Звёздный принц

Глава 1. Аарон Хейз устало опустился в капитанское кресло и потер лоб рукой. Взгляд уперся в стекло иллюминатора, за которым виднелся привычный за долгие годы пейзаж — черная гладь, испещренная миллиардами серебристых точек звезд. Впереди маячил ужин, а после него — тихий рутинный вечер наедине с бумагами, которые капитану предстояло разобрать, но после пережитого это казалось ему скорее отдыхом, чем тяжелой обязанностью. День выдался хлопотливым и сумбурным, и Рону никак не удавалось мысленно подвести его итоги. Хороших новостей было две: их миссия увенчалась успехом — товар был добыт без особых потерь как со стороны команды, так и со стороны их корабля — тот был весьма потрепан, но все еще на ходу, и, по расчетам, запасов прочности их старушки с избытком должно было хватить на дорогу до Форнакса, где располагалась ближайшая ремонтная станция. Так что смерть среди ледяных звезд им не грозила. По крайней мере, не сейчас. Если бы не одно «но», день считался бы безоговорочно удачным. На данный момент это самое «но» занимало одну из кают в жилой части корабля, однако если бы на корабле был карцер, то капитан приказал бы запереть его там, поправ все законы гостеприимства. К сожалению, карцера на судне не было, так как перевозкой живого товара капитан, будучи человеком чести, гнушался, а экипаж был ему больше, чем семьей, и подобной потребности до сегодняшнего дня не возникало. Все-таки в некоторых вопросах капитан был излишне щепетилен — вот что ему стоило бросить парня, сидящего на цепи, на той базе, куда они прилетели за товаром? Обошлось бы без перестрелки, а обшивку не исцарапало бы рикошетом от металлических стен ангара. Оставить пленника там, где он был, было бы рациональным решением: капитан понятия не имел, какие отношения связывают спасенного им и пиратов, склады которых они только что опустошили, загрузив на борт десяток ящиков с какими-то склянками. Он не знал этого, не должен был вмешиваться, не знал ничего, кроме того, что тот сидел на цепи. И этого было достаточно. Сейчас он понимал, что взвалил дополнительную ношу на свою шею — пока юношу в лохмотьях тащили в пустующую каюту, он начал вести себя явно неадекватно: то ли сломленный долгим пребыванием в плену, то ли просто не осознавший, что его вообще-то пытаются спасти. Джеймсу, корабельному медику, пришлось вколоть ему легкое седативное, а капитану — приставить к его каюте охрану. Мельком брошенный на часы взгляд подсказал Аарону, что он провел все время, отведенное себе на отдых, в размышлениях о пленнике. Короткий звонок по интеркому соединил его с медицинским отсеком. — Джеймс, — без приветствий начал капитан, — твой укол уже перестал действовать? К счастью, тот был понятливым малым и давним его другом, поэтому сразу же сообразил, о чем идет речь. — Да, капитан. Пленник уже в сознании. Мне нужно было штопать Рика после вашей сегодняшней заварушки, поэтому я не успел его осмотреть, только взял кровь на анализ. Пока все чисто. — Понял тебя, — коротко кивнул Аарон и поморщился, — и он не мой пленник. — С ним явно что-то не так, я уже загрузил симптомы в базу, а до тех пор, пока мы не выясним, что это, будь с ним аккуратнее, — выдав это напутствие, Джеймс кивнул на прощание и оборвал связь. Пришло время пойти и начать решать ту проблему, которую он сам взвалил на свои многострадальные плечи. Как будто всего остального было мало.

***

Капитан третьего ранга межзвездной службы ускоренной доставки контрабанды и отъема ценностей у одних пиратов для других — Аарон Хейз, только еще свернув в длинный коридор жилого отсека, понял, в какую каюту поместили юношу. Перед ее дверью обнаружился приставленный в качестве охранника старший помощник Уилл Сандерс и — кто бы сомневался — бессменный связист Иден Мур. В его присутствии тут капитан не сомневался по двум причинам: во-первых, Иден всегда был в курсе всех событий на корабле и за его пределами, проще говоря — самым настоящим сплетником; а во-вторых, о его чувствах к Уиллу не знал только сам старпом, а окружающие тактично предпочитали не вмешиваться. Вот и сейчас Мур развлекал скучающего Сандерса, попутно пытаясь разузнать побольше информации. Звукоизоляция на корабле была просто отличной. Обычно это всех устраивало: в каюту во время стоянки можно было привести кого угодно для чего угодно и никому при этом не помешать, но сейчас эта самая хваленая изоляция совершенно не давала понять, что же происходит в каюте за спиной старпома. Завидев приближающегося капитана, Уилл расплылся в облегченной улыбке — пристальное внимание Идена, причин которого он не понимал, его нервировало, а присутствие все время сдержанного капитана всегда отлично организовывало членов экипажа. Несмотря на его молодость, люди уважали капитана, искренне любили, но все-таки немного боялись. Вот и сейчас, встретившись с капитаном взглядом, Иден поспешил ретироваться в сторону столовой. Старший помощник вытянулся по стойке смирно, ожидая приказаний и вопросов. — Его обыскали? — Конечно, кэп. Джеймс даже уже успел взять у него кровь на анализ. — Свободен, иди ужинай, я разберусь сам. — Ты уверен? — на лице Уилла отразилось сомнение, причин для которого капитан не видел. Безоружный незнакомец вряд ли представлял для него угрозу, а вот допросить его стоило немедленно. Аарон не был безоговорочно уверен в своих силах и не был склонен недооценивать опасность, но все-таки он находился сейчас у себя дома, на своем корабле, а незнакомец — всего лишь чудом спасенный пленник. — Это приказ, — качнул головой мужчина, смягчая свои слова улыбкой, но при этом обрывая все споры, и провел ладонью над панелью замка, открывая каюту. Уилл кивнул и поспешил скрыться в хитросплетениях местных коридоров — ужин на корабле был практически священнодейством, и ему не хотелось опаздывать. Команда верила своему капитану, как всезнающему богу, но капитан Аарон Хейз тоже мог ошибиться в своих расчетах. Что и подтвердили следующие несколько минут. Магнитный замок на двери каюты защелкнулся, отрезая все звуки внешнего мира и оставляя капитана наедине с его гостем. Каюта была обставлена весьма небогато — не из-за того, что в ней содержался пленник, просто жизнь контрабандистов не располагала к роскошествам. Каждый из них, включая капитана, жил в комнатушке не намного лучше этой. Рон остановился у двери, внимательно рассматривая спасенного: раньше как-то было не до того. Паренек, которого они спасли, сидел на той же койке, куда его беспамятное тело сгрузили пару часов назад. Взгляд капитана будто сам собой скользнул по стройной высокой фигуре, затянутой в потрепанную куртку защитных цветов и такого же цвета штаны со множеством карманов, какие носило большинство искателей приключений в этой части галактики; по золотым прядям волос, сейчас ссыпавшимся на склоненное лицо; по слишком ухоженным рукам, сильным, но явно не особо привыкшим трудиться. Капитан оценивал своего гостя, как мог бы оценивать породистое животное или новую картину. И делал для себя определенные выводы. И увиденное объясняло многое: несмотря на общую попорченность фасада, одежду в прорехах и спутанные волосы, было понятно, зачем такой красавчик понадобился пиратам. Да хотя бы затем, чтобы продать его в бордель в ближайшем порту. Сам капитан Хэйз был человеком чести и торговлю рабами презирал до глубины души, так что сейчас он укрепился в правильности принятого решения — спасти кого-то от такой судьбы было верным шагом. Несмотря на потрепанный внешний вид, на лохмотья и синяки, молодой человек не был похож на обычного авантюриста, все равно выглядел каким-то слишком лощеным, тепличной розой. Было в нем что-то иномирное, сквозившее в наклоне его головы или в небрежной и вместе с тем элегантной позе. Хейз оглядывал своего гостя с любопыством, умело спрятанным за маской абсолютного спокойствия, с которой уже сроднился, десять лет назад приняв на себя командование кораблем. — Ты очнулся, — констатировал Аарон для того, чтоб обозначить свое присутствие: «красавчик» до сих пор не обратил внимание на его присутствие и только после этих слов соизволил. Медленно приподняв голову, он, изящным жестом отводя с лица золотистые волосы, встретился с капитаном взглядом. Взгляд пленника был цепким и оценивающим, совсем не подходящим для мальчишки, коим капитан его счел. Не юноша, вовсе нет, просто молодой мужчина, жизнь которого была беспечальной и не оставила на его лице особых отпечатков. Судя по всему, он не был ни встревожен, ни обеспокоен своим положением, абсолютно расслаблен и немного заинтригован происходящим. Нимало не стесняясь, он ощупывал капитана взглядом, под которым Рон мало того что переставал чувствовать себя хозяином положения, но еще и, кажется, ощущал себя раздеваемым. Решив прервать это нахальное изучение, он качнулся, собираясь сделать шаг вперед. — Я — Аарон Хейз, ка… — назвать свой ранг он не успел. Все изменилось очень быстро — хищно сощурившись и мгновенно напружинившись, пленник ринулся на него. Капитан только и успел, что потянуться к поясу, где висел привычный нож, прежде чем его впечатало в металл двери. Острые края замочной скважины больно впились ему в спину через одежду, а плотно прижавшееся, напряженное тело пленника лишало его любой возможности сдвинуться с места. Если бы тот хотел его убить, возможно, капитан был бы уже мертв. Все первоначальные оценки рушились на глазах — его соперник вовсе не был тепличной фиалкой, напрягшиеся мышцы выдавали в нем опытного воина. Как ни старался, Хейз никак не мог вырваться из его захвата. Впрочем, у прижимающегося к нему тела явно не было воинственных намерений, оно было напряженным и жарким настолько, что практически обжигало. Но противник явно не стремился уничтожить своего визитера, скорее уж наоборот: гибко прижимался к нему, пытаясь раздвинуть коленом его ноги, чтобы притереться еще ближе, ластился, как гигантский золотистый кот, и разве что не мурлыкал на ухо. Горячечное дыхание обжигало Рону шею, губы пленника были настолько близко к его коже, что капитан практически почувствовал, когда тот облизал пересохшие губы, протянул руку и, развязав тесемку, распустил темные волосы капитана, скользнул между прядями горячей ладонью и тут же отстранился, скользнув ей по груди капитана. На несколько мгновений парень замер, отстранившись, то ли давая капитану перевести дух, то ли возможность изучить себя. Все земное: синяки на его золотистой коже, рваный ворот рубашки, спутанные волосы — отошло на второй план. Он будто был звездой, мягко мерцающей для капитана — только руку протяни, а глаза его — пронзительно-бирюзовые и будто бы светящиеся изнутри — манили к себе, как берилианские алмазы. Он был одновременно всем тем, чем манил и чем пугал капитана космос, всем самым прекрасным и самым притягательным. Отказать ему казалось невозможным, бессмысленным, нужно было быть холоднее, чем цитурианский ледяной пояс, а капитан им не был, хоть и стремился к этому. На шее пленника билась тревожная жилка, золотистая кожа ключиц так и манила прикоснуться к себе кончиками пальцев, а лучше губами… Он взглянул на капитана искоса, из-под ресниц, прикусил губу в задумчивости, а потом, нарочито медленно облизнувшись, заявил одновременно прямолинейно и томно: — Хочу тебя, капитан… Захваченный врасплох, Аарон застыл, продолжая напряженно вжиматься в дверь за спиной, которая постепенно нагревалась от тепла его собственного тела. Поведение незнакомца выбивало капитана из колеи, он хотел, но не мог оторваться, прикасаясь к этому желанному телу хотя бы взглядом… Чуть качнувшись вперед, капитан вновь сократил разделявшее их расстояние, невольно прижимаясь к бывшему пленнику, глядя в изумительные лазурные глаза с расстояния каких-нибудь десяти сантиметров и почти касаясь губами рта: — Не имею привычки трахаться с незнакомцами, — глядя прямо и жестко, тихо сообщил Хейз. Под рукой, заведенной за спину, пискнул замок, дверь с шорохом отъехала в сторону, выпуская капитана, а через мгновение с тем же звуком закрылась за его спиной. На дверце загорелся красный огонек блокировки. Из-за двери раздался глухой удар, как будто кто-то с досады шибанул по ней кулаком. — Меня зовут Гел! — раздался приглушенный изоляцией двери возглас. — Теперь мы знакомы?!

***

По дороге в кают-компанию Рон не торопился. Он не мог не радоваться, что в этот вечерний час вероятность встречи с кем бы то ни было в узких коридорах была минимальной, и у него было достаточно времени, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Наверное, он бы не хотел, чтобы кто-нибудь из команды видел его растерянным и недоумевающим — это могло негативно сказаться на его устоявшемся образе сдержанного капитана. Хейз бы с удовольствием выбросил все из головы, оставил бы за одним из многочисленных поворотов того себя, который все еще помнил жаркий шепот и ощущение гибкого тела, прижавшегося так пылко и тесно, но у него это получалось плохо. Несмотря на самоконтроль, который верой и правдой служил ему защитой от окружающего мира, Аарон все-таки был здоровым молодым мужчиной, которому не были чужды определенного рода желания. Обычно, впрочем, ему удавалось их контролировать, но не сегодня. Откровенные приставания красивого, чего уж кривить душой, молодого человека нашли в теле капитана определенный отклик. Не настолько, впрочем, явный, чтобы это стало существенной проблемой. Отрешаясь от воспоминаний об обжигающих прикосновениях рук, Рон попытался проанализировать произошедшее. Пленника не интересовал его ранг — он распознал его только в тот момент, когда считал пальцами нашивки на грудном кармане его формы. Значит, он стал целью Гела не из-за желания того услужить новому владельцу. Рон заинтересовал пленника по какой-то другой причине… Да и лазурное мерцание его глаз казалось Рону чем-то знакомым — вероятно, он где-то читал об этом. В кают-компании было немного народу — в основном все предпочитали проводить вечера в проецирующих капсулах, позволяющих ощутить себя лежащим на горячем песке Аркадии-7, гуляющим по тенистому лесу какой-нибудь неколонизированной планетки или, на худой конец, посещающим бордель Степной Розы, признанный лучшим увеселительным заведением в освоенном космосе. Астрея уже давно была в пути, и людям хотелось простых человеческих радостей, до которых, впрочем, оставалось не так долго. Нужно было только без проблем передать товар некоему мистеру Голденбруку, оставившему заказ и координаты места. Эта сделка бы озолотила весь экипаж и позволила пару недель наслаждаться беззаботной жизнью на какой-нибудь цивилизованной роскошной планетке в ожидании окончания ремонта Астреи. Так что в кают-компании, где не было ничего интересного, кроме книг, мягких кресел и стола для неформальных собраний, за которым иногда собирались для партии в карты, было немноголюдно, зато каждый из пришедших был одним из самых близких соратников Аарона. В этом импровизированном совете не хватало только его самого. Обсуждение, судя по всему, началось задолго до его прихода — оно было весьма оживленным. Естественно, главной темой на повестке дня был подобранный на пиратской базе незнакомец. Удивительно, прошло всего несколько часов, а Аарона уже мутило от этого индивида. — Я бы сказал, что наш гость ведет себя достаточно враждебно, — заговорил Рон, когда все устроились на излюбленных местах, стараясь, чтобы его голос звучал так же ровно, как и обычно, — единственное, чего мне удалось добиться при общении с ним, — это узнать имя. Он назвался Гелом, но мы даже в этом не можем быть уверены. Возможно, ему требуется медицинская помощь, которую мы оказать ему должным образом не сможем. Я бы предложил высадить его на Кессе, насколько помню, там была небольшая медицинская станция. Аарон надеялся, что его решение продиктовано доводами рассудка, но в глубине души он не мог не понимать, что поведение Гела выбило его из колеи и он хочет побыстрее от него отделаться любой ценой. — Анализы его крови готовы, — откликнулся медик, просматривая свои записи. — Он в полном порядке. Ну, если не считать остаточного воздействия «звездного принца». — Воздействия чего? — Аарон нахмурился: название показалось ему знакомым, но после всего пережитого стресса он никак не мог вспомнить откуда. — Ну, как тебе сказать, — ехидно начал Джеймс, — это то самое вещество, которым мы сегодня забили четвертый склад. Я предполагаю, что оно неким образом влияет на восприятие действительности. Он теоретически и мог вызвать агрессию. — Наркотик? — Рон мысленно обругал себя последними словами. Заказ с самого начала настораживал своей размытостью: галактические координаты — 1147/ew1\997-0-23-ptqq, имя заказчика — Голденбрук, сумма заказа — около полумиллиона кредитов и название товара — «звездный принц». Ну не могло все быть чисто с таким прибыльным заказом, а он рванулся наперерез конкурентам, чтоб его не упустить, и ничего не проверил. Теперь оставалось только локти кусать, что по незнанию согласился перевозить наркотик. Хотя что бы это поменяло? У Астреи постепенно отказывали все системы, деньги на ремонт требовались позарез.  — Всем по возможности держаться от склада подальше, это приказ, — резюмировал Хейз свои размышления, — я не хочу, чтобы Астрея превратилась в передвижной дурдом. Стивен, ты нормально закрепил груз? — Я собирался этим заняться после ужина, капитан. — Ужин уже прошел, Стив, — демонстративно глянув на часы на информационной панели, подметил Аарон, позволив холодку скользнуть в свой голос. То, что он позволил себе утратить самоконтроль получасом ранее, не означало, что он готов выпустить из рук контроль над происходящим на корабле. — Мне расценивать это как саботаж или бессмысленное разгильдяйство? — Так точно, — Стивен нехотя поднялся из-за стола и поплелся на выход. Что-то подсказывало Рону, что тот не будет спешить с выполнением поручения, и он оставил себе мысленную заметку отправить кого-нибудь проконтролировать процесс. Дождавшись, когда за провинившимся Стивом закрылась дверь, старший помощник вернул беседу в прежнее русло: — Давайте уже решим вопрос с нашим гостем, чтобы я мог вернуться в рубку. Мне нужно рассчитать дальнейший курс. Аарон упрямо поджал губы и слегка нахмурился: — А есть смысл что-то обсуждать? Он может быть кем угодно: беглым преступником, шпионом, психопатом. Почему я должен рисковать, оставляя его на своем корабле? — Но все совсем не так! — перебил Аарона Иден, заставив того недовольно свести брови. Впрочем, даже он не мог сердиться долго на миниатюрного белокурого связиста, ставшего для всего экипажа кем-то вроде неугомонного младшего братишки. — Я уже нашел о нем информацию. Оказалось, что связист на пару с медиком уже успели прошерстить базу данных на предмет полезной информации про их гостя. — Обычный парень, авантюрист, путешественник, нашего племени человек! — Иден чуть опасливо поглядывал на капитана, но был свято уверен в своих словах. — Ну же, капитан, не будь таким ледяным! Мальчишка же не виноват, что его накачали какой-то дрянью, он уже и так слишком много пережил, чтобы теперь его бросать абы где. — Судя по показателям, этот мальчишка старше тебя, Иден, ему около двадцати семи, — осадил возмущающегося Идена корабельный медик, — но я категорически против того, чтобы оставлять его на Кессе. Там медицинская помощь на уровне каменного века — дубиной по голове. Да и корабли проходят мимо раз в пять лет. Ты серьезно хочешь похоронить этого ни в чем не повинного парня посреди голых скал и трех убогих домов поселенцев? — Мы за то, чтоб его оставить! — переглянувшись со старшим механиком, вынес общий вердикт инженер. Они вообще редко противоречили друг другу, проявляя редкостное единодушие по множеству вопросов. Вполне возможно, именно это взаимопонимание служило основой для их крепких и безупречных отношений. Аарон вздохнул — судя по всему, сегодня весь экипаж решил выступить против его решения единым фронтом. Может быть, и к лучшему — он не был уверен, что не находится под действием собственных эмоций, которые никак не мог приглушить. Присутствие Гела на корабле тревожило его так, как будто он ощущал его через десяток отделяющих их друг от друга переборок. — Мне через пару дней нужно будет заняться обслуживанием двигателей, — подмигнул механик, — лишними рабочие руки не будут. — Не уверен, что от него будет какая-то польза, — Аарон сдавал позиции, понимая, что, кажется, проиграл — ему нечего было противопоставить всем этим доводам, — судя по всему, работать он не привык. Но я готов оставить его под вашу общую ответственность. Если он что-нибудь натворит, а вы не уследите, я выкину его, но не на Кессе, а за борт. Всем ясно? Он обвел взглядом всех, участвовавших в обсуждении. Каждый из присутствующих кивнул. Уилл, ожидавший общего решения, поднялся с места, чтобы поскорее приступить к прокладыванию маршрута. — Прямым курсом на Форнакс, — констатировал он и скрылся за дверью. Собрание начало потихоньку расходиться — каждый из них достаточно устал за сегодня: захватить груз оказалось не такой легкой задачей, как они планировали изначально, а час уже был поздний. Аарон, не спешащий покидать погруженное в полумрак помещение, окликнул Джеймса, вспомнив об одном вопросе, который хотел задать: — Каким образом тебе удалось взять у него кровь? — Аарон ни словом не обмолвился о том, какого рода агрессию проявил к нему Гел, так что с любопытством ожидал ответа медика. — Когда я зашел к нему в каюту, он не проявлял никаких признаков агрессии, о которых ты упомянул, — пожал плечами Джеймс, — может быть, на тот момент еще не совсем пришел в себя после укола успокоительного. По непонятной причине капитан, всегда отдающий отчет в своих действиях и чувствах, ощутил облегчение. Почему-то ему не хотелось, чтобы Гел вытворял нечто подобное с другими из его команды. Спасение спасением, но моральный дух экипажа стократ важнее. Капитан осознавал, что лукавит перед самим собой, но вполне удовлетворился таким объяснением этого чувства. Когда за Джеймсом закрылась дверь, Рон приглушил свет и поудобнее откинулся в своем поскрипывающем кресле, прислушиваясь. Привыкший к биению сердца корабля, в этот раз он слышал какой-то фальшивый стук — что-то изменилось, как будто в мерную работу механизма был внесен какой-то дестабилизирующий элемент. Кажется, этот элемент именовал себя Гелом.