Глава 5: Астрагор
4 декабря 2018 г., 23:25
Хотела Василиса того или нет, но ей пришлось подойти к отцу и вытерпеть его долгий, испытывающий взгляд. Нортон Огнев стараниями жены выглядел хоть и безупречно, но как обычно устало. Внимательно изучив дочь, он первым нарушил неловкое молчание.
— Поздравляю с первой игрой, — сухо сказал и протянул ладонь для рукопожатия. Василиса робко сжала её своей ладошкой. — И с поступлением в Хогвартс. Надеюсь, тебе здесь нравится?
Девочка чуть не поперхнулась от удивления. Отец нередко вёл с ней разговоры в преувеличенно вежливой форме, но чего он точно не делал, так это не интересовался её впечатлениями. На всякий случай Василиса огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что где-нибудь рядом не маячит Дейла, и всё встало на свои места: Дейлы рядом не было, но зато истуканами застыли обе команды, декан Рейвенкло и ещё пара человек, успевших подбежать к своим друзьям, среди которых оказались и Ник с Дианой.
— Всё замечательно, — ответила она, вновь возвращаясь глазами к отцу.
— Рад это слышать. Как поживает моя дорогая матушка?
— Прекрасно.
Нортон-старший слегка сощурился. Односложные ответы Василисы его в некоторой степени беспокоили, но от дальнейших прилюдных расспросов отца и дочь уберегла вмешавшаяся в разговор Нира:
— Нортон, дорогой, оставь наши тихие семейные разговоры для наших тихих семейных встреч, — прощебетала она, отпуская сына и беря мужа за локоть. — Василиса, поздравляю тебя с первой победой! Кажется, талант отца передался и тебе.
Женщина широко и по-доброму улыбалась, глядя на старшую из детей Огневых. Василиса благодарно ей кивнула и в который раз порадовалась тому, какая всё-таки хорошая мачеха ей досталась.
— Спасибо, — откликнулась она на похвалу.
— Ах, не стоит, — Нира махнула своей изящной и тонкой рукой. — Все Огневы талантливы в спорте, это у вас в крови. Ты видела, как отважно Норт оборонял ворота? Я всегда твердила твоему отцу: он очень талантливый мальчик.
Норт от гордости за самого себя весь расправился и вытянулся в струнку, желая порадовать мать ещё больше. У чувствительной в делах семейных Ниры на глаза навернулись слёзы умиления. Она притянула к себе сына и ещё раз крепко обняла. Со стороны стоявших неподалёку игроков послышались тихие смешки, и Василисе стало ясно, что брату ещё долго будут припоминать этот эпизод из его жизни. Она внезапно поняла, что вся сцена происходит посреди поля, полного людей, и почувствовала себя очень неуютно. С преподавательской трибуны к ним уже спешили официальные лица Хогвартса, возглавляемые Еленой. Василиса хотела было под шумок улизнуть и затеряться среди гриффиндорцев, но строгий взгляд отца намертво приковал её в земле.
— Великий Мерлин, сам Нортон Огнев посетил нашу скромную обитель!
Профессор Мортинова излучала такое восхищение и такой восторг, что смущала этим всех окружающих. Завидев ещё издали декана Слизерина, Нира, отпустив любимого Норта, встала поближе к мужу и по-собственнически приобняла его за плечи.
— Здравствуй, Елена, — Нортон-старший бегло поцеловал протянутую руку.
— Здравствуй-здравствуй, — очаровательно улыбаясь, вторила ему Елена. — Дорогая Нира, рада видеть тебя в добром здравии! Выглядишь безупречно!
Нира воздержалась от ответных комплиментов, чем заметно раздосадовала тут же поумерившую пыл Елену. К Нортону-старшему тем временем подошёл Фатум и завёл какой-то деловой разговор; Василиса решила воспользоваться подаренной директором возможностью и, найдя в образовавшейся вокруг них толпе Лёшку, ласточкой нырнула в море людей. Не говоря ни слова, она схватила друга за руку и со всех ног помчалась к раздевалкам.
— Что в школе забыл твой папаша? — тяжело дыша, спросил Рознев, когда дверь раздевалки за ними захлопнулась. — Ни за что не поверю, что приехал тебя поддержать!
— Понятия не имею, — честно призналась Василиса. Однако твёрдо вознамерилась узнать.
Отпраздновать свою победу гриффиндорцы решили в общей гостиной; ради такого мероприятия большинство ребят расчехлили свои запасы сладостей и с радостью угощали друг друга. Лёшка сиял, как новенькая медаль, и не переставал нахваливать свою героическую команду. Больше всех, конечно, «доставалось» Василисе, что очень смущало саму девочку. Разыскивая место, где бы укрыться от внезапно свалившейся на её голову всеобщей любви, она случайно увидела Захарру, пробирающуюся к спальням. Недолго думая, Василиса отправилась вслед за ней.
Эта комната ничем не отличалась от спальни, в которой жили Василиса с Грозой. Захарра сидела на краешке своей кровати и трепетно протирала тряпочкой полировку метлы. Василиса негромко кашлянула, привлекая внимание.
— Огнева? — подняв голову, удивилась девушка. — Что ты тут делаешь?
— Решила составить тебе компанию. Если позволишь, — добавила она, осознав, что вломилась в чужую обитель без приглашения.
Захарра пожала плечами и жестом пригласила её войти. Василиса присела на рядом стоящую кровать и ещё раз огляделась, не зная, с чего начать разговор. Сбегая сюда из гостиной, она над этим как-то не задумалась.
— У тебя хорошая метла, — сказала она наконец, чтобы не молчать. Справедливости ради нужно добавить, что ей правда нравилась метла Захарры — и внешне, и по своим качествам.
Девушка гордо усмехнулась и погладила древко.
— Дядя подарил на день рождения. Сказал, что с ней-то я буду обязана обыграть Фэша. Надо же, угадал, — она неопределённо покачала головой. Василиса не совсем поняла, рада Захарра этому или нет, но уточнять из тактичности не стала.
Девочки ещё немного помолчали. Минутное примирение на поле было вызвано приступом счастья, но теперь они не знали, как себя друг с другом вести. Василисе вспомнился тот злополучный день, когда она накричала на Захарру, и снова почувствовала себя виноватой.
— Захарра, — позвала она, надеясь, что сможет правильно оформить мысли в словах, — я бы хотела ещё раз извиниться за тот… инцидент. Я не должна была ничего такого говорить, прости, пожалуйста.
Захарра лишь на секунду скривилась и отмахнулась от извинений, как от чего-то неважного и ненужного.
— Да брось, что было, то прошло, — она широко улыбнулась, и Василиса смогла спокойно выдохнуть. — Ты отчасти была права: мне не стоило срываться на тебе из-за Фэша, так что ты тоже меня прости.
Теперь уже они обе широко улыбались друг другу, понимая — или хотя бы надеясь — что прошлые недомолвки могут уйти сторону, освободив место для более приятных во всех смыслах отношений. Василиса вдруг поняла, что Захарры не было на общем пиршестве: когда она её увидела, та впервые зашла в гостиную и поспешила из неё скрыться. Девочка поднялась и протянула Захарре руку, собираясь исправить это недоразумение.
— Идём, — уверенно заявила она в ответ на недоверчивый взгляд Захарры. — Мне кажется, один из игроков команды ещё не получил своей порции аплодисментов.
И, не давая шанса отказаться, потащила её в гостиную. Их появление привлекло всеобщее внимание, и Василиса, остановившись на ступеньках и подняв вверх руку Захарры, торжественно произнесла:
— А теперь похлопаем той, что открыла сегодняшний счёт и вдохновила нас на победу — Захарре Драгоций!
Она ещё не закончила, а Лёшка, догадавшийся о намерениях подруги, уже начал свистеть. Его примеру последовал и Витька, добавивший похвалу от себя лично, причём формулировкой засмущал даже саму неприступную Захарру. Примеру капитана последовали и все остальные, и вскоре факультет чествовал своего единственного результативного охотника в сегодняшней игре.
Так Захарра Драгоций впервые за пять лет в Хогвартсе почувствовала себя нужной в гостиной своего факультета; почувствовала частью Гриффиндора.
В тот же вечер состоялся ужин в честь первого матча. В Большом зале под потолком полотна являли студентам герб Гриффиндора, а сами гриффиндорцы чувствовали себя хозяевами торжества. Отца Василисы вместе с женой пригласили за преподавательский стол, за которым накрыли два места подле госпожи Мортиновой. Ни секунды не раздумывая, Нира с самой милой на свете улыбкой заняла стул рядом с деканом, оставив мужу соседнее место. Наблюдавшая за событиями Захарра, сегодня севшая рядом с Василисой, довольно хихикнула.
— А твоя мачеха не промах, — сказала ей девушка и подмигнула. — Уверена, Мортинова готова заживо её сожрать.
Василиса улыбнулась краешком губ, про себя отметив осведомлённость девушки насчёт семейных нюансов Огневых. Не то чтобы Огневы публично отрицали, что Нира ей не родная мать, но определённо не делали на этом акцента: время бушевавшего вокруг её рождения скандала давно прошло, и многие даже предпочли о нём забыть. Подавляющая часть однокурсников, например, свято верила, что Василиса самая обычная Огнева, а о скандале и слыхом не слыхивала. Их только немного смущал факт пятилетнего домашнего обучения Василисы, но только немного. Не настолько, чтобы пуститься в расследование длинной в шестнадцать лет.
— Она мне как мама, — на всякий случай заметила Василиса, — и да, она классная.
Захарра смерила Василису заинтересованным взглядом, но решила промолчать, памятуя о тактичности той по поводу собственного дяди. Ужин пошёл своим чередом, разговоры за столом Гриффиндора раз за разом возвращались к теме триумфального матча, а еда понемногу стала заканчиваться. Когда вечер стал приближаться к своему логическому завершению, к кафедре в виде совы вышел директор и призвал к тишине.
— Студенты! Сегодня нашу школу посетил представитель из Министерства Магии с важным сообщением, — Фатум выглядел весьма довольным жизнью, что не укрылось от самых внимательных, привыкших к отчуждённости директора за последние пару месяцев. — Я приглашаю на своё место уважаемого Нортона Огнева, чтобы он торжественно её огласил!
Нортон-старший степенно поднялся со своего места и, не забыв краешком губ улыбнуться жене, проследовал к Даросу, сменив его за кафедрой.
— Рад быть в стенах родной школы, — ровным, спокойным голосом начал он, — и ещё больше рад был застать первый в этом году матч по Квиддичу, в котором участвовали и мои дети.
Василиса невольно повернула голову в сторону слизеринского стола. И не зря: Норт, важно оправив мантию, всем видом показывал, что говорят именно о нём. Сидящая подле него Дейла имела вид довольно понурый, но, заметив взгляд Василисы, тут же изобразила кислую улыбку. Соседи самой Василисы также украдкой поглядывали на неё, что девочке совсем не нравилось.
— Министерство поручило мне сообщить вам радостную новость, — продолжил между тем Нортон. — Мы наконец готовы огласить официальных претендентов на пост вашего следующего директора. Не буду мучить ожиданием, оглашу их сразу — это декан Гриффиндора, профессор Астариус, и многоуважаемый первый заместитель министра, Астрагор Драгоций.
Ученики в недоумении переглядывались между собой. С одной стороны, их порадовало присутствие в списке Астариуса, но вот чего им ждать от легендарного своими проверками Астрагора, никто не знал. Кажется, доволен был лишь стол Слизерина, ну или та его часть, что поддерживала компанию Норта. До Василисы не сразу дошло, какую фамилию имел этот Астрагор, и она уже было обернулась с вопросом к Захарре, но получила от неё лишь суровый взгляд.
— Пожалуй, на этом моя миссия завершена, — с долей превосходства осмотрев смешавшихся студентов, изрёк он. — Желаю вам успехов в учёбе.
На этом ужин был объявлен закрытым, и студенты отправились в направлении своих комнат. Захарра, не желая отвечать на вопросы любопытствующих, покинула зал первой, и Василиса с Лёшкой и Грозой возвращались в спальни без неё.
***
Супругам Огневым была выделена просторная комната на гостевом этаже, где они могли бы переночевать и вернуться домой следующим утром. Нире очень хотелось воспользоваться случаем и провести побольше времени с детьми, но Нортон был непоколебим. Поэтому ей ничего не оставалось, как после получасового разговора со слезами на глазах попрощаться с Нортом и Дейлой и покорно дожидаться мужа подле ворот в компании Миракла, с радостью согласившегося скрасить её одиночество. Нортон-старший, передав Фатуму на руки бумаги из Министерства, спешно собирал собственный небольшой чемодан, не желая задерживаться. Однако его планы были нарушены: едва слышно постучавшись, в комнату проскользнула Елена Мортинова. Мужчина хмуро посмотрел в сторону гостьи, но от своего занятия не отвлекся. Елена, чуть заметно поджав губы, прошла к небольшому диванчику и красиво на нём расположилась. — Уже уезжаешь? — Да. Елена в молчании наблюдала за сборами Огнева, то и дело порываясь начать разговор, но не решаясь. Видя, что тот почти закончил, и тянуть более некуда, она всё же решилась: — Кажется, Хогвартс давненько не принимал в своих стенах столько Огневых одновременно, — сказала она, растягивая слова. — Только представь: ты, твоя жена, мать, дети… Василиса. Нортон-старший громко захлопнул крышку. Он обернулся к женщине и, не сводя глаз, стал смотреть на неё. — Не стоит сверлить меня взглядом, Нортон, — с усмешкой сказала Мортинова. — Как бы там ни было, вы все носите одну и ту же фамилию. — Что тебе нужно? — Я хочу знать, зачем ты привёл в школу Василису, — на одном дыхании выдала Елена. — Поверь, мне по горло хватало и её надоедливой матери! — Это было не моё решение. — Но ты обещал! — с долей претензии воскликнула женщина, встала с дивана и приблизилась к Нортону. — Обещал, что девчонка не появится в Хогвартсе! Нортон-старший, постояв немного неподвижно, отошёл к окну; внизу у ворот всё еще стояли Нира с Мираклом. — Кажется, ситуация изменилась, — констатировал он. — Я не мог предвидеть, что старушке на склоне лет захочется вернуться в школу. — Василиса могла остаться дома, — Елена сложила руки на груди. — У меня? — с издёвкой поинтересовался он. — Извини, но даже мне не хватило бы твёрдости оставить ребёнка одного в пустом поместье. Это чересчур, дорогая Елена. — Дорогая, — женщина насмешливо вскинула бровь. — Настолько дорогая, что ты не можешь сдержать обещания? — Оставь свои претензии при себе, будь столь любезна, — голос собеседника приобрёл ледяные нотки. — Она в Хогвартсе всего на год, уж год ты можешь вытерпеть её присутствие. Ради старого друга. Оскорблённая, Елена неестественно выпрямилась и сжала руки в кулаки. Весь её вид кричал о том, как же сильно она недовольна. — Мне пора, — Нортон, подхватив чемодан, быстро направился к двери. — Советую не лезть на рожон и лишний раз не трогать девочку. Пусть позабавится. — Лучше бы тебе сказать об этом Лиссе, — зло процедила Мортинова. — Она только и делает, что вертится вокруг неё. — До встречи, Елена, — полностью игнорируя последнюю реплику, бросил через плечо мужчина и исчез в темноте коридоров. Из окна спальни Елена ещё долго смотрела на противоположный край озера, где исчезла повозка с Огневым. Потом внезапно с рыком львицы, вышедшей на охоту, опрокинула стоящее неподалёку зеркало. Оглядев рассыпанные по полу мелкие осколки, она, раздавив ближайший острым каблуком, покинула комнату с дрожью в потных ладонях.***
— Обычно, когда речь заходит о любовных зельях, большая часть молодых людей предпочитает игнорировать эту ценную информацию, — вещала Елена, томно оперевшись о свой стол. — И очень зря: даже если вы никогда не захотите его приготовить, весьма полезно знать, как избежать его действия. Вторая пара зельеварения только началась, и профессор Мортинова не спешила переходить к детальному разбору какого-нибудь снадобья по теме. Сегодня она выглядела особенно броско: всю верхнюю часть её тела плотно облегала гладкая, переливающаяся синевой черная ткань, скрывающаяся за широким ремнём свободных брюк. Любовь преподавателя к нарядам была своеобразной легендой школы, но ещё никому не приходило в голову над этой легендой насмехаться — слишком уж хорошо выглядела Елена во всех своих образах. Уловив тему ближайших занятий, Норт, обречённый до конца года сидеть подле Грозы, тоскливо оглядывался на дверь. Он уже и не был рад тому, что посещает этот предмет. С одной стороны, конечно, отец доволен, мама гордится, и он на равных с Марком, но слушать скучную болтовню о любовных зельях… Увольте. — Как вы знаете, существует огромное количество приворотов, большая часть которых — сущая ерунда, — продолжала Елена, таинственно сверкая ледяными глазами. — Настоящие любовные зелья всегда сложны в приготовлении и опасны в использовании, о чем истинный волшебник обязан знать. Последствия даже от мельчайшей ошибки могут стать необратимыми для объекта применения зелья. Женщина вытянула руку с палочкой, и от её взмаха открылся средних размеров сундук, стоящий посередине класса на трёхногой подставке с начала первого занятия. Елена велела встать студентам со своих мест и подойти поближе. — Перед вами одно из самых известных любовных зелий — Амортенция, — пояснила Елена, наслаждаясь реакцией учеников, открывших от изумления рты. — Сильнейшая и коварнейшая формула одновременно, вот в чём парадокс. Марина Резникова, занявшая место рядом с деканом и подальше от порядком надоевшего ей Рознева, любопытно наклонилась поближе. — Как оно… приятно пахнет! — с лёгким удивлением заметила девушка. — Чем именно? — поинтересовалась профессор. Маришка принюхалась. — Кофе, вино и… — её щёки залил едва заметный румянец, отчего Резникова смутилась ещё сильнее. — Необязательно раскрывать нам всех секретов, — Елена благосклонно похлопала девушку по плечу. — Это одно из чудесных свойств Амортенции: для каждого оно пахнет по-своему и тем, что человеку больше нравится. Лёшка, не ожидавший от очередного урока ничего интересного, на этом моменте оживился и повторил действия соседки по парте. На лице мальчишки отразился неподдельный восторг: — Пахнет деревом и ветром! — Скорее заварными пирожными, — скептически возразила Захарра, не удержавшаяся от «дегустации». — Сталью, — задумчиво пробормотал Марк, но, заметив внимательные взгляд в том числе и от Елены, нахмурился и сложил руки на груди. Для Василисы, решившейся понюхать зелье в числе последних, аромат напоминал смесь из еловой смолы, точь-в-точь как в лесу около дома Огневых, и чего-то ещё, но девушка никак не могла понять, чего именно. — Видите — это зелье действительно уникально в своём роде, — довольно продолжила Мортинова, беря в руки один из флакончиков, поблёскивающий перламутром. — Но даже такое сильное снадобье не в силах создать настоящую любовь. Оно в некоторой степени разрушительно. — Вы когда-нибудь видели его в действии? Вопрос сошёл с губ Василисы сам собой. Она даже не задумывалась о том, что чуть ли не впервые подала голос на уроке Елены, пока не оказалась под прицелом глаз всех присутствующих. Сама Елена неожиданно расхохоталась, смутив ещё больше и без того раскрасневшуюся Василису. — Как всё-таки иронична жизнь, — отсмеявшись и утерев метафорические слёзы длинными пальцами, ответила Елена. — Мне довелось увидеть его применение лишь единожды, и результат я не могу назвать положительным. — Что же произошло? — Василиса решила довести начатый разговор до конца. Женщина резко растеряла так внезапно нахлынувшее на неё веселье и строго оглядела своих учеников. — Единственное, что вам нужно знать из этой истории — никакая магия никогда не заставит кого-то действительно полюбить вас. Амортенция создаёт иллюзию, красивую картинку, но отнюдь не реальные чувства, — жестко проговорила она. Василиса задумчиво осмотрела еще два бутылька, оставшихся на дне сундука. — Но ведь должно быть какое-то противоядие? — Исправление своих ошибок стоит многим больше самих ошибок, Василиса Огнева, — сказала Елена, смотря Василисе прямо в глаза. У девушки даже мороз по коже пробежал. — Особенно, когда дело касается Амортенции. Профессор убрала свою склянку, захлопнула крышку и, произнеся запирающее заклинание, объявила об окончании урока. Не дожидаясь, пока ученики разойдутся, она сразу же удалилась в свою каморку в дальнем углу кабинета, громко захлопнув за собой дверь. — Странный вышел урок, — задумчиво подытожила Захарра, остановившись взглядом на запертой двери. — Кто-нибудь понял, к чему эта нравоучительная тирада? — К тому, чтобы всякие глупые школьницы не пытались решить проблемы на любовном фронте магическим путём, — усмехнулся Марк. Он перевёл глаза с Захарры на Василису, к которой питал особые чувства с того самого матча. — И не привораживали тех, кого не достойны. Василиса гордо вскинула подбородок. — В таком случае за себя ты можешь не волноваться — вряд ли в мире существует женщина, достойная идиота вроде тебя, — нагло бросила слизеринцу Захарра и устремилась за братом, уже успевшему покинуть класс. Марку очень хотелось отыграться, но отпускать колкости пустому месту было бы бесполезно, и ему осталось только зло сжать зубы и выйти из класса вслед за ними. А Василису никак не покидало любопытство по поводу такой странной истории из жизни Елены. Может, она сама пыталась кого-то этим зельем напоить? В таком случае её реакция была бы понятной — собственные ошибки учат лучше любого предостережения из учебников. Тряхнув головой, девочка всё же присоединилась к ждущим её друзьям, на ходу вслушиваясь в очередной план Лёшки для следующей игры Гриффиндора.***
По правде говоря, зима пришла слишком быстро. Василиса не успела оглянуться, как пролетели все три месяца осени и первого декабря как по заказу выпал пушистый снег. Это событие вызвало бы в душе девочки бурю радости, если бы не один маленький нюанс, случившийся с ней после злополучного собрания в Министерстве. Нерейва вернулась с него в весьма расстроенных чувствах, что удивляло и саму Огневу. Кроме очевидного — например, кандидатура Астрагора на роль её непосредственного, хоть и временного начальника — женщину до невозможности раздражало выдвинутое министром условие провести традиционный огневский ужин прямо в Хогвартсе для всех желающих его посетить. Что, мягко говоря, совершенно не входило в планы Нерейвы. Василису в срочном порядке препроводили в кабинет бабушки двое домовых. Зевающую девочку еле вытащили из постели, так что её настрой был далёк от положительного. Женщина кратко изложила требование Министерства и заявила, что Василиса должна будет в этом году выполнять обязанности хозяйки вместе с ней, иначе организовать мероприятие на такое число гостей не представлялось возможным. Василиса быстро сообразила, что отнекиваться бесполезно, и с поникшей головой получила на руки толстый список пергаментов с её обязанностями. Так что чем ближе был Новый год, тем больше дел ей приходилось совмещать с учебой. Поначалу она честно старалась держать всё это в тайне, но уже спустя неделю работы с бабушкой еле могла заставить себя вставать с кровати по утрам. Гроза и Захарра, решившая переехать в их комнату на место старой соседки, не могли просто так это игнорировать и, усадив Василису на стул, потребовали объяснений. Долго девушка не протянула и вскоре к домовым согласовывать меню бегала уже Гроза, заказывала из Косого переулка ленты Диана, под диктовку писала приглашения именитым музыкантам Захарра, и настроение Василисы значительно улучшилось. Но даже несмотря на помощь подруг, девушку бросало в дрожь при мысли, что на самом вечере ей придётся вежливо улыбаться всем, кому захочется его посетить, тому же Фэшу или Марку. Если бы все проходило в усадьбе, можно было бы надеяться, что приедет только кто-то один из них… Занятия по нумерологии, пожалуй, были почти единственной вещью, что отвлекало ее от проблем со злосчастным ужином. На сегодняшнем уроке, куда Василиса пришла против обыкновения даже заблаговременно, профессор Астариус обещал наконец провести те обещанные эксперименты над магическими числами. — Если честно, я почти уверена, что ты ошиблась в подсчетах, — авторитетно разглядывая нумерологическую карту Василисы, заметила Гроза. — Как-то многовато у тебя шестёрок. Василиса поджала губы. Ей и самой эти злосчастные шестёрки не нравились совсем, особенно та, которая стояла на позиции числа жизненного пути. Это означало, что ей предначертан путь служения, в чем девочка наотрез отказывалась признаваться. Оставалось надеяться на то, что Астариус все же найдет ошибку в десятикратно перепроверенных расчётах. — Добрый день, дорогие студенты, — профессор появился как всегда неожиданно и тихо. — Надеюсь, к этому занятию вы все полностью закончили свои карты, и мы наконец сможем их обсудить. Есть желающие предложить свою для демонстрации заклинаний? Немного поколебавшись, Василиса всё-таки подняла свою руку вверх. Если не воспользоваться шансом сейчас, в ходе занятия может просто не хватить времени. Наплевав на ехидный смешок, послышавшийся со стороны парты Драгоциев, она осторожно вынесла на преподавательский стол свое творение. Астариус некоторое время разглядывал чертежи, провел сухим пальцем по обрисованным числам и удовлетворённо хмыкнул. — Что ж, составлено весьма, весьма неплохо. Я бы даже сказал — талантливо, — мужчина одобрительно посмотрел на Василису, отчего она немедленно зарделась. — Если вы позволите, я покажу на вашем примере что-нибудь из вашего ближайшего будущего. Произошла заминка. Конечно, слышать похвалу от декана своего факультета было очень приятно, но кто знает, что ждет нас в будущем… Василиса неловко сплела пальцы, размышляя, стоит ли соглашаться. — Профессор, можно вопрос? — это была Гроза. — Я видела её карту и мне показалось… — Что в ней многовато шестёрок. Верно, это очень интересный расклад судьбы, и он совершенно не зря вас заинтересовал. Что же вас беспокоит? — Шестёрки свойственны слугам, — ехидно заявил Фэш, за что тут же получил убийственный взгляд от сестры. Впрочем, парня это не остановило. — Кажется, мы многого не знаем о старшенькой Огневой. От позорного скандала, который Василиса не преминула бы закатить этому надоедливому засранцу, класс уберёг вкрадчивый голос профессора. — Верно, Фэш, свойственны, — кивнул мужчина. — Но только не в этом случае. Если мне не изменяет память, то соседствующая рядом с шестёркой девятка несколько… изменяет смысл числа. Не напомните, в какую сторону? Фэш мотнул головой. Впрочем, по его недовольному лицу можно было с уверенностью сказать — помнил детально. — Такая комбинация говорит о том, что маг способен восстанавливать разрушенное, собирать кусочки в единое целое. Во многих смыслах, — Астариус улыбнулся облегчённо выдохнувшей Василисе. — Ну так что, мы можем позаимствовать немного вашего будущего, мисс Огнева? Девочка кивнула. Астариус попросил её встать напротив и, прикрыв глаза, совершил ряд несложных пассов рукой, пробормотав заклинание. Карта замерцала: с разных её углов, где расчерченное звёздное небо сливалось в созвездия, в центр потекли будто бы чернильные капли. Собравшись в один большой пузырь, субстанция лопнула, выпустив наружу сизый дымок. Поначалу ничего не было видно. Спустя какое-то время губы профессора тронула едва заметная улыбка, и в тумане медленно проявились два силуэта. Не веря своим глазам, Василиса тем не менее могла поклясться, что это была она с Фэшем, танцующая вальс. Заметив настроение ученицы, Астариус поспешил развеять картинку. Василисе было страшно оборачиваться. — Там хоть что-нибудь произошло? — осторожно поинтересовалась любопытная Захарра. — Кажется, я что-то напутал с заклинанием, — Астариус аккуратно свернул карту в тугой рулон. — Но мы можем попробовать в следующий раз. Возможно, Василисе и показалось, но профессор будто бы подмигнул ей. Она схватила пергамент и поспешила вернуться на место. Гроза попыталась было что-то спросить по поводу произошедшего, но урок внезапно прервали самым странным образом: дверь со скрипом распахнулась и на пороге, блистая инкрустированными в массивное колье камнями, появилась Елена Мортинова. Она деловито оправила шлейку блузы на плече и, кашлянув, обратилась к классу: — Прошу меня простить, но я вынуждена прервать занятие для небольшой процедуры. Профессор Астариус, попрошу вас на пару слов. — В этом нет нужды, профессор, — Астариус покачал головой. — Директор предупредил меня о вашем визите. — Что ж, тогда я имею честь представить шестому курсу Астрагора Драгоция. Дверь открылась ещё шире, Елена сделала пару шагов вперёд, и за ней в комнату вошёл строгого вида мужчина, облаченный в черную мантию. У него был колючий, цепкий взгляд, которым он одарил каждого присутствующего ученика. Василисе показалось, будто её обдало морозом. — Приветствую вас, студенты. Доброго дня, дорогие племянники. Фэш и Захарра подскочили со своих мест и коротко кивнули, застыв с ровными спинами. На них странно косились, но самих Драгоциев это ничуть не смутило. — Не стоит, — «польщённо» пробормотал этот человек. — Но я рад, что вы чтите семейные традиции и в стенах школы. — Ваши воспитанники показывают достойно не только свои манеры, уважаемый заместитель министра, — голос Астариуса, в отличие от напряжённой обстановки, остался мягким и расслабленным. — Они весьма способные юные маги. Драгоций-старший надменно вскинул голову, а Василиса внезапно поняла, в кого же пошёл Фэш. Это движение… его настырный мальчишка проделывал точно так же. — Отрадно слышать. Есть ли ещё среди ваших учеников достойные? — Каждый из них. — Какое смелое заявление. Воздух застыл. Между мужчинами располагался целый класс, они стояли в разных его концах, но было стойкое ощущение, будто они стоят вплотную друг перед другом, причём с палочками наготове. Елена, до сих пор с неподдельным интересом следившая за развитием событий, почувствовала нарастающее обоюдное недовольство и поспешила замять ситуацию. — Господин Драгоций, позвольте показать вам следующие занятия, — заворковала она, цепляясь своей изящной рукой за локоть гостя. — В Хогвартсе ещё много всего интересного. — Хорошо. Был рад встрече, дорогие студенты. И хотя проводником явно выступала Елена, на самом деле из класса выводили её, а не Астрагора.***
Ужин, как и предшествующий ему день, тоже не обошёлся без инцидентов. Едва Гроза с Василисой и Захаррой присели на свои места подле Лёшки, к ним с тяжёлым дыханием подлетела Диана. Вид у неё был непривычно далёк от идеальной собранности. — Я знаю, с кем тогда говорила Елена, — не пускаясь в долгое предисловие, сразу перешла к делу она, — это был Астрагор. Захарра фыркнула. — Не неси чушь, Астрагор не мог незаметно посетить Хогвартс. — Он первый заместитель, — Диана вскинула бровь, — у него явно есть целый список привилегий! — Вот именно, он первый заместитель! Он не может просто так покинуть Министерство, когда и куда ему заблагорассудится! — По-моему, ты темнишь, — не согласился Лёшка. — Это же самая верхушка магического общества. Сомневаюсь, что они, бедненькие, насильно прикованы к своим мягким креслам. — Вообще-то, так оно и есть, Лёш, — Василиса поспешила вступиться за вскипающую Захарру. — Мой дед буквально живёт в Министерстве и вообще из него без надобности не выходит. Диана махнула рукой. — Василиса, Родион Хардиус — министр, к тому же на склоне лет, а мы говорим о фигуре куда более меньшей важности. — И с бОльшими амбициями! — вставил Лёшка. — Это всё равно абсурдно! — Захарра гневно мотнула головой, увенчанной бессменными хвостиками. — Если бы дяде нужно было подвинуть Астариуса, он бы провернул всё тихо и в самом Министерстве через какие-нибудь бумажки. — Видимо, не получилось, вот и вышел в активное наступление, — внёс свою лепту доселе молчавший Ник. Диана благодарно ему кивнула, что вселило в мальчика львиную дозу уверенности. — Это у вас коньки за ролики вышли, — Захарра, видимо, решила, что спорить бесполезно. — Да и какая разница, кто это тогда был? Мы всё равно ничего не решаем. — Эта информация будет интересна в Министерстве! — Ты правда думаешь, что тебе поверят? Диана, это уже невыносимо! Ну кто из взрослых поверит сомнительному доносу ученицы, явно выступающей против одного конкретного кандидата в директора? Не позорься и лучше подумай об этом наедине с собой. Диана сжала свои маленькие кулачки. В одно мгновение показалось, что она готова закричать, но девушка с усилием вернула себе самообладание. — Ну и подумаю, — резко и холодно бросила она. — Приятного аппетита. Вслед за Дианой компанию покинул Ник. Ребята одарили Захарру укоризненными взглядами, на что она возмущенно фыркнула и демонстративно отсела подальше. Словом, ужин был безвозвратно испорчен. Уже под конец, когда студенты начали расходиться, Гроза вспомнила об эксперименте на нумерологии, чем огорчила понадеявшуюся на обратное Василису. — Да ничего там не было, — девушка постаралась непринуждённо отвернуться куда-нибудь в сторону, чтобы скрыть предательский румянец. — Астариус слишком быстро развеял видение, я не успела посмотреть. — А по твоему лицу и не скажешь, — хмыкнула Гроза. Василиса виновато вжала голову в плечи. — Ладно, не хочешь — не говори. В конце концов, это твое будущее. Василиса быстро и благодарно закивала и поспешила отвлечь подругу сторонними вопросами о завтрашнем домашнем задании.
