Hot for Teacher

      

Привет,       Я не в себе. Девичник?

      

Гермиона

      Джинни придирчиво разглядывала пергамент. Гарри протянул ей чашку кофе.       — Что-то интересное?       — Гермиона хочет девичник, — кивнула Джинни. — По-видимому, она не в себе.       — С каких пор? — Гарри удивлённо приподнял брови.       Джинни пожала плечами:       — Хочешь поставить на то, что это не связано с Хорьком?       — Пожалуй, — Гарри ухмыльнулся и выдержал паузу, — я не могу принять эту ставку. Расскажешь?       Поставив кофейную чашку на стол, Джинни обвила руками шею Гарри.       — Ты же знаешь, я не могу попрать неприкосновенность девичников.       Гарри обиженно надул нижнюю губу.       — Но, Джин, Гермиона не в себе. Когда вообще такое случалось?       — Хорошая попытка, Поттер, — потрепала Джинни его щёку и внезапно задохнулась. — О боже, что, если она его любит?       — Сомневаюсь, — покачал головой Гарри. — Во-первых, слишком рано. Во-вторых, с чего бы?       — Когда ты уже запомнишь, что вроде как не ненавидишь Хорька? — закатила глаза Джинни.       — Я тебе так скажу. Если Гермиона выйдет за него, мне уже будет не отвертеться, и тогда я пожму ему руку и скажу «ты вроде неплохой парень, Малфой».       — Ты говоришь так, потому что не веришь, что такое случится, — задумчиво прищурилась Джинни.       — Я в этом уверен.       — Хочешь поспорить? — она глотнула кофе.       — Ты это всерьёз? Да скорее седьмое пекло застынет, чем Гермиона выйдет за Хорька, — иронично рассмеялся Гарри.       — Если выиграешь, заведём ещё одного ребёнка, — невинный взгляд Джинни заставил Гарри замолкнуть на полуслове.       «Чтоб тебя, Джин, хитрющая лисица!»       Джинни торжествующе ухмыльнулась. Она прекрасно знала, что Гарри хочет ещё одну дочку. Время от времени он намекал ей об этом, сокрушаясь о том, как же быстро выросла Лили, и напоминая обо «всех этих маленьких распашонках, тоненьких косичках и малюсеньких куклах». Джинни делала вид, что не замечает намёков. Но Гарри был рождён, чтобы быть любимым папочкой. А Лили более чем устраивала роль «маленькой папиной дочурки».       Джинни, с другой стороны, было ближе воспитание мальчишек. Играть в квиддич, шутить про пуки, бороться в грязи. Всё просто. С девочками куда сложнее. Конечно, Лили была ангелом во плоти, и Джинни дьявольски любила её, но с девочками было чертовски сложно. Все эти шмотки, уход за собой, вынос мозга — и это только при воспитании Альбуса. Но, насколько бы её ни смущала идея завести ещё одного ребёнка, она бы приняла это с минимальным уровнем ворчания, если бы проиграла. Если же она выиграет… О да. Это определённо того стоит.       — Ещё одну дочь? — Гарри сложил руки на груди, и Джинни уверенно кивнула.       — Как скажешь, милый. Но если выиграю я, то ты уйдёшь со своей ужасной, высасывающей из тебя жизненные соки работы.       — Что ещё за мысли? — фыркнул Гарри. — Мне нравится моя работа.       — Нет-нет-нет, — помотала она головой, — тебе нравится быть аврором. А то, чем ты занимаешься сейчас, — бесконечная возня с бумагами, и ты это знаешь.       Гарри вздохнул. Ему совсем не хотелось жаловаться на свою работу, но она и правда была чертовски скучной.       — Хм-м. К чёрту! Но ты сама это предложила, — и они пожали руки.       — Закрепим сделку сексом? — предложила, ухмыляясь, Джинни.       — Думаю, это было бы весьма разумно. Но на этот раз я сверху.       — Посмотрим, — усмехнулась Джинни.

***

      — Мистер Забини, только что прибыло письмо для вас, — вчерашняя выпускница Хогвартса и нынешняя ассистентка Блейза Забини, мисс-сиськи-вместо-мозга, постучала в дверь его кабинета. — Что мне с ним делать?       — Спасибо, Анджела. Положи на мой стол, — не отрываясь от проекта, попросил Блейз.       Он проводил взглядом её покачивающийся при ходьбе зад, когда помощница развернулась к двери, и развернул записку.       

Блейз,       Нужно поговорить. Выпьем после работы?

      

Драко

      Блейз, усмехаясь, написал пару строк в ответ. Должно быть, Грейнджер либо послала его, либо трахнула. И, учитывая, что в письме обошлось без нытья, вероятно, последнее.       

Драко,       Мои поздравления с тем, что твой член всё ещё в рабочем состоянии       после стольких лет.       Увидимся.

      

Блейз

      Три женщины встретились в маленьком уютном коктейль-баре в Косом переулке. Гермиона обычно не ходила в такие места, но это же был девичник — паб явно не подходил.       Джинни, с удовольствием потягивая мартини, сразу перешла к делу:       — Итак. Ты не в себе?       Блейз поджидал Драко в баре через дорогу от своего офиса в Гринвиче. Блейз и сам не до конца понимал, почему ему больше нравится в маггловском Лондоне. Возможно, дело было в том, что на его семью чистокровное магическое общество всегда смотрело свысока из-за их быстро обретённого влияния и нетрадиционных взглядов на воспитание.       — Как на работе? — спросил Драко.       — В порядке. Только что закончил готовить для Поттера проект по обеспечению необходимым инвентарём авроров, — компания Блейза разрабатывала волшебную спортивную одежду и оборудование для тренировок — что-то вроде волшебного Nike. — Зачем ты спрашиваешь о работе? Ты же не об этом хотел поговорить.       — Как инвестору, мне это интересно, — пожал плечами Драко.       — Перестань нести эту херню. Ты же трахнул Грейнджер, я прав?       — У меня был секс с Драко, и теперь он мне по-настоящему нравится.       Джинни и Сьюзен обменялись понимающими ухмылками.       — Я же говорила, — сказала Джинни.       Сьюзен отмахнулась от неё и повернулась к Гермионе:       — Тебе он и раньше по-настоящему нравился.       Гермиона поёрзала, раскачивая ногами под столом.       — Да, но теперь он нравится мне настолько по-настоящему, что я превращаюсь во влюблённую девчонку. Я никогда раньше не была «влюблённой девчонкой».       Джинни пожала плечами.       — Говорю тебе как та, кто одиннадцать лет была для Гарри «влюблённой девчонкой», — это не так уж и плохо. — Она ухмыльнулась: — Так-так-так… говоришь, у Малфоя пробуждающий чувства волшебный пенис…       — Пожалуйста, не говори так, — поморщилась Гермиона.       — …который сумел пробить брешь в выдающейся обороне Гермионы Грейнджер… — продолжала та.       — Что за чушь ты несёшь, — Гермиона раздражённо смотрела на подругу, сузив глаза.       — И как это было? — спросила Джинни.       — Мы действительно говорим об этом? — Гермиона негодующе приподняла брови.       — Да, — хором откликнулись её подруги.       — Я не собираюсь обсуждать подробности своей интимной жизни с двумя женщинами, у которых идеальные мужья и классный секс на протяжении многих лет.       — Да ладно, Гермиона, — Джинни наклонилась к ней и прошептала, — все крутые ребята делают это.       Сьюзен решила зайти с другой стороны.       — Наверное, он был не так уж и хорош, — сказала она. — Иначе она бы умерла, но разболтала нам все подробности.       Гермиона фыркнула и широко ухмыльнулась.       — АГА! — обвинительно наставив палец на Гермиону, вскинулась Джинни, её глаза расширились в предвкушении.       — Зачем вам вообще это знать? — простонала Гермиона, закатив глаза.       — Серьёзно? — спросила Джинни, и обе сплетницы рассмеялись.       — Гермиона, — начала Джинни, — я понимаю, что все твои подростковые годы прошли в библиотеке, в объятиях книг, а не парня, но даже ты должна была слышать эти слухи.       — Прекрасные слухи, — вклинилась Сьюзен.       — Я люблю Гарри всем сердцем и никогда не поддалась бы искушению соблазнить другого парня, но я не мёртвая, не слепая и не фригидная. Драко Малфой — грёбаный жеребец, и если уж ты на нём прокатилась, будь добра, поделись парочкой чёртовых подробностей со своими глубоко замужними подругами.       — Ну же, Гермиона, — сладко улыбнулась Сьюзен, — расскажи нам.       — Две гарпии, — пробормотала Гермиона.       Джинни притворилась, будто бы не услышала последних слов:       — Давай. Расскажи, как ты его отделала, Гермиона.       — Зачем ты прислал сову и позвал меня выпить, если даже не собираешься рассказывать о том, как вы покувыркались?       Драко нарочито небрежно отхлебнул скотч из бокала.       — Я и не ожидал, что ты поймёшь, Блейз, ведь ты волочишься за каждой юбкой, едва достигшей совершеннолетия и готовой на всё ради твоих денег. Но так уж вышло, что Гермиона на самом деле мне нравится.       — Ты рассказал достаточно. Я уловил, — Блейз насмешливо сузил глаза. — И как же твой сын относится к тому, что ты испил сладкий нектар с чресел его любимой училки?       — Боги, — Драко поморщился, — своей манерой выражаться ты способен разрушить даже подобие прекрасного в этой жизни.       — Он не знает, верно? — ухмыльнулся Блейз.       — Зачем мне бежать и рассказывать об этом ребёнку? Как я вообще должен был начать такой разговор? «Скорп, у папочки отличные новости. У меня был фантастический, умопомрачительный секс с профессором Грейнджер, и я хотел поделиться этим с тобой в первую очередь»? Сразу нет. Я хотел бы думать, что до сих пор был неплохим отцом, и предпочёл бы таким и оставаться, не рискуя отправить сына к психотерапевту в будущем.       — Он знает, что вы видитесь?       Гермиона задумчиво прикусила губу.       — Не думаю. Мы всё ещё стараемся вести себя осторожно и соблюдать приличия, и я уверена, что он ничего не говорил Скорпиусу.       — Ага, вы просто потрясающе поработали над тем, чтобы всё скрыть, — фыркнула Джинни. — Он ночевал в замке. В том же самом, в котором живёт его сын. Вроде как… вы, ребята, занимались этим, пока его ребёнок спал где-то в подземельях под вами.       — Мерлин, у тебя просто дар всё перефразировать так, что мне просто хочется утопиться, — поморщилась Гермиона.       — Так когда Драко ему расскажет? — вмешалась Сьюзен.       — Ну, мы ещё… — Гермиона вздохнула, — мы ещё не говорили об этом. Мы вообще ещё даже не обсуждали, кто мы друг для друга.       — Ладно, но он должен будет рассказать об этом рано или поздно. Скорпиус — зрелый парень. Из тех самых, из единорогов — единственный в своём роде. Я таких не видела в своей жизни. Он с этим справится, — сказала Джинни.       Гермиона покачала головой.       — Я не собираюсь подталкивать его к этому. Просто не имею права. Уверена, Драко скоро сам ему расскажет.       — Я скоро расскажу ему. Просто нам с Гермионой… нам нужно немного времени, чтобы побыть вместе, понимаешь?       — Так теперь она твоя девушка?       — Мы ещё не обсуждали этот вопрос, но…       — Чёрт, так и знал, — усмехнулся Блейз.       — …но я не собираюсь встречаться с кем-то ещё, и, уверен, она тоже. Мы увидимся в эти выходные, она приедет в поместье.       — Ты же понимаешь, что, в отличие от большинства дурочек, она навряд ли будет в восторге от одного вида твоего особняка? Разве её не пытали там во время войны?       Драко застонал в ответ.       — Ради Мерлина, ты не мог не напоминать об этом? И, к твоему сведению, сразу после войны мы с матерью снесли ту комнату. Мы хотели изменить всё вокруг, и это тоже… — Драко вздохнул. — Слишком много ужасных вещей произошло там. Нам просто необходимо было оставить это позади.       Блейз кивнул. Драко нечасто говорил о войне. Это шло вразрез со всеми его прошлыми убеждениями и воспитанием, но Драко предпочёл оградить себя от всех болезненных вещей. Быть может, способ залечить прошлые раны не самый эффективный, но он работал.       — Она правда мне не безразлична.       — Это, должно быть, здорово. Заботиться о ком-то, — ответил Блейз без привычной насмешки в голосе.       — Она потрясающая. Она… — улыбнулся Драко, — просто мечта.       — Не видел тебя таким со времён Астории, — ухмыляясь, покачал головой Блейз.       — Ты собираешься к нему домой на выходных? Для секса? — Джинни чуть не поперхнулась коктейлем и теперь удивлённо таращила глаза.       — Думаю, мы будем заниматься и чем-нибудь другим, Джин, — Гермиона закатила глаза.       — Сомнительно, — пробормотала та в ответ.       — Ты правда собираешься пойти в тот дом? — осторожно спросила Сьюзен.       — Почему бы и нет? — Гермиона продолжала спокойно потягивать свой негрони.       — Потому что та сумасшедшая сука издевалась там над тобой?       Гермиона вздохнула.       — Я давно и глубоко похоронила это. Я не собираюсь позволять ужасным воспоминаниям испортить то, что… что бы там ни было между Драко и мной.       Джинни, опустив ресницы и старательно подражая выговору калифорнийской девчонки, спросила:       — Так вы, ребятки, теперь пара?       — Конкретно это слово мы не использовали. Однако… — Гермиона замялась и покраснела.       — Боже мой, как очаровательно, — пробормотала Сьюзен.       — …однако я не собираюсь встречаться с другими, и, думаю, он тоже.       — Конечно, — кивнула Сьюзен. — Он известный холостяк и не из тех, кому лишь бы повеселиться. Он долго ни с кем не встречался. Поэтому, раз уж он проводит время с тобой, можешь поставить свой прелестный зад на то, что он относится к этому серьёзно.       — Я тоже, — улыбнулась Гермиона. — Он такой… не такой, каким я его себе представляла. Он забавный, и добрый, и просто прекрасный отец.       Джинни почти взвизгнула.       — Только послушай себя! Да я выиграю этот спор.       — Что ещё за спор? — нахмурилась Гермиона.       — О, не волнуйся об этом. Самое главное — то, что Гермиона Грейнджер, олицетворение женской независимости, влюбилась как кошка в Драко Малфоя, — Джинни сложила губки бантиком и изобразила поцелуи, пока Гермиона сверлила её взглядом.       — Ты, кажется, забываешь, что я по-настоящему могу надрать тебе зад, — сказала она.       — О, не обращай на неё внимания. Она просто рада за тебя. Ты ещё ни с кем не была такой, как сейчас, — прокомментировала Сьюзен.       — Поверь, я прекрасно понимаю, насколько это выглядит нелепо, — вздохнула Гермиона.       — Совсем не нелепо влюбиться в кого-то, — возразила Сьюзен. — И он, кажется, без ума от тебя. Вы оба без ума друг от друга. Просто признай.       — Сьюзен, ты самая чуткая из всех, кого я знаю, — улыбнулась Гермиона. — И как такое сокровище угодило в лапищи Рона?       Сьюзен усмехнулась и закатила глаза.       — Думаю, мы уравновешиваем друг друга. Он заставляет меня смеяться, а я слежу за тем, чтобы он жевал с закрытым ртом. И я не даю ему стать одним из этих чрезмерно опекающих папаш, когда дело касается Розы. Видела бы ты, как он сокрушался из-за того, что Розе исполнилось тринадцать в этом году.       — Наверное, примерно так же, как и Гарри, когда ему пришлось отпустить Лили в Хогвартс, — вставила Джинни и, понизив голос и точно копируя интонации и мимику Гарри, продолжила: — «Просто не могу поверить, что они заставляют меня отослать её! Это жестоко! Она всего лишь малышка!»       — У вас обеих просто чудесные дочери, — Гермиона рассмеялась. — И, Сьюзен, чувствую себя обязанной предупредить: Скорпиус действительно положил глаз на Розу.       — Скорпиус — прекрасный молодой человек. Они с Розой будут очень милой парой, — улыбнулась Сьюзен.       — Перед этим тебе придётся совладать с Роном, но, уверена, у тебя это выйдет бесподобно, — усмехнулась Гермиона.       — Не хочу врать, заявляя, что он спокойно отнёсся бы к подобному, но его истерика в меньшей степени была бы связана с самим Скорпиусом и в большей — с тем, что Роза становится подростком.       — Я поверить не могла, что Джеймс начал с кем-то встречаться в прошлом году. Похоже, он довольно популярен у девочек с Гриффиндора, — вздохнула Джинни.       — И у девочек с Пуффендуя, и с Когтеврана, и со Слизерина. Хотя он едва ли обращает внимание на последних, — добавила Гермиона.       — Ты всё время придираешься к нему, — закатила глаза Джинни.       — Он задира, Джин.       — Малфой был задирой, а теперь он твой малыш.       — Господи, ладно, просто не говори этого больше, — скривилась Гермиона.       — Тебя не беспокоит, что он ужасно относился к тебе в школе? — спросила Сьюзен.       — Наверное, его это беспокоит сильнее, чем меня, — ответила Гермиона.       — Наверное, это беспокоит меня сильнее, чем её, — ответил Драко Блейзу.       Блейз ухмыльнулся.       — И чем ты планируешь заниматься с ней целые выходные в своём особняке? — спросил он.       Драко ухмыльнулся в ответ. Он был джентльменом, но выпивка ударила ему в голову и он больше не мог притворяться, что секс с Гермионой Грейнджер не был лучшим из всего, что он испытал за последние десять лет.       — Полагаю, в конце концов нам всё-таки придётся покинуть постель, — ответил он.       Гермиона чувствовала себя довольно пьяной. Строго говоря, она редко пила крепкий алкоголь, и пара негрони в желудке весьма убедительно нашёптывали ей оставить ложную скромность и перестать скрывать, что всё, чего она ждёт, — как можно скорее снова переспать с Драко. Она ухмыльнулась.       — Не могу дождаться выходных. Он правда такой…       — …просто, мать её, невероятная, Блейз. У меня никогда не было настолько чувственной женщины. И она очень любит делать…       — Серьёзно? Тебе это нравится? Я ничего не имею против, но никогда не предлагаю сама, — недоверчиво спросила Сьюзен.       — Мне нравится, как он реагирует, — она закусила губу и мысленно застонала. «И что он не против ответных действий. Боже, на выходных мы должны как следует…»       — …трахнуться. Ты должен трахнуть её, а потом взять в жёны, — сказал Блейз.       Драко рассмеялся.       — На данный момент, Блейз, я просто счастлив тому, что нравлюсь ей. Ума не приложу почему, но не собираюсь с этим спорить. Она делает меня счастливым, Блейз. И мне кажется, что у нас действительно может что-то получиться.       — Я рад за тебя, дружище, — Блейз улыбнулся. — Но если всё серьёзно, ты должен рассказать о ней Скорпиусу. Чем дольше ты ждёшь, тем хуже он отнесётся к этому. Он классный парень и будет рад тому, что ты кого-то нашёл.       Драко покачал свой бокал со скотчем. Блейз не сказал ничего, чего бы не знал он сам, но выслушивать это не от собственного внутреннего голоса было куда сложнее.       — Я знаю. Но мы перейдём этот мост, если это станет чем-то большим.       Ведь могут же они просто вдвоём укрыться в маленьком прекрасном пузыре — это всего лишь начало их отношений.       «Ещё чуть-чуть. И я обязательно ему скажу».