Адвокатская контора «Брэдли и Спенсер»

      Снежинки одна за одной опускались в подставленную ладонь и таяли, едва коснувшись тёплой кожи. Алистер осторожно слизнул с пальцев ледяную капельку и задрал голову, любуясь кружением сверкающих пушинок, казавшихся таким же чудом, как памятная сухая гроза несколько месяцев назад. Зрелище притягивало взгляд, завораживало, и если бы не ярко-алый фон чужого страха за спиной, можно было бы полностью раствориться в этом белоснежном сиянии.       — Я… буду жаловаться на вас! Что вы себе позволяете?!       Алистер тяжело вздохнул и покачал головой. Он прекрасно чувствовал потрескивание тёмной магии, готовой вырваться на волю, и хотя в глубине души вполне разделял этот порыв, никак не мог допустить непоправимого. Не потому, что теперь он был ангелом, совсем нет. Потому что Эбби, получив тёмную силу, в своём сердце всё ещё оставался светлым, а значит, ни за что не простил бы себе убийства. Даже такой ничтожной твари, как практически бывший супруг их новой клиентки.       — Я собирался задать вам тот же вопрос, мистер Эвери, — произнёс он ласковым, не предвещающим ничего хорошего тоном и, со вздохом сожаления отряхнув руки от влаги, повернулся к невысокому, начинающему лысеть мужчине, который выпученными от ужаса глазами уставился на Эбби. Тот, ничуть не напрягаясь, приподнял его за лацканы пиджака и методично встряхивал, будто таким образом надеялся вбить в него хоть толику совести и сострадания к ближнему. Алистер снова покачал головой, и на миг у него перехватило дыхание, когда он поймал потемневший взгляд бывшего ангела. С этим совершенно точно было необходимо что-то делать. Алистер подошёл ближе, встал рядом — плечом к плечу — и незаметно коснулся Эбби, оттягивая на себя бушевавшую у того внутри муть. В вены словно бы плеснуло раскалённым металлом, но он сумел удержать лицо, продолжая приветливо улыбаться уже совершенно серому от страха человеку.       — Вы ведь видели предписание, мистер Эвери, — продолжил он, укоризненно качая головой. — Ваша жена не хочет вас видеть, потому что опасается за свою жизнь. Вам не следует больше докучать ей и вашей дочери. Всё общение между вами будет осуществляться через «Брэдли и Крогер» и никак иначе. Если вам нужен психолог, чтобы научиться сдерживать вспышки гнева, то я могу порекомендовать вам…       — Я вас засужу! — задушенно выпалил тот и затрепыхался, пытаясь освободиться. — Вы пойдёте по миру, так и знайте! А Миранда как миленькая вернётся домой и ещё будет просить прощения!       Эбби, не сдерживаясь, приложил его о стену дома, вырвав болезненный хрип, и Алистер быстро огляделся по сторонам, опасаясь нежелательных свидетелей. К счастью, переулок оказался безлюден, что играло на руку.       — Ты сломал ему ребро, — без осуждения, просто как констатацию факта, сообщил он, и Эбби, опомнившись, разжал пальцы, позволив потерявшему сознание мистеру Эвери грузно шлёпнуться на грязную землю. Алистер присел рядом на корточки и наскоро оценил нанесённый ущерб. Ничего непоправимого, так, ерунда. Могло быть и хуже.       — Тебе стоит научиться лучше управлять своей силой, — всё-таки заметил он и посмотрел на Эбби снизу вверх. Тот сконфуженно развёл руками, признавая ошибку.       — Я хотел только припугнуть, — сказал он. — Чтобы он прекратил доставать Миранду Эвери.       — И едва не размазал его по стене, — покачал головой Алистер. — Что ж, пришло время уступить место профессионалу. Для начала давай-ка уберём все повреждения, чтобы мистеру Эвери не с чем было идти в полицию.       Он сосредоточился, стягивая свет на кончиках пальцев, а потом направил его на сломанное ребро и готовые разлиться синевой ушибы. Мистер Эвери застонал, открыл глаза и уставился на него в полнейшем ужасе.       — Что?.. Я напишу заявление в по…хмп… ммм…       — Кажется, тебе тоже стоит научиться управлять своей силой, — заметил Эбби, внимательно наблюдавший за происходящим. — Вместо сломанного ребра ты зарастил ему рот. Думаешь, никто ничего не заметит?       — Что? — удивился Алистер, оглядывая плоды своих трудов. — А, рот! Это я нарочно, таким он мне больше нравится. Так что же нам делать с этим куском дерьма? — с самой дружелюбной улыбкой поинтересовался он и нежно потрепал по щеке готового снова упасть в обморок мистера Эвери. — Как же нам поступить с маленьким засранцем, бьющим свою жену и дочь? Может быть, у него проснётся совесть и он не будет препятствовать разводу?       Мистер Эвери перевёл перепуганный взгляд с Алистера на Эбби, потом обратно и быстро-быстро закивал головой. Алистер снова улыбнулся.       — И он не пойдёт ни в какую полицию, верно? Ведь мы сегодня даже не виделись, и ничего не было? А то ведь я по доброте душевной могу ещё что-нибудь ему срастить.       Последовало ещё несколько отчаянных кивков. Алистер удовлетворённо хмыкнул и резким взмахом руки вернул всё как было. Мистер Эвери всхлипнул, быстро ощупал своё лицо, а потом, неуклюже поднявшись на ноги, бочком начал продвигаться к выходу из переулка. Алистер бросил на него недовольный взгляд, и его как ветром сдуло.       Посмеиваясь, Алистер повернулся к Эбби.       — Вот как надо пугать людей: с искренней заботой и участием. И с любовью в сердце, разумеется.       Эбби не ответил. Он, как и Алистер некоторое время назад, протянул руку, пытаясь поймать на ладонь падавшую снежинку, но налетевший порыв ветра сдул её в сторону, будто белоснежный дар небес не смел коснуться того, кто пал по собственной воле. У Алистера болезненно заныло глубоко внутри. Он порывисто шагнул вперёд, схватил Эбби за грудки и, притянув к себе, впился в холодные губы болезненным поцелуем.       В голове шумело, словно от крепкого алкоголя, ноги вдруг сделались ватными, руки скользили по чужим плечам, не встречая сопротивления, кожу покалывало от всполохов багрово-чёрной магии, переплетавшейся с золотистыми искорками света. Алистер с трудом нашёл в себе силы отстраниться и поймал взгляд ярко-синих глаз, на дне которых навеки притаилась тьма. И это неожиданно оказалось больно.       — Это не так, — качнул головой Эбби, очевидно, что-то разглядев в его лице. — Ты не виноват. И я не жалею. Только ещё не понимаю, как с этим справиться. Тьма во мне требует человеческих страданий, но…       — Поэтому ты и срываешься, — понимающе кивнул Алистер. Его руки всё ещё лежали на плечах Эбби, и он чувствовал бившую того крупную дрожь. — Так не пойдёт. Нельзя идти против своего ядра, иначе оно возьмёт над тобой верх. Слушай… У меня есть одна идея. Доверишься мне?       — А когда было иначе? — улыбнулся Эбби, и на мгновение в его глазах промелькнули прежние огоньки. Алистер крепко ухватил его за руку и потянул за собой — туда, где стояла припаркованная машина.       На месте они оказались меньше чем через час: дороги, как ни странно, практически опустели, хотя время было ещё не позднее. Эбби, выбравшись из машины, с удивлением оглядел высокий забор, за которым виднелось безликое серое здание. Алистер зябко передёрнул плечами. Даже на таком расстоянии чувствовалось исходившее оттуда отчаяние и безнадёжность. Когда-то они приходились ему по вкусу, а теперь вызывали лишь царапающее ощущение внутри. Эбби, судя по всему, тоже это почувствовал, но ничего не сказал, только бросил на Алистера выжидающий взгляд. Тот молча указал на вход и махнул рукой, предлагая следовать за собой.       Они прошли через небольшой сквер, переполненный заметёнными снегом скамейками, легко преодолели несколько низких ступенек крыльца и оказались внутри. Эбби окинул взглядом регистрационную стойку, двух прошмыгнувших мимо медсестёр и уставился на Алистера уже с откровенным недоумением. Тот не сдержал улыбку и, проигнорировав немой вопрос, подошёл к стойке.       — Мелисса, вы всё ещё торчите в этом ужасном месте? — елейным тоном поинтересовался он, и сидевшая за стойкой смуглая женщина с выбивающимися из-под платка жёсткими курчавыми волосами подняла на него недоверчивый взгляд.       — Мистер Алистер? — хриплым прокуренным голосом поинтересовалась она, явно не веря своим глазам. — Давненько вас не было. Что, соскучились по нашей богадельне?       — А как же! — улыбнулся он и виновато развёл руками. — Простите, заскочил спонтанно, без гостинцев. Зато не один.       Он пихнул Эбби локтем в бок, заставляя выйти из внезапного ступора, и тот, придя в себя, протянул Мелиссе руку.       — Эбби Крогер, — представился он. — Я… партнёр мистера Брэдли.       — Тоже адвокат? — не слишком любезно поинтересовалась та, ответив на рукопожатие. — Ненавижу ваше чёртово племя. Всё копаетесь, копаетесь в своих заумных формулировках, ищете, как обмануть простых людей. Недостойная это работа, скажу я вам. Вон какой бугай вымахал, мог бы и нормальную работу найти.       — Такую, как здесь? — без насмешки поинтересовался Эбби, и что-то в его лице заставило Мелиссу охолонуть, сменить гнев на милость.       — А что бы и не здесь, — куда спокойнее ответила она. — У нас всегда рук не хватает.       Эбби повернулся к Алистеру, и на этот раз тот не проигнорировал светившийся в глазах вопрос.       — Это хоспис, — пояснил он и кивнул в сторону медсестры, катившей куда-то инвалидную коляску с сидевшей в ней женщиной. — Здесь находятся безнадёжно больные, до тех пор, пока они не умрут. Я нашёл это место давно, примерно через год после того, как попал в этот мир, и держал его на всякий случай, если мне вдруг экстренно потребуется подпитка. «Брэдли и Спенсер» ежегодно перечисляли на счёт клиники приличную сумму и, если захочешь, «Брэдли и Крогер» могут продолжить это делать. Это место идеально для такого, как ты, — добавил он после небольшой паузы, давая Эбби время обдумать свои слова. — Здесь ты можешь получить то, что нужно твоему ядру, не причиняя при этом вреда. Наоборот, здесь ты сможешь принести пользу. Две части тебя придут в равновесие. Что скажешь?       — Мне можно будет приходить сюда, чтобы помогать больным? — вместо ответа поинтересовался Эбби у Мелиссы. Та передёрнула плечами.       — Об этом не у меня надо спрашивать, а у главврача, — отрезала она, а потом усмехнулась: — Но ваша контора вливает в клинику столько деньжищ, что даже если вы захотите проводить здесь человеческие жертвоприношения, он не будет против.       — Надеюсь, до этого не дойдёт, — кашлянул Алистер, глядя на сложное выражение лица Эбби. — Ну, тогда завтра я позвоню Престону, и мы всё уладим. Хорошо?       Последнее относилось уже к Эбби, и тот, помедлив, кивнул в ответ. А когда он наконец поднял голову, у Алистера в груди расцвёл причудливый диковинный цветок, от которого по всему телу волнами распускалось тепло. Глаза цвета неба смотрели спокойно и уверенно, словно бы их обладатель наконец-то достиг мира с самим собой.       — Предлагаю отпраздновать это у твоего обожаемого Оракула, — надеясь, что его голос не дрожит, предложил Алистер, и Эбби ответил куда более уверенным кивком. — Пока, Мелисса, не скучайте.       — Заскучаешь тут, — ворчливо отозвалась она и махнула на прощание рукой. А Алистер, глядя на выпрямленную спину идущего впереди него Эбби, от души поздравил сам себя с удачной идеей.       У Джерри оказалось неожиданно многолюдно, но их любимый столик был, к счастью, свободен.       — Какао, — попросил Эбби, и Джерри кивнул, сделав пометку в своём блокноте. — И побольше горячего молока, пожалуйста.       — Конечно! — сверкнул улыбкой Джерри и повернулся к Алистеру.       — Кофе, — мужественно произнес тот, ещё не оставив попыток сохранить прежние вкусы. — И сахара побольше…       — Будет сделано, — усмехнулся Оракул и, склонившись ниже, заговорщически произнес:       — Может, ещё чего? В честь такой-то ночи?       — Ночи? — не понял Алистер, а потом, оглядевшись, хлопнул себя по лбу. — Проклятье, совсем забыл!       — Что забыл? — поинтересовался Эбби, и Алистер напомнил себе, что тот не прожил в Срединном мире ещё и года, а потому не был в курсе всех праздников.       — Сегодня Новый год, — пояснил он, указывая на развешанные повсюду украшения и стоявшую у входа наряженную елку. — Старый заканчивается, начинается новый. Люди ценят этот праздник, на него полагается дарить подарки и надираться до поросячьего визга.       — Последнее не обязательно, — поспешил поправить его Оракул. — Но это важный праздник, да. И у меня тоже есть для вас подарки.       — Вот как? — Алистер издевательски приподнял бровь. — С таким же подвохом, как и предыдущие? Спасибо, обойдёмся.       — О нет, — рассмеялся Оракул и выудил из воздуха, как показалось Алистеру, две небольшие коробочки. — Ничего такого глобального. Всего-навсего печенье с предсказаниями. Дешёвая праздничная ерунда.       — Печенье с предсказаниями от Оракула? — Эбби протянул руку, и Джерри отдал ему одну из коробочек. — Это ценный дар. Боюсь, мне нечем на него ответить.       — Дар тем и хорош, что не требует ответа, — усмехнулся Джерри и посмотрел на Алистера. Тот, кляня на все корки собственное любопытство, тоже протянул руку, и на его ладонь мягко опустилась тёплая коробочка, от которой исходило ощущение спокойствия и умиротворения. Пальцы сами собой сжались в кулак, едва не смяв нежную бумагу.       Джерри, словно и не заметив ничего, выпрямился и хлопнул блокнотом по своей ладони.       — Какао с двойным молоком и кофе с тройным сахаром. Сейчас всё будет.       — Ты не прочтёшь своё предсказание? — поинтересовался Эбби, держа свою коробочку так, будто бы опасался, что она взорвётся.       — А ты? — вопросом на вопрос ответил Алистер, и Эбби поднял на него спокойный, безмятежный взгляд.       — Я и так знаю, что там написано. Пока ты со мной, всё будет хорошо.       — Значит, и мне незачем читать, — надеясь, что стук его сердца не слышен на всю округу, отозвался Алистер. — Выкинем, когда будем уходить.       Перед ним появилась чашка кофе и блюдце, полное пакетиков с сахаром. Алистер на пробу сделал маленький глоток и скривился.       — Горько, да ещё и остыло. Джерри, кажется, совсем потерял сноровку.       — Я могу подогреть, — воодушевился Эбби и, прежде чем Алистер успел его остановить, протянул руку к чашке. Одно единственное мгновение ничего не происходило, а затем раскалённый кофе, вскипев, выплеснулся на стол, едва не ошпарив их обоих.       — Ой… — только и смог сказать Эбби, округлив глаза. — Я только чуть-чуть подогрел…       — Кому-то надо очень, очень хорошо контролировать свои силы! И этот кто-то — совершенно точно не я!