Deep end

Просыпаться было сложно. Этим утром это случилось лишь потому, что я почувствовала дикое желание выпить воды, открыв глаза. Через несколько секунд после этого я осознала, что нахожусь в квартире Брока, который спал рядом, время было начало седьмого утра. Я аккуратно убрала с себя его руку и поднялась с кровати, направилась в ванную, чтобы умыться. Отражение оказалось еще хуже, чем я рассчитывала, поэтому, открыв ящик, я начала искать свое средство для снятия макияжа и ватные диски. Через пару минут я уже умывалась водой, когда вспомнила все, что произошло вечером, ночью и перед сном. Я люблю тебя, Брок Фраза просто застряла в голове, а я замерла, смотря на собственное отражение, думая, как вообще такое смогло из меня вырваться. И, если для меня самой сам факт того, что я полюбила его, не стал чем-то неожиданным, поскольку я давно подозревала, что мои чувства набирали все больший оборот, то признание вызвало намного больше вопросов. — Твою же мать, — наконец выдала я, посмотрела на дверь, зеркало. В голове начала преобладать только одна мысль, повторяющаяся паническим голосом: «Бежать». В какой-то момент она стала просто единственной, победив желание принять душ и выпить воды. Я за пару минут натянула на себя свою одежду, собрала вещи и покинула квартиру, пытаясь не наделать шума. Оказавшись дома, я несколько минут просто ходила по квартире, пытаясь понять, что делать дальше и к какой стороне прислушаться: адекватной, подсказывающей, что нужно просто проговорить об этом, как взрослые люди, и панической, постоянно твердящей, что надо бежать, не оглядываясь. Через полтора часа я ехала на машине из города, игнорируя все входящие вызовы и голосовые сообщения. Еще через час сидела на своей кухне в Балтиморе и смотрела на мать, которая пыталась переварить все, что только что услышала. — Ты сказала, что любишь его, заснула и ушла, не дождавшись, чтобы он проснулся? — Да. — И игнорируешь теперь. — Да. Мама просто кивнула, видимо, пытаясь понять мою логику и панику. Я ждала от нее ответа в надежде понять, почему меня вообще так это напугало, но, видимо, даже матери могут ответить не на все. — Я идиотка, да? — после минутного молчания спросила я. — Есть немного, — сразу ответила мама. — Не такого ответа я ждала. — Я люблю тебя, Тесса, все сердцем, но сейчас мой ответ такой. Я лишь хмыкнула и сделала глоток из чашки чая, решив дать себе еще тридцать шесть часов, чтобы понять, что делать дальше и как выбраться из эмоциональной ловушки, в которую загнала себя. Ну или просто дать время на игнорирование проблемы. Впрочем, ничего нового. С самого детства я помнила гавани, на которое постоянно ездила с отцом, на пирсах, которых можно было посмотреть на отплывающие корабли, парусники, а после вкусно пообедать чем-нибудь, за что он потом получал выговор от мамы. В это воскресенье погода была такая приятная, что захотелось вернуться в это воспоминание, пройтись по знакомым местам. Никто не возражал, поэтому после завтрака мы с отцом и Ником направились туда. И, наверное, способность принимать правильные решения еще сохранилась у меня, поскольку свой выходной я провела замечательно, даже сумев отвлечься от всех неприятных мыслей. Возвращаясь домой, я лишь думала об ужине, приготовленным мамой, когда меня вернул в реальность вопрос: — Это еще чья? — непонимающе спросил отец. — В гараж не проехать. — Тес, а это не машина Брока? — сразу спросил Ник. Я перевела взгляд на автомобиль и просто замерла, поняв, что наивно решила, что у меня и впрямь будут эти тридцать шесть часов. Тем временем отец припарковался у дороги и начал выходить, Ник тоже, я с задержкой тоже начала отстегивать ремень безопасности и вышла вслед за родственниками. Картина дома показалось до абсурда смешной. Это действительно был он и сейчас просто сидел за столом на кухне, пил чай и о чем-то говорил с моей мамой, периодически откусывая от печенья. — Я же говорила, что к ужину точно вернутся, — радостно произнесла мама, я перевела на нее взгляд, пытаясь заложить все разочарование туда из-за того, что она меня не предупредила о таком сюрпризе. — Привет, — поздоровался Ник и прошел к столу. Брок поднял руку. — Ооо, ты все-таки испекла его, мам, — потянулся к тарелке с печеньем, но мама успела накрыть ее полотенцем. — После ужина. — Но… — указал на Брока, который в эту самую секунду откусывал заново. — Он в гостях. Ник лишь разочарованно хмыкнул и пошел к себе в комнату. Мама взглянула на остолбеневшую меня, на Брока, который начал подниматься с места и поняла, что от меня вежливости и гостеприимства сегодня не дождаться. — Мой муж Уильям, — представила она. Я подумала, что это надо было бы сделать мне, но внутри себя я просто кричала, срывая глотку. Все происходящее дома стало одним большим немым кино, я видела, как отец и Брок пожимали друг другу руки, начали о чем-то говорить после чего, Рамлоу лишь кивнул и направился в коридор, прихватив ключи от машины. Я догадалась, что он, наверное, пошел отгонять автомобиль и тоже направилась к выходу из дома, к счастью, успев сесть в салон до того как он начал движение. — Что ты тут делаешь? — непонимающе спросила я. — Да вот думал чем выходной занять и решил съездить в Балтимор по ебучим пробкам. Сама как думаешь? — Открыл окно. — Нормально? — Да! Брок закрыл окно и достал ключ зажигания, я продолжала смотреть на него. — Я собиралась позвонить завтра. — Собирайся дальше, а я уже обещал Терезе остаться на ужин. — Терезе? — Твоей матери. — Я помню, как ее зовут, Брок! Он лишь усмехнулся и внимательнее посмотрел на меня, словно что-то высматривал. Несколько секунд мы оба молчали, но потом Брок заговорил: — Знаешь, мне почему-то всегда нравилось, когда ты нервничаешь. С того дня как впервые увидел тебя в лаборатории. Ты кусала постоянно нижнюю губу, поправляла волосы, часы и такая черт тебя подери все-таки красивая и личиком, и движениями. Я посматривал на тебя все время тогда и понимал, что ты должна оказаться в моей постели. Только в моей. Но, цитируя тебя же, все пошло через жопу, потому что мне стало мало лишь этого. — Наклонился ближе, забрал волосы мне с одной стороны за ухо — С нашей гребанной работы проще уйдешь, чем от меня. А теперь будь добра, выйди из машины, чтобы я ее заблокировал. Я лишь сглотнула, уловив непривычный запах маминого печенья от дыхания Брока, и повернула голову на дверь машины, которую он открыл и толкнул. Мне осталось только выйти и плыть по течению этого вечера, задумываясь, куда оно приведет. Дойдя до времени ужина, я стала задумываться, почему так боялась этого, поскольку все шло неплохо. И хоть Рамлоу был известен тем, что порой крутил всю субординацию организации на всем известном месте, за какие рамки нельзя заходить, он знал и был в состоянии дать оценку ситуации. Но сегодня именно мама заставила вспомнить, почему не следовало сажать их за один стол, вспомнив случаи из детства. Я была готова зарезать себя вилкой или кухонным ножом, уже готовила месть хихикающему Нику, вставляющему слово, предчувствуя момент, когда он будет знакомить нас с кем-то, и в образовавшуюся паузу все-таки и сама смогла вставить слово: — Ему неинтересно это, мам. — Кто сказал? — усмехнулся Брок. — Продолжайте. — Издеваешься? — тише проговорила я, повернувшись к нему. — Даже не начал, — в том же тоне ответил он, посмотрел на мою маму. — А фотографий каких-нибудь у вас не найдется? Со спектакля, о котором вы говорили. Я поняла ответ на свой вопрос. — Это за то, что я ушла утром? — Да. — Ты зло, Рамлоу. Чистое зло. — Ты говорила. — Нет. Это новый уровень. Он лишь хмыкнул и поднялся из-за стола за моей мамой. Я посмотрела на папу, который усмехался происходящему, и поняла, что помощи в этом доме ждать не от кого. — И зачем все это? — после ужина спросила я, выйдя на улицу вместе с Броком.—Поиздеваться? Посмеяться? Я поступила импульсивно, извини. — Вариант, что мне правда интересно, мы даже не рассматриваем? — спросил он и присел на перила крыльца. — Мы не говорим о прошлом. Никогда. Я не знаю ничего о твоей семье, детстве, причинах этой работы, когда мы вместе уже почти год, если считать все время. — Ты и не спрашивала никогда до того вопроса с армией. Я бы кстати ответил, если бы ты не сбежала на следующий день, — с укором произнес Брок. Я задумалась над его словами, поняв, что все действительно так. Глубоко внутри я боялась даже узнать что-то, хотя и незнание мне не помогло. — Я всегда знаю, чего я хочу, Тес. Кого. Но между нами ты всегда держала барьер, теперь я знаю причину, но тогда я подозревал, что ты в панике сбежишь, прояви я чуть больше интереса. Что в принципе и произошло. — Встал в полный рост, подошел ближе. — Я давно полюбил тебя. Не знаю как и когда, но… твое сообщение тогда из лаборатории, ты в крови у той стены… Я бы убил Тео без колебаний, если бы из-за его приказов потерял тебя. Просто успокойся, выдохни и дай уже мне заботиться о тебе без сопротивления, потому что у меня это объективно получается лучше. И я в любом случае продолжу делать это. И раз уж об этом зашла речь, убегать тебе тоже надо подучиться. У меня целых три минуты ушло на то, чтобы найти тебя, а две из них я просто заказывал кофе. — Намекаешь, что без тебя я беспомощна? — Не во всем, но остальное я исправлю. У меня физически не получится быть все время рядом. А с тобой еще все не так запущенно. Пара месяцев на полигоне, упражняясь в стрельбе, привести мышцы в тонус в зале, ликбез по скрыванию из города и искать тебя уже будет интересней. А позже, если все совсем поперек горла встанет или пойдет по одному месту, можно уехать куда-нибудь в Марокко или Пуэрто-Рико. Или еще куда-нибудь, где не экстрадируют преступников в Штаты. Я позабочусь о тебе, какая бы херня не происходила, просто перестань уже выносить мне мозг своим поведением. Те две недели, что ты жила у меня, было все идеально. Я просто кивнула, почувствовала приятный трепет внутри, когда Брок взял мое лицо в ладони, и отдалась поцелую. И, возможно, даже скорее всего, в будущем еще много разных проблем, катастроф и непредвиденных ситуаций, а наша работа остается нашей работой, но сейчас я об этом не думала. Иногда можно насладиться просто происходящим сейчас, чем-то настоящим, что особенно важно в нашем положении. И хоть и придется вспомнить про будущее позже, в котором понятия никто не имел, чего ждать, мысль оказаться рано или поздно на самолете куда-то в Марокко или Пуэрто-Рико грела во время очередного приступа тревожности. В конце концов, Брок из тех людей, у кого много недостатков, но, если уж он что-то пообещал, то этого и стоило ожидать. И, наверное, это все-таки немного важнее.