Мир без огня: Путешествие в пустоте

— Может, отправишься с нами, Аки? — я поправил рюкзак, который неудобно устроился у меня не спине. — Одной здесь небезопасно. — Не могу, — она грустно улыбнулась. — Я должна найти братика. Я уверена, он всё ещё где-то здесь.       Девочка перевела взгляд на небольшой бугорок земли, что образовался недалеко от забора. Правильно ли мы поступаем, оставляя её одну? Первый попавшийся фантом в виде её брата может стать для Аки концом.       Я ещё раз взглянул ей в глаза. Бойкие, пылающие странным пламенем, железной уверенностью и убеждённостью в своей правоте. Нет, эта девочка так просто не сдастся.       Она месяц выживала одна, скитаясь по округе в поисках несуществующего брата. Аки сильнее, чем кажется.       Мы с Рико низко поклонились юной хозяйке дома и двинулись по направлению, где, по её словам, находился город. На самом деле, с географией у меня было плохо, и какие поблизости находятся города, я не знал. Потому, что ждёт нас впереди, оставалось для меня тайной.       Моя спутница вновь стала той самой Рико, которую я знал. Даже несмотря на то, что дым до сих пор скрывал от взора всё, что находилось дальше пары метров, она старалась не унывать. Рико шла впереди меня, внимательно всматриваясь в окружение.       Кто же ты, Рико? Я совершенно не понимаю тебя. Где ты настоящая? Может быть, та заносчивая, вечно весёлая девочка на самодельном велосипеде и есть настоящая Каватсуки Морико? Или же та серьёзная и ответственная особа, что появляется в критический момент — есть истинная ты? Столько вопросов и ни на один ты не дала мне ответа, Рико.       Не осталось никого более: ни Юри, ни Аи, ни Уми, ни Харуки. Выжила только ты, Рико. Словно внутри тебя есть нечто, которое отчаянно хватается за жизнь, не смотря ни на какие трудности. Ты не знаешь, что произойдёт с тобой через день, но всё равно уверенно шагаешь вперёд.       Уходить из Нисиоки было намного легче, чем когда мы шли сюда. И дело даже не в опустевших рюкзаках. Деревня находилась на возвышенности и при спуске ноги сами несли нас вниз. Я оглянулся на затерянные среди деревьев домики.       Мы могли бы остаться у Шиори, могли бы остаться здесь. Но по каким-то непонятным причинам мы продолжаем двигаться. Словно два бестолковых светлячка в тумане, которые изо всех сил пытаются найти выход из непроглядной завесы.       Через некоторое время мы вышли на шоссе. Всё такое же пустое и тихое. За весь путь до шоссе мы так и не увидели теней. Видимо, я был прав, полагая, что они предпочитают более оживлённые и шумные места. — Скажи, Ивару, — Рико прервала молчание, что длилось всё это время. — Ты никогда не думал, как много в мире странных людей? — Странных людей? — Ну, взять, например, Аки, — Рико замедлила шаг и сравнялась со мной. — Продолжает искать собственного брата, хотя прекрасно ведь понимает, что его уже нет. — Думаю, для неё это смысл существования, — я в очередной раз оглянулся на пройденный нами путь. — Важен не результат, а сам процесс поисков. — А Шиори-сан? Столько лет он прожил один, и даже в такой жуткой ситуации отказывается от помощи. — Так ли много изменилось для него? Сама подумай, с людьми он не общался, жил в полном уединении. Тени? Да, неприятно, но для Шиори-сана это не более чем мелкая неприятность. — Раньше мне казалось, что весь мир похож на Сатомори, — продолжила она. — Я даже представить не могла, что лежит там, за холмами. Ва! А мир-то, совсем другой. Представляешь, Ивару? — Ты расстроена? — Не знаю, — Рико неопределённо пожала плечами. — Я даже не задумывалась. А шоссе всё вело нас вперёд, сквозь непроглядную завесу дыма.

***

      Городок встретил нас крайне недружелюбным взглядом занавешенных окон и пустующими проспектами. Всё выглядело как на съёмочной площадке, где снимался очередной стереотипный фильм о зомби-апокалипсисе.       Однако никаких зомби не было. Мы шли мимо опустевших кафе и магазинов, мимо оставленныx на проезжей части машин, мимо администрации со спущенным государственным стягом. И хотя людей на улице не наблюдалось, я чувствовал на себе чьи-то взгляды.       Засмотревшись на окружающие нас «красоты», я едва ли успел затормозить перед вытянутой рукой Рико. Впереди, между автомобилями, медленно покачиваясь из стороны в сторону, рыскали две тени. Нас, к счастью, они пока что не заметили.       Не говоря ни слова, Рико сделала шаг назад и жестом позвала за собой. Любой, даже самый тихий звук мог нас выдать. Однако за время, проведённое в лесах Сатомори, мы научились двигаться достаточно осторожно, чтобы не привлекать внимание теней.       Всё то время, пока мы отступали, я не сводил взгляда с чёрных сгустков. И ведь они действительно отличаются от тех теней, что мы видели в Сатомори этим летом. Тела их куда меньше и более вытянуты, отростки длиннее и двигаются намного интенсивней.       Мы прошли почти полквартала и остановились лишь тогда, когда тени полностью скрылись из виду. Рико наконец выдохнула и огляделась, пытаясь сориентироваться, куда идти дальше. Недалеко от нас расположился небольшой супермаркет. — Может, зайдём? — вполголоса спросила девочка. — После Нисиоки еды почти не осталось. — Думаешь, это нормально? — я засомневался. — Я имею в виду, это не будет считаться воровством?       Рико ничего не ответила, а просто схватила меня за руку и потащила к раскрытым стеклянным дверям магазина. По всей видимости, никого не волновала сохранность продуктов или прибыли, когда начался всеобщий хаос.       Судя по всему, магазин уже не раз подвергался набегам. Пустые полки и разбросанные по полу товары. На наше счастье всё вынести не успели и найти пару пачек чипсов или дешёвые консервы представлялось возможным.       Рико принялась внимательно осматривать полки на предмет провианта. Я же решил пройтись по супермаркету и оценить безопасность. Конечно, всё выглядит в соответствии с общей атмосферой запустения, однако у касс я обнаружил окурок. Судя по всему, выброшенный совсем недавно.       Люди? Неужели кто-то всё же остался в городе? Или кто-то точно так же, как и мы проходил мимо?       Я последний раз бросил взгляд на окурок и вернулся к Рико, которая уже успела набить свой рюкзак до отвала всем, что до нашего прихода оставалось на полкаx. — Ва! Тяжело, — она подпрыгнула, взвешивая рюкзак. — Сама виновата, чересчур жадная. — Понесёшь? — она указала на свой рюкзак. — И не думай. — Ну пожалуйста, Ивару? — она состроила как можно более жалостную мордашку. — Он очень тяжёлый. — Доставай оттуда всё, — я тяжело вздохнул, снимая свою рюкзак. — Делить будем.       Рико стянула свою поклажу с плеч и расстегнула молнию. Мне представилась возможность взглянуть на её находки. Сказать, что меня они ничуть не удивили — ничего не сказать. — Это что? — я вытащил игрушечный пистолет, лежавший на поверхности. — Оружие, — с серьёзным видом заявила она. — Выбрасывай. — Ва-а-а! — девочка прижала игрушку к груди. — Нечестно! У тебя-то есть пистолет! — А это тебе зачем? — из рюкзака показался дешёвый китайский фен. — Я же девочка, Ивару, — она провела ладонью по волосам. — Мне нужно ухаживать за причёской. — Выбрасывай, — я укоризненно покачал головой. — Нам нужны только практичные вещи, Рико.       Я хотел было продолжить копаться в её вещах, как вдруг со стороны входа послышались чьи-то шаги. Я рефлекторно схватил Рико и спрятался с ней за одним из стеллажей. Судя по количеству ударов подошвы, в магазин зашли двое. — Говорю же тебе, не было там никого, — послышался слегка грубоватый женский голос. — А я говорю, — отвечал ей мужской бас. — Двое их было. На дороге стояли. — Значит, оборотни были, — голоса стремительно приближались. — Хотя я их давненько не встречала.       Возможно, не было причины прятаться. Однако, опыт Сатомори научил, что люди порой бывают намного опаснее теней. — Эй, — незнакомцы замерли на месте. — Гляди-ка. — Их не было, когда мы уходили?       Рюкзаки мы схватить не успели, потому они остались стоять на полочке, демаскируя нас. Задержав дыхание, я нащупал пистолет в кармане, схватился за холодную металлическую рукоятку и выскочил из укрытия, направив оружие в сторону голосов. — Вот это номер! — мужчина в камуфлированной куртке сделал шаг назад, поднимая руки. — Спокойнее, парень. — Вы… кто вы?! — голос предательски дрожал. — Сперва ствол прибери, — женщина также подняла руки, медленно отступая. — Я не шучу! Кто вы?! — Мы из гостиницы, — продолжил мужчина. — Я Кинадзуки, она — Миято. — Что вы здесь делаете? — Ты глаза разуй, — Миято развела руками. — Еду ищем, чтобы с голоду не сдохнуть.       Я опустил пистолет. Стоило мне это сделать, как что-то тяжёлое ударило меня по затылку. В глазах потемнело, окружение потеряло чёткость. Тело потяжелело, и я почувствовал, как оно тянет меня вниз. Раздался глухой удар.

***

      Я с трудом размыкаю веки. В глаза тут же ударяет яркий дневной свет, наперебой щебечут летние птицы и вовсю стрекочут цикады. Я сижу на мягком пуфике, передо мной на невысоком столе чашка с зелёным чаем.       Неожиданно что-то болью отозвалось в сердце, словно зияющую там дыру резко чем-то закрыли. Я почувствовал прикосновение рук. Тех самых рук, которые были созданы для икебаны, тех самых рук, что заставляли меня каменеть.       Я обернулся. Харука смотрела на меня и улыбалась, как всегда призрачно, но по-детски искренне. Да, это была та самая Харука, никаких сомнений. Фарфоровое лицо, юката, подпоясанная оби, и глаза. Это были те самые глаза, сочетавшие в себе непереносимую усталость от всего вокруг и вселенскую тоску, которую она так стремилась побороть.       Девочка убрала руку с моей головы и, пройдясь по комнате, села рядом, отхлебнув уже остывшего чая. Мы ничего не говорили. Как и в прошлый раз просто смотрели друг на друга. Точно пытались передать мысли одним лишь взглядом. — Ты ведь умерла? — мой голос отразился от стен и надолго повис в комнате.       Харука лишь пожала плечами. — А я? Я тоже?       Она повторила жест. — И что мы тут делаем?       Харука указала на кружки с чаем. — Другие тоже тут? — я отхлебнул из своей кружки. Вкуса не почувствовал.       Девочка вопросительно на меня посмотрела. — Юри, Аи, Уми, Ханакири-сенсей?       Харука загадочно улыбнулась и продолжила пить чай, как ни в чём не бывало. Задавая ей вопросы, где-то в глубине души я понимал, что мне это совершенно неинтересно. Рядом с Харукой я чувствовал себя по-настоящему счастливым. А большего мне и не нужно было.       Умер ли я? А какая разница? Если и так, то теперь я буду с Харукой вечно. Мы сможем болтать сколько угодно. И пускай говорить буду только я! Ей не нужны слова, чтобы отвечать мне, достаточно одного взгляда. — И долго ты здесь?       Она в очередной раз пожала плечами. — Наверное, одиноко было?       Харука кивнула. — Хочешь, я останусь с тобой?       Неожиданно для меня она задумалась, глядя куда-то в потолок. Девочка погрузилась в глубокие размышления, взвешивала все «за» и «против». Время от времени она переводила взгляд на меня, а затем вновь устремляла его в потолок. — Харука?       Она снова взглянула на меня и широко заулыбалась. Своим тонким, изящным пальцем, она указала себе в грудь, затем на меня, и в конце на подаренный мне кулон. — Я тоже, — я чувствовал, как пустота внутри снова расползается.       Она отрицательно замотала головой. — Не веришь?!       И снова эта улыбка. — Думаешь, я тебя обманываю?       Я заметил, как Харука напряглась, собирала все свои невеликие силы. — В… — неуклюжий звук отразился от стен. — «В»? — В… — она напряглась ещё сильнее. — В…а. — «В», «а»? — я совершенно ничего не понимал.       Харука закрыла глаза, вздохнула полной грудью и, наконец, чётко, хотя и тихо, произнесла: — Ва. — Ва? — я задумался.       Девочка обвила меня руками и положила голову на грудь. — Ва, — ещё тише повторила она. — Не понимаю, — в горле стоял тяжёлый ком. — Я совсем ничего не понимаю.

***

      Потолок. Обыкновенный белёный потолок, посередине которого вкручена такая же обыкновенная лампочка. Где это я? С трудом повернул голову, движение отозвалось тупой болью в затылке. Лежу на кровати. Обычный гостиничный номер, стены обклеены дешёвыми обоями, тёмные шторки закрывают окно, безвкусный коврик, шкаф и пара тумбочек. Пахло дымом. Нет, не гарью. Обычным сигаретным дымом.       Что случилось? Там, в магазине, я наставил на них пистолет, а потом отключился. Рико?! Где она?! Нужно найти!       Я резко вскочил, но тут же повалился назад на мягкую подушку. Перед глазами поплыли тёмные круги. Нет, так резко нельзя. Но не могу же я лежать тут, если Рико может быть в опасности! Хинай же ещё не кончился?       Неожиданно дверь в комнату отворилась. На пороге я увидел ту, которую так торопился спасать. Переодетую в лёгкий спортивный костюмчик. Волосы её были мокрыми и спадали на лицо, на шее висело белое маленькое полотенце. — Очнулся! — она радостно подбежала ко мне. — Рико, — проговорил я с трудом. — Что случилось? — Ну, ты разнервничался, там, в магазине, — она почесала затылок. — Достал пистолет, хотя даже не снял его с предохранителя. А потом, когда успокоился, Таёру-сан тебя немного того… — Ясно, — я болезненно поморщился, ощупывая шишку на затылке, — А где мы? — Ва! — радостно воскликнула Рико. — Это городская гостиница. Здесь живут те, кто не захотел из города уезжать. — И много таких? — Нет, — отмахнулась она. — С нами шесть человек. — Всего лишь… — я горестно вздохнул. — Зато есть вода, электричество, даже телевизор! — она бодро скакала по комнате. — Еды, правда, немного, но это нестрашно, город-то большой, магазинов много. — Большой? — я слабо улыбнулся.       По моим меркам этот город едва-едва тянул на свой титул. Так, городишко, в отличии от Токио. Но Рико, похоже, всё казалось большим по сравнению с Сатомори. — Ага! — она закивала. — Почти такой же большой, как тот, в котором мы с папой были. — Ладно, — на этот раз я поднялся с кровати аккуратно. — Пойдём, пройдёмся. Мне извиниться нужно… за магазин. — Не переживай, — девочка помогла мне встать. — Кинадзуки-сан и Миято-сан не злятся, я им всё рассказала по пути сюда. — А Хинай? — Затишье, — кивнула Рико. — Правда, в городе много морока, да и фантомы частенько встречаются. Потому лучше не выходить из гостиницы.       Я промолчал.       Мы вышли в длинный коридор с одинаковыми дверями, которые отличались лишь номерами. Мне почему-то вспомнилась школа Сатомори. Вспомнилась Ханакири-сенсей и её последние секунды жизни.       Интересно, могла ли она выжить? Если бы только был какой-нибудь способ бороться с тенями! Если бы узнать их слабое место! Ведь та женщина из моего сна, Кири-сан, она ведь что-то знает про это.       Мы медленно спустились по лестнице и выбрались в общий зал. Там действительно расположился телевизор и старенький DVD-проигрыватель. Электричество работало везде, хотя свет от ламп и казался мне слегка тускловатым.       Дальше за гостиной шла столовая. Без особых изысков, никаких люстр, мягких диванчиков или чего-то похожего. В середине просторной комнаты стояло несколько столиков с приваренными к ним стульями, большой холодильник и пара морозильных камер, плита да микроволновая печь, на этом богатство столовой заканчивалось. — Садись, Ивару, — Рико указала на один из столиков. — Сейчас я принесу тебе что-нибудь. — Да, спасибо, — я сел за стол и сложил на него руки, подперев ими голову. — А где все? — Ночь уже, — отозвалась Рико, роясь в холодильнике. — Все спят. — А ты? — Ва! Ну ты и глупый, конечно, — она засмеялась. — Кто-то же должен за тобой следить. — И ты, всё это время?.. — Есть лапша с курицей и с креветками, — Рико не дослушала. — Чего будешь? — С курицей, — я устало улыбнулся, глядя как девочка возится с продуктами.       Со стороны гостиной послышались чьи-то неровные шаги. Кто-то подволакивал за собой ногу. Этот кто-то стремительно приближался к столовой. Ночного гостя долго ждать не пришлось, из-за угла показался мужчина.       Уставшее бледное лицо, взъерошенные волосы, слегка потерянный взгляд, обыкновенный домашний халат. Да, он сильно изменился, подрастерял былую прыть, но не узнать его я не мог. Это без сомнений был он. — Дядя… Ёичи, — я поднялся со стула.       Он молчал, глядя на меня в упор. — Дядя Ёичи, — повторил я. — Тору-кун, — он натянул на лицо улыбку. — Это… всё в порядке, Тору-кун?       Рико застыла у холодильника и ничего не говорила.       Я подошёл к нему ближе. Сперва я не почувствовал ничего, кроме удивления. Однако потом в памяти всплыли лица всех тех, кто погиб, всех, кто стал мне так дорог. Если бы не он, я бы не видел этих смертей. Если бы не он, всё было бы абсолютно нормально.       Я собрал всю ненависть в кулак и со всего размаху отправил его в полёт до лица дяди. Секунда, и я чувствую, как костяшки врезаются в челюсть мужчины. Ещё секунда, и он теряет равновесие, заваливаясь на пол. — Ивару! — вскрикнула Рико.       Я ничего не ответил. Просто стоял над усевшимся на пол дядей. В его глазах не было испуга, обиды или злости. Я видел лишь вину. Нанаки-сан сказал мне, что мой дядя неплохой человек, что это с ним случилось много плохого. Я верил в это. — Тору-кун, — мужчина поднялся с пола. — Рад, что ты здоров. — Дядя Ёичи, — я не знал, что ему говорить. — Знаю, виноват, — он низко поклонился мне. — Прости. Если тут уместно это слово. Я поступил эгоистично, подло и грязно. Так что, если хочешь, можешь ударить ещё, Тору-кун. — Значит, ты смог выбраться, — я начал остывать. — Значит правило «родового гнезда» можно было обойти. — Всё немного труднее, — он тяжко вздохнул и опустился на стул. — Но сейчас не об этом. Как я понимаю, храм разрушен?       Я кивнул. — Чёртова ирония, — усмехнулся мужчина. — Только вырвался из этого места, а тут на тебе… мда. — Дядя Ёичи, — я сел напротив. — Что ты здесь делаешь? — Я? Живу. — Я думал, ты отправишься в Нагою. — А что мне там делать, — он развёл руками. — Бизнес мой давно прогорел, квартиру забрали за долги. Нет, Тору-кун, мне нужно было начинать жизнь сначала.       Я хотел было продолжить расспрос, но дядя меня опередил. — Каватсуки-чан, — он обратился к Рико. — А где остальные девочки?       Она лишь потупила взгляд. — Юри, Аи, Уми, — прозвучали их имена. — Ханакири-сан? — Они… — начал я. — Все… — Неужели, — дальше договаривать не пришлось. — Даже малышка Аи? — Она. Недавно, — я пересилил себя. — Морок… видимо, она его не заметила. — Ладно, — он поправил ладонью челюсть. — Чего это мы раскисли. Ты есть собирался, Тору-кун? — Вроде того. — Тогда не буду мешать, — он устало потянулся. — Утром поговорим.       Он был уже на пол пути к выходу из столовой, как Рико его окликнула. — Исияма-сан, а что вы хотели здесь? — А? — голос его дрогнул. — Да так, уже ничего.       Когда шаги дяди растворились где-то на верхних этажах, Рико поставила передо мной тарелку с дымящейся лапшой быстрого приготовления. Не деликатес, конечно, но чем богаты, тем и рады. Я хотел было начать трапезу, однако Рико меня остановила. — Погоди, — она вернулась к холодильнику и достала оттуда банку майонеза, поставив его передо мной. — С ним вкуснее будет. — Ты уверена? — я неодобрительно глянул на банку. — Ва! Не веришь мне, что ли? — Верю-верю, — я открутил крышку.       Оказалось и вправду вкуснее…

***

      Душ. Впервые за несколько месяцев у меня вышло нормально помыться, смыть с себя въевшуюся грязь, отмыть побелевшие от пыли волосы, вычистить из-под ногтей землю. Тёплая вода успокаивала и расслабляла. Не думал, что когда-нибудь банальный душ сможет меня так восхитить.       Закончив с водными процедурами я подошёл к запотевшему зеркалу, протерев его рукой. Оттуда на меня смотрело уставшее, небритое лицо. Под глазами синяки, губы потрескались, кожа стала серой и грубой. Неужели это действительно я?       Я продолжил осмотр своего тела. Никогда я не был особо худым, и уж тем более, спортивным. Но прослонявшись столько времени с минимумом еды, моя фигура даже не приблизилась к атлетическому идеалу.       Рядом лежала чистая одежда: клетчатая рубашка да старомодные брюки. Несмотря на нелепый внешний вид, я был рад переодеться. Моя старая одежда, казалось, уже стала мне второй кожей и насквозь пропахла потом.       Наконец, я вышел из ванны. Рюкзак с моими пожитками стоял у изголовья кровати. Хорошо было бы проверить содержимое, но сейчас этим заниматься желания не возникало. Я на ватных ногах добрался до кровати, укутался в тёплое пуховое одеяло и попытался заснуть.       Однако сон не шёл. Я ворочался с бока на бок, укутывался сильнее и, наоборот, раскрывался, пытался считать овец, молился, мычал мантры. Заснуть не выходило совершенно. Я чётко ощущал, что мне чего-то не хватает. Нет какой-то маленькой детали, которая даровала бы мне ночной покой.       В конечном счёте я окончательно сбросил с себя одеяло, поднялся с кровати и вышел из номера. Свет явно экономили. Сейчас в коридоре стояла кромешная тьма, я, с трудом ощупывая стены, добрался до лестницы и принялся спускаться вниз.       Свет. По всей видимости, кто-то до сих пор не спит. Я спустился в гостиную. На одном из диванчиков сидела Рико, уставившись в экран телевизора. Звука не было, на экране мелькал какой-то старый французский фильм. — Ивару, — она удивлённо на меня взглянула. — Ты чего не спишь? — Не получается, — я сел рядом. — А ты? — Не знаю, — Рико пожала плечами. — Звука нет, — констатировал я. — Нет.       Я окинул девочку взглядом. Спортивный костюмчик был ей явно мал, чётко выделяя далеко не детскую фигуру. Я невольно протянул руку и дотронулся до вздымающейся вверх-вниз груди. Мягко. — Ва! — лицо Рико залилось румянцем. — Ты что творишь?! — Прости! — я резко отдёрнул руку. — Не знаю… как так вышло. — Я же… — она прятала взгляд в пол. — Я же не говорила, что нельзя… — Это… — я чувствовал, как сам начинаю краснеть. — Ты же… — Пойдём к тебе? — А? Да, — я неуверенно кивнул. — Пойдём.       Всё выглядело так, словно мы впервые делали что-то подобное. Ощущение было незнакомое и крайне необычное. Ощущать тёплое, мягкое и чистое тело Рико, вдыхать приятный запах её кожи, слышать её голос.       Интересно, она чувствует то же самое? Для неё это также необычно и волнительно, как и для меня? Да и что вообще происходит?       Тёплая постель, задёрнутые шторы, приглушённый электрический свет, запертая на защёлку дверь и абсолютная безопасность. В этот раз обстоятельства были абсолютно иными. Мы делали это не потому, что нужно было отвлечься от плохих мыслей, а потому что очень этого хотели. Просто так, безо всякой на то причины.       Лицо Рико оказалось совсем близко к моему, а затем становилось всё ближе и ближе. Влажные, тёплые и слегка дрожащие губы. Впервые за всё время, проведённое с ней, я почувствовал их по-настоящему.       Сейчас я был уверен, что передо мной настоящая Рико, не скрывающаяся ни за какими масками. Наверное, я должен быть рад всему происходящему, должен прибывать в эйфории. Однако внутри поселилась странная тоска.       Этой ночью, в попытке разобраться в себе, я лишь в очередной раз запутал клубок собственных чувств. Пытаясь выбраться из трясины сомнений, провалился в них ещё глубже. Этой ночью я так ничего и не понял.