Не меняй настоящее

      Учиха небрежно скинул с себя нечто, отдалённо напоминающее верхнюю одежду — всё-таки, время, проведённое в странствиях, давало о себе знать. Не скрывая своего безразличия к окружающей обстановке, брюнет прошёл в холостяцкую «берлогу», а конкретно — на кухню. Гость показательно скрестил руки на груди, после чего удовлетворённо фыркнул.       Взгляд Саске привлекла забавная для него «картина» — по центру кухни валялся перевёрнутый стол, из которого выкатилась приличная горсть пилюлей. Вокруг него поблескивали осколки стекла, виднелись небольшие пятна чего-то сильно пахучего. Сразу стало понятно, что блондин вспылил либо чего-то сильно испугался.       — Саске? Ты застал меня врасплох, — пробубнил со спины Узумаки, ожидая объяснений.       — Отвлёк тебя от уборки? Или таракана прикончить пытался? — со смешком в голосе отозвался брюнет, поворачиваясь к хозяину квартиры.       — Какие тараканы, ттебаё? До твоего прихода их ни разу здесь не было, — Наруто довольно съязвил и позволил себе криво улыбнуться.       — А ты не меняешься, — Учиха чуть прищурил чёрный глаз и снова повернулся в сторону «недоразумения». — Ну а серьёзно? Взбесил кто?       — Тебе ли не знать, как бывает страшна ненависть. Особенно к себе, — спокойно ответил Шиноби, подходя ближе к другу. — Не ожидал, что ты придёшь. Думал, что ты ещё шляешься где-то вне деревни.       Брюнет слегка поморщился и окатил Узумаки взглядом, полным удивления.       — Эй, ты «нажрался» что ли?!       — Решил выпить, как самодостаточный взрослый человек. Тебе мне ещё нотации читать! — буркнул Наруто, приближаясь к перевёрнутому столу.       — Ха, и что в таком придурке Хьюга нашла…       Блондин молча вернул стол в привычное тому положение и уперся в него руками. Ругаться с другом совершенно не хотелось, но тот поднимал слишком больную тему.       — Если хочешь поприкалываться, то только не насчёт неё. Я, конечно, рад тебя видеть, но могу не сдержаться и приложить бутылку о твою голову. Одна пустая есть — не жалко, — серьёзно прохрипел парень, всё также не поворачиваясь к брюнету.       — Во что ты превратился? — с большим интересом в голосе отозвался Учиха.       — В подобие тебя, не находишь?       — Не понял? Это когда же я из-за девчонки так убивался? — Саске самодовольно усмехнулся, прожигая спину Шиноби глазами.       Наруто шумно выдохнул и решил повернуться к нему. Голубые глаза были как никогда холодными.       — В том-то и дело. Никогда. Поэтому раз нихрена не понимаешь, не пытайся играть роль психолога, — рыкнул блондин.       — Совсем мозги растерял, пока опустошал бутылку? Захочу говорить — буду, твои угрозы меня никогда не трогали. Вечно ты пытаешься что-то доказать мне и каждый раз садишься в «лужу», — хладнокровность Учихи слегка пошатнулась. На его лице не было и намёка на улыбку.       — На себя посмотри.       — Чего-чего? — брюнет сделал шаг навстречу блондину.       — А себе и другим ты что доказать пытаешься, когда сваливаешь из деревни? Когда в сотый раз плюешь на меня, на Сакуру, в конце концов?       — Стрелки не переводи. Я никогда не обещал строить иллюзии беззаботной и счастливой жизни, что как раз сделал ты сейчас. И, ожидаемо, «обосрался», правда? Ну и какого это — разочароваться в судьбе? — тон Учихи был мало приятен, брюнет хотел задеть друга за живое.       — Так вот, что тебя страшит! — внезапно выпал блондин.       Учиха опешил и широко распахнул глаза, смотря на Узумаки.       — Боишься переживать мои эмоции? Такие, как сейчас, да? Оно и понятно. Никогда не видел настолько безразличного ко всему человека. Ты целенаправленно ни к кому не привязываешься. Ведь такие узы приносят боль, верно? — голубоглазый парень криво улыбнулся, находя в выражении лица собеседника подтверждение своим словам.       — Ты ошибаешься. Не всем же быть такими, как ты, придурок. У меня другие приоритеты в жизни.       — Ага, слоняться туда-сюда в полном одиночестве. Великое дело, очень достойное для Учихи! — Узумаки всё никак не унимался. Дальнейшее было ожидаемо — сильный кулак приближался к светловолосой голове, но в последнюю секунду промахнулся, и его обладатель также облокотился на стол.       — Заткнись! — прокряхтел Саске, полностью уничтожив своё хладнокровие.       Наруто ничего не ответил. Парень притащил стул, захватив с собой вторую бутылочку саке.       — Садись давай, — буркнул Узумаки, ставя горячительное и пару стопок на стол.       — Не буду я пить твоё сраное пойло, — сквозь зубы отозвался Учиха.       — Дело твоё. А я выпью. Компанию хоть составь, а то снова скоро пропадёшь неизвестно, на сколько.       Брюнет раздражённо плюхнулся на стул и с презрением смотрел на друга, наливающему себе очередную «дозу».       — Не удивительно, что твой язык стал, как помело. Тебя раньше-то было не заткнуть, а теперь… — чуть успокоившись, съязвил Саске.       — Так ты чего пришёл? Без причины? Не поверю, — Узумаки осушил стопку и внимательно посмотрел на гостя, решив проигнорировать последний вопрос.       — Ну, ты прав — скоро я снова уйду. Решил воспользоваться случаем и рассказать, как я вышел на Хьюгу.       Блондин поморщился. В нём боролось желание знать обо всём, что произошло, со страхом услышать нечто крайне неприятное.       — Наруто, на твои душевные терзания у меня нет времени. Распинаться не собираюсь, всё лишь по факту — где, откуда, куда, зачем.       — Да, я… — послышался стук в дверь, и Шиноби повернулись в сторону выхода. — Эм… Открыто! — крикнул Узумаки, понятия не имея, кому ещё сегодня пришло в голову разбавить его одиночество.       На пороге оказалась розововолосая куноичи. Девушка моментально застыла, буравя глазами слишком хорошо знакомое лицо брюнета.       — Я не призрак, чтобы так на меня пялиться, — отозвался Учиха, не теряя зрительный контакт с Харуно.       — Ты бы ещё реже радовал нас своим присутствием, тогда точно можно было бы считать призраком. Саске как бы есть, но как бы его и нет, — прошипела девушка.       — Учту, — сухо ответил брюнет, равнодушно разворачиваясь лицом к Наруто.       — Не хочу мешать вашим посиделкам. Наруто, я просто хотела сказать, что Хинату выпишут через пару дней, и…       — Ей правда лучше? — голубые глаза грустно смотрели на гостью.       — Чакра уверенно восстанавливается, рана в боку зажила уже давно. Её жизни ничто не угрожает, так что скоро у тебя появится возможность расставить все точки над «и», — бодро пролепетала розововолосая.       — Только вот беда — захочет ли она это делать? — с наигранным сомнением ответил блондин, осушая очередную стопку. — «Как же я этого боюсь!»       — Узумаки, мне осточертели ваши страдания из-за ничего! Как дети, ей Богу! Вон, бери пример с Саске — ходячая непрошибаемая невозмутимость!       Брюнет продолжал сидеть спиной к Сакуре и на этих словах зло улыбнулся: «Да что же тебе всё неймётся?!» Хотя, парня поведение подруги несколько забавляло.       — Короче, я всё сказала. Бери себя в руки и «включай» мужика! Хьюга…       — Сакура, проходи! Саске как раз пришёл рассказать, что случилось с Хинатой, — с хрипотцой в голосе отозвался блондин, стараясь сменить больную тему.       Харуно нерешительно стянула с себя куртку и медленно прошла к столу. Как только та села, напряжение сковало девичье тело от ощущения близости к Учихе. Зелёные глаза старательно пытались на глазеть на него, но это им давалось крайне тяжело.       — Вы со всем закончили? — неловкую паузу решил разбавить хозяин квартиры, подразумевая в своём вопросе людей, гендзюцу и прочие моменты.       — Да. Отдохну и через пару дней выдвинусь в путь, — холодно ответил брюнет, аккуратно наблюдая за реакцией розововолосой подруги.       — Ха… — выдохнула Сакура, кривя губы.       — Ну же, давай! — с неподдельным желанием буркнул черноволосый Шиноби. — Попробуй сострить!       Зелёные глаза окатили Учиху ненавистью и сильным разочарованием. Как тот ни пытался, ничего другого больше в них не удавалось прочесть. Парень явно хотел насладиться её гневом и привычной истерикой относительно его ухода, то был неприятно удивлен. Куноичи ничего подобного не собиралась делать.       — Ожидаемо. Ты становишься предсказуемым, это даже скучно, — равнодушным тоном ответила Харуно, мило улыбаясь блондину. — Наруто, можно и мне стопочку?       — Э… К-конечно, — Узумаки быстро сходил за нужной ёмкостью и, наполнив её, передал подруге. Та моментально осушила стопку.       Брюнет с интересом наблюдал за ней, мысленно размышляя над происходящим: «Зачем она пытается скрыть эмоции? Я же как облупленную тебя знаю, Сакура! Готов поспорить, тебе сейчас очень тяжело не накинуться на меня с претензиями!» На этих мыслях Саске чуть улыбнулся. Казалось, неравнодушность девушки подпитывала его, пусть тот всячески и пытался отрицать этот факт. Любому будет приятно внимание к себе, особенно кого-то помимо лучшего друга. Особенно внимание девушки. К слову, девушки приятной наружности.       — Ты, кажется, хотел что-то рассказать? — Сакура изогнула бровь и сложила руки на груди.       — Да, и очень кстати, что вы оба здесь. Не придётся повторяться, — брюнет равнодушно пожал плечами.       — Можно подумать, ты бы пришёл ко мне, чтобы поделиться, — грустно хмыкнула Харуно, выдавая накатившую досаду голосом.       — Недотрога. Не уж-то обидно бы было? — с надеждой спросил Шиноби, «цепляя» зелёные глаза.       — Тебе бы этого хотелось, верно? Вынуждена разочаровать тебя — даже это ожидаемо.       — Сакура, откуда такая дерзость? — Саске искренне рассмеялся. — Соответствовать твоим ожиданиям в мои планы никогда не входило, — он довольно подмигнул.       — Больно мне нужно от тебя что-то, — девушка в ответ хитро улыбнулась, успешно выдерживая мужскую непринуждённость, хотя внутри неё что-то упорно разрывалось на куски от отчаяния.       «Прекрасно! Отвяжется, наконец-то…» — подумал про себя брюнет, понимая, что совершенно не этого хочет. Но, учитывая обстоятельства, это было лучшим возможным исходом для него.       — Я тут! — блондин театрально замахал руками. — Как старые супруги, даттебаё!       — Узумаки! — одновременно откликнулась парочка, и, осознав забавную синхронность, обе пары глаз смущенно «разбежались» по кухне.       — Что?! Саске, у тебя же времени нет. Валяй уже, что было? — Наруто изо всех сил пытался прогнать прочь воспоминания безжизненного лица брюнетки.       Учиха шумно выдохнул, и сложив руки на груди, откинулся на спинку стула.       — Не перебивайте. Все подробности опущу, расскажу кратко — самую суть.       POV Саске.       Я всегда поражался людям — бороться за свободу, за право строить жизнь по-своему видению, чтобы потом так отчаянно и тупо хвататься за иллюзии. Вот уж — идиотизм! Человеческое существо никогда не найдёт «идеала» для себя. Тьфу!       Так уж получилось, что, когда из разных деревень страны начали пропадать люди, я «крутился» недалеко от Конохи. Не то чтобы мне не хотелось далеко уходить, просто не видел причины заходить слишком далеко. Всё просто. Не люблю устраивать сложности на пустом месте.       Возвращаться в Лист было рановато, тем более, косые взгляды горожан откровенно раздражали. Пусть меня и признали, но последствия войны ещё витали в воздухе, а люди, будто «упиваясь» этой дрянью, продолжали чудить. Естественно, все вокруг думали бы на меня! Тогда-то в голову и пришла мысль следить за происходящим из-за «угла», со стороны.       Не знаю, как так получилось, но беженцы Конохи всячески испарялись каждый раз, когда я вот-вот должен был докопаться до истины. В пути атаковать их не было смысла — важно было найти конечный пункт их направления. Не получалось. Тем не менее, вся эта слежка привела меня в окрестности приюта, расположенного близ одной далёкой от Конохи деревни. Я понимал, что мерзавец, затеявший всё это, прячется где-то здесь, но как ни искал — всё было тщетно.       Спустя некоторое время в деревушке появилось знакомое лицо, от чего я, честно, ошалел.       «Что тут забыла Хьюга? Да ещё и одна? Какаши-сенсей, вы полный идиот, что отправили эту девчонку одну» — думал про себя я, лениво наблюдая за куноичи каждый день её пребывания здесь.       Извилины невольно сравнивали её с Сакурой — Харуно лучше подошла бы для такой работы. Я ловил себя на мысли, что был бы не против увидеть здесь розововолосую вместо брюнетки. Если честно, мне показалось, что у Хинаты есть причина, по которой она сюда пришла — и то была не миссия.       Учитывая, как вяло она проводила расследование, можно было убедиться, что девчонка сама желала погрузиться в мир иллюзий. Но в этот раз чуйка меня подвела, всё оказалось куда интереснее. Удивительно, что Хьюга ни разу не почувствовала за собой слежку, с её-то бьякуганом!       «Чёрт, если она даже этим козырем не умеет пользоваться, то такая наследница определённо будет бесполезна», — логично рассуждал я, откровенно негодуя от невнимательности куноичи.       Почему я следил за ней? Почему не показался сразу? А зачем? Хината должна была быть уверена, что никто не придёт ей на помощь, если вдруг что случится. И тот, кто «выйдет» на неё, тоже должен был быть в этом уверенным. Это важно. Так у меня было больше шансов выследить ублюдка. Собственно, случилось вполне ожидаемое — нашу «тихоню» посчитали не опасным соперником, и гад вышел из «тени». Я был благодарен удаче, что этот сукин сын не заметил меня, пока выслеживал Хьюгу. Вот на это можно сказать «повезло», иначе эффекта неожиданности бы не получилось. Скорее всего, Шиноби даже носа в итоге не показал бы. Короче, всё шло по плану.       Я до последнего надеялся, что Хината проявит характер и начнёт атаку, но девчонка упорно продолжала делать всё возможное, чтобы мой план насыщался дополнительными «козырями». Абсурд — мне хотелось, чтобы куноичи выбила из засранца всю дурь, но при этом как-то довела меня до нужного логова. Лицезреть это всё было крайне утомительно… Когда Хината согласилась пойти с ним и полностью лишилась сил, я не удивился.       Единственное, что разогрело несвойственное мне чувство, а именно — любопытство, что же заставило наследницу клана решиться на такой до глупости отчаянный поступок? Чем же девчонка так не удовлетворена жизнью? Причем, настолько сильно, что пошла против деревни — использовала миссию, как предлог для своего исчезновения. Это вызывало небольшое отвращение, но она всего лишь человек. Одна из многих, к кому я никогда не буду испытывать жалости, и кого никогда не пойму.       Заметив, что человек-плащ тащит девчонку в определённом направлении, я постарался проследовать за ними. Благо, инкогнито направлялся в глубь леса, и мои передвижения были максимально незаметны. Я так думал. Хьюга оказалась не так проста, как мне изначально показалось. Брюнетка в один миг упорно посмотрела прямо на меня.       «Заметила, черт бы её… Придётся атаковать, а то говнюк вот-вот всё поймёт!» — пронеслось в моей голове, и я был готов ринуться вперед, но вовремя замер. Хината, продолжая смотреть мне в глаза, отрицательно качала головой. — «Что?! Неужели…?» — на меня нахлынуло замешательство. Похоже, девчонка «просекла» мой план и пыталась сделать всё возможное, чтобы помочь его осуществлению. Хьюга не предпринимала ничего — просто закрыла глаза, и до меня дошло, что ей действительно не сладко. Несмотря на всё, она позволила подвергнуть себя опасности, став хитрой наживкой. Меня это будоражило — первая приятная неожиданность от такой «тихони».       В общем, говнюк притащил её в логово, и тогда я понял, почему мне не удавалось найти это место раньше. Гад умело спрятал вход, применив незнакомую мне технику — проход был совершенно неявным у подножия горы. Никакой двери или щели не было — нужно было пройти насквозь. Я, честно, боролся с искушением покончить с этой мразью как можно быстрее. Тем более теперь, когда его обитель была найдена. Останавливало осознание того, что никому не было известно, как этот Шиноби вводит людей в транс, сон или как это правильнее назвать? Нужно было выждать, дождаться, пока тот не начнёт свои манипуляции с Хинатой. И я дождался.       Брюнетка выглядела не важно — дурёха осталась практически без чакры. Неизвестный гад расхаживал вокруг неё, рассуждая на философские темы.       «Ну же!» — во мне горело нетерпение, хотелось разобраться с ним как можно скорее.       Я внимательно наблюдал за каждым его действием. Вот он поднёс к девичьим губам странную колбочку с не менее странным содержимым, а теперь обвязывал левое запястье странным сорняком. Да, это оказалось растение, и оно было до чертиков мне знакомо. Странное, необычное строение коры со светлым отливом. Лианоподобный вид.       «Чёрт, да это то самое дерево, сраный цветок!» — я ужаснулся, вспоминая подробности техники Мадары. Ублюдок достал образцы и, наверняка, проводил эксперименты, учитывая настольную лабораторию рядом. — «Да кто же ты такой?!» — негодовал я, понимая, что его плащ так и будет скрывать личность своего обладателя.       Пытаясь осмыслить, как это ничтожество смогло освоить и переделать технику такого уровня, я потерял бдительность. Незнакомец продолжал что-то «втирать» девчонке, собираясь двинуться в мою сторону. Ещё немного, и даже темнота не сможет скрыть моё присутствие. Тело моментально напряглось — я был готов начать атаку, но мою решительность «пошатнули».       Хьюга из ниоткуда вытащила кунай и порезала засранцу руку.       «Дура! Что ты творишь?!» — я мысленно ругал её, не понимая, на что та вообще рассчитывала. Естественно, сукин сын рассвирепел… Девчонка поплатилась за свою глупость, «приняв» в бок своё же оружие.       Мне было сложно оставаться на месте, хотя раньше с этим проблем бы точно не возникло. Я смотрел на мученическое выражение девичьего лица и еле сдерживал охватившую меня злость. Её поведение «сеяло» слишком много вопросов — Хината продолжала «ловить» мой взгляд и умоляюще смотрела на меня, слегка качая головой.       «Что? Даже сейчас?!» — у меня не получалось поверить в её решительность. Идиотка истекала кровью и сильно мучилась от боли, но продолжала «просить» меня дождаться погружения в «сон», прекрасно осознавая, что рискует расстаться с жизнью. Мозгами я понимал, что девчонка поступает разумно, но поганое чувство справедливости крайне меня смущало. Хотелось набить уроду его «прячущуюся» физиономию прямо сейчас.       Больной на голову Шиноби продолжал «кружиться» вокруг неё, неся откровенный бред. «Кабуто-сан» — это имя заставило мои кулаки крепко сжаться. Очкарик как-то связан со всем происходящим, и это неудивительно, учитывая наклонности засранца в области изучения всего на свете. Брюнетка отключилась. Мои мозги на секунду — тоже. Решение пришло быстро — нужно было разобраться с этой сволочью, «разбудить» Хьюгу и бежать в Коноху.       Пока ублюдок ржал над телом девушки, я одним точным ударом избавил его от ненужного груза — правой руки. Прям по локоть. Говнюк взвыл от боли, пока кровь фонтаном заливала ближайшую стену. С огромным усилием я заставил себя дать тому надежду — руки уже накладывали жгут.       — Отвечай быстро и честно! — приказал я, затягивая на его «огрызке» ремень. — Как зовут? Как с тобой связан Кабуто? Как разбудить девчонку?       — Ха-ха-ха! — у этого ненормального началась истерика. Не в моих правилах — церемониться. Я быстро выдвинул катану и вонзил её остриё в место среза. Послышался сильный крик.       — Я могу убить тебя, не моргнув. Если посодействуешь — отправишься с нами двумя и спасёшь свою никчёмную жизнь. — «Неужели, я объясняю такие очевидные вещи?»       — Акихиро, меня зовут Акихиро, — Шиноби стянул с себя капюшон. Обычный и совершенно неприметный молодой парень смотрел на меня жутковатым взглядом, полным отвращения и болезненности. — «Чёрт, да он младше меня! Как такое возможно?!»       — Откуда знаешь Кабуто? Что ты хочешь ему доказать?       — О! Кабуто-сан… Он ничтожество! Ха-ха-ха!       — Так он не с тобой? Он в этом не участвует? — впервые за последнее время я чувствовал себя туповатым.       — Чёрта с два! Это всё я! Я! Кабуто-сан сдался. Он погряз в рутине, отказался от своих идеалов!       — Откуда ты знаешь его?!       — О! Он… Он мой сенсей, мой наставник, мой учитель! У него я научился всем «азам», всему необходимому. Я всегда был верен ему, с того самого дня, как Кабуто-сан забрал меня.       — Забрал?       — Из приюта. Мы с ним так похожи! Я ведь… Я ведь тоже не помню своего прошлого, и мне так хотелось доказать сенсею, что я достоин его! Но он… — Акихиро рычал от ненависти и негодования.       — Что? До тебя снизошло разочарование? — я позволил себе съязвить.       — Он не поддержал мою идею помогать таким, как мы. Не захотел слушать об изучении величайшей техники, которую познал Мадара… Кабуто-сан предал наши убеждения! Предал меня! — Шиноби пускал пену изо рта. — Вы, мрази, никогда не задумывались, как сильно люди могут желать лучшей жизни! Как погано — представлять и испытывать нечто прекрасное, и терять возможность быть счастливым! Кабуто-сан понимал! Понимал! И не согласился со мной! А я… Всё равно… Помогал нуждающимся… Людям, потерявшим родных, любимых. Людям, желающим обрести смысл для своего существования. Разве я… — его голос предательски дрожал.       Я смотрел на него и отчасти понимал смысл услышанного.       — Благими намерениями вымощена дорога в ад, слышал о таком?       — Ещё бы, — он фыркнул. — Только вот эти «булыжники» таскают люди, ни черта не понимающие, не знающие чувства потери. Которым легко судить, легко осуждать всё, что выходит за рамки «нормального», — он сильно закашлял и прикрыл оставшейся рукой рот.       — Ты рассуждаешь, как человек, проживший несколько десятков лет. Сколько же тебе? — мне плохо удавалось скрыть своё замешательство.       — Это важно? Возраст не имеет значения… Любая боль ощущается одинаково в любом возрасте. Мне семнадцать. И что теперь? — кажется, дурак стал поспокойнее.       — Откуда в тебе этот страх потери, если ты не помнишь родителей? — «Саске, на кой хрен тебе эта информация именно сейчас?! К чёрту этого парня!»       — Я… Потерял себя. Вернее, никогда и не находил. У Кабуто-сана похожая судьба, и это… Побудило меня помогать другим влиять на свои жизни… — меня внезапно насторожил его голос, который становился всё тише и слабее.       — Эй! Не отключаться! Я же перетянул руку! — глаза метнулись в сторону среза, чтобы убедиться в незначительной потере крови.       На мальчишечьем лице появилась слабая улыбка.       — Что ты сделал?! — выпалил я, вспоминая, как тот приложил руку к своим губам, пока кашлял. — «Твою ж!!! Отравил себя?!»       — Х-хоть кому-то… Успел… П-помочь… — улыбаясь, ответил молодой Шиноби.       — Говнюк! Как её разбудить? Что мне сделать? — я ненавидел себя за то, что потратил время на разговоры.       — Т-ты же Учиха, а я не такой гений, как Кабуто-сан… — прохрипел юноша, после чего его веки окончательно закрылись. — «Он знал, кто я такой?»       В этот момент я начал метаться по всему помещению. Хьюга умирала. А этот засранец… Чёрт, да, мне было немного жаль его — молодой совсем, с ярко выраженным чувством справедливости. Глупец.       Я выбежал в небольшой коридорчик, который привёл меня в огромную комнату. Так я и застыл на месте. Глаза оценивали масштабы «бедствия» — около трёх десятков людей лежали рядками. Будто в морге.       «Чёрт!» — я не знал, за что хвататься.       Самым логичным оказалось вернуться к Хинате, которая во «сне» продолжала истекать кровью. Её лицо бледнело «на глазах». Сложив в голове двусмысленность последней сказанной фразы Акихиро, до меня дошло, что, чисто теоретически, у меня должно получиться вывести её из-под влияния неидеального гендзюцу своими глазами. Мои пальцы уже разлепляли девичьи веки.       Мне пришлось наблюдать за идиллией Хьюги. Было забавно смотреть на то, как девчонка с ума сходит по Узумаки. Вот уж не думал… Но этой сказке должен был прийти конец — фантазия обязана была превратиться в кошмар. Только так, испытав самый сильный страх, девушка могла вернуться в реальность. Я не знал, чего именно та боится сильнее всего, и погрузился в её подсознание, нарушая поток мыслей. Этот сбой принёс свои плоды — я увидел то, чего Хината так сильно страшилась, и это было, мягко говоря, удивительно. Наруто целовался с какой-то блондинкой.       «И это твой страх?! Неужели, ты до такой степени втрескалась в этого придурка?» — я неосознанно поражался ей. Похоже, мой друг — полный идиот, раз не замечает настолько сильных чувств к себе.       Эта мысль породила другую, более «колючую» и неоднозначную. Я вспомнил Харуно, все её попытки привлечь моё внимание к себе, завоевать меня. Так забавно. А вот понимать, что я могу оказаться таким же идиотом, как мой светловолосый друг, уже совсем не смешно. Периодические и внезапные воспоминания о Сакуре сильно выбешивали, но сейчас, к счастью, у меня было дело поважнее.       Хьюга начала сильно дрожать. Её буквально колотило. Понимание того, через что та решила провести себя, заставляло меня злиться. Сильно.       — Хьюга, очнись! Давай же… — я шлепал её по щекам, не зная, что делать. Почему-то я чувствовал ответственность за неё. — «Нет уж, Узумаки, так просто ты от этой девчонки не отделаешься! Поймёшь, каково быть в моей шкуре!» — я мысленно заставлял судьбу играть по своим правилам.       — Чёрт… Ты думаешь вообще, когда делаешь что-то? — не знаю, зачем я пытался с ней заговорить, а уж тем более — отчитать. Действительно, дурёха — так рисковать! До последнего, черт бы её…       Осознание своей беспомощности в данной ситуации сковывало, порабощало. Мне нельзя больше медлить, надо бежать, надо спешить, нужно в Коноху! Через минуту я уже вышел на улицу с ней на руках. Валил снег. Снег!       Девчонка и без того «остывала» с каждой секундой всё сильнее, а тут ещё бежать навстречу ледяному ветру… Недолго думая, руки укрыли её тельце моим же плащом, создавая хоть какую—то преграду воздушному потоку. Я натянул капюшон и, глубоко вздохнув, ринулся на юг, в сторону родной деревни.       «Никогда бы не подумал, что вот так буду возвращаться…» — я мысленно ухмылялся всей этой абсурдности и комичности ситуации. — «Чёрт, да девчонка совсем плоха!» — внезапно появившееся волнение было очень некстати. Я отвык чувствовать что-либо подобное, но не мог бороться с досадой, окатившей меня с ног до головы. Хьюга шла до конца. Несмотря на неразделённую любовь с этим балбесом, не собиралась оставаться в мире иллюзий. Помогла мне до последнего оставаться незамеченным. Да моя гордость мне не позволила бы оказаться духом слабее этой тихони!       Я моментально набрал скорость. Не знаю, сколько прошло времени, когда глаза уловили четверых Шиноби на моём пути…       END POV Саске.