Замкнутость

I

— «Я был готов свергнуть весь мир, лишь бы заполучить то, к чему я стремился столько лет. Столько усилий, столько пропавшего времени…» — Замени «пропавшее время» на что-то другое. Звучит слишком странно для очередного правительственного детектива. Отредактируем последнюю главу, отдадим на верстку… Думаю, мы сможем пустить тебя с анонсом уже через неделю. — Спасибо. Лучше, может, «упущенного времени»? — Вполне может быть. Ты просто посмотри, G-03-67881-M… Посмотри. Второй случай за этот месяц. Близнецы бросил взгляд на экран телевизора. Из высотки вниз летела скрюченная черная фигурка, внизу неслась строчка – «Раки в очередной раз подтверждают нестабильность своих характеров!»; Близнецы резко выключил передачу. За этот месяц уже второй Рак покончил с собой. Это объяснялось природной мягкостью. Наверняка у этого самоубийцы показатель проявления характера знака зашкаливал. — Там сейчас начнутся новости экономики, — возмутился второй редактор. — Ты меня напрягаешь, G-03-67881-M. — Мы должны закончить с черновиком, — слегка надавил Близнецы. — Его нужно сдать в срок.

***

Мягкое лиловое небо казалось особенно чарующим на контрасте с верхушками офисных зданий. Недавно прошел дождь, и поэтому люди только-только начали выглядывать на улицу, всё ещё опасливо сжимая зонтик в руках. Близнецы шагал по проспекту и пытался привести свои мысли в порядок. В небольшом чемоданчике лежала внушительная рукопись, которую он вот-вот должен был передать на рассмотрение. Однако сейчас Близнецов интересовало далеко не это; всё, что ему нужно было – координаты на экране телефона. Он даже не удивился, когда в назначенном месте с ним не стали говорить. Просто протянули руку, мол, давай деньги, и он покорно сунул пачку незнакомцу с маской на лице. В этом подвале со стенами, ободранными плесенью, водились только люди вроде этого продавца: в масках, плащах и с нечитаемым выражением глаз. А ещё – с огромным количеством нелегальных предметов. Ты не мог купить швабру и веник, если не был Раком, который выполнял роль прислуги. Тебе не продали бы строительную каску, не будь ты Стрельцом, универсальным рабочим, и ты никогда не смог бы зайти в магазин с оружием, если бы не доказал, что являешься Овном. Они всегда смотрели на твой номер на задней части шеи, а потом пропускали. Или нет. Близнецы никогда не был в художественном магазине. Поэтому он начал сгребать всё содержимое полок. Баллончики с краской – металлик, неоновыми, обычными, но чуть поярче. Гуашь, акварель, сангина и сепия, акрил и темпера, масло, уголь, тушь, пастель – чтобы можно было красиво растушевать. Круглые, овальные, плоские кисти. Мольберты. Бумага разной плотности и цвета. Спреи для закрепления краски. Он вспомнил все эти советы из книг для художников, обязательно Водолеев, которые так часто редактировал. Ему нельзя было заходить в секцию для творчества, но все эти файлы хранились у него на компьютере, потому что он, как один из многих Близнецов, отвечал за информацию и новости. Близнецы умирал без рисования. Оно всё равно нашло его в виде грязного подпольного магазинчика для тех, кому не повезло родиться кем-то другим, кроме Водолея. — Это всё? — презрительно скривился один из ассистентов. — Имейте в виду – мы постоянно переезжаем. Второй раз вы сможете войти к нам только на новом месте. — Мне хватит на первое время, — улыбнулся Близнецы. — Я, правда… правда… очень мечтал. — Мечтайте, — буркнул ассистент. — Повернитесь. Мне нужно навести вам временное тату, чтобы перекрыть генетический номер. Только Водолеи могут перевозить художественные материалы. Близнецы вдохнул запах краски. Он представил, как дома коснется кистью бумаги, и сразу же что-то яркое заполнило его изнутри; ему показалось, что он светится от счастья так, что это сияние разливается по всему магазину, он никогда ещё не был более окрылен. Его колени дрожали от едва сдерживаемого восхищения. Он обернулся, чтобы в последний раз насладиться атмосферой подпольного магазина, и наткнулся взглядом на синие глаза, видные сквозь прорези в чёрной вуали. Белокурые локоны мелькнули ещё раз, прежде чем девушка скрылась за стеллажами. Близнецы уловил только знакомый аромат духов. Наверное, его соседка тоже не может прожить без жесткого, будоражащего запаха краски.

***

Код G-03-67881-M, вытатуированный на задней части его шеи при рождении, был лишь сокращенной версией расширенного генетического номера. Именно он определял его жизнь. G – для знака. 03 – для номера по порядку. 6 – номер совместимости, 7 – показатель идеальности, 8 – проявление характера знака. Последние две цифры брались наугад из расширенного генетического номера. M – биологический пол. Господи, как ему повезло, что идеальность была на целую семерку! При тройке его бы запросто депортировали в места не столь отдаленные. Близнецы имел такого родственника, которого забрали в далеком-далеком детстве. Последние две недели Близнецы исследовал качество жизни в колониях. Работодатель, богатый владелец их журнала, запланировал осветить этот проект ещё и на телевидении, когда он будет готов окончательно, поэтому Близнецы очень старался успеть. От этого зависела вся его карьера. Всё равно он находил время на то, чтобы порисовать. В самые темные ночи он с фонариком запирался на чердаке, пока служанка-Рак гремела кастрюлями где-то на кухне, и вырисовывал странные иероглифы на пожелтевшем листе бумаги. Именно так у него и родилась амбициозная идея по преображению ворот главной колонии. Близнецы захотел её раскрасить. Он с легкостью мог бы позвать любого Водолея, ведь все Близнецы были второго ранга, а Водолеи – лишь четвертого, но в этом тогда не было смысла. Близнецы хотел устроить маленькую революцию. Он не знал, как проявить отторжение традиционных устоев ещё больше. Он пробовал зачесывать волосы на другую сторону, помогать служанке, рисовать другой знак зодиака поверх татуировки Близнецов на плече. Он завешивал стены чердака собственными картинами, а потом срывал их. G-03-67881-M был готов перевернуть мир в собственной голове. Каждый раз, когда кисть касалась бумаги, он чувствовал себя грязным, испорченным преступником, испытывающим греховное удовольствие от самых отвратительных деяний. — Здесь будет располагаться солнце, — однажды решил он, посмотрев на макет колоний. — На центральных воротах. А калитку я покрашу в синий. Это самый водостойкий… самый-самый прочный цвет, который у меня есть. Сначала нужно было закрасить глазки камер, и на это требовалось отдельное количество смелости. Однажды Близнецы дошел до того, что на макете поставил красные крестики там, где собирался что-то делать.

***

— Вид у вас неважный, однако, — сказал второй редактор. — Вы мало спите, G-03-67881-M? Вы плохо завтракаете? На обед Близнецам рекомендуют пить заваренный на три минуты облепиховый чай. Небольшая терпкость гарантирована. Возможно, вам стоит обратиться к врачу – квалифицированной Деве… — У меня всё хорошо, — пожал плечами Близнецы. — Я много работаю. Близнецы – очень ответственный член общества. Без нас никто бы ничего не читал и не смотрел. — Вы всё заняты тем проектом про колонии? — Да, — ответил Близнецы, и на мгновение его сердце замерло. Он совсем забыл, что работает над колониями ещё и для журнала. Подумалось, что кто-то теперь тоже знает его секрет. Он поставил чашку кофе на журнальный столик и подошел к панорамному окну. Где-то на улице туда-сюда бегали люди, кричали и протестовали, и, может быть, в этот момент где-то в голове у Близнецов щелкнуло: я должен действовать сегодня. — Вы видели любопытную диаграмму в статье у G-03-27888-M? Про то, насколько сейчас вероятны террористические атаки. Он сказал, что вы можете стать жертвой в любой момент. В разных местах… в кафе, в магазине… в библиотеке… в телевизионной студии… в колониях… что терроризм есть ещё и отдельный вид искусства для некоторых людей… или же что искусство есть отдельный вид терроризма. — Но мы не можем ущемлять Водолеев, — сказал Близнецы. — Статья интересная. Почитайте. Близнецы подумал, что последнюю фразу можно было бы написать на асфальте перед воротами. Искусство есть отдельный вид терроризма. Это быстро смоется дождями, переедется машинами, затопчется ногами заключенных.

***

Ночь была холодной, дул сильный северный ветер, и Близнецы был близок к тому, чтобы всё бросить. Но он всё же стоял там, сбоку от колонии, в слепом пятне, и понятия не имел, как пробраться к камерам. Нужно было наблюдать за кабинетом начальника охраны. Как только там погаснет свет, можно будет метнуться к камерам и закрасить их. Главное – не забыть натянуть на лицо маску. Близнецы чувствовал, как вновь дрожат его колени, совсем как тогда, в магазине, и сейчас он точно не отказался бы от облепихового чая. Только вот был не обед, и даже не знакомые городские черты. Он стоял на окраине своей жизни; шаг не в ту сторону – верная смерть. Он никогда не выберется из-за этих стен, если останется в живых. Искусство есть отдельный вид терроризма. Свет погас, и Близнецы бросился к ближайшему посту с камерами. В правой руке он сжимал баллончик с синей краской.

II

— Эй, тише там! Что-то тяжёлое ударилось об железные прутья, негромко взвизгнуло, всхлипнуло, забилось в судорогах, потом затихло окончательно. Надзиратель прищурил зелёные глаза, типичные для Овнов, и заправил ломкую русую прядь за ухо. Мимо прошёл точно такой же военный, но порядком моложе и чуть более весёлый. Поприветствовал старшего по званию, ухмыльнулся и только потом обратил внимание на тело. Тёмная лужа в районе головы, забившаяся в дальний угол тень. — Э-это… — как-то лениво протянул военный помладше, а потом округлил глаза, заговорив уже громче и с какими-то истерически-злобными нотками в голосе. — Это-о что такое? Очередная драка? Нужно вызвать других, пусть разберутся. Я патрулирую соседний коридор, не имел права вообще оставлять пост, но раз уж так получилось… — Раз не имел, то катись прочь, — гаркнул тот, что постарше, для убедительности топнув ногой и чуть навалившись вперёд, упёртым до невозможности взглядом прочно удерживая определенную дистанцию. — Снова эти восьмёрочки злые да десятки. Кажется, в этот раз досталось… да, десятке. Около камеры, сбоку, висела бронзовая табличка, к которой прикрепили номера заключенных. Восьмёрка – Скорпион, десятка – Козерог. — И где эти Раки носятся? Давно пора тут убрать. Хотя, может быть, это именно тот Рак, который нам сейчас нужен, в этом месяце совершил самоубийство. Не поверишь – прыгнул из окна. С двадцать какого-то там этажа. — Совсем рехнулись, — поцокал языком собеседник. — Стоит с этим разобраться. Напишу своим друзьям. — Этим уже вовсю занимаются специальные службы, — возразил мужчина постарше. — И так Овнов здесь не жалеют, а ещё и эти самоубийства. Ну скажите мне, пожалуйста, ему что, плохо жилось? Разве Ракам плохо живется, ну скажи мне, пожалуйста? — Их задача – служить тем, кто поумнее, а не своевольничать и выбрасываться из окон. Двадцатый этаж! С ума сойти! Это же сколько людей видело! Это же какой беспорядок там потом был! — Для одобрения существуют восьмерочки, то бишь, Скорпионы, простите, — пробормотал себе под нос военный, нахмуривши брови ещё больше. — Правительство. Эх, правительство! Знавали мы ваше правительство. Но то, что прирожденные лидеры… это видно сразу. Идеальное общество. И не пожалуешься. А тут так, отбросы… по баллам идеальности не прошли. Видимо, военный дико гордился собственными номером с двумя совершенными восьмёрками в конце. Ещё один военный появился из-за угла совершенно внезапно. Подумав, что это какой-то освободившийся правонарушитель, прежний знакомый слегка воспрянул и навострил уши, но мгновенно успокоился, завидев знакомую форму. Затем едва слышно заскрежетал зубами, проклиная генетический номер: последней цифрой была девятка. «AR-01-08924-F» – красивыми, ровными белыми буквами, идеальным шрифтом на чёрной нашивке. После привычного ритуала обмена приветствиями новоприбывшая, недовольно закусив губу, наклонилась поближе к железным прутьям, сосредоточенно разглядывая заключенного, лежащего на полу. — А он ведь мёртв уже! — воскликнула она, с раздражением глянув на другого военного. Тот лишь пожал плечами. — А за халатность… — Не впервые работаем, знаем, — отмахнулся тот, всё же с видимым сожалением нащупывая на поясе ключи от камеры. — AR-01-08924-F, вы, видимо, новичок. Только направили в колонию? У нас сейчас не хватает надсмотрщиков, это так. — Я сюда пришла не дозорным работать, это временно, — проворчала Овен, насупившись и скрестив руки на груди. — Начальство отправило, это да. — Начальство. — Да, начальство, — подтвердила девушка, кивком указывая военному на камеру и следом шагая в сторону, чтобы тот мог подобраться к замку. — Относительно недавно прошла Посвящение, мне же только шестнадцать исполнилось, выпускные экзамены сдала, и сразу же меня посвятили. С самого детства готовилась. Мне многие говорили, что я не подойду, что мой генетический номер – липовая подделка, но всё получилось. Родных у меня нет, сирота. — Сиротам несладко живётся, но от судьбы не сбежишь; Овном родился – защищай родину да служи неблагодарным гражданским, — заметил военный, носком тяжелого армейского ботинка философски пиная лежащего на полу заключенного в бок. — Не хочет вставать. Придётся звать медсестру. А ты… тихо сиди, ирод! Будешь шуметь – получишь, д`сяточка. Бывший ученый, да? Повезло, что не казнили за государственную измену и нарушение закона. Ишь какой, позволил себе номерок скрывать! Военный нажал на одну из кнопок на пульте, что был закреплен у него на поясе, и потом удовлетворительно улыбнулся, глядя на Овна: дескать, что, довольна? Девушка в ответ промолчала, зашагала дальше. С неким испугом проверив время на наручных часах, следом спокойно выдохнула: времени было достаточно. Ещё можно было добраться до пункта назначения. Тому военному вовсе необязательно было знать, что она и не совсем уже новичок, и что даже успела тут освоиться… Завести друзей, например. Друзей, которые вынашивали такую же идею, как и она. Общество было слишком озабочено правилами, подражанию каким-то нелепым выдумкам; все, кто случайно родились не с той цифрой в нужном месте, были заранее обречены на ужасную судьбу – или колония, или казнь. Многие молились о том, чтобы попасть в колонию, но на самом деле казнь была лучшим вариантом. Из колонии выйти было просто невозможно. В то же время тут совершались просто сумасшедшие преступления, о которых перед начальством молчали, ибо кто желает потерять за небрежность работу и за ненадобностью быть казненным? Или, опять же, в колонию… только уже не на правах смотрителя, а на правах заключенного. Но какие у заключенного вообще могут быть права, если ему могли разбить голову на глазах у надсмотрщика? Хочешь быть на вершине – подчиняйся идиотским законам, с малых лет ограничивай себя во всём, ведь если ты Овен, то для тебя нет другого пути, кроме армии, а Близнецы обязательно попадут в новостную сферу. Или, скажем, Львы – прирождённые бизнесмены, и кто скажет, что у них это плохо получается? Разумеется, для каждого знака были разработаны определенные генетические коды, которые вылились в генетические номера – у каждого свой, и за цифрой скрываются сотни чисел, всё считывает компьютер, и так просто ты никого не обманешь; номер – на коже, сзади, на шее, в сознании, в мыслях каждого; не пройдешь проверку – будешь казнён. Или в колонию. Но умереть, наверное, лучше. — Ра, мои почтения, — поприветствовал девушку невысокий парень, тоже Овен. Он поднялся со стула, когда она вошла в небольшую комнату, и задумчиво улыбнулся, пригладив точно такие же, как и у неё, короткие русые волосы, прищурив такие же зелёные глаза. Одинаковый генетический код. Им не понравилась концепция с числами. «Мы – не скот, чтобы на нас лепили номера», сказал Сай, невысокий парень-военный, и с тех пор у каждого появилось что-то, что он назвал именем. AR-01-08924-F не понимала, что такое имена. Ей просто нравилось, как к ней обращаются, хоть она и понимала, что это неправильно. Сай был другим. Он был умнее, загадочнее, он знал намного больше вещей, чем другие, и он не боялся быть иным. Ему нравилось чувство превосходства над остальными, кто продолжал носить номер. Овен даже слышала о том, что он якобы выжег номер у себя на шее, выцарапав там своё «имя». Он был выше их. — Привет, Сай. — Овен боялась поднять голову и взглянуть ему в глаза вновь. Они слишком притягивали её, гипнотизировали. В горле появился ком. — Я думаю, что нам уже стоит действовать. Нельзя откладывать то, что мы задумали, на другой день, иначе ничего не получится, — произнёс парень, деланно поправив нашивку с номером на груди – фактически, номер у него был, но никто не знал, настоящий ли он. Возможно, он всего лишь так маскировался от правительства. Возможно, он сам был лицом правительства; во всяком случае, он всегда появлялся подозрительно бесшумно и никогда не привлекал к себе лишнего внимания. Овен вздохнула и положила руку на поверхность небольшого стола для переговоров; её пальцы едва заметно подрагивали, а плечи были слегка опущены. Сай, заметив подобное, лишь мягко улыбнулся, а потом, подойдя ближе, поднял голову девушки, осторожно ухватившись за её подбородок. В глазах парня царил практически металлический блеск. — У тебя какие-то проблемы, Ра? — отчеканил он, немного склонив голову, и Овен, смело выдержав испытующий взгляд, на неё направленный, практически неуловимо качнула головой. — Вот и отлично. Ты выполнишь едва ли не самую главную роль во всём этом спектакле. Наши злейшие враги будут повержены, а мы спляшем на их прахе. Они могут начинать бояться прямо сейчас, потому что мы сломим их диктаторский режим, и больше никогда не будет того, что раньше. Мы, Овны, доблестные военные… устали бороться за ограничение свободы. Что за деление обязанностей по знакам зодиака? Что, Весы более честны и справедливы, чем, скажем, какие-нибудь Стрельцы, которым, заметь, отвели роль отнюдь не благородных судей, а жалких строителей?! Нам искусственно привили черты характера. Определенные черты характера, которые выгодны в первую очередь тем, кто выше. Он ткнул пальцем в потолок. Овен мелко задрожала и устремила взгляд вверх, но парень дернул её к себе, по-прежнему удерживая её голову, и ей пришлось подчиниться. — Скоро, — прошипел Сай. — Скоро они будут повержены. Мы выступим. Ты останешься на ночное дежурство в своём отсеке, в четыре утра выпустишь тех, кто идёт с нами. Потом ключи отдашь. После успешного захвата власти и всех необходимых органов мы вернемся сюда и выпустим всех остальных заключенных, которые непричастны к нашей операции, просто утром на это не хватит времени. Дальше… — В чём заключается моё задание? — резко и довольно вспыльчиво перебила девушка, отстранив руку парня. Тот лишь довольно усмехнулся. — А ты, дорогая Ра, отправишься в очень важное место… туда, где находятся те, кто шлифуют мозги всех жителей на этой планете во всех странах. Очень важное место. Ты давно смотрела… новости?

***

AR-01-08924-F так и не смогла сомкнуть глаз. Она лежала на боку, глядя на стену песочного света перед собой, которая в аристократическом, бледном лунном свете выглядела практически бесцветной. На часах ярко светились числа – два часа пятьдесят две минуты. Совсем скоро. Она коснулась прохладными пальцами вытатуированного, выгравированного вечной чернотой генетического номера на задней стороне шеи. За невинным числом скрывались другие числа, необъятный мир чисел, что контролировали её характер, кровь, жизнь и даже распорядок дня. Родился Овном – будь военным, хорошим, честным, справедливым; иногда ты можешь позволить себе быть яростным и неистовым, но только тогда, когда сражаешься – это положено в основу твоего характера. Ходи с автоматом наперевес и улыбайся маленьким детям; привет, Телец, офисный работник; привет, Рыбы, мудрый педагог; привет, Лев, устрашающий кит в мире бизнеса и денег; ты же, Овен, защищай всех их, и выполняй самую гнусную работу – если понадобится, то ты убьёшь тех, кого тебе прикажут, но пока что защищай их, защищай. На телевидении же совсем другие правила. Там не показывают войны и не показывают убийства. Центральный телеканал, или, как его ещё называют, Центр, никогда не покажет сюжета с убийством. Те сюжеты с самоубийствами – вообще очень странное событие. Овен уткнулась лицом в подушку, едва сдерживая порывистые вдохи отчаяния. В стране всё хорошо. Здесь не бывает трагедий, потому что всех защитят Овны, военные, и неважно, что ещё пять секунд назад казнили очередного ребёнка, которому не повезло родиться с цифрой меньше тройки в поле «идеальность» генетического номера. Здесь не бывает других бед, кроме как очередного испорченного платья в турне какой-нибудь певицы-Водолея, ведь в их судьбе – сплошное творчество. Все смотрят телевизор, потому что там – самые главные новости, не так ли? Овну показалось, что быть военным, быть Овном – самое худшее наказание. Но ведь тем, кто работает в новостной сфере, Близнецам… наверное, им ещё хуже. Родился Близнецами – будь обаятельным, очаровывающим, умей красиво плести ложь для миллионов, но никогда не обманывай мамочку, мудрых Весов, саму справедливость, ты же не готов попасть под суд? И, естественно, политически сильных Скорпионов, которым было предначертано править, управлять всем этим балаганом избыточного спокойствия. Умей быть общительным. Умей вертеться в колесе. Родился Близнецами – будь готов умереть в завтрашнем эфире. Никто вас не спасёт, если за дело берутся профессиональные убийцы с одной стороны и милые сердцу защитники с другой. Ей не спалось. Привычный ритуал захотелось выполнить раньше: встать, аккуратно заправить кровать, пройти в душевую и там приготовиться к наступающему дню. AR-01-08924-F посмотрела на себя в зеркало и поправила единственную русую прядь, что как-то неудобно торчала в сторону. Её волосы снова отрастают. Неудивительно, ведь с Посвящения прошло достаточно времени. Именно тогда её стригли последний раз, делая из неё настоящего Овна. Она вышла в коридор и закрыла дверь в свою комнату, несколько раз повернув ключ в замочной скважине, пока её сердце лихорадочно стучало, а по щеке скатывалась одинокая слеза. Она вытерла её хрустящим от свежести и трудолюбия других рукавом, чтобы оставаться беспристрастной, когда придется открыть тех, кто был в деле, но эмоции так и рвались. Ей хотелось закричать.

III

Овен спустилась на ступеням во внутренний двор. Её внимание привлекла какая-то возня за забором, и она немедленно направилась в ту сторону. «Можно попробовать через забор», промелькнуло в голове. «Или через запасной вход, а потом подкрасться сзади с фонариком». Что-то внутри подсказывало, что это один из тех хулиганов, которые так часто пытались перелезть через ограждение, чтобы посмотреть, как внутри на самом деле устроена колония. Овен решительно направилась к запасному входу, тихо набрала код доступа и выскользнула за пределы колонии. В это время Близнецы старательно рисовал солнце на воротах. Оно получилось синим, в стиле одного из его любимейших художников, и Близнецы думал, что тот, наверное, тоже не был Водолеем. Тебе не нужно быть Водолеем, чтобы терроризировать мир искусством… — Руки за голову и лицом к воротам! — внезапно послышался окрик. Близнецы почувствовал, как его сильным ударом припечатывают к гладенькой поверхности, на нос капает синяя краска, а руки оказываются скованными за спиной. — Это ошибка, — пробормотал Близнецы. — Всего лишь ошибка… — Мы разберемся позже, — отчеканила Овен. Она гордилась, что имеет самый высокий показатель идеальности – целых восемь баллов. А проявление характера знака у неё и вовсе было на девять, на максимум. Поэтому она должна была быть жесткой. — Ну-ка покажи свою шею… Близнецы попробовал дернуться, но колено Овна крепко прижало его к воротам, а руки были скованы так, что он не выкрутится: одно неловкое движение, и сразу же подавалось напряжение. — Хм, G-03-67881. Близнецы, значит. У нас за это дают пятьдесят лет, если повезет. Могут и все восемьдесят. Ну или же казнят по-быстрому. Хотя в последнее время всё гуманнее и гуманнее судьи пошли… — Прошу, — пробормотал Близнецы и прикрыл глаза, чувствуя, как лихорадочно стучит сердце. — У меня есть деньги. Я могу отдать всё, что угодно, я… Именно так у Овна и родилась амбициозная идея по выполнению плана Сая заранее. У него будет достаточно времени, чтобы выполнить всё задуманное, пока она устроит легендарное шоу на телеканале. Тем более Близнецы сам пришел в руки. Как и любой представитель его знака, он точно имел доступ к телевидению. — Пойдем, — рыкнула Овен. — Нужно переговорить с кое-кем. «Он будет в восторге», подумала она. «Я хочу умереть прямо сейчас», подумал Близнецы.

***

Здание Центрального телеканала сияло чистотой и небывалым блеском. Даже тогда, когда грубые, перепачканные грязью ботинки Овна коснулись перламутра. Даже когда она грубо плюнула в сторону, любовно касаясь кобуры под армейской курткой. Близнецы, нервно подскакивая, шел рядом. Его подгоняли мысли о том, что совсем скоро ему разрешат отсюда убежать. Тот мужчина, Сай, был чрезвычайно любезен… сказал, что лишние жертвы не нужны, и что лучше сотрудничать. Близнецы подумал, что оставил все свои хорошие кисти там, под колонией. Дома остались не очень красивые. Если кто-то из полиции вломится к нему на чердак, то сразу же заметит, что рисованием там занимались давно. Это добавит ещё несколько десятков лет к его тюремному сроку. Поэтому в интересах Близнецов было побыть безвольной марионеткой чуть побыстрее, чем это возможно было. — Выглядишь хорошо, G-03-67881-M, — улыбнулась Овен, когда они зашли в лифт. — Теперь тебя ждет прямой эфир. Я рада, что у тебя получилось договориться на сегодняшнее утро. Тебе следует пройти в гримерку. — Тебя не пустят… — одними губами произнес Близнецы. Овен покачала головой, светлые пряди разлетались во все стороны. — Пустят. Сай уже решил этот вопрос. Тебе знать не нужно. — Ты же понимаешь, что тобой просто пользуются? — раздраженно бросил Близнецы. Он повернулся, чтобы в упор взглянуть на Овна, но та лишь отвела взгляд. — Он же ни за что собой не пожертвует! А вы… а вы… — Заткнись. То, что у нас обоих третий ранг, не дает тебе права разговаривать со мной в таком тоне. Иди и делай то, что тебе сказано, иначе пострадает вся твоя семья. Ты слышал, что мы тебе сказали.

***

G-03-67881-M стоял перед зеркалом. Это должен был быть его первый прямой эфир, если уж на то пошло, и он жутко гордился тем, что он будет вести именно новости. До этого времени он прекрасно показал себя в других проектах, и руководство решило, что настало время доверить ему такую тяжелую ношу. Новости смотрели все, так что ему нельзя было опозориться перед столькими тысячами… даже миллионами. Ведь все смотрели утренние новости. Их смотрели даже немного больше, чем вечерние, и уж совсем наверняка больше, чем те, что были в обед.

Он просто немогнемогнемог притворяться, что всё хорошо

Парень поправил галстук и улыбнулся своему отражению. Он вновь был рад тому, что ему посчастливилось родиться Близнецами, ведь другим никогда не повезло бы вести утренние новости! О, если бы он только имел возможность заранее сообщить родителям о том, что именно он будет вести утренний выпуск новостей… К сожалению, этого сделать было нельзя, хотя они и так сами всё увидят, потому что абсолютно все смотрели утренние новости. Он любил своих родителей. Он любил своих родителей самой искренней и чистой любовью, на которую только был способен; кто знает, возможно, в этом были виноваты высокие значения его идеальности и проявления характера в генетическом номере, а может быть, он просто был так воспитан… но какая разница? Его семья всегда гордилась им и будет гордиться. Его младшая сестра, милая, добрая, отзывчивая Водолей, чьи волосы цвета спелой пшеницы вызывали восхищение у всей улицы, всегда говорила ему, что он – особенный. Что она любит его так, как никогда не полюбит никого. Близнецы всегда смеялся.

Боже сестрасестрасестра пожалуйста пусть её не тронут ПРОШУ я сделаю что угодно чтоугодно слышите

Он знал, что наступит момент, и все птенцы упорхнут из своих гнёзд. И часто вечерами, когда они с сестрой лежали на крыше, глядя на звёзды, он говорил ей о том, что всегда нужно просто чувствовать совместимость. — Плевать, если вы не подходите друг другу по внешнему виду, — говорил он, и она широко улыбалась в ответ. Иногда ему казалось, что её сердце уже занято. — Это всё предрассудки. Генетический номер всегда скажет правду. Генетический номер и маленькая цифра совместимости, под которой скрыто много-много тысяч других цифр. Я не особо разбираюсь во всём этом, но мы точно были однажды рождены для кого-то. Он улыбнулся секретарше его начальника, которая сказала ему о том, что у него потрясающий цвет волос.

Я не могу улыбаться из-за режущей боли внутри господи прошу дай выжить моей семье дай мне убежать господи

И вправду, тёмно-каштановый был потрясающим, несмотря на то, что он был у каждых Близнецов и уже, наверное, успел наскучить. Однако сам парень понимал, что не стоит верить словам глупой секретарши-Тельца. Она ведь ничего не смыслит в искусстве, это удел Водолеев, а она была рождена для того, чтобы обслуживать других в офисах. Он поправил бумаги, что находились в папке у него в руках, а потом снова довольно ухмыльнулся, уже заходя в необходимое ему помещение – телевизионную студию. Искусство есть терроризм. Он был готов убить всех вокруг. С его помощью убьют всех вокруг. Он бывал тут и не раз, но только впервые ему самому позволят занять основное место, и только его будут снимать в это чудесное, необыкновенное, тёплое осеннее утро. Ничего не могло помешать ему работать в этот хороший момент, и он поспешно разложил все бумаги по местам, хотя спешка была совершенно не к месту, ведь до эфира оставалось ещё пятнадцать минут. Гримёр-Рак с каким-то тюбиком и небольшим чемоданчиком наперевес ураганом пронесся мимо, а позади Стрельцы, рабочие, принялись поправлять громадную вывеску, которая, по мнению начальства, висела не совсем ровно. В конце концов они оставили всё так, как и было до этого. Они остановились, ведь в их затылки влетело по пуле. Вооруженные люди оставили в живых только оператора, который испуганно схватился за своё оборудование; Близнецы не придумал ничего лучше, чем броситься на пол, спрятаться под стол, а затем замереть на своём месте, и плевать на то, что рядом лежал труп одного из рабочих – его мертвая, неестественная улыбка парализовала парня-ведущего окончательно. И тут над его головой раздались шаги. Кто-то прошёл мимо. Остановился. Вернулся обратно. Замер совсем рядом с ним.

Это она о боже божебоже это же наш план пожалуйста не троньте меня

— Мне нужен ведущий новостей, — произнесла AR-01-08924-F. Она откашлялась и нетерпеливо топнула ногой. G-03-67881-M зажмурился, надеясь на то, что всё это – лишь нелепый розыгрыш, и что сейчас все его поверженные сотрудники встанут, рассмеются, словно это было шуткой, и всё продолжится точно так же, как и было задумано, и он всё-таки начнёт эфир. — Мне нужен ведущий новостей, — вновь отчеканила девушка. — Мне нужен чёртов ведущий, и я знаю, что он здесь, потому что до его эфира осталось тридцать секунд. Она выстрелила, и щепки, отлетевшие от стола, поцарапали щеку Близнецов. Он негромко вскрикнул от боли, тем самым выдавая себя, и ему пришлось встать на колени, чтобы потом подняться, униженному, оскорбленному и задетому, и он не смел взглянуть в глаза своей обидчице. Она заставила его посмотреть на неё. Дуло упёрлось просто ему в висок – она сменила старое оружие на более практичный и удобный пистолет. G-03-67881-M поднял голову, и его светлые голубые глаза, затуманенные страхом, встретились точно с такими же, но зелёными. AR-01-08924-F не боялась его. Она боялась кого-то более могущественного; она боялась того, кто сейчас наверняка наблюдал за всем этим спектаклем. Того, кого она называла Саем. Для Овна он, наверное, был слишком спокойным. Хладнокровным. Её же сейчас в хладнокровии держала одна из самых сильных эмоций – чистейший страх. — Садись и начинай свой эфир, — просто сказала Овен, и дуло ткнулось сильнее; он ощутил новый прилив острой боли и, быстро отодвинув стул, поспешно плюхнулся на своё место, подгребая все необходимые бумаги к себе. — А можно… — начал он, не успев закончить, потому что оружие снова дало о себе знать. — Нет, — прервала его она. — Начинай свой эфир. Тебя уже ждут зрители. Поздоровайся с ними и будь вежливым, чтобы утренний выпуск новостей понравился каждому, кто его увидит. Близнецы чувствовал, что она говорит не своими словами. Уголки её губ тряслись от страха. Овен повернулась к оператору, растягивая губы в фальшивой улыбке, потому что все её внутренности сковала липкая, противная, словно паучья сеть, боязнь. Дверь скрипнула, и Близнецы подумал, что это кто-то из полиции. Он надеялся на это. Он просто хотел, чтобы всё закончилось. Он был готов отсидеть в колониях хоть со пятьдесят лет, лишь бы сейчас это закончилось.

Мне же гарантировали безопасность господи

Эфирное время пошло. — Здравствуйте, на Центральном телеканале утренний выпуск новостей, — как можно громче произнес Близнецы, стараясь выглядеть уверенным в себе, хоть его голос и дрожал от испуга, а к виску был приставлен пистолет. — С вами в студии G-03-67881-M, о главных событиях… — Готовьтесь познать вкус поражения, — прогремел голос Сая откуда-то слева, и парень дёрнулся, едва слышно всхлипнув; его сильно колотило. Овен чувствовала, как пистолет трясется в её руках.— Власть будет повержена. Нашим протестом хотим заявить… Близнецы бросил отчаявшийся взгляд на камеры. Не стоило надеяться ни на какую полицию. Овен не придумала ничего лучше, кроме как начать легко выбивать сигнал помощи, в то время, как Сай говорил; чуть съехав вниз, к щеке – три коротких прикосновения холодом, три длинных, и вновь три холодных. Её спина вся взмокла, а ноги не слушались, и она знала, что если сейчас шагнёт вперёд – сразу же упадёт. Ей нужно было оставаться бесстрашной, и совсем не думать о том, что всего через несколько минут станет палачом. Она просто надеялась, что ей не нужно будет в самом деле стрелять в Близнецов. Он думал, что в его сторону не полетит ни одна пуля. Ему просто нужно было разыгрывать спектакль. — Это – только начало. Близнецы покосился на Овна, не понимая, зачем она это делает, как вдруг его будто прошибло током; он узнал это. Закусив губу, он указательным пальцем правой руки подкатил к себе ручку, которая, к счастью, лежала совсем рядом, и, по-прежнему с мнимым спокойствием на лице глядя в объектив, не глядя, начал очень осторожно, чтобы движения не были видны, выводить что-то на бумагах. Буквы кривые, плохо различимые, будто саднящие в глазах. «К н О ПКА в ни зу». — Убийства, многочисленные смерти будут по всей стране. Вы не найдёте причин этому на улицах, в телевизоре или в газетах, причины – у вас в головах… Овен быстро глянула вниз, сместив пистолет чуть выше, и заметила небольшую красную кнопку, вмонтированную прямо в стол. Наверное, если она не была повреждена, и если провода и всё остальное было в порядке, то возможно будет позвать на помощь других. Тогда получится оправдать провал операции внезапным появлением людей, которые противостояли убийству в прямом эфире. Неправда… ей не должны были давать таких баллов идеальности и характера… она подвела себя же, подвела всех Овнов, которые когда-либо имели с ней дело. Колено Близнецов слегка дрогнуло, но оно всё равно не дотягивалось до кнопки. Девушке нужно было нажать на кнопку самостоятельно. Она потянулась до неё именно тогда, когда Сай повернулся к ней, сияя улыбкой. — Сегодня мы покажем вам, что может быть с обманщиками разного рода. Например, с обманщиками телевизионными. Продемонстрируй, пожалуйста. Овен пыталась найти в чужих глазах хоть какую-то поддержку, хотя бы такой же, как и у неё, страх, но там была лишь самая настоящая жестокость. Готовность убить. Убить такого же человека, как и они сами. Убить лишь за то, что он оказался в этом месте именно в это время. Убить за то, что его генетический номер – идеален, и что его не казнили за несоответствие правилам в детстве. Убить за то, что ему просто повезло быть таким, какой он есть. Чем это лучше смерти за то, что у тебя в номере, в определенном поле – цифра, что меньше тройки? — Мы продемонстрируем вам казнь, — с нажимом произнесл Сай, гневаясь. — Прошу вас… — взмолился Близнецы. AR-01-08924-F не имела выбора. Он наблюдал. Она нажала на курок, и стул тихонько скрипнул, когда парень, захрипевший-вскрикнувший, слабо покачнувшись, завалился на стол. — Возможен и другой вариант развития событий, — весело сказал Сай и навел пистолет на Овна.