслуживающий его минори спал. Прямо там, на своём рабочем месте, он нагло спал, обвиснув на ремнях! Руки спящий держал скрещёнными на груди, схватившись за специальные поручни. Перед минори на пульте стояла целая батарея стрелочных приборов, а также светящихся трубок, в которых пульсировали различные по вязкости и цвету жидкости. Вокруг громоздилось множество звуковых труб, подобных тем, что связывают рубку с машинным отделением и другими важными отсеками. Но этих было больше, да и выглядели они несколько иначе.

- Интересуетесь новыми технологиями, капитан? - негромко спросила Акилла, замерев в стороне. Она подошла достаточно близко и теперь Дженнаро слышал высокий свист и какой-то ритмичный дребезг, исходящий от её тела.
- Почему он спит? - синьор Пачини указал на спящего мундштуком трубки. - Так и задумано?
- Когда нам понадобится этот пульт, мы просто разбудим минори, - пояснила альтро. - И пост будет готов к работе. В любой момент.
- Тогда почему не держать здесь бодрствующего оператора, как на других пультах?
- Сожалею, но мы не можем, капитан, - развела руками Акилла. - Эти минори особенные. Они специально обучены только для этого, они другие. Ели держать здесь бодрствующего оператора, он быстро устаёт и буквально сходит с ума от безделья. А я не люблю, когда инструменты ломаются, капитан.

Дженнаро удовлетворённо кивнул. Он знал, что, сюда запрещено входить любому в звании ниже капитан-лейтенанта ВМФ, но до сего дня не догадывался, почему именно. Ничего особо секретного здесь не было. Теперь всё встало не свои места. Вид минори, спящего на посту, мог запросто взбесить любого, не посвещённого в детали. Ведь минори - это живые механизмы. Не люди и даже не рабы. Так, расходный материал, мебель. Инструменты, как называет их синьора Инвидиарэ. И единственная их задача - служить.

- Спать ему осталось неделю, - Дженнаро убрал трубку. - А потом посмотрим, каков он в деле, и насколько полезен. Работайте, специальный советник.
- Капитан, - Акилла поклонилась вслед уходящему.
- И ещё... - капитан остановился. - Я пришлю к тебе техника, Акилла. Пусть осмотрит привод. Ты шумишь.
- Благодарю, Дженнаро.

Лязгнула, закрываясь внешняя дверь тамбура. Акилла Инвидиарэ постояла с минуту неподвижно, а затем пошла в жилой отсек. Сюда никогда не заходят посторонние. Все - матросы, офицеры, даже капитан - поголовно считают это ниже своего достоинства. Бред. Альтро с почти человеческим вздохом опустилась на пол, неуклюже опёршись спиной о чью-то кровать. Стоило Акилле закрыть глаза, вокруг неё сразу образовалась живая стена. Минори, недавно сменившиеся после работы и те, чья смена ещё не скоро, один за другим покидали свои постели и садились рядом с госпожой. Они касались холодного тела альтро и замирали - госпожа не любила беспокойства, не стоило её раздражать. Постепенно все минори в отсеке плотным клубком собрались вокруг Акиллы, тесно прижавшись к ней и друг к другу. Они сидели или лежали неподвижно, закрыв глаза и взявшись за руки, образовав запутанные живые цепи. Засыпая, Акилла Инвидиарэ чувствовала горячие ладони своих подопечных. Каждая из этих маленьких частичек тепла согревала её безжизненное стеклянное сердце.

- Разбудите меня в полдень, - прошептала альтро, провалившись наконец в бархатные объятия сна.